Исчезнувшая вечность

Вероятности жизней, сколько их может быть? Сотни, тысячи, мы поступаем по-разному, мы думаем по-другому. Закрученная в клубке возможностей жизнь, начинает распутывать свои нити в том или ином направлении. Цепочка вероятностей запускается, и нам остаётся лишь наблюдать за развитием событий, либо становиться их участниками, брать судьбу в свои руки, чтобы использовать все данные возможности.

Комната была залита ярким солнечным светом, он отражался в кусочках кварца на стенах, и потолке, наполняя комнату волшебным сиянием. Прохладный утренний ветер наполнял комнату цветочно-фруктовым ароматом, доносившимся из сада. Я провела только сутки в Атлантиде, а у меня уже накопилось столько впечатлений. Казалось, моя жизнь стала какой-то другой, и всё благодаря встрече с Велрисином, словно он наполнил моё существование каким-то новым смыслом. Мои размышления прервал тихий голос Милунры:

– Вы уже проснулись Кристальная принцесса? – спросила она, заглянув в спальню.

Мне не хотелось отвечать, но служанка, испугавшись, что может разбудить меня, не дожидаясь ответа, поспешила закрыть дверь.

– Входи, – разрешила я.

– Я принесла вам завтрак и новое платье, а также мне сказали передать, что вас ожидают в Тронном Зале.

Я выглянула из-за кружевной занавески, закрывающей кровать, и проговорила:

– Оставь всё и передай, что я скоро приду. Дорогу в Тронный Зал я найду сама.

В одной руке Милунра держала поднос с чашками, от которых исходил приятный аромат свежеприготовленной пищи, а в другой бережно сжимала платье. Сначала служанка хотела, что-то сказать, но потом, передумав, оставила завтрак на столике возле кровати, а платье развешала на специальной подставке. Задумчиво перебирая в руках локон рыжеватых волос, выбившийся из туго заплетённой косы, Милунра постояла некоторое время в центре комнаты, а затем тихонько вышла.

Я встала только когда она закрыла за собой дверь. Мне было не понятно поведение землян, и вряд ли за одни сутки я смогу привыкнуть к нему, ведь на Эниналии признавали равенство в обществе, у нас не имели слуг и один человек никогда не подчинялся другому. В присутствии прислуги мне становилось неловко, я понятия не имела, как вести себя с теми, кто так возвышает звёздных гостей.

Завтрак отогнал неприятный эпизод с Милунрой на второй план. Предложенная еда оказалась вкусной, ароматной, но не приторной. Аккуратно разложенные кусочки овощей и фруктов были политы разнообразными соусами, они наполнили желудок приятной сытостью. Завершал завтрак напиток в большом стакане, с ярко выраженным фруктовым ароматом.

Отложив в сторону пустые тарелки, я отправилась примерять платье. Оно было нежно-розового цвета из гладкой струящейся ткани. Воротник и рукава украшали кружева в тон. К счастью платье оказалось не таким длинным, как предыдущее, и выглядело намного удобнее. Только обувь я оставила прежнюю, в которой обычно ходила на Эниналии. В серебристых сапожках из особого, защищающего от жары и холода материала мне было намного комфортнее, чем в земных сандалиях.

Теперь оставалась причёска, но длинные чуть вьющиеся золотые локоны, я не укладывала, предпочитая оставлять волосы, свободно струящимися по плечам. Из украшений я носила лишь диадему из эниналийского металла с россыпью кварца, и элмикин – своеобразный талисман кристаллита, из цельного кристалла на правой руке. Закончив с нарядом, я покружилась вокруг себя, и платье волнами заструилось вслед за мной. Меня ожидал Тронный Зал.

Наш с дедушкой дом находился в самом центре фруктового сада, в окружении могучих деревьев, стволы которых покрывала толстая чешуйчатая кора. Длинные листья, покачивающиеся в такт ветра, располагались лишь на самой кроне дерева. Они были усыпаны гроздьями длинных, жёлтых плодов. Земляне называли их бананами.

