Ловушка

- Однако, Алекс, память у тебя отменная! - удивлённо, воскликнул Джек Уилкинс. - Больше десять лет назад впервые прилетал в Россию. Мало что помню с того времени. Рад, что ты меня не забыл за десять лет после нашей встречи. Чем здесь сейчас могу тебе помочь?

- Эти двое парней планировали убить меня и моих компаньонов по бизнесу из России. - громко, сказал, чтобы слышали все на площади перед складом-ангаром. - Пускай от вашей страны подойдёт ко мне корреспондент телевидения. Мне и моим компаньонам есть, что сказать вашему телевидению в свою защиту. Дальше посмотрим, кто из нас будет честен перед всем миром. Лишь после этого отдамся в руки правосудия вашей стране.

Так как являюсь гражданином Израиля, то имею полное право выбрать в свою защиту представителей закона другой страны. В данном случае США.

Думаю, что у меня имеются неопровержимые доказательства в свою защиту. Тем более что здесь имел полное право на самозащиту при таких неудобных обстоятельствах, в которых находился перед бандитами.

Когда закончил свою короткую речь, Джек Уилкинс сразу собрал возле себя группу корреспондентов американского телевидения. Беседовали они между собой минут пять.

Затем Джек Уилкинс обратился с вопросом к представителям местной власти.

Офицер в форме полковника милиции поговорил с рядом стоящими мужчинами в гражданской одежде.

Лишь после этого Джек Уилкинс получил устное разрешение о выделении корреспондента американского телевидения, представителем которого была хрупкая девушка с микрофоном и оператор с телевизионной камерой на правом плече.

Они решительно направились в мою сторону. Сразу приготовился к своей речи по американскому телевидению.

- Мэри Робинс! США. Корреспондент телевидения штата Вирджиния. - назвала себя хрупкая девушка. - У нас к вам вопрос. Зачем вы напали на парней в грузовом дворе торгового морского порта Новороссийска?

- Пуская, парни сами расскажу о причине моего нападения на двоих рослых парей. - уверенно, ответил девушке. - У них есть шанс защищать себя. После мы выдвинем свою линию рассмотрения данной ситуации на месте.

Видимо побитые мной парни не были готовы к такому повороту, и все ещё находились в состоянии лёгкого сотрясения мозга или глубокого нокаута. Поэтому побитые мной парни ничего не могли сказать.

Вначале они просто молчали ошарашенные таким поворотом действия. Затем парни долго о чём-то шептались, что было лишь плюсом в мой адрес. Любой прокол в своё оправдание со стороны парней был плюсом в моё оправдание в данном случае с парнями.

- Мы просто разговаривали между собой. - нерешительно, ответил один из двоих парней. - Этот мужчина стоял сзади нас возле пожарного щита. Неизвестно по какой причине, нанёс нам по головам удар багром. После мы отключились. Мы ни в чем не виноваты перед иностранным гостем. Пускай он сам скажет о причине нападения на нас. Мы ни в чём не виноваты.

- Вы довольны ответом пострадавших? - спросила меня, Мэри Робинс, протянув в мою сторону микрофон. - Может быть, у вас имеется другая версия в свою защиту?

- Другого ответа от этих парней не ожидал. - ответил, корреспонденту американского телевидения. - Теперь вы внимательно послушайте действительную речь этих парней до времени моего нападения на них. Здесь нет никакой подделки. Чистый звук с места событий.

Осторожно достал из бокового кармана, на левом рукаве своей спортивной куртки, спрятанный там аппарат диктофон.

Подготовил включить звук на полную мощность, так чтобы могли слышать все присутствующие на площади перед складом-ангаром сельскохозяйственных продуктов.

Затем поднёс свой диктофон поближе к микрофону корреспондента американского телевидения. Осторожно нажал на кнопку воспроизведения звука в аппарате диктофона.

Из аппарата диктофона в эфир записи американского телевидения и на площадь, расположенную передо мной, понеслись звуки записи с того момента, когда вышел из нашей иномарки возле склада-ангара и незаметно нажал на кнопку пуска записи диктофона.

В этой записи было отлично слышно ни только плеск волн и крики чаек над нами.

Но, самое главное в мою защиту, в записи был отлично слышен приговор ко мне и к моим партнёрам по бизнесу со стороны этих двоих парней, которых уложил на бетон ударами багра по головам.

Точнее сказать, эта диктофонная запись прозвучала приговором этим, двоим парням, планирующим свой побег за границу с предварительным убийством меня и моих партнёров по бизнесу с захватом иномарки.

Названный ими номер сухогруза был рядом у причала. Как только на площади был озвучен номер сухогруза, собиравшегося перевезти удирающих за границу парней и ворованную иномарку, в этот же момент на палубу сухогруза заскочил наряд милиции с поддержкой солдат внутренней охраны.

Экипаж сухогруза и присутствующие на сухогрузе нелегальные пассажиры тут же стали выходить с поднятыми руками на берег из сухогруза и без сопротивления сдаваться стражам правопорядка.

