- -
- 100%
- +
– Ну, что нам темнить: свои люди… почти… Так вот, отсюда мы ничего не ожидаем. А вот молодёжь?.. Вдруг они извлекут из нафталина старенький лозунг Председателя? Ну, тот: о готовности прибегнуть к «иным» способам борьбы с «антинародным режимом»? А? Как Вы думаете?
Препарируемый глазами хозяина, Вожак не стал вилять. Ни словом, ни взглядом.
– В ПУКе сейчас, как минимум – четыре страты: «левые», «правые», старички и «болото». Вас беспокоят «левые»? Правильно беспокоят. Среди них имеются и трезвые головы, и горячие. Этого уже достаточно для того, чтобы трезвые головы спланировали, а горячие осуществили отход от «генеральной линии».
Получив ответ, Глава немедленно принялся массировать гладко выбритый подбородок. Момент истины наступал – и он уже не считал нужным вывешивать на лице улыбку.
– И насколько это реально?
Ничуть не играя, Вожак пожал плечами.
– Ну, это, смотря, что иметь в виду. Если «дубликат Октября», то нет: кишка тонка. Да и массы… уже не хотят быть массами. Что поделаешь: тлетворное влияние демократии. А если говорить о подрыве «стабильности» и даже шансах вызвать «бессмысленный русский бунт», то вполне вероятно.
– Вот!
Глава Администрации многозначительно «оперпендикулярил» указательный палец.
– Именно это больше всего занимает меня сейчас! Чего сочинять угрозу, когда и наличных хватает! Вот именно над разрешением этой проблемы я и хотел предложить Вам поработать. Вместе.
Гость «проявил» искреннюю заинтересованность. Так, как проявляют фотоплёнку. Результат понравился хозяину. Возможно, он был бы иным, но на расшифровку подноготной у него не было времени. Да и качество «экспозиции» было высоким – не для «любительской» дешифровки.
– Поскольку мы встречаемся как соратники…
С надеждой на подтверждение Глава обратился к лицу гостя – и получил его. И лицо, и подтверждение.
– … то я хочу предложить Вам организовать работу по… как бы это сказать помягче…
– Я Вас понял, – «смягчил» за Главу Вожак.
– И любыми способами! – поблагодарил за чуткость хозяин. – В том числе, и самыми радикальными.
«Вскапывая» реакцию Вожака, он буквально «с ногами» залез в его глаза. «Вскрышные работы» дали результат: Вожак слушал его с непритворным интересом. Действительно непритворным.
– Как Вы посмотрите на то, что я предложу Вам организовать… ну, что-то вроде отрядов противодействия…
– ??? – поинтересовался Вожак.
– … коммунистической угрозе?
Дипломатия кончилась – вместе с аллегориями. Дышать стало «понятнее». По этой причине Вожаку не было необходимости изумляться: не так поймут. А, хуже того: не поймут. Вовсе. И поэтому он не изумился. Напротив: слегка «обнажил тельняшку». Для «последующей работы с ней на груди».
Похоже, Глава ожидал именно такой реакции, потому, что тут же принялся активно убеждать гостя в жизненной необходимости этой меры.
В продолжение всего периода «обработки» Вожак работал под адресата Александра Сергеича. Ну, того, которому предписывалось «во глубине сибирских руд» – по части «гордого терпенья».
Хозяин уже начал опасаться, что его визави сейчас откажется от такой «чести» и предложит свои услуги в менее радикальных сферах. И он примет их: у доброго хозяина в хозяйстве ничего не пропадёт. Но напрасно он волновался: «честь была уважена».
– Мы согласны. Давайте уточним детали.
– Вот! – просиял хозяин. – А ещё говорят, что коммунисты только болтать горазды! Итак?
– Итак, для того, чтобы не волновать оппонентов…
Гость вынужден был «сдать назад». В буквальном смысле: Глава настолько подался вперёд, что едва ли не парил над столом. От природной сдержанности, наверно.
– … нам целесообразно замаскироваться. Под военно-спортивные клубы. А что: вполне невинно, патриотично и актуально, особенно в свете расширения НАТО на восток! И куда эффективней всяких «ваших»!
– Неплохо!
Хозяин «работал» уже «на половине» гостя.
– Я и сам задумывался о таком способе прикрытия. Согласен: объединения прокремлёвской молодёжи для серьёзных дел непригодны. Так что, наши мысли работают в одном направлении. Насчёт материально-технического обеспечения можете не беспокоиться: им займётся один из отделов Администрации – под моим личным контролем.
