Птицы в кадре. Записки фотоохотника

Трясогузки

Ещё одна птица, которую знают если не все, то большинство – белая трясогузка (Motacilla alba), рис. 9. В народе эту птицу называют также плиска или плишка. Оба названия – говорящие. Трясогузкой она названа за манеру постоянно потряхивать хвостиком вверх-вниз. Происхождение второго менее очевидно, но на Урале, где я вырос на берегу реки Юрюзань, есть даже такой глагол: «плишить». Река быстрая, с каменистой бечевой. Редкий человек, придя на берег, не соблазнится одним из любимых занятий детства: пусканием камушков-плиток по воде. Вот это и называют словом плишить, потому что полёт трясогузки, которую там называют не иначе как плишкой, очень напоминает траекторию пущенного по водной поверхности камня. Взмах крыльев – подъём, потом короткий планирующий полёт и опять взмах. Вверх – вниз. Так же летают и некоторые другие птицы, например, дрозды, когда не очень спешат по своим дроздовым делам. Но именно у трясогузок другой манеры летать просто нет.

Рис. 9. Белая трясогузка

Весной трясогузки прилетают рано, когда снег ещё не сошёл с полей, а лужи по ночам замерзают: в начале апреля или даже в конце марта. Но первые трясогузки уже ходят по льду, находя проснувшихся насекомых, паучков и других беспозвоночных. Таких птиц называют насекомоядными. Зимовать в нашем климате они не могут, но не потому, что замерзнут, а потому, что им нечем питаться. Правда, трясогузки могут иногда питаться и растительной пищей, но это, вообще-то, для них нехарактерно.

Птичка эта доверчива и почти не боится человека. Их всегда можно увидеть на участке, особенно на газонах и дорожках, где они собирают насекомых. Но чаще всего трясогузки предпочитают голую землю: пашню, каменистые и песчаные берега рек и озёр, дорожные покрытия. Там им легче находить корм. Часто гнездятся вблизи жилья: в пустотах строений, в траве, где можно спрятать гнездо от хищников.

Самцы и самки белой трясогузки отличаются мало, но половой диморфизм у них всё же присутствует. Весной, в брачный период, чёрного цвета на горле, груди, шее и темени у самца больше, сам цвет более насыщенный, самочка же поскромнее (рис. 10). Осенью они практически неразличимы. У молодых чёрного цвета вообще нет и неопытный наблюдатель может даже принять их за других птиц (рис. 11—13).

Рис. 10. Самочка белой трясогузки

Рис. 11. Птенец (слёток) белой трясогузки

Рис. 12. Молодая белая трясогузка

Рис. 13. Молодая белая трясогузка кормит слётка

Для фотографа трясогузка, как и воробей – учебная модель. Они всегда на глазах, подпускают близко. Это только кажется, что птицу легко сфотографировать, на самом же деле этому надо долго учиться. Да и техника нужна соответствующая. Прежде всего нужен объектив с фокусным расстоянием хотя бы в 300 мм, а лучше 500—600. Съёмка с рук при таких фокусных немыслима без стабилизатора изображения. Купить сейчас можно всё, но цены на хорошую оптику кусаются. Цифровые зумы лишь увеличивают масштаб изображения за счёт потери в качестве. Да и вообще снимать птиц дешёвыми «мыльницами» – занятие бесполезное. Огромный диапазон фокусных расстояний объективов в таких камерах – всего лишь маркетинговый ход для привлечения неискушённых в этой технике покупателей. Как и пресловутые мегапиксели крошечных матриц. Это лишь магия больших цифр, призванная завлечь покупателя. Увидев меня где-либо в парке с объективом, похожим на самоварную трубу или на небольшой гранатомёт – у каждого свои ассоциации – люди (а сейчас все люди – фотографы, даже дети) часто интересуются этой техникой. Обычно задают два вопроса: «Сколько в камере мегапикселей?» и «Далеко ли бьёт объектив?». Ответ на первый вопрос обычно разочаровывает спрашивающего, потому что у него в «мыльнице» этих мегапикселей больше. Второй вопрос уже меня ставит в тупик, потому что ответа на него нет и быть не может: объектив – не ружьё и не наблюдательный прибор. Приходится отшучиваться: «Достаёт до Луны». Хотя такой объектив с камерой даёт такое же увеличение, как хороший бинокль, да ещё и со стабилизированным изображением, поэтому я его использую на фотоохоте как «два в одном». Правда, для собственно наблюдения бинокль или зрительная труба намного удобнее, у них больше поле зрения и меньше вес. Зеркальная камера с объективом 500 мм весит до трёх килограммов – руки отвалятся, если смотреть постоянно, да и аккумулятор быстро разряжается при работе стабилизатора.