Густая зелёная трава ковром застилала всё пространство до самой площади. Узкие дорожки из серого камня вели прямо к Корпусу Знаний. Стояла тишина, нарушаемая только щебетанием птиц и шелестом листьев, а тёплый ветерок приятно дул в лицо, развивая волосы. Я шла по дорожке к Дворцу в полном одиночестве. Отсутствие людей было непривычным, но нарушать запрет никто из горожан не осмелился бы, так как за порядком следили чуткие сенсоры, расположенные в облаках над городом.

Корпус Знаний величественно возвышался на круглой площади. Все его одиннадцать входов были надёжно закрыты, и лишь двенадцатый главный вход с самой высокой дверью украшенной золотыми символами солнца был открыт. Она то и вела в Тронный Зал, ослепляющий своим блеском. Излюбленный атлантийцами металл – золото был повсюду. Высотные колонны, державшие свод Тронного Зала украшали тончайшей работы золотые картины с изображениями встреч с инопланетными гостями. В самом дальнем от входа конце зала на двенадцати ступенчатом постаменте из белого, отполированного камня располагались троны квилминов. В середине на большой мягкой подушке, восседал Тмилрин, рядом с ним ва-квилмин Толориус, его сын, слева место было пустым. Оно принадлежало на-квилмин Илериниа, супруге Тмилрина, но она по-прежнему так и не появилась.

Мой путь через весь зал занял несколько минут, собравшаяся публика терпеливо ждала, пока я преодолею это расстояние, грациозно шествуя между золотых колонн.

– Добро пожаловать в Тронный Зал Кристальная принцесса! – не дожидаясь пока я, подойду ближе, проговорил Тмилрин, и его голос эхом разлетелся по залу.

– Единое солнце сияет на небесах, озаряя наступающий день! – бесцветно приветствовал Толориус, упёршись взглядом себе под ноги. Похоже, происходящее его мало волновало.

В ответ, я удостоила их лёгким кивком головы. Остановившись рядом с дедушкой, я как обычно скользнула по квилмину взглядом.

– Вы хорошо устроились? Мне сообщили, что вы прогоняете представленную вам служанку. Она вас не устраивает? В таком случае я немедленно прикажу выгнать её из Дворца, – грозно прогремел Тмилрин. Он сурово глянул в угол зала, где притаилась Милунра. Сжавшись в комок, она уставилась в пол, боясь даже взглянуть на всех.

Дедушка тоже обратил на служанку внимание, пронзив её изучающим взглядом зелёных глаз. Таким образом, он всегда точно определял вероятности будущего той или иной личности.

– Не вините девушку, – внезапно заступился за Милунру дедушка. Это означало, что её присутствие во Дворце было не напрасным, и она должна остаться здесь. – Дело в том, что моя внучка не привыкла к вашим обычаям, – продолжил объяснять дедушка. – На Эниналии мы сами себя обслуживаем кроме того у нас очень мало ритуалов и церемоний. Кристальной принцессе нужно время, чтобы освоиться.

Уже телепатически он мне передал:

– Позволь Милунре сопровождать и прислуживать тебе Нилерун. Пожалуйста, будь снисходительна к их странностям.

– Я совсем не понимаю эту расу дедушка, – также мысленно сказала я. – Они воспринимают нас, как неких сверх существ. Мне это не нравиться, но я постараюсь привыкнуть.

Дедушка одобрительно кивнул.

Тмилрин нахмурившись, стал нервно поворачивать свою грузную фигуру, едва поместившуюся на троне. Ему не понравилась повисшая в зале пауза. Кашлянув, он спросил:

– Как вам Кристальный Зал? Что-то нужно? Может Толориус окажется, вам полезен?

Толориус вздрогнул, услышав своё имя. В его взгляде читалось желание скорее покинуть это место.

