История нашей жизни Том-7

– Пусть бегает, – сказал лечащий врач. – Если выжил за сутки на природе, то будет долго жить.

Лечащий врач сказал моим родителям, чтобы меня чаще выпускали на природу и желательно возили высоко в горы. Горный воздух и морской климат всегда на пользу больным, а также вполне здоровым людям.

Однако мне придётся на один год оставить учёбу в школе и один раз в неделю приходить на обследование к врачам. Только в таком случае здоровье будет восстановлено. В противном случае меня ждёт инвалидность, о которой даже думать не хотел и старался выжить.

Очень медленно, но уверенно, возвращалось ко мне здоровье. Целый день был с друзьями на море или с отцом высоко в горах со сбором оригиналов на фотопортреты. Иногда был с отцом на охоте у озёр Баксана.

От родителей, а также от своих друзей сам узнал, что Исса пропал из дома в последнюю ночь перед моим увечьем. Искали Иссу в горах и возле моря целый месяц. Однако не мёртвым, не живым его не нашли. Пацан исчез бесследно из вида людей. Улетел словно птица.

Конечно, мне было известно, где находится Исса. Но если бы рассказал о последнем разговоре с ним, то мне всё равно никто не поверил. Ведь после того, как меня сбил мотоцикл, а сам чудом выжил, то стал совершенно другим человеком по своему характеру, а также по своим взглядам на жизнь. Поэтому все считали, что, немного тронулся разумом. Хотя считал, что мой организм и разум стали лучше. Моя жизнь приняла совершенно иной смысл на право думать по-другому.

После того, как сам вышел с больницы, то у меня были одни мысли. Забраться на вершину Гнездо Орла и оттуда поблагодарить Иссу за то, что он спас меня от смерти.

Но такого случая у меня не было. Отец считал себя виновным за то, что подстрелил орла, а также за то, что на нашу семью обрушились беды. Поэтому отец прекратил ездить в горы по дороге возле вершины Гнездо орла.

Так прошёл у нас целый год. На следующее лето, через лечащего врача, уговорил родителей направить меня в пионерский лагерь за аулом Сергокола. Так как там много зелени и отличный горный воздух, который нужен моему организму.

Так что с помощью родителей и врачей, под строгим присмотром пионервожатых, а также моих друзей. Меня направили отдыхать в пионерский лагерь "Сергокола" на все лето.

Отчего ликовал всю дорогу. Словно вырвался из клетки на волю. Вот только удрать к вершине Гнездо Орла в первый месяц пребывания в пионерском лагере мне никак не удавалось.

За мной наблюдали все пионервожатые и мои многочисленные друзья. Вершина Гнездо орла была в нескольких километрах от пионерского лагеря. Пешком добираться туда было сложно.

На общественном транспорте в те времена подростка без документов сразу могла подобрать местная милиция. Затем отправить домой или, в крайнем случае, в пионерский лагерь.

Однако придумал, как организовать поход пионерского отряда к вершине Гнездо Орла. В те времена в Советском Союзе были в моде разные патриотические мероприятия и походы, посвящённые героям Великой отечественной войны. Не буду пересказывать подробности задуманного мной патриотического мероприятия связанного с героями войны.

Всё это многократно раз рассказано в истории нашей жизни. Пионеры и пионервожатые знали в лицо каждого солдата войны с фашистами. В том числе моего отца инвалида войны второй группы. Причём единственного фотографа портретиста в Избербаше.

Возможно, даже единственного фотографа портретиста в то время во всём Дагестане? Почти в каждой семье Дагестана можно было видеть фотопортреты, выполненные руками моего отца.

Так что уговорил совершить поход к аулам в районе Сергокола, где проживали горцы герои войны и кунаки моего отца. Поход был хорошо организованный и настолько удачный, что мне самому поверилось в действительность того, что придумал. В большинстве аулов вокруг вершины Гнездо Орла мы с отцом бывали часто.

Почти в каждой мазанке и в каждом ауле были фотопортреты, сделанные руками моего отца. Многие горцы знали меня в лицо. Меня принимали как сына кунака и как сына героя войны. В аулах было много горцев солдат войны, которые служили с моим отцом в Дикой дивизии.

Вовремя нашего похода к аулам вокруг вершины Гнездо Орла, на ночь нас горцы разбирали спать по мазанкам. Там нас хорошо кормили и принимали в каждой семье, как своего родственника или как сына.

Когда мы заночевали в ауле, расположенном вблизи вершины Гнездо Орла, то уговорил знакомого мне аксакала, что переночую с его детьми-пастухами в кошарах на пастбище рядом с овцами.

Доверчивый аксакал согласился. Мне оставалось лишь ночью сбежать из кошар к вершине Гнездо орла. Кошары были вблизи вершины. Мог легко ориентироваться на местности.

Едва только пастухи разбрелись со своими кавказскими овчарками по разным сторонам кошар, чтобы охранять стадо овец от возможного нападения на стадо волков, гиен или других хищников.