Однажды я просто, что называется, от скуки наблюдал таким образом за трясогузками, устроившими гнездо под крышей соседского гаража на даче. Птенцы уже вывелись, и оба родителя носили им корм, набирая полный клюв насекомых. Вдруг я заметил, что у папы-трясогузки (или трясогуза?) нет пальцев на одной ноге – культя вместо ступни (рис. 14, 15). Инвалид. То ли отморозил где, хотя это вряд ли – ноги у птиц не мёрзнут, то ли кошка откусила, то ли ещё что. Как-то в Крыму я тоже снимал трясогузку, лапа которой запуталась в нитке. Птица что только ни делала, чтобы от неё избавиться, но только сильнее запутывалась. Что было дальше, не знаю, но птицы нередко и погибают, попав в подобные силки. На моих глазах как-то галка пыталась достать из пластикового пакета остатки еды и захлестнула пакет на своём горле. Пытаясь освободиться, она взлетела на дерево, в результате чего пакет с грузом сделал ещё один оборот вокруг шеи. Помочь ей было ничем нельзя, и я просто ушёл, не в силах дальше смотреть на это невольное самоубийство.

Трясогузка-папа из-за своего уродства ходил вприпрыжку, не мог сидеть на проводе или на ветке дерева, как делала его (или её?) подружка, однако корм носил исправно. Вот он подлетает к гнезду с гусеницей в клюве (рис. 16), вот идёт по дорожке (рис. 17). Не каждый человек, попавший в подобную ситуацию, сохранит мужество, а наш герой не только не сдался, но и сумел завести семью, вырастить детей. Чем не пример для подражания?

Самое интересное случилось следующей весной. В середине апреля я увидел ту же трясогузку у себя на участке (рис. 18). Конечно, паспорта она мне не предъявила, однако вероятность встретить другую с таким же увечьем и в том же месте я считаю равной нулю. Птица перезимовала где-то в тёплой стране и вернулась на то же место. Правда, больше я её не видел.

Рис. 14. Трясогузка-инвалид

Рис. 15. Трясогузка-инвалид с кормом

Рис. 16. Кормилец

Рис. 17. Трясогузка-инвалид

Рис. 18. Трясогузка-инвалид весной

В детстве, да и взрослым, до начала занятий фотоохотой, я не подозревал, что и трясогузки тоже бывают разными. Помимо обычных белых есть жёлтые, малая и большая желтоголовые, черноголовые, горные и другие представители рода. Жёлтых (Motacilla flava) можно встретить и вместе с белыми, но людей они сторонятся, обитают обычно возле воды – по берегам озёр и болот, возле наполненных водой канав, на мокрых лугах (рис. 19, 20). Иногда белые и жёлтые кочуют одной стайкой. А малых желтоголовых (Motacilla werae) так и вообще я встречал только по берегам озёр и болот, среди камышей (рис. 21, 22). Голова у них либо жёлтая полностью, либо имеет серое пятно на затылке. У жёлтых голова полностью серая, над глазом – белая бровь. Черноголовых (Motacilla feldegg) фотографировал в Крыму и в Болгарии, в средней полосе России их нет (рис. 23, 24).