– Кристальный Зал великолепен и мне ничего не нужно, – безразлично ответила я. Выражать своё восхищение каменным садом в присутствии Тмилрина я не хотела. Правитель Атлантиды давил одним только взглядом, направленным на меня. Наверное, именно из-за него Толориус выглядел таким подавленным, а на-квилмин Илериана вообще не выходила к гостям.

– Если вы не возражаете, то я отправлюсь в Кристальный Зал и продолжу выполнение моего задания. Милунра может сопровождать меня.

Не дожидаясь, что ответит Тмилрин, я кивнула дедушке, и направилась к выходу. Милунра с едва скрываемой радостью кинулась за мной. Ей и, правда, необходимо было иметь доступ во Дворец.

Весь день в Кристальном Зале я провела в одиночестве. Мне удалось активировать практически все кристаллы, и они стали светиться так ярко, словно сами были крохотными звёздами. С ними я совсем не замечала времени. Камни всегда были моими лучшими друзьями, и с ними я не чувствовала себя одиноко. Конечно, я скучала по родителям, но они являлись хранителями знаний, и занимались очень важными делами на станции под названием Эниналийское Кольцо. Это гигантское сооружение находилось на орбите Эниналии. Хранилище подобное Залу Хроник в Атлантиде, только в нём хранились в миллионы раз больше эм-хроников, тонких, пластин кварца, на которых обычно записывают информацию, поэтому это было самое невероятное место в галактике. Эниналийское Кольцо состояло из сотен модулей, расположенных по кругу, а в самом центре кристалл управления, источник энергии станции.

Модуль, в котором я жила в детстве находился ближе всего к поверхности, когда смотришь оттуда на Эниналию, кажется, что паришь под облаками, будто бы это ты находишься на планете, а не наоборот. Я росла там до тех пор, пока не проявились мои способности. У кристаллитов есть правило безопасности, жить на родной планете пока не пройдёшь полную настройку с кристаллами, но и на станции, к сожалению, мне нельзя оставаться, ведь там очень много активированных эм-хроников кварца с информацией, поэтому юных кристаллитов туда не пускают, наш разум способен выдержать их только, настроившись. Путь обучения, занимающий долгие годы. Эниналийское Кольцо всегда было видно из нашего с дедушкой дома, его орбита чётко следовала за планетой в одном и том же месте.

Я мечтала однажды стать кристаллитом Эниналийского Кольца и возможно после моего путешествия на Землю я смогу осуществить свою мечту. Пройдя испытание Церемонией Активации Кристаллов, думаю, мне дадут разрешение продолжить обучение в самом таинственном месте галактики.

Предавшись мечтаниям, я не заметила, как наступил вечер. Заряженные кристаллы освящали зал, точно был день. Они удивительно пели, и их голоса передаваясь на другие планеты, сливались в единую мелодию. А звёзды уже сияли на ночных небесах, меня ждала Милунра, чтобы проводить домой. Когда я спустилась вниз, то заметила её, чересчур бледную, так как она стала свидетельницей весьма неприятной сцены.

Велрисин, и преградивший ему путь в Кристальный Зал хранитель Форкито, требовал от парня объяснений:

– Зачем тебе в Кристальный Зал Велрисин? – пророкотал он. – Ты не имеешь права даже взглянуть на сирианскую принцессу! – грозно продолжал он наступление.

Велрисин стойко молчал, казалось, он не заметил колкие слова Форкито. Я видела его кристальные, синие глаза даже через иллюзорную маску. Мысли эм-хранителя были далеко отсюда, но увидев меня, парень тут же вернулся в реальность, и чуть улыбнулся.

Я же, чтобы не подводить Велрисина, сделала вид, что не знакома с ним и, скользнув по нему взглядом, прошла мимо. Милунра засеменила за мной.

– Возвращайся в Зал Хроник немедленно! – крикнул Форкито так громко, что его противный голос разнесся по всем пяти этажам.

Спустившись вниз, я не знала, как там Велрисин, но судя по всему, парень мог постоять за себя.

Наверное, сейчас мои глаза улыбались. Я ощутила душевный подъём, снова увидев Велрисина. Его улыбка наполнила этот однообразный день каким-то новым светом.