В это время на площадь грузового двора прибыли "воронки" автомобили к приёму заключённых. Задержанных людей на площади грузового двора морского порта и на сухогрузе, проводили в прибывшие "воронки". Постепенно площадь поредела.

- Александр Черевков! Ваши меры защиты, оправданы. - сказал мне, полковник милиции. - Позвольте нам провести задержание преступников, которые планировали ваше убийство, а также убийство ваших партнёров по бизнесу. Мы обещаем вас не беспокоить против вашего желания.

- Прежде чем передам преступников в руки российского правосудия, должен знать о том, что на время моего пребывания в России мне будет выделена круглосуточная охрана. - громко, выдвинул, новые требования в свою защиту. - Вполне вероятно, что здесь захвачена лишь часть группы преступников. Остальные преступники остались на свободе. Мне нужна надёжная охрана от возможного покушения на меня. Должен знать о своей безопасности сейчас здесь.

- Вам будет выделена надёжная охрана до вашего вылета в Израиль. - пообещал мне, полковник милиции. - Пресса и телевидение могут проследить вашу охрану до самого Израиля.

После публичного признания моей невиновности во время применённой мной самозащитой, повесил багор обратно на пожарный щит.

Отошёл в сторону от парней, захваченных мной возле склада-ангара. К парням тут же подошли офицеры милиции.

Сменили брючные ремни на их запястьях на браслеты в виде наручников. Меня и моих двоих партнёров по бизнесу пригласили пройти в автомобиль милиции к даче показаний в отделении городской милиции. Мы ни стали садиться в автомобиль милиции, сославшись на то, что мы пострадавшие, а не задержанные.

Кроме того, у нас имеется свой легковой автомобиль, на котором поедем в указанное место отделения городской милиции в сопровождении наружной охраны, а также в присутствии корреспондентов американского телевидения.

- Бог с вами! - согласился полковник милиции. - Можете отправляться в своём автомобиле следом за нашими автомобилями в окружении охраны и корреспондентов американского телевидения. Но только в таком состоянии вам рано садиться за руль своего автомобиля.

Наш офицер милиции в качестве водителя будет сопровождать вас до городского отделения милиции.

Дальше будет видно по состоянию вашего отрезвления. У нас нет причины задерживать вас за пьянку.

Мы не видели вас за рулём в нетрезвом состоянии. Ваш легковой автомобиль нам не нужен, он трезвый.

Мы трое согласились с таким предложением полковника милиции. Но прежде, чем сесть в нашу иномарку, подошёл до Джека Уилкинс и поблагодарил его за оказанную поддержку вовремя этого случая в грузовом дворе морского порта Новороссийска.

Джек Уилкинс ещё раз поблагодарил меня за хорошую память, нашей встречи в Москве на выставке "Красная Пресня", с давностью в десять лет. Джек Уилкинс сожалел о том, что меня не помнит так хорошо.

- Думаю, что этот случай нашей новой встречи надолго запомнится тебе. - шутя, сказал, Джеку Уилкинс. - Ведь ни каждый день и ни с каждым такое случается.

- О, да! Алекс! Такой случай не забывается. - смеясь, согласился с моим выводом, Джек Уилкинс. - Ты этих парней уложил как в таёжном лесу русский мужик двух медведей сразу одной рогаткой. Ты есть настоящий русский мужик. Пускай даже ты в настоящее время живёшь в Израиле. Нам это надо как-то по-русски отметить.

- Вы можете встретиться позже и отмечать что угодно. - прервал наши комплементы полковник милиции. - Сейчас у нас работа. Надо задокументировать это дело и передать в суд.

Мы с Джеком Уилкинс обменялись визитными карточками и разошлись по своим легковым автомобилям. Джек Уилкинс уехал первым на своём автомобиле «The Lincoln».

Следом за легковым автомобилем Джека Уилкинс потянулись в сторону КПП грузового двора морского порта автомобили представителей власти и закона Новороссийска.

За ними вытянулись на всю длину грузового двора морского порта легковые автомобили нашего сопровождения в сторону отделения милиции. Минуя контрольно-пропускной пункт (КПП) грузового двора морского торгового порта Новороссийска, наш кортеж повернул вправо на широкую улицу и всего минут через десять мы прибыли в городское отделение милиции на дачу показаний о происшедшем случае в грузовом дворе морского торгового порта.

Так как место парковки автомобилей милиции не позволяло принять большое количество легковых автомобилей. Сопровождавшие нас автомобили милиции и корреспондентов американского телевидения разместились по обеим сторонам улицы, на которой находилось здание отделения милиции Новороссийска. Фактически заблокировали улицу.

2. Неудачные киллер

В сопровождении корреспондентов американского телевидения, мы прошли в кабинет комиссара городского отделения милиции. На дачу показаний по случаю подготовки преступников покушения на нашу жизнь.

Вполне понятно, что кроме цифровой записи на диктофоне больше ничего не мог предъявить в качестве обвинения на попытку покушения на нашу жизнь. Матвеев Иван и Синельников Виктор тем более по этому случаю ничего не знали. Так как после банкета находились в салоне своей иномарки в сильном опьянении до крика парней, больше ничего не знали. Единственное, что мог добавить к случившемуся, так это то, что с экспедиторами израильской фирмы «Мизра», по рассказам Изи, происходило что-то странной во время пребывания со своим бизнесом в Краснодарском крае Российской Федеративной Республики.