С лицом Мефистофеля Глава откинулся на спинку кресла.
– Я распоряжусь, чтобы он выполнял все Ваши запросы по части «военно-патриотического воспитания молодёжи». Вооружать людей будем не бутафорскими пистолетами: у нас достаточно оружия, неподконтрольного ни Министерству обороны, ни Министерству внутренних дел, ни ФСБ. В случае необходимости позаимствуем недостающее количество стволов в этих «учреждениях». Да, что, там, позаимствуем: сами принесут! «На блюдечке с голубой каёмочкой!» И ещё долго будут вилять хвостом, чтобы мы приняли подношение!
«Нет, ну что за сволочь!» – в очередной раз восторгнулся гость. – Гений! Миллиарда бы не пожалел на то, чтобы заполучить этого мерзавца: окупится сторицей!»
– Теперь – о кадрах.
Хозяин кабинета перестал генерировать энтузиазм.
– Как я уже сказал, все наши попытки создать молодёжную боёвку успеха не имели. Да, мы загнали в ряды «России молодой» чёртову уйму народа. Но за это «спасибо» не идеологии, а административному ресурсу. «Идейность» у нас – платная. Вот, уж, когда позавидуешь коммунистам: и где они берут такой материал?! Тот, который посягает на основы демократии и поступает в точном соответствии с идиотской установкой: «прежде думай о Родине – а потом о себе»?!
Он сокрушённо отработал головой, и продолжил:
– Конечно, мы можем выделить инструкторов «спецназа». Но это не решение проблемы. Нужен костяк, а его-то, как раз, и нет!
По причине искреннего огорчения он вышел из роли – и принялся умолять взглядом гостя. Гость проявил понимание – и с ответом тянуть не стал.
– Ну, что ж: мы подберём людей и нашпигуем ими дружины. И насчёт обучающего персонала можете не волноваться: будет.
– Вот это «я понимаю»!..
И Глава приступил к немедленному «пониманию». Характерной мимикой и жестикуляцией.
– Вам, конечно, потребуются изрядные суммы денег. Можете не беспокоиться: для обеспечения Ваших нужд будет открыт спецсчёт в одном из московских банков. «Голодать в дороге не придётся»!
Лицо хозяина расплылось в довольной улыбке.
– Ну, вроде – всё? Ах, да!
Он вынул из чернильного прибора ручку и сделал пометку в ежедневнике. Это было удивительно, но Глава Администрации Президента по старинке пользовался бумагой и пером, не особенно доверяя «электронным помощникам», хотя их у него имелось превеликое множество.
– Властям на местах будет дано указание не вмешиваться в Вашу деятельность… и вообще не проявлять любопытства. Что ещё?..
– Кое-что «на посошок»…
Вожак уже извлекал тело из кресла.
– Создание боевой организации «впрок» со временем может привести к нежелательным последствиям…
Глава перестал улыбаться.
– Я думал уже об этом. Действительно – проблема… У Вас есть конкретное предложение?
– Есть. Теоретические знания – по мере их накопления – надо будет использовать на практике. Для начала, например…
Гость мастерски выдержал паузу, во время которой хозяин даже перестал дышать. Это, правда, не помешало ему выматерить гостя «за надругательство над психикой». Про себя, конечно.
– … против ОПГ.
Глава «перестал материться» и задумался: начать грызть ногти. Ногти недолго мучались: хозяин думал быстро.
– А что: интересное предложение! И дело сделаем, и капитал наживём! Ну, как же: власть не только декларирует, но и реально борется за то, чтобы граждане могли спокойно ходить по улицам! Хотя бы – за это: бюджет – не резиновый!
Если бы Глава не был… Главой, то он немедленно устыдился бы своих слов. Ведь «не резиновым» бюджет стал буквально на днях. После очередного распределения доходной части. Между «нуждающимися». В миллиардах.
– Тогда, может, имеет смысл возродить ДНД – Добровольные народные дружины?
Вожак приступил к овладеванию Главой. Мыслью.
– Но не подчинять их МВД, а сделать самостоятельной структурой. Самодостаточной. Ну, и не бутафорской, конечно: с оружием, с полномочиями. Общий контроль – за Администрацией.