В размышлениях я совсем забыла о Милунре. Она остановилась в дверях дома и явно намеревалась что-то сказать, но не знала с чего начать. Дедушки дома ещё не было, так что я решила поговорить с ней и всё выяснить.

– Простите, что доставляю вам неудобство, – помявшись, начала Милунра. Нервно теребя выбившийся из причёски локон рыжих волос.

– Не нужно извиняться, – перебила я. – Наверное, ты считаешь меня капризной и высокомерной инопланетянкой?

– Вовсе нет, – проговорила она, замотав головой.

– Я не люблю ложь Милунра, – строго сказала я.

Служанка пожала плечами, не зная, что ответить, но решилась поднять опущенную голову. Я впервые смогла разглядеть её. Милунра не походила на обычную служанку, готовую беспрекословно подчиняться своим хозяевам. Не то, чтобы я разбиралась в том, какие они должны быть, но она под постоянно опущенной головой скрывала твёрдый, внимательный взгляд карих глаз. Должность служанки ей определённо не подходила, но она продолжала уверенно играть свою роль.

– Мне действительно сложно привыкнуть к вашему миру, как и сказал мой дедушка, – объяснила я. – На моей планете все равны. Исключением являются мудрецы и кристаллиты, к которым особое уважение, но не более того. У меня никогда не было прислуги, я всегда сама забочусь о себе, так что не нужно стараться угодить мне. Тебе по каким-то причинам нужно задержаться во Дворце, ведь так?

От моего вопроса Милунра вздрогнула и прошептала:

– Мне? Да, но я…

– Не объясняй, – снова перебила я.

Милунра благодарно улыбнулась.

– Делай свою работу Милунра.

– Конечно. Спасибо Кристальная принцесса, что вы и мудрец Эфтион заступились за меня.

– Не стоит благодарности.

– В коридоре мы столкнулись с хранителем Форкито и эм-хранителем Велрисином, – вдруг вспомнила Милунра.

– Верно, – подтвердила я, кивнув.

– Эм-хранитель просил передать вам это, – с этими словами она протянула мне эм-хроник – тонкую пластину из кварца, на которую Велрисин записал для меня информацию.

– Когда он успел? – прошептала я, взяв эм-хроник в руки.

Милунра только пожала плечами, сама не совсем, понимая, как Велрисин смог за доли секунды под чутким взором Форкито передать ей эм-хроник и сказать, кому он предназначен. Таинственный кристаллит удивлял меня всё больше.

– Спасибо Милунра, – поблагодарила я, и она выскользнула за дверь.

Мне не терпелось считать информацию с эм-хроника, поэтому зажав его в руке, я сосредоточилась на прочтении. Он был зашифрован так, что его прочитать только кристаллит. На нём была записана лишь одна фраза:

– Буду ждать на рассвете в Кристальном Зале.

Я почти не спала, и едва дождавшись первых солнечных лучей, отправилась в Зал. Там как всегда было прохладно и тихо, я уже было подумала, что у Велрисина опять не получилось пройти мимо бдительного хранителя. Разочарованно вздохнув, я прошлась между рядов каменного сада. Кристаллы ещё спали, их структура не светилась так ярко, как вчера, но почувствовали второго кристаллита мы все вместе. Камни, пробудившись, вспыхнули и запели тонкими протяжными голосами.

– Я так рад увидеть тебя Нилерун, – проговорил Велрисин улыбнувшись.

– У тебя снова могут быть неприятности Велрисин, – сказала я.

– Оно того стоит. Время на Земле летит стремительно, и с моей стороны было бы непростительной ошибкой не пытаться найти способ встретиться с тобой.

В присутствии Велрисина становилось спокойно. Я поняла, что мне его не хватало. Даже возникшая пауза стала уместной, мы смотрели друг другу в глаза, и кристаллы неожиданно запели одну из самых лучших песен о звёздах. Кроме нас её никто не слышал, потому что во всей вселенной в то мгновение никого не существовало.

