Наивность

Глава-1. Работа и забота

Часть-1. Порядок в деле

1. Работа рядом

Мне надо найти чистую работу, которая не была бы связана с различными химикатами и графитной пылью. Но где найти такую работу?

Прочесав всю северную промышленную зону и не найдя себе там подходящей работы, сам отправился пешком домой через пищевую промышленную зону, которая граничила между северной промышленной зоной и микрорайоном "Гимель", где жила наша семья.

У меня не было никакой надежды найти работу в пищевой промышленной зоне. Из меня не мог выйти кондитер или кулинар. Так как сам в этой промышленности ничего не понимаю.

Из меня мог быть только хороший потребитель кондитерских и кулинарных изделий, которые сам люблю кушать с самого детства. Ни на что другое в пищевой промышленности не гожусь.

Мастер покушать хорошие продукты, это не мастер к такой работе. Проходя по улицу в конце пищевой промышленной зоны, сам случайно обратил внимание на древесные опилки возле какой-то мастерской в двухэтажном здании. Просто из-за любопытства сам заглянул в мастерскую и обалдел от увиденного.

За огромными железными воротами была столярная мастерская с многочисленными станками по дереву и с красивыми досками из древесины бука. За два года проживания в Израиле такой столярной мастерской я не видел.

- Ты работу ищешь? - спросил меня, седой мужик пенсионного возраста. - Ты столяр по специальности?

- Сам столяр, но также художник-дизайнер по мебели. - ответил сам, мужику. - У меня высшее образование.

- Подожди здесь, сам сейчас позову сюда хозяина столярной мастерской. - сказал мне, мужик и пошёл в цеха.

Вскоре мужик явился обратно с парнем лет тридцати, который назвал себя хозяином Ариком. Тут же Арик стал мне задавать наводящие вопросы по работе через Ушера, так звали мужика пенсионного возраста.

Хозяина интересовало всё, что мне известно про столярные изделия и про станки по обработке древесины. Сам откровенно сказал, что могу делать и рисовать практически любую мебель, но с такой мебелью как у него в мастерской сам встречаюсь в Израиле впервые.

- Эту мебель делают в "Бейт кнесет", так в Израиле называют синагогу. - объяснил мне, старик Ушер. - Если тебе нравится работа столяром, то Арик готов принять тебя на работу, хоть сейчас или завтра утром.

- Сам выйду завтра утром на работу. - согласился сам. - Сегодня сам хочу посмотреть, как здесь работают столяры.

Арик дал согласие на мою экскурсию по его столярной мастерской. Сам стал ходить без хозяина по цеху между станками. Наблюдая за работой столяров на станках.

Затем перешёл на второй этаж на сборку мебели. Здесь в основном были столы, книжные шкаф и кресла из древесины бука покрытые лаком с красивым красным бархатом.

На первый взгляд работа показалась мне не сложной. Перед уходом я подтвердил своё решение работать в столярной мастерской.

- Вы даже не представляете, в какое прекрасное место сам сейчас устроился работать! - прямо с порога объявил сам, своему семейству. - Сам буду работать в столярной мастерской по изготовлению мебели для синагоги. Если б вы знали, какая красивая мебель и как приятно там работать. Сам прямо сейчас напишу о столярной работе своё стихотворение.

2. Столярка

Меня не волнует измена сезона.

Близко от дома рабочая зона.

Под кроной плата зимой не холодно,

А летом не жарко.

Спряталась в ветках старушка-столярка.

Трудятся столяры в первую смену.

Кормит их раввин пищей кошерной.

Стал ещё ближе сам к небу и к Богу.

Делаю мебель для синагоги.

Делать ту мебель сложная штука,

С красивого дерева бело-красного бука.

Хозяин в работе нас не торопит.

Пахнет та мебель лесами Европы.

Трогаю ласково нежные доски

И вспоминаю в России берёзки.

Лишь на мгновенье - душа на распашку.

Пахнет лугами с белой ромашкой.

Прямо у леса, в ветхой избушке,

Ждёт у окошка мама-старушка.

А чуть повыше синее небо.

Долгие годы дома сам не был.

Тайно прошу сам еврейского Бога:

- Ты покажи мне в Россию дорогу.