– Самодостаточной? – насторожился Глава. И имел на это полное право: самодостаточность правовых структур в условиях демократии – очень широкое понятие. Настолько широкое, что и не обхватишь. Рамками закона. Этому джину всегда нужна бутылка. И не ему вовнутрь, а его – вовнутрь! «На всякий пожарный случай».
– Ну, на первых порах – за счёт бюджета. А затем – за счёт «доходов от хозяйственной деятельности».
– Надеюсь, не доходов от работы с населением на ночных улицах? – успокоенный разъяснениями, хохотнул Глава Администрации. Кончив смеяться также внезапно, как и начал, он отработал ладонью по столу.
– Дельная мысль. Здравая. Сегодня же доложу Президенту. Думаю, что он поддержит нас.
С лукавой усмешкой на губах он в очередной раз попытался «нырнуть» Вожаку в душу.
– Признайтесь, что эти мысли – не экспромт, а домашняя заготовка?
Вожак шутливо поднял руки вверх. Ведь хозяин ждал именно этого, а в работе с такими людьми доставляемое удовольствие не бывает вящим. Если, конечно, это – не заурядный перебор.
– Признаюсь: мы действительно планировали такую работу. Но вскоре поняли, что осуществить её самостоятельно нет возможности. Но если бы она и имелась, нас бы «не поняли».
– ???
– Обозвали бы «коммунофашистами». Старо, но «пипл хавает»! В результате благое дело превратилось бы в лес, который не видят за деревьями.
– Я очень рад, что мы понимаем друг друга.
Глава «открыто» улыбнулся Вожаку. Правда, любой, кто попытался бы «войти в открытые двери», немедленно расшиб бы лоб о железобетон. И улыбка, и её «открытость» были сродни холсту с нарисованным очагом в коморке папы Карло. Вожак не был «буратиной» – и не стал искушать судьбу. Вместо этого он тоже вывесил на лице улыбку. Такую же «дружескую».
– Если деятели из региональных отделений ВЕПРя попытаются вставлять Вам палки в колёса, немедленно выходите на меня. Я Вам дам номер телефона, который, кроме нас с Вами, знает только Президент. Не считая моей жены, конечно. А в случае экстренной необходимости… решайте сами! Даю Вам карт-бланш! Вся эта публика с нами лишь до тех пор, пока мы распределяем очередь к корыту! Случись что – и они начнут выстраиваться в очередь, чтобы пнуть нас!
Он протянул руку Вожаку.
– Считайте, что Вы получили индульгенции на отпущение всех грехов в прошлом, настоящем и будущем. Только дайте дело!
– Дело будет. Можете не сомневаться.
Это прозвучало несколько двусмысленно. Но сегодня было уже выдано столько двусмысленностей, что на эту хозяин и не обратил внимания.
– Напоследок – просьба: начинайте не с Центра. Лучше откуда-нибудь с окраин. Как инициатива с мест. И от телевизора дальше. Ну, чтобы было меньше вони от всяких «блюстителей» и «радетелей». И чтобы столичные горлопаны попривыкли.
Последние слова были сказаны уже в приёмной, куда, к изумлению её обитателей, Глава Администрации лично сопроводил гостя…
Вернувшись в кабинет, Глава немедленно поднял трубку телефона с золочёным двуглавым орлом на аппарате…
– … Рандеву состоялось, господин Президент… Да, Вы, как всегда, правы. Нет, с раздачей портфелей мы повременим… Посмотрим, что из этого «компота» выйдет… Да, очень уж заманчиво расправиться с ОПГ руками «красных» перевёртышей… В крайнем случае?.. В крайнем случае объявим их бандформированием и «обезвредим». Ну, а выйдет толк, тут же «приватизируем» его! А неофитов, как делом доказавших преданность «идеалам», поставим на довольствие… Благодарю за доверие, господин Президент. Спокойной ночи.
Глава восьмая
Через неделю первая группа людей Вожака прибыла на Дальний Восток: именно там решено было начать «взаимодействие с Администрацией». Вскоре за ней последовали и другие группы, уже более представительные. Одобряя выбор, Глава Администрации и не подозревал о том, что план операции в Приморье был разработан «демократическим неофитом» и его ближайшим окружением задолго до съезда партии.
– Где тонко, там и рвётся, – сказал Вожак, глядя на карту России. – Так, что, не будем «изобретать велосипед». Чудо, что за место: бардак, чиновничий беспредел, коррупция, сплошной «пипл», ОПГ – на ОПГ и ОПГ погоняет! Лучше и не найти! Да, и потом: нашенский-то он нашенский, но до Бога высоко, а до Москвы далеко! Словом: «плюс на плюсе»!