– Надеюсь, у тебя тоже не будет неприятностей из-за меня, – первым нарушил молчание Велрисин. – Мудрец Эфтион выглядит очень строгим.

– Мудрец Эфтион строгий? – переспросила я, и воспоминание о дедушке вернуло меня в реальность. – Мой дедушка самый добрый и заботливый, несмотря на всю свою серьёзность.

Все кристаллы проснулись и озарили зал мягким серебристым сиянием.

– Дедушка воспитывает меня с тех пор, как проявились мои способности кристаллита, – рассказала я.

– А родители? – спросил Велрисин, пройдя вдоль каменных рядов.

– Они одни из хранителей Эниналийского Кольца, но юным кристаллитам нельзя находиться с таким количеством активированных кристаллов, – продолжила я. – Все вместе на Эниналии, мы собираемся очень редко, хотя поодиночке они к нам прилетают. Мои родители сотни лет готовились к моему появлению, и вот вдруг, я оказалась кристаллитом. У них есть обязанности на станции, а мне нельзя туда. Замкнутый круг, – поделилась я. Перед глазами всплыла моя планета, и звезда Сириуса, озаряющая небеса Эниналии холодным, голубым светом.

– Зал Хроник по сравнению с Эниналийским Кольцом лишь крошечная песчинка, но я помню, как мой мозг едва ли не взрывался от потока их энергии. Лишь со временем я научился блокировать кристаллы, поэтому я так и не прошёл настройку с ними, – поделился Велрисин. – Было бы здорово увидеть систему Сириуса своими глазами, а не в голографических изображениях.

Мне хотелось передать Велрисину мои воспоминания о мире, который мог оказаться и его родиной тоже. Он, поймав мою телепатическую передачу, устремился туда своими мыслями. Наверное, у меня получилось, потому что эм-хранитель улыбнулся, ментально переместившись в далёкую отсюда звёздную систему, и его глаза заблестели.

– А, как же твоя бабушка? У мудреца Эфтиона есть супруга?

– Я не знаю о ней, она исчезла, когда я была совсем маленькой, в моей семье существует правило, не говорить о том, что причиняет страдание, поэтому я ничего о ней не знаю, но душа дедушки страдает без неё, я чувствую, хотя он и не показывает этого.

– Прости, – виновато проговорил Велрисин, вернувшись в реальность.

– Ничего, я её почти не помню, только большие голубые глаза кристаллита, с любовью смотревшие на меня, – сказала я с грустью в голосе. Мне всегда хотелось знать, что с ней произошло, но я никогда не стала бы спрашивать у дедушки. В глубине души, он хранил невыносимую печаль о ней, так что я могла только предполагать о произошедшем событии.

– В тебе тоже течёт энергия кристаллита, но ты её скрываешь. Велрисин, а как ты оказался на этой планете? – я сменила тему, решив узнать про таинственного будущего хранителя Зала Хроник.

– Я не помню, откуда я сюда прилетел. Прошлое исчезло из памяти. Моё первое воспоминание – это яркая вспышка, а затем лица жрецов и кристаллы вокруг меня. Они шептали мне едва слышно, о том, чтобы я никому не говорил, что я кристаллит. Меня вырастил хранитель Форкито, и сделал своим преемником. Я часто размышлял о том, что я потерял.

Синие глаза Велрисина излучали печаль и одиночество, он впервые поделился своей тайной, и где-то в глубине души почувствовал облегчение.

– Дедушка говорит, что у каждого человека своё предназначение. Душа выстраивает будущую жизнь ещё до воплощения. Видимо ты оказался на этой планете не напрасно. Прошлого уже не вернуть, но понять каков наш истинный путь и пойти по нему мы можем.

– Я не уверен, что хочу провести всю жизнь на этой планете. Увидеть другие миры, найти свою родину было бы замечательно. Звёзды Сириуса всегда манили меня, кроме того у меня сирианское имя, возможно моим родным миром может оказаться Эниналия.