Сам твою помощь всегда помнить буду

И прославлять тебя буду повсюду.

Сам для евреев ни враг, ни герой.

Просто на время хочу сам домой.

В русскую баньку с горячим парком,

А из парилки - в снег босиком.

Ты отпусти меня на минутку,

Чтобы потрогать в полях незабудку.

Главную просьбу скрывать сам ни стану.

Мне бы увидеть старую маму.

Ты обо мне думать, плохо не смей.

Сам в своих детках тоже еврей.

Мать моих деток еврейская дочь.

Ты, как еврею, мне должен помочь.

Перед тобою врать сам ни стану.

Мне надоели кокос и бананы.

Вдруг, про меня ты подумаешь скверно,

Но я не хочу, твоей пищи кошерной.

Ты уж прости моё русское сердце.

Хочется щей мне заправленных перцем.

Хочу сам картошки, поджаренной с мясом.

Хочется бражки кубанской и русского кваса.

Хочется, хочется...- подступил к горлу ком.

Ночью, в подушку, рыдаю тайком.

Утром, опять, обращаюсь сам к Богу:

- Хочешь, к тебе сам пойду в синагогу.

Буду молитвы по-русски читать.

Только увидеть мне хочется мать.

Жизнь ты возьми, сам об этом не трушу.

Но, отпусти мою русскую душу.

Сам прорасту на полях васильком.

Босые ноги пусть топчут, потом,

Выпаду в роще весенней росой.

В русской земле отыщу сам покой.

И на круги возвращусь я к истокам,

В дереве русском - берёзовым соком...

Еврейского Бога прошу каждый день.

Но Бог молчит, как от дерева пень.

А сам не вижу божественный лик.

Возможно, не знает Бог русский язык?

В жизни моей было много открытий.

Но говорить не могу на иврите.

Наверно, поэтому Бог глух и нем.

Просьба моя ему не понятна совсем.

Видно, придётся еврейскому Богу,

Русский язык изучать понемногу.

Сам, может быть, уже на склоне лет.

Долгожданный услышу от Бога ответ.

Тогда наяву, а не во сне.

Бог даст возможность увидеться мне

С теми, кого я все годы любил,

Свою любовь рядом с сердцем хранил.

3. Старые уроки

Старые уроки. На следующее утро в половине седьмого часа сам был возле ворот столярки, которая на языке иврит называется "Нагария". С нетерпением ждал приезда хозяина столярной мастерской.

Но он приехал вместе со всеми рабочими на своём мини-автобусе, за рулём которого был сам хозяин столярной мастерской. Точнее если сказать, то Арик был средним сыном Мордехая, хозяина нагарии.

Просто хозяин доверил своему среднему сыну Арику заправлять всеми делами в столярной мастерской. Оставляя за собой контроль за деньгами, Мордехай ни давал своим детям пустить на ветер свой бизнес, который он раскручивал в течение нескольких десятилетий своей сознательной жизни вместе со другом Мишелем из Марокко.

Теперь самый шустрый из четырёх сынов Мордехая управлял раскрученным бизнесом в изготовлении мебели для "Бейт кнесет" синагог по городам Израиля.

- Ты начнёшь свою работу на заготовках. - сказал мне, Ушер, требование Арика. - Затем ты перейдёшь на рутер, это фигурная обработка заготовок. После тебя поставят на сборку, перевозку и установку мебели в синагогах по городам Израиля. Если ты понравишься своей работой Арику, то, примерно, через месяц он повысит тебе оплату.

- Сколько буду получать в столярной мастерской? - спросил сам, Ушера насчет первоначальной зарплаты.

- В нагарии столяры получают минимум. - ответил Ушер. - Кроме меня и Абрама. Мы работаем давно.

Сам согласился с условиями работы. Сразу стал за станок по заготовке древесины на мебель, по чертежам. Работа в столярной мастерской на станках, в общем-то, не сложная.

Вначале распиливаешь доски в длину по размерам. Затем пилишь доски на части. После пропиливаешь в досках фаски и склеиваешь доски по определённому размеру.

Дальше доски-заготовки строгаешь с обеих сторон под размер фигурной заготовки. Строганные склеенные доски делают фигурными. Ещё раз строгают под окончательный размер.