Местные власти были заранее уведомлены Москвой о прибытии «изыскательской партии» – для отлова другой партии: свежих «оборотней». Поэтому «изыскателей» тут же и небезосновательно окрестили «карательной экспедицией». Всем «ответственным товарищам» в собственных же интересах было рекомендовано сохранить «уведомительный инструктаж» в тайне. Устами Кремля организация Вожака стала «фигурой умолчания».
Отделения ВЕПРя и «России молодой» на местах также были поставлены в известность и даже введены в курс дела. Они настолько прониклись важностью информации, что едва ли не с порога их лидеры заявили Вожаку о полном невмешательстве в дела «высокой комиссии». В связи с особой «деликатностью» предстоящих «мероприятий» его попросили всего лишь нигде не афишировать свою причастность к «партии власти».
Большего от местных «демократов» и не требовалось: у Вожака было достаточно своих людей и в МВД, и в ФСБ, и в прокуратуре. Были среди них те, кто пошёл на контакт с коммунистами из идейных соображений. Но были и такие, кому «помогли осознать». Традиционным для Руси способом: поимкой за руку. С последующим ознакомлением «с интересным кино» и не менее «интересным чтивом». С первыми обращались, как… с Александрами Матросовыми. Со вторыми – как с «расходным материалом». Разница, трудно не признать, «существенная».
От местных же властей ожидалась лишь одна «помощь»: чтобы те не мешали. Те «затребованную помощь оказали» – и вскоре «военно-спортивные клубы» и «добровольные народные дружины» заполонили Приморье. Поскольку восток был охвачен почти на сто процентов, решено было поле деятельности расширять на запад. Почти по Ломоносову: «Сибирью будет прирастать земля Русская»… пусть и в обратном направлении. Люди Вожака начали активно осваивать регион до Урала включительно. В «российскую Европу» решили пока не лезть: «неподготовленная почва» и большой процент «демократического сорняка».
«Новые земли» осваивались быстро: сказывались «подготовительные работы». Ведь здесь не один год «взрыхляли почву». Именно здесь решено было испытать практикой «домашние заготовки». Именно здесь планировалось набираться опыта, тренируясь на «демократическом элементе». И именно отсюда планировалось распространить его – опыт – на другие регионы. И, соответственно, на других «демократов».
Уже через пару месяцев организованная преступность края на собственной глотке почувствовала «железную хватку» «сухопутного спрута» под непонятным названием «Структура». Комсостав ОПГ ломал голову над тем, что собой представляет эта «Структура». Новый «творческий коллектив»? Союз «творческих коллективов»? Безыдейная конкурирующая фирма – или группа идейных товарищей, которым «за державу обидно»? Чистая экономика – или грязная политика? Новый «чёрный передел» – или «последний нонешний денёчек гуляю с вами я, друзья»? «Понаехали, тут, черножопые» – или «русские идут!»?
Высказывались и совсем, уж, грустные предположения о том, что «Структура» – это дитя власти, которая растит её, лелеет и холит. Иначе говоря: пополняет кадрами, финансирует и направляет… на тех, кого ей нужно. Вариант «Фас!» был наименее приемлемым для «товарищей» из ОПГ. Ведь если с «конкурентами на рынке платных услуг» всегда можно договориться кусочком «пирога», а с «гуманитариями» и того проще – «постановкой на довольствие», то с государством договориться было невозможно. Если уж власть начала засылать «ястребков» – по примеру НКВД времён Великой Отечественной – то это могло означать лишь одно: им с этих пор отводится роль пернатой дичи…
… – Какого хрена я трачу на вас ежемесячно миллионы «баксов», если толку от вас – как от козла молока? Да и молоко столько не стоит!
Большой крупноголовый мужик лет сорока пяти – сорока семи, в отменном костюме «от кутюр», идущем ему на «коровье-седельный» манер, широким взмахом руки рассёк воздух. При этом он – конечно же, неумышленно, с задержкой лишь на пяток секунд – продемонстрировал часы от «Картье» в платине, отделанной бриллиантами, и массивный, платиновый же, перстень с десятикаратовой «маркизой».
Тот, кому он посвятил свою речь – седоголовый, лет пятидесяти пяти мужчина в костюме тоже не от «Москвошвея» – саркастически усмехнулся.
– Ты слышал?