Рис. 19. Жёлтая трясогузка

Рис. 20. Молодая жёлтая трясогузка

Рис. 21. Малая желтоголовая трясогузка

Рис. 22. Малая желтоголовая трясогузка

Рис. 23. Черноголовая трясогузка после купания. Снято в Крыму

Рис. 24. Поющая черноголовая трясогузка

Ласточки

Ещё одна любимая всеми птица – ласточка. Тоже бывают разные: воронок (городская ласточка), деревенская (касатка) и береговушка (на украинском языке – щурик). Ласточек нередко путают со стрижами, хотя это совсем разные птицы. Роднит их лишь некое сходство в облике и манера ловить насекомых в полёте. Известная примета, что если ласточки летают низко, то это к дождю, объясняется тем, что перед дождём к земле жмутся насекомые.

Береговушки (Riparia riparia) живут большими колониями там, где есть обрывистые берега рек. Весь обрыв оказывается утыкан отверстиями-норами, где ласточки устраивают гнездо. И манера жить колониями, и норы позволяют им противостоять хищникам. Коршуны часто совершают атаки на береговушек: зависают перед обрывом и пытаются схватить вылетевшую птицу. Удаётся им это нечасто, жизнь хищников тоже далеко не проста. От реки береговушки не удаляются – над водой насекомых всегда больше.

Воронок (Delichon urbica) и деревенская ласточка (Hirundo rustica) строят хорошо всем известные гнёзда из комочков глины, склеивая их слюной. Самая доверчивая к людям ласточка  – деревенская. Она настолько не боится людей, что часто выводит птенцов буквально на расстоянии вытянутой руки, где-нибудь на летней кухне, в дровянике или мастерской. Её не пугает даже стук молотка или шум пилы. На рис. 25  – гнездо деревенской ласточки под крышей летнего кафе, прямо над столиками. От воронка деревенскую ласточку легко отличить по двум длинным перьям-шильцам по бокам хвоста, которые вырастают у взрослых птиц после линьки. На лбу и на горле – красные пятна. У воронка таких перьев на хвосте нет, горло белое. Чаще всего они приклеивают свои гнёзда под карнизами деревянных домов, иногда целыми колониями (рис. 26). А вот к модному сайдингу гнёзда ласточек не прикрепляются…

Рис. 25. Деревенская ласточка на гнезде под крышей летнего кафе. Снято в Болгарии

Рис. 26. Воронок (городская ласточка)

В средней полосе России летом нет недостатка в лужах (по-уральски – лывах). Однако в Крыму лужу ещё поискать надо. После редкого дождя они быстро высыхают, поэтому надо искать место, где протекает водопровод или есть иной постоянный источник. Туда обязательно прилетают мелкие птички, а ласточки берут там грязь для строительства гнёзд. И вот как-то раз, наблюдая за ними, я обнаружил очень интересное отличие в поведении городских и деревенских. Городские просто набирают в клюв грязи и летят с ним к гнезду, а вот деревенские обязательно прилетают с соломинкой в клюве (рис. 27, 28). Обваляют её в грязи и улетают (рис. 29). Получается, что деревенские ласточки ещё в незапамятные времена научились строить гнёзда, армируя их соломой наподобие того, как люди делают саманные дома и научились строить из железобетона. Только люди изобрели этот способ получать прочный строительный материал на тысячи, а, может, и на миллионы лет позже птиц. А вот городские так и не научились, хотя городские люди уверены в своём интеллектуальном превосходстве над сельскими, ни на чём, впрочем, не основанном. Различие в строении гнёзд хорошо видно на рис. 25 и 26.

Рис. 27. Воронок (городская ласточка) набирает грязи для строительства гнезда

Рис. 28. Деревенская ласточка набирает материал для строительства гнезда

Рис. 29. Домой! Деревенская ласточка

Рис. 30. Гооол! Слётки деревенской ласточки увидели родителя с кормом

Птенцы ласточек тоже вылетают из гнезда, ещё не умея самостоятельно питаться. Обычно они сидят где-нибудь на проводе неподалёку от места, откуда вылетели, а родители летают, набирая в клюв насекомых. При подлёте кормильца полусонные слётки вдруг оживают и дружно раскрывают пошире рты. Сцена напоминает футбольных болельщиков, дружно кричащих: «Гоооол!». Родители как-то ухитряются различать детей и не давать корм одному и тому же.