В конце фигурные заготовки отправляют в отдельный цех на покрытие лаком и на шлифовку под повторное покрытие лаком. В заключении лакированные заготовки поднимаются в цех сборки на второй этаж.

Готовую мебель грузят на "масаид" (грузовой автомобиль) с открытой платформой и развозят заказы по синагогам. Работа интересная и на первый взгляд творческая.

Больше тридцати лет прошло с того времени, когда я учился на столяра-краснодеревщика в строительном училище№5 в Беслане в Северной Осетии.

После этого работал столяром лишь совсем недавно в Холоне, в столярной мастерской по офисной мебели у еврея из Болгарии. Теперь в столярной мастерской по мебели для синагоги.

Сам обратно стал столяром-краснодеревщиком, как тридцать лет назад в Северной Осетии. Всё на круги своя. Мои руки обратно вспомнили, как надо обращаться с деревом.

Сам вновь вспомнил, как учил меня мастер работать на станках и самому изготовлять столярные инструменты. Теперь столярные инструменты изготовлять себе столярам не нужно.

Большую часть работы с деревом выполняют станки и разные сложные механизмы. Даже если понадобиться какая-то ручная работа, то для этого не требуется изготовление столярных инструментом.

Сейчас торговый рынок настолько насыщен различными видами инструментов, что легко найти в специальном магазине необходимый для любой работы инструмент.

После чего можно выполнить мелкую работу столяра и даже ювелира по древесине. Мои старые уроки на столяра-краснодеревщика пошли мне на пользу.

Сам быстро вспомнил, как нужно работать с деревом и легко освоил работу по изготовлению мебели для синагоги. В какой-то степени столяров по изготовлению мебели для синагоги тоже можно назвать краснодеревщиками, как в прямом, так и в переносном смысле.

Дело в том, что древесина бука бледно-розового цвета после специальной обработки и лакировке принимает жёлто-оранжевый цвет с красным оттенком. Чем не красная древесина в столярной мастерской по изготовления мебели для синагоги?

На Руси издревле краснодеревщиками называли таких столяров, которые из дерева могли сделать красивую мебель. Отсюда и слово "красно", то есть по старорусскому наречью "красиво".

Пример тому "красна девица", то есть "красивая девушка", говоря современным русским языком.

Вот теперь стал сам обратно в Израиле, как тридцать лет назад, столяром-краснодеревщиком изготовляя красивую мебель для синагоги из дерева бук с красным оттенком.

Конечно, пока я не знал внутреннего порядка работы в столярной мастерской, то меня впервые дни работы использовали как салагу. Каждый из столяров пытался спихнуть на меня свою черновую работу, которую не часто контролировал Арик.

То сам подносил к станку большие доски, а на станке работал другой. То сам таскал вручную на второй этаж готовые заготовки мебели, которые можно было поднять маргизой (электрокарой) через ворота второго этажа.

- Алекс! Ахшав кцат-кцат никаен аколь нагария. (Александр! Сейчас чуть-чуть почисть всю в столярку.) - с еврейским подходом, обратился ко мне, Арик, в конце работы, с уборкой территории столярной мастерской.

Почистить чуть-чуть всю столярную мастерскую в конце работы, это означало вытащить из цехов мусора объёмом с огромный многотонный самосвал.

Причём всё это надо делать вручную и в заключении подмести весь цех метлой до чистого бетона на полу нагарии. Весь мусор состоит от мелких стружек и опилок, до огромных кусков древесины, которые надо не только вынести на улицу.

Кроме того, мусор надо поместить в огромный мусорный кузов от самосвала, без всяких технических приспособлений для погрузки и разгрузки сыпучих материалов отходов из древесины.

Уборку цехов столярной мастерской я закончил тогда, когда все рабочие и хозяин мастерской садились в свой автомобиль в чистой одежде. Собираясь уезжать домой.

Мне оставалось только обдуться воздухом из компрессора и в рабочей одежде отправляться пешком к себе домой.

Рабочие и хозяин столярной мастерской сослались на то, что в автомобиле нет места для меня, а мне идти до своего дома всего минут пять-десять пути. Сам сразу отправился домой.

- Как у тебя работа на новом месте? - почти хором спросили дети и жена. - Видно работа была у тебя в столярке пыльная? У тебя такой вид. Словно ты, как крот, весь день рыл туннели в опилках и в древесных стружках на работе.