Он повернул голову в сторону второго «козла, не производящего молока». Им оказался багроволицый мужик одного с ним возраста в форме внутренних войск с погонами генерал-лейтенанта на плечах.
– Нет, Федя, ты слышал? Благодетель гневаются! И где? В кабинете Губернатора края! И на кого: на самих Губернатора и Начальника ГУВД края!
В отличие от Губернатора, «Федя» не усмехался, а лишь тяжело дышал – не столько от гнева, сколько от избыточного веса.
– Ты, «благодетель»…
Хозяин кабинета принялся испепелять взглядом автора филиппики.
– Где бы ты был сегодня, если бы я тебя в своё время не подобрал, можно сказать, на помойке, и не пристроил к «государственному корыту»? Забыл, каким ты приполз тогда ко мне в исполком? Если бы не я, ходил бы ты сегодня в костюмчике «от кутюр» да при «Картье»?! Ведь ты уже был на пути к бомжам!.. «Он тратит»…
Видимо, осознав и усовестившись, владетель «Картье» уставился в пол. Некоторое время он молчал и только шумно раздувал ноздри.
– Извини, Губернатор: погорячился.
– Давно бы так! Если пар вышел – сядь!
Разоблачённый разоблачитель с шумом плюхнулся в кожаное кресло напротив генерала, пока не участвовавшего в «обмене репликами».
– Я всё понимаю, – с виноватым видом начал он «всё понимать». – Но и меня понять можно! Такие дела творятся, а никто – ни сном, ни духом!
«Плач Ярославны» не остался не услышанным: губернатор нахмурился. Как и всякое «лицо на самообеспечении», Господь не обнёс его здравомыслием. «Товарищ» уже понял, что разговор предстоит серьёзный: его визави прежде жаловался лишь на ненасытность благодетелей.
– Мы слушаем тебя, «Бизон». Только – без эмоций: одни факты.
Лицо наречённого «Бизоном» стало наливаться краской: не бизон – дракон. Огнедышащий. Спустя полминуты он уже «забурел». И не как Остап Бендер в терминологии Шуры Балаганова: стал бурого цвета.
Почти, как в песне: «окрасился парень багрянцем».
– «Без эмоций»… Попробуй тут «без эмоций», когда не знаешь, доживёшь до утра или нет…
Губернатор очень старался удержать челюсть «в рамках приличия», но она всё равно отвисла.
– Даже так?!
Поучаствовав в сцене, челюсть медленно вернулась на место, а Губернатор нервно забарабанил пальцами по столу.
– Давай, выкладывай – только без соплей и матов!
– По состоянию на сегодняшний день…
«Бизон» ухмыльнулся и покосился в сторону Начальника ГУВД: именно этими «памятными» словами тот начинал все свои выступления как на совещаниях, так и перед телекамерами.
– … в крае «сокращены» пятьдесят «коллективов трудящихся». Из них пять – мои. Как тут не воскликнуть: «Какое сердце биться перестало»?! Ведь это всё – «золотые руки»! Мастера высшей квалификации! По пять-шесть «отсидок» у каждого! И это – всего за два месяца!
Начальник ГУВД «ожил».
– У меня таких сведений нет.
За сим он постарался выдать преданный взгляд. В сторону Губернатора. Преданность вышла не очень: мешал испуг. Непритворный.
«Бизон» ухмыльнулся ещё раз. И снова «так же оптимистично»».
– А у тебя, Генерал, ничего нет: ни сведений, ни работы.
Генерал почему-то без труда удержался от ответной колкости. Возможно – такой выдержанный. Из числа тех, кто исповедует наказ «железного» Феликса. Тот самый – насчёт «горячего сердца» и «холодной головы». Вот он и не вспыхнул, и не взорвался, а только сердито надул пухлые губы. Да и дополнительно пылать не имело смысла: не прошло бы – на общем багровом фоне широкого лица. Хотя товарищу хватало и наличного окраса, пусть и от «волнения» лишь «с пережору».
– Пятьдесят, – в очередной раз упал духом «Бизон». – В основном – «столовники», подъедающиеся «объедками». Но есть и с десяток солидных «финансово-промышленных объединений», которые активно «участвовали в хозяйственной жизни края». Это не только крупнейшие предприятия региона, но и кое-что серьёзное в собственности…
– ???
У Губернатора не хватило слов, но и взгляда хватило.
