НЕСОСТОЯВШИЙСЯ ГОРБИ. КНИГА ПЕРВАЯ

Деятельная натура Романова не позволила ему усидеть за столом – и он отправился в путешествие по кабинету. Маршалу оставалось лишь провожать взглядом его маневры.

– К сожалению, Николай Васильевич, наш Генсек – не просто «коммунист либеральных взглядов». Он – партиец с червоточинкой и даже гнильцой! Подлинно большевистских убеждений у него не было и нет. Не знаю, что тому виной: то ли его полуеврейское происхождение, то ли извилины жизненного пути – но к своим семидесяти товарищ подошёл, как минимум, на треть, «господином»!

– Ну, это ты загнул! – снисходительно махнул рукой Огарков. – Андропов за социализм – горой!

– Горой, – не стал спорить Романов. – Вопрос лишь в том: за какой социализм?

– Не понял… – честно соответствовал заявлению маршал. Романов перестал «выписывать круги» – и склонился над Огарковым, приобняв того за плечи.

– Сейчас входит в моду утверждение о некоем «социализме с человеческим лицом».

Романов усмехнулся, и покачал головой.

– Как будто сегодняшний – с козлиной мордой!.. Да, так, вот: речь идёт не о «развитом социализме» и даже не о «социализме в основном». Речь идёт о «социализме» вроде того, что имеется сегодня в Англии, Швеции и так далее. Идейку эту побрасывают Яковлев и его подголоски из окружения Андропова. А наиболее активным проводником её – правда, на неофициальном, кулуарном уровне – является Горбачёв. С трибуны этот хрен клянётся «в верности заветам Ильича» – а, сойдя с неё, готовится закопать Ильича вместе с его заветами так глубоко, насколько бур достанет! И Андропов понимает это! Понимает – и ничего не делает! Прямо, как тот король из сказки Шварца, при котором душили его жену: «Может, всё обойдётся?». Хотя – только ли «этот король» – наш Юрий Владимирович? Может, он и не возражает против того, чтобы «душили его жену»?!

Романов отпрянул от изумлённого маршала – и «вернулся на круги своя»: пошёл по кругу. Огарков, в силу занимаемой должности весьма далёкий от тайн «мадридско-кремлёвского двора», лишь недоверчиво покачал головой. Ему не верилось – но не верить Романову он не мог. Романов был для него единственным человеком «сверху», кто говорил абсолютную правду «минус приветственный адрес Леониду Ильичу».

– Так, что, Николай Васильевич, ты – не единственный, кто не понимает Андропова, – вернулся к похлопыванию по плечу Романов. – Но для нас с тобой сейчас уже не это – главное. Главное – то, что Андропов попустительствует Горбачёву. Умышленно или нет – но попустительствует. Думаю, что эта «дохлая утка» насчёт Таврического «оживлена» не Андроповым, но с его ведома. Или хотя бы с молчаливого согласия.

– То есть, ты не станешь обращаться к Андропову? – догадался Огарков.

– То есть, я не стану обращаться к Андропову, – соответствовал догадке Романов. – И не об Андропове нам сейчас надо думать, Николай Васильевич, а о Горбачёве. И не в плане борьбы за власть: в плане борьбы за страну. Потому что в маленьком Горбачёве заложен большой потенциал разрушителя: ничего другого он делать не умеет. Это его умение, помноженное на его небольшевистские взгляды – бомба огромной разрушительной силы. А, если ещё к этому делу подключатся «товарищи из Вашингтонского обкома»?!

Огарков, молча выслушивавший «приговор» Романова, на последних словах встрепенулся.

– Ты и в самом деле полагаешь, что…

– «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам»! – усмехнулся Романов. – И это я ещё сделал комплимент Горбачёву: этот тип – явно не «бином Ньютона»! Конечно, я не берусь утверждать, что он – «платный агент империализма». Но то, что он – агент, пусть и «внештатный», «платного агента империализма» – несомненно! Этот хрен даже опасней платного агента! Тот хоть работает «в объёме гонорара». А этого помани слюнявой конфеткой, погладь по головке – и он расшибётся в лепёшку… чтобы расшибить в лепёшку партию и страну!

Романов неожиданно рассмеялся.

– Чему? – «не включился» Огарков: слишком резкий переход.

– Да, понимаешь, вспомнил сказку: «Здесь русский дух, здесь Русью пахнет!». Так, вот, в нашем случае, ничем русским и советским от Горбачёва и не пахнет. Я чую за версту запах гнилого…

– Капитализма?

– Нет: «коммуниста» Горбачёва!

– А почему другие этого не чувствуют?

Романов моментально потух: вопрос бил наотмашь, под дых и в челюсть. Григорий Васильевич обречённо уронил плечи, руки и всё остальное, что только можно было уронить не на пол.

– Чёрт его знает, Николай Васильевич… Сам не пойму… Ведь Горбачёв «понятен насквозь»! Ничего сложного в нём нет, кроме написанных спичрайтерами мудрёных фраз. Никаких собственных идей, никаких собственных мозгов: всё – «от дяди»! И, поди ж, ты: «заколачивает Мике баки»! Народ «покупается тоннами»! Или это – оттого, что хочет «покупаться»?!

– «Ах, обмануть меня нетрудно – я сам обманываться рад»?

Романов благодарно улыбнулся Огаркову: маршал в очередной раз демонстрировал свой явно не среднестатистический уровень. Две военные академии не помешали ему «образоваться» гражданским интеллигентом.

По этой причине Николай Васильевич резко выделялся из общей массы носителей погон с большими звёздами не только интеллектом, но и «лица необщим выраженьем».

– Именно так, дорогой Николай Васильевич. Болтовню этого демагога масса – в том числе, и партийная – по ошибке принимает «за глоток свежего воздуха». Свою ошибку она поймёт традиционно поздно – когда наглотается и задохнётся… «свежим воздухом».

– Ты хочешь сказать, что у него есть план ликвидации партии и развала страны?!

Романов даже не стал задумываться.

– Плана у него нет. Но у него есть идея-фикс! То есть, навязчивая идея. А план есть у заказчика из Вашингтона.

Челюсть Огаркова поехала вниз.

– Извини, что «опять за рыбу – деньги», но неужели ты и в самом деле думаешь, что Горбачёв – это…