- Работа, конечно, ни такая, как сам её представлял в самом начале. - откровенно, признался сам. - Мало того, все рабочие и хозяева столярной мастерской, используют меня, как салагу, на грязных работах. Но сам их поставлю на место через пару недель своей работы. Как только освоюсь с работой, так сразу заявлю о своих правах на рабочем месте.

Прошло меньше двух недель работы в столярной мастерской, как я сам определился с работой, которую фактически кроме меня никто не мог выполнять. Арик поставил меня работать на рутер.

Это такой небольшой станок, который надо держать в руках и вырезать из заготовки фигуру с кантом и закруглениями. Работа требует много сил и внимания.

Если рутер сорвался с фигурной заготовки или заготовка вырвалась из-под рутера, то можно распороть себе живот фрезой, закреплённой в рутера или отрезать себе руку все той же фрезой. Надо быть внимательным.

4. Натания

После того, как я освоил работу с рутером, то я перестал выполнять подсобные работы и уборкой цехов стали заниматься другие люди. Так день за днём сам осваивал все азы столярной мастерской(нагарии) по изготовлению мебели для "Бейт кнесет" синагоги.

На сборку мебели тоже Арик ставил меня. Вот только на установку мебели в синагогах Арик не посылал меня ещё ни разу. Установкой мебели в синагогах занимались Арон, младший брат Арика, а также Моше, водитель больше грузного "масаида", такого грузового автомобиля с большой платформой.

Откровенно, сам не очень то стремился научиться устанавливать мебель в синагогах. Дело в том, что эту мебель, связки кресел несколько штук в одном ряду, нужно было вручную грузить на платформу грузового автомобиля.

Затем возле каждой синагоги надо вручную сгружать ряды стульев с платформы автомобиля. Затем таскать мебель вручную в синагогу на первый, второй или даже третий этаж огромных залов. Работа очень тяжёлая и весьма сложная.

- Сегодня Арона не будет, так что тебе и Моше придётся заниматься установкой мебели. - сообщил Ушер.

Погрузкой мебели мы занялись с обеда. Поездка намечалась в Натанию, это севернее Тель-Авива. Примерно, на таком же расстоянии, как Ашдод южнее Тель-Авива.

Езды в оба конца не больше трех часов. Но ехать надо до часов пик, когда в час пик проехать быстро просто невозможно от огромного потока автомобилей по всем магистралям и дорогам Израиля.

Так что мы с Моше спешили быстрее закончить погрузку мебели на платформу огромного масаида. Мне уже приходилось заниматься погрузкой мебели. Поэтому мы с Моше легко складывали кресла рядами один в один в четыре этажа на всю длину платформы своего грузового автомобиля.

Прошло больше часа погрузки мебели, прежде чем мы забрались в кабину масаид. Долговязый Моше стал проворно выкручивать баранку автомобиля, выезжая из двора нагирии.

До улицы Бней Брит, ведущей к государственной трассе, нам приходиться выбираться по многочисленным переулкам пищевой промышленной зоне.

Каждый переулок размером с наш грузовой автомобиль надо было преодолеть с нескольких попыток. То угол разворота не позволяет проехать переулок, приходится делать реверс автомобиля взад и вперёд, чтобы ухитриться преодолеть короткий переулок и при этом не снести бортом автомобиля забор соседней фирмы.

То приходится пропускать несколько автомобилей подряд, которым больше нечего делать, как только разъезжать по коротким переулкам пищевой промышленной зоны.

Вот кто-то неудачно проехал через короткий переулок и зацепил припаркованный возле фирмы легковой автомобиль. Нарушитель успел вовремя смыться, но хозяин пострадавшего автомобиля вызвал по сотовому телефону дорожную полицию.

Теперь полиция и представители страховой компании вместе с хозяином пострадавшего легкового автомобиля определяют стоимость нанесённого ущерба легковому автомобилю.

Проехать нам дальше нельзя пока эта компания не разберётся с аварией на парковке легковых автомобилей. Придётся нам подождать Наконец-то после почти часа мучений в переулках пищевой промышленной зоны, грузовой автомобиль вырывается из заточения переулков, на широкую улицу Бней-Брит.