– Нефтехимия… Рыбопереработка… Кое-что из «оборонки». А это уже, как вы понимаете – уровень…
«Бизон» уточнял только потери. Уточнять всё, что находилось в собственности «деловых людей», не требовалось: Губернатор был в курсе. Как и в доле.
– Часть причалов уже не контролируется ни мной, ни тобой, ни кон…
– У-м-м-м…
По причине «жизнерадостного» мычания Губернатора «Бизон» так и не сказал, кем, там, ещё не контролируются причалы. Хотя для владыки края и сказанного было достаточно.
– Сегодня утром нам устроили «показательное выступление»…
«Бизон» всё не унимался с «жизнерадостными» новостями. Они пёрли из него, как квашня из кадушки.
– ??? – в унисон отработали Губернатор и Генерал. Оба, как и положено настоящим казнокрадам, были людьми неглупыми. И «интересовались» они даже не для приличия: оттягивали момент. Тот самый: оглашения приговора.
– С участием «группы товарищей». В количестве тридцати штук.
– «Штук»… – не сумел не догадаться Губернатор – и опять отвис челюстью.
– Угу, – почему-то без прискорбия в голосе подтвердил информатор. – Прямо у главных ворот. Так сказать, демонстрация их силы – и наших перспектив…
В «обмен мнениями» включился и Генерал. Всеми наличными ресурсами. В том числе, дрогнувшим голосом и дрожью в конечностях.
– Я… ничего ещё… не слышал.
«Бизон» мрачно покосился на него.
– Услышишь ещё… если успеешь….
Следующую фразу Генерал «озвучил» выкатом побелевших глаз. Подстраховал его Губернатор. Мечась взглядом от окна к столешнице, и обратно, он забарабанил пальцами по столу.
– Если я верно понял, там были и «коллеги» нашего друга?
– Так точно: полковник, подполковник и парочка майоров. Все – при «полном параде».
– Кто такие? Откуда?
Из последних сил Генерал пытался «сделать лицо», а оно не делалось. Вероятно, уже достигло предела наличного «мужества».
«Бизон» равнодушно пожал плечами.
– Майоров не знаю. Подполковник же – начальник УБЭП Транспортного РУВД. Известный «борец с экономической преступностью».
– А полковник?
Генерал смог лишь дрогнуть голосом: ригидные мышцы лица уже отказывались даже пульсировать. В соответствии с новым статусом.
– Твой дружбан и протеже, – не замедлил «приободрить» его докладчик. – Начальник УБЭП вверенного тебе Главного управления и по совместительству один из самых ненасытных ртов в рядах «бескорыстной» милиции-полиции.
Генеральская плешина заблестела бисеринками пота. На новые вопросы он уже был непригоден.
– Как они были… ну…
Мрачный, как туча, Губернатор хотел заключить фразу оригинальным движением брови, но вместо этого, уже в который раз, лишь отвесил челюсть. И совсем даже неоригинально.
– «Оптимизированы»? – ухмыльнулся «Бизон». – Банально. Так, как показывают в телевизоре. За исключением дружков нашего дружка.
«Бизон» покосился на Генерала. «Доблестный страж государственных интересов» начал уже активно заванивать кабинет, и не только п`отом. Губернатор также «проявил интерес» – парой дополнительных подтёков на лице.
– Выпали в окна. В разные, но, похоже, одновременно.
С получением ответа начальник ГУВД окончательно «потерял окрас».
– Ты хочешь сказать…
По причине близости к прострации интересовался, разумеется, не он: Губернатор. «Бизон» «оптимистично» качнул головой.
– Да, работа идёт не только «по линии «нашего брата» -коммерсанта… Вот интересно: откуда она взялась на нашу голову?
– Ты о чём?
Вопрос Губернатора был ненужным. Как и положено в таком случае.
– О «Структуре», о чём же ещё?
Дрожащими пальцами Губернатор извлёк из нагрудного кармана накрахмаленный носовой платок, и вытер потные ладони.
– А, теперь уже всё равно…
– Загадками изволите говорить…
Использованный носовой платок полетел в мусорную корзину.
– Какими там, на хрен, загадками? Были загадки – да все вышли.
Собравшись с политическим мужеством, Губернатор прикрыл глаза ладонью, «попутно» защищаясь от недоуменного взгляда собеседника.
– Три месяца назад мне был звонок «оттуда»…Из Администрации… От «Самого»… Мне было прямо сказано, что «к нам едет ревизор»… И, мол, если я не хочу неприятностей, то должен «косить» под слепоглухонемого изо всех сил…