Велрисин остановился перед хрустальным куполом и стал рассматривать виднеющийся через него город, хотя его мысли были далеко отсюда. Я знала, что сейчас он размышляет о вероятностях своего будущего, ведь мы могли бы знать друг друга с самого детства, интересно, какой могла оказаться наша жизнь. Вполне возможно, что мы никогда не прилетели бы в Атлантиду. Судьба поступила странным образом, сначала разлучив тех, кто мог быть вместе, а затем снова свела на далёкой планете.

При этой мысли сердце забилось сильнее, а щёки загорев, налились румянцем. Я умело сохранила спокойное выражение лица, но на душе плескалась целая буря эмоций.

– На Земле я многому научился, – продолжил говорить Велрисин, задумчиво глядя поверх хрустальных куполов пирамид второго круга. – Благодаря моим способностям, я считывал информацию с эм-хроников. Форкито даже не догадывается, что я прочитал почти половину Зала Хроник.

– Значит, твои способности не проявлялись до полёта на Землю, – заключила я. – Ведь в воспитании кристаллитов существует очень важное правило безопасности, нам не разрешается покидать родную планету, пока не пройдёт полная настройка с кристаллами. К тому же особенный взгляд кристаллита появляется после проявления энергии.

– Мои способности активизировались, когда Верховный Жрец стёр мою память. Я помню, лишь тихий голос кристаллов, повторяющий, чтобы я не говорил правду. Они поведали мне, о приёме запретной магии, который может наложить иллюзию, и когда я поднял глаза на жреца, то он не заметил мой изменившийся взгляд. Я уверен, им зачем-то понадобился кристаллит. Много лет я пытался узнать правду о себе, но выяснил только то, что в Зале Хроник обо мне нет сведений. Это заговор и, причём умело прикрытый.

– Как странно, – задумчиво прошептала я, всматриваясь во второй круг с пирамидами, они навели меня на гениальный план, как мне показалось в тот момент. – Есть ещё один вариант…

– Пирамида Сириуса, – договорил за меня Велрисин, вероятно уловив мою мысль и хитрый взгляд, направленный на сирианскую пирамиду. – Хрустальный череп записывает всю информацию, приходящую со звёзд автоматически, а затем жрецы распределяют копии данных на эм-хроники. Ещё мальчишкой я штурмовал пирамиду, чтобы найти там кристалл с записью о себе. Теперь меня и близко туда не подпускают, – усмехнулся он. – Я действовал необдуманно, сгоряча.

Велрисин покачал головой, осуждая себя за свои действия.

– У тебя ведь осталась прежняя страсть к приключениям? – спросила я, улыбнувшись. – Я очень хочу помочь тебе узнать правду Велрисин. В пирамиде есть тайный вход, я знаю, как им можно воспользоваться, – шёпотом сказала я, будто кто-нибудь мог нас подслушать.

Велрисин улыбнулся, хитро взглянув на меня.

– Держись Пирамида Сириуса! – воскликнула я.

– Кристаллиты идут! – добавил Велрисин.

– Жрецы проводят ежедневный полуденный ритуал наполнения энергией солнца. В этот момент они все выходят на улицу, и пирамида остаётся пустой. Однако они чувствительны к любому энергетическому влиянию. На этом я попался в своё время, – сказал Велрисин.

Мы наблюдали, как жрецы, облаченные в серые плащи с натянутыми на лица капюшонами, стайкой вытекают из пирамид. Они выстроились ровными рядами, лицом к солнцу и застыли с благоговейным трепетом перед своим светилом. Ритуал начался. Жрецы являлись особенными людьми в Атлантиде, потому что они до сих пор сохранили большую часть из своих способностей. Хотя в последнее время одарённых детей землян стало появляться гораздо меньше, тем самым сократив и численность будущих жрецов. В пирамиде Сириуса их было около десятка, тогда как в былые века сложный процесс ведения записей о контактах с инопланетными друзьями Атлантиды проводили от двадцати до пятидесяти жрецов.