Вскоре на скоростную государственную трассу. Едва преодолеваем развязку дорог на государственной трассе. Как в едущий впереди новенький автомобиль "Форд" врезается дикий кабан, выскочивший откуда-то из зелени кустов, расположенных вдоль государственной трассы.

Грузовой автомобиль едва не врезается в легковой автомобиль "Форд" и в убитого дикого кабана. Моше остановил свой масаид (грузовой автомобиль).

- Сегодня сел за руль автомобиля и сразу авария. - возмущённо, говорит грузин, хозяин машины "Форд".

- Биджо! Ты наверно не успел с друзьями "обмыть" свой автомобиль? Вот поэтому, случилась авария. - говорю сам, грузину. - Чего так волнуешься? Всего лишь вмятина на бампере. Зато теперь у тебя есть хорошая закуска и повод, чтобы отметить куфт по машине. С друзьями "обмыть" свой новенький автомобиль. Желаем тебе хорошего стола.

Мы с Моше помогаем грузину положить дикого кабана, как дорожный трофей после аварии, в багажник автомобиля "Форда". Дикий кабан настолько большой, что едва помещается в пустом багажнике легкового автомобиля "Форд".

По лицу грузина видно, что он уже упокоился насчет аварии и вполне доволен своим трофеем на государственной трассе. Теперь в его доме сегодня будет веселье и песни под хорошую закуску трофейного, дикого кабана.

Что же касается слегка помятого автомобиля, то страховая компания возместит нанесённый ущерб легковому автомобилю. Небольшая пробка на государственной трассе быстро рассасывается.

Наш грузовой автомобиль пытается на большой скорости наверстать упущенное во время аварии автомобиля "Форд". Со времени погрузки мебели прошло больше двух часов, а мы ещё не преодолели и тридцати километров между Ашдодом и Тель-Авивом.

Короткие переулки в пищевой промышленной зоне и эта маленькая авария с диким кабаном украли наше свободное время. Едва ли мы сейчас быстро проедем города большого Тель-Авива.

Наступил час пик. Автомобили всех марок и мастей сплошным потоком хлынули на городские дороги и автомобильные трассы Израиля. Все проезжие части Израиля заполнены транспортом, похожим на жуков, выбравшихся из своих темных норок.

До Натании добрались лишь к вечеру. Моше быстро сориентировался по улицам Натании. Через несколько минут езды по Натании мы подрулили к огромному двухэтажному, новому зданию, разделённому на две синагоги.

Даже по национальным орнаментам, расписанным в двух синагогах можно определить место исхода этих ортодоксальных евреев, которые построили для себя "Бейт кнесет" дом собраний, так переводится с языка иврит название синагоги.

В первой синагоге, куда мы привезли мебель, находятся выходцы из Марокко. Во второй синагоге через стену молятся богу ортодоксальные бухарские евреи из Средней Азии. Вполне возможно, мои земляки.

Пока в двух синагогах идёт вечерняя молитва, мы не имеем право на работу, разгружать свой автомобиль с мебелью для синагоги. Моше надевает на себя кипу и отправляется в зал марокканской синагоги на молитву.

Мне, как атеисту и иноверцу приходится ждать окончания вечерней молитвы возле здания синагоги. Мне, как солдату, всё равно. Время идёт, а деньги платят.

Чем больше времени я буду на разгрузке и на установке новой мебели, тем больше я заработаю денег. Так платят всюду в Израиле, не за фактически сделанную работу, а за время, проведённое во время работы.

Поэтому пускай рабочее время тянется, как можно больше, во время молитвы. Прошло около часа, прежде чем закончилась вечерняя молитва в обеих синагогах.

Прихожане быстро стали расходиться, по пути вытаскивая старую мебель из зала синагоги. Едва зал синагоги освободился от прихожан и от старой мебели, как мы с Моше тут же принялись таскать новые кресла с кузова автомобиля прямо в зал синагоги и расставлять кресла по рядам так, как указывает местный раввин.

Закрепляя кресла на местах, мы ускоряем свою работу. После того, как вся привезённая нами мебель нашла своё место и была закреплена, раввин приглашает нас в "ходерохель" (столовая).