стриж

Что касается стрижей (Apus apus) (рис. 31), то они вообще напоминают ласточек лишь внешним видом и способом охоты на насекомых, а относятся к другому даже не семейству, а отряду. Они заметно крупнее ласточек, хотя в полёте это и не очень ощущается. Насколько крупнее? Коль скоро речь пошла о размерах птиц, то уместно будет сказать, что в определителях птиц обычно измеряют, как в известном мультфильме про мартышку и удава. Конечно, про попугая – лишь шутка, однако размер птицы указывается именно путём сравнения с другой, всем известной, птицей. Одну из таких мы уже знаем – это воробей. Это самая малая «единица измерения». Более крупные – скворец, дрозд, голубь, ворона, гусь. Так вот стриж – со скворца. У него очень короткие и слабые ноги, все четыре пальца (птицы обычно четырехпалые, хотя есть и исключения) обращены вперёд. Из-за таких особенностей стрижи практически не могут ходить по земле и с большим трудом с неё взлетают. Большую часть времени они проводят в полёте, даже, как пишут специалисты, спят на лету. И даже короткая птичья любовь протекает у них в полёте: видел снимки одного коллеги-фотографа. А садятся обычно на вертикальные поверхности, цепляясь коготками. Их много там, где есть скалы. Например, в Крыму возле Белогорска есть знаменитая Белая скала, по-татарски Ак-Кая. Даже те, кто в Крыму не бывал, могли видеть её в советских фильмах, где действие происходит на американском Диком Западе, например, «Всадник без головы» или «Человек с бульвара Капуцинов». Вокруг скалы всегда вьётся множество стрижей. Это самые быстрые птицы в полёте, не случайно нашу известную пилотажную группу лётчиков-истребителей именуют «Стрижами». Хвост у стрижей короткий, зато крылья сравнительно с туловищем длинные, напоминают серп. В украинском языке стриж – это «серпокрилець». Клюв очень короткий, зато рот широкий – ловушка для насекомых.

Рис. 31. Чёрный стриж

Раздумывая о том, какой из птиц посвятить следующий рассказ, я застопорился. Ведь дом дому рознь: одно дело многоэтажки, и совсем иное – сёла и окраины городов, как раньше говорили – «частный сектор». В многоэтажных джунглях и людям-то тесно, а среди усадеб, перемежающихся к тому же парками и скверами, обитает много птиц, характерных для лесов и кустарников. Тем более – на дачах, да ещё по соседству с лесом или на берегу озера. Среди совсем уж городских птиц можно назвать, пожалуй, лишь голубей, которые давно забыли своё лесное происхождение. Но и у них есть родственники, которые живут в лесу и которых мало кто видел: вяхирь и клинтух. При этом в московском дворе можно увидеть целые стаи рябинников, зимой – свиристелей, встречаются зяблики, зеленушки, скворцы, не говоря уж о вездесущих воронах. Обычны большая синица и лазоревка. На прудах и реках обитают утки, и не только кряквы – в Москве прижились даже краснокнижные огари. Можно встретить хохлатую чернеть, нырков, гоголей, большую поганку. А в лесопарках видовой состав таков, что не каждую птицу в загородном лесу встретишь. На асфальте в Луганске я фотографировал хохлатого жаворонка, а неподалёку стучал дятел, как потом оказалось – сирийский. Многие виды приспосабливаются жить в разных биотопах. Например, большая синица – птица вообще-то лесная, но у моих соседей по даче уже несколько лет она гнездится в трубе, являющейся опорой калитки. Влетает и вылетает через верх, а гнездо – почти у земли. В полых фонарных столбах бывают отверстия – чем не дупло? И там тоже гнездятся синицы. В крымском селе Мысовое сова жила в стальной трубе, на которой лежала крыша автобусной остановки. У птиц свой распорядок дня, отличный от человеческого, и птицы умело этим пользуются, ухитряясь не пересекаться с людским потоком. Так что зоогеографическая классификация, как я уже выше отметил, весьма условна, однако я всё же постараюсь её придерживаться.