Непьющие экспедиторы спивались, а некоторые экспедиторы вообще бесследно пропадали в огромных просторах России. Никто не мог ничего сказать о пропажи экспедиторов.

Поэтому мне пришлось вылетать в командировку в Краснодарский край инкогнито, прикинувшись не знающим русского языка. Лишь, таким образом, мог узнать, что происходило с экспедиторами израильской фирмы «Мизра» на территории Краснодарского края.

Результат моей конспирации налицо. Иначе бы мне пришлось плавать трупом у пирса новороссийского порта. Матвеев и Синельников то же подтвердили, что с их иностранными партнёрами по бизнесу происходило нечто из рук вон выходящее.

Едва стоило иностранным гостям приехать в морской торговый порт Новороссийска, как они почему-то совершенно забывали о своей работе в России, начинали увлекаться разгулом и пьянками? Чего за ними не было дома. Затем зарубежные гости вообще исчезали с поля зрения.

Позже некоторых иностранных гостей находили утонувшими в море или мёртвыми высоко в горах Северного Кавказа без каких-либо признаков насильственной смерти.

Из следственных органов, занятых расследованием странной гибели иностранных гостей, никто не мог докопаться до истинной причины смерти людей, прибывших на работу в Новороссийский торговый морской порт.

Все смерти гостей выглядели вполне естественно. Каждый погибший зарубежный гость тонул в состоянии сильного алкогольного опьянения, а также при остановке сердца от большого употребления алкогольных напитков высоко в горах Северного Кавказа.

В общем-то, совсем мало пьющие иностранцы, гибли как настоящие алкоголики. Наши показания продолжались минут двадцать. Затем нас отпустили.

У моих российских партнёров по бизнесу, Матвеева Ивана и Синельникова Виктора, взяли подписку о невыезде за пределы Краснодарского края в течение двух дней.

По причине возможных дополнительных показаний по попытки их уничтожения преступниками на территории порта. В случае необходимости выезда по делам бизнеса. Матвеев и Синельников. Должны заранее сообщить в городское отделение милиции Новороссийска, о своём намерении покинуть Краснодарский край. Обратно на грузовой двор морского торгового порта Новороссийска, к складу-ангару сельскохозяйственных продуктов, мы прибыли под усиленной охраной в сопровождении офицеров милиции Новороссийска.

Нас сразу не пропустили в склад-ангар сельскохозяйственных продуктов. Внутри склада-ангара была группа следователей, представителей ревизии и налоговой комиссия.

Когда мы объяснили о цели нашего приезда и показали представителям порядка свои документы на груз, то нам разрешили обратиться к заведующему складом-ангаром, к которому у нас были вопросы о наличии и состоянии нашего груза картофеля в складе-ангаре. Бартерный товар надо отгрузить.

- Невостребованный быстро портящийся груз картофеля был уничтожен. - ответил нам заведующий складом-ангаром сельскохозяйственных продуктов. - У нас на руках имеется совместный акт на уничтожение испорченного картофеля.

- Это всё не правда! - возмущённо, воскликнул Матвеев, рассматривая акт на уничтожение груза картофеля. - Во-первых, в надлежащих условиях хранения картофеля такой груз может храниться более года. Мы поставили вам груз картофеля чуть больше одного месяца тому назад. Во-вторых, почему вы не пригласили нас на комиссию во время оформления акта на уничтожение груза портящегося картофеля? Мы подадим на вас в суд за подтасовку.

- Суд без подачи вашего заявления займётся делами склада-ангара сельскохозяйственных продуктов. - сказал представитель ревизии, стоящий рядом с нами. - Здесь всюду есть нарушения хранения и отправки портящихся грузов.

- Официально при всех заявляю, что российская международная компания «Надежда» завтра подаст в суд на администрацию морского торгового порта Новороссийска. - сказал Матвеев Иван. - Краевой суд предъявит вам наши требования на возмещение убытка, нанесённого вами нашей компании в хранении большого груза картофеля.

Заведующий складом-ангаром сельскохозяйственных продуктов больше ничего ни сказал нам в своё оправдание. Матвеев положил акт на уничтожение картофеля в свой кейс и тут же направился к своей иномарки.

Как только мы сели на заднее сидение своего автомобиля, Матвеев Иван сказал офицеру милиции, сидящему за рулём нашего автомобиля, что больше нам делать нечего в Новороссийске.

Нам срочно надо выехать в Краснодар на выполнение дальнейшей работы с экспедитором израильской фирмы «Мизра» по отправке нового бартерного груза. Офицер милиции тут же связался по рации со своим руководством.

Сообщил своим руководителям о нашем желании уехать по своим делам в Краснодар. Руководство местной милиции разрешило офицеру милиции и машинам охраны сопровождения, отправиться вместе с нами в Краснодар.