Где мы по законам иудаизма должны отметить благополучное прибытие новой мебели в зал синагоги. Чем не русский или кавказский обычай обмывать свою обновку.

Тоже самое, накрытый стол с закуской и выпивкой. Разница лишь в том, что водителю автомобиля положено пить виноградный сок. Раввин может выпить только красное вино.

Мне же, как иноверцу, можно пить любой спиртной напиток. Поэтому раввин наливает мне стакан марокканской араки настоянной на каких-то травах растущих в королевстве Марокко. Такой араку сам пью впервые.

Прежде чем выпить содержимое в пластиковых стаканах, раввин произносит молитву во имя Всевышнего. Затем раввин трогает меня и Моше левой рукой за голову.

Говорит молитву в нашу честь. Лишь после этих молитв и ритуальных жестов, чем-то похожих на обряды других религий, раввин поднимает пластиковый стакан с красным вином и выпивает содержимое стакана.

Сам и Моше следуем примеру раввина, выпивая содержимое своих пластиковых стаканов. Закуской нам служат какие-то сладкие шарики из запечённого теста и саленные маслины, замоченные в вине.

Закончив обряд с выпивкой и закуской во славу Всевышнего, нас и благополучно привезённой мебели, раввин и Моше приступают к заключительному этапу нашего визита. Раввин подписывает документы на привезённую новую мебель, а Моше считает наличные деньги, которые раввин передаёт хозяину нагарии за готовую мебель. Моё присутствие не желательно. Хотя сам совершенно не знаю языка иврит. Всё равно раввин и Моше с подозрением смотрят на моё присутствие при их сделке. Поэтому сам говорю Моше, что пойду, посмотрю, как оформлена соседняя синагога бухарских евреев. Ведь сам всё-таки по специальности художник-дизайнер и мне интересно посмотреть оформление интерьера соседней синагоги.

Тем более что соседняя синагога напоминает мне Среднюю Азию, где сам долго жил в Таджикистане. Осторожно приоткрыв массивную резную дверь из самшита, сам прохожу в зал соседней синагоги и словно попадаю в мечеть в окрестностях города Душанбе.

Всё те же растительный орнамент, чеканка, витражи, расписанные маслом дощечки, резные полотна по дереву и даже резное панно по гипсу точно такое, как в той мечети, которую оформляли мои художники из Производственного объединения "Дизайнер".

Не хватает в синагоге лишь присутствия моих парней и того муллы, который тогда щедро заплатил за работу моим художникам. Жалко, что мы больше не встретимся.

- Александр! Какими путями тут? - слышу сам, знакомый голос, с трудом узнаю в раввине Файзуллаева Мурата.

- Сам то живу в Израиле. - удивлённо, отвечаю сам. - Но вот что здесь делаешь ты в таком странном наряде?

- Всю свою жизнь мои родители почему-то скрывали, что они бухарские евреи. - как бы виновато, стал объяснять Мурат. - В начале перестройки мои родители вернулись к своим корням. Стали набожными и после развала Советского Союза направили меня учиться в религиозную школу в город Иерусалим. Сам стал в Натании раввином синагоги, построенной на денежные средства бухарских евреев. Находишься ты гостем у меня в синагоги.

- Сам помню, что ты был моим талантливым учеником. - вспомнил сам, прошлое. - Но ни на столько, чтобы выполнять все виды изобразительного искусства. Сам вижу тут почерк других моих учеников. Может быть, сам ошибся? Тогда извиняюсь.

- Нет, муалим (учитель), ты не ошибся. - подтвердил мои выводы, Файзуллаев. - Здесь была бригада Сабирова Таймураза. Сам специально приглашал парней из Таджикистана к себе работать в Израиль.

- Так что вы со мной не связались? - удивлённо, спросил сам. - Ведь сам мог принять участие в вашей работе.

- Раис! Мы искали тебя повсюду. - как бы извиняясь, ответил Файзуллаев Мурат. - Узнали, что ты жил в Холоне. Но дальше твой след пропал. Говорили, что ты с бизнесом уехал жить и работать в другую страну.

- У меня ничего тут с бизнесом не получилось. - уныло, сказал сам. - В настоящее время работаю в столярной мастерской рабочим. Делаю мебель в синагоги. Сейчас привёз сюда мебель к вашим соседям из Марокко.