Голубиные

Про обычных сизых голубей я писать не буду. Хотя признаю, что разведение голубей – это особая культура, достойная уважения. Вспомните хотя бы замечательный фильм «Любовь и голуби». Сам не раз любовался голубиной стаей, фотографировал их. Однако у всякой любви есть и оборотная сторона. На окраине города Клин живёт одинокий мужчина, для которого тоже вся жизнь – в голубях, но явно без любви к кому-либо ещё. Рядом лес, и над голубятней часто кружили ястребы-тетеревятники. Видимо, иногда охота им удавалась. Однажды я пошёл в этот лес и встретил того голубятника. Под мышкой он держал двустволку, а в руке – убитого ястреба. Соседи говорили, что он истребил их в этом лесу всех.

В южных сёлах европейской части России, в Крыму можно услышать немного гнусавый трехсложный крик птицы, который я интерпретировал как «Ку-куш-ка». Впрочем, позже один из местных жителей сказал так: «А, это которая чекушку просит?». Наш народ, он обычно сочно выражается. В Болгарии её зовут нежно – гугутка, но тоже по характерному крику. Это кольчатая горлица (Streptopelia decaocto) – рис. 32, 33. Орнитологи пишут, что птица эта родом из Индии, да почему-то расселилась через Иран и Средиземноморье до Европы. Наверное, цыгане с собой привезли – они, вроде, тоже родом оттуда. В Турции и Болгарии этих птиц искусственно расселяли, немецкое название кольчатой горлицы – Turkentaube (турецкий голубь). Похожа на голубя, но более изящна, с розово-дымчатым оперением. Кольчатой она называется из-за серповидного чёрного пятна сзади на шее. Птица не так доверчива, как городские голуби, однако охотно селится в сёлах. Впрочем, живут кольчатые горлицы и в лесу. А вот её ближайшую родственницу, обыкновенную горлицу (Streptopelia turtur), в селе вряд ли встретишь. Она меньше размером, пёстро окрашена и довольно осторожна (рис. 34, 35). Очень изящные птицы!

Рис. 32. Кольчатая горлица. Крым, село Мысовое

Рис. 33. Кольчатая горлица. Крым, село Ленино

Рис. 34. Обыкновенная горлица. Крым

Рис. 35. Обыкновенные горлицы. Крым

Совсем скрытный образ жизни ведут ещё одни представители семейства: лесные голуби клинтух и вяхирь (Сolumba palumbus). Клинтуха я вообще не встречал, а вяхири живут в лесу возле дачи в Волоколамском районе. Лес этот небольшой, перестоявший, с огромными старыми елями и множеством бурелома. Кого я там только ни встречал, а весной и в начале лета слышатся громкие гнусавые крики: «Ууу-гу, ууу-гу!» Но стоит направиться в сторону крика, как он тут же перемещается и звучит уже в другом месте. Это вяхирь. Иногда они пролетают над домами, тогда их можно рассмотреть. Вяхирь заметно крупнее обычного голубя, по бокам шеи у него белые пятна, хорошо заметные на снимках, сделанных даже с большого расстояния. Сложнее рассмотреть в полёте также белые пятна по верху крыльев, вблизи туловища. Фото на рис. 36 сделано в Московской области на поле переспелой пшеницы, куда вяхири прилетают кормиться огромными стаями

Рис. 36. Вяхирь на пшеничном поле

Горихвостки

Возле дома можно встретить также горихвосток. Небольшие птички, чуть меньше воробья, относятся к семейству дроздовых. Помимо собственно дроздов к этому же семейству относятся соловьи, зарянки, каменки, о которых речь пойдёт позже. Птиц этого семейства отличают большие выразительные глаза. Горихвостки охотно селятся в парках и зонах малоэтажной застройки, где есть деревья. Самец обыкновенной горихвостки (Phoenicurus phoenicurus), называемой также горихвосткой-лысушкой или садовой горихвосткой, отличается яркой, заметной окраской оперения (рис. 37). Самочка (рис. 38) скромнее, без яркого красного цвета на груди, однако рыжий хвост всё же «горит». Этих птиц много в горной части Крыма, там их даже называют лесными воробьями, однако же эти снимки сделаны в селе, на участке, где эта парочка и гнездилась.

Рис. 37. Самец обыкновенной горихвостки. Крым