Как тут же направился к центру кошар якобы лечь спать. Сослался на то, что от многочасовых походов между аулами сильно устал. Но едва скрылся с виду от пастухов, как тут, же сразу без всякого снаряжения направился к заветной вершине навстречу неизвестного и встречи с Иссой.

Почти половину ночи продирался сквозь кустарники кизила, барбариса, орешника фундука и других съедобных растений, которые густо росли на склоне к вершине Гнездо орла. Лишь за пару часов до рассвета достиг своей цели. Сытый от съедобных плодов и ягод, которые объедал с кустов и деревьев по дороге к вершине.

Сильно уставший за время подъёма к вершине. Едва поднялся на вершину. Поискал удобную полянку среди кустарников кизила и тут же завалился спать. Проснулся от ярких лучей восходящего солнца, а также от того, что кто-то перебирал мои волосы.

Попытался убрать рукой то, что касалось моих волос. Но в тот, же момент получил сильный удар в свою руку. Едва сдерживая себя от крика к боли в руке, осторожно посмотрел в ту сторону, где трогали меня за волосы и тут же обалдел от страха.

Почти два часа спал прямо между орлиными гнёздами, в которых находились подросшие птенцы, готовые встать на крыло и полететь в воздушном пространстве над горами. Видимо, птенцы приняли меня за корм от матери?

Вершина в действительности оправдывала своё название. Так как на ровной поверхности вершины среди небольших кустарников было так много орлиных гнёзд, что практически негде было встать ногой.

В каждом гнезде были взрослые птенцы, которые с удивлением разглядывали меня и не могли сообразить, что со мной делать. В это время над вершиной кружила огромная стая орлов беркутов в основном с оперением темно-коричневого цвета.

Среди стаи орлов выделялся один орёл чёрного цвета с белой полосой вокруг шеи и на груди. Своим окрасом и красивым загнутым клювом беркут сильно напоминал мне друга Иссу(Ассу) с моим талисманом от волчьего клыка. Несмотря на то, что орлы в небе над моей головой были обеспокоены моим присутствием на вершине среди гнёзд. Однако ни один из них в небе ни стал атаковать меня, чтобы заклевать до смерти. Хотя им ничего не стоило это сделать.

Ведь каждый беркут был размером больше меня и мог легко убить меня своим мощным клювом или своими острыми когтями стащить меня с вершины горы. Но что-то или кто-то руководил огромной стаей гордых птиц и не допускал их к нападению на меня, как на беспомощного птенца человека, которому некуда деться от опасности.

Немного осмелев, решил подойти к краю вершины, чтобы посмотреть вниз в долину. Но едва добрался до опасного края вершины, как чёрный орёл с белой полосой на шее и на груди, буквально спикировал на меня со стороны края вершины и своими мощными крыльями замахал на меня.

Пытаясь отогнать меня от опасного места, чтобы случайно не сорвался с вершины в пропасть. Где мог разбиться насмерть о камни и навсегда улететь, словно птица в другое пространство жизни. Откуда никто и никогда не возвращался к обычной жизни среди обычных людей.

Когда стал отступать от края вершины обратно к центру вершины, то отчётливо увидел белую полосу на шее и на груди орла. На голове орла над красивым клювом, как нос у горца, сверху красовался пучок черных перьев, напоминающих мне чёрную причёску на голове моего друга Иссы (Ассы).

В это же время мне показалось, что с шеи орла свисал мой талисман в виде волчьего клыка. Выходит, что мой друг действительно превратился в красивого орла, который спас меня от смерти и будет оберегать меня от опасности в горах.

Жалко только, что никогда не смогу оказать помощь своему другу, горному орлу и человеку, который превратился в красивую и гордую птицу. Осторожно ступая между орлиных гнёзд, потихоньку стал спускаться с вершины Гнездо орла тем же путём, как забрался ночью на вершину. К этому времени весь пионерский отряд был в полном сборе. Пионеры вместе с пионервожатыми и местными жителями искали меня вокруг вершины Гнездо орла, а также вокруг кошар со стадом овец, где должен был спать.

Никто даже не подумал, что был на этой вершине. Так как на эту вершину никто никогда не осмелился подняться.

– Ты где пропадал? – поинтересовалась старшая пионервожатая, когда увидела меня вымазанного соком кизила и ежевики. – Мы целый час ищем тебя по кустам, а ты пропал где-то с самого утра.

– Здесь много ягод и плодов, – стал оправдываться. – Врачи советовали мне кушать ягоды…

– Ты хотя бы пастухам сказал, что ушёл в кустарник за ягодами, – пожурила меня пионервожатая.

– Больше никуда не пойду от вас без спроса, – артистично захныкал, размазывая грязь по лицу.

– Ну, ладно! Прощаю! – раздобрилась пионервожатая. – Иди к роднику мыть лицо и сразу в строй.

Отдых в пионерском лагере "Сергокола" дальше прошёл без особых приключений. Домой вернулся вполне здоровый и за лето повзрослевший. Но это было у меня последнее лето в горах Дагестана.

После очередной попытки горцев убить моего отца неизвестно за что и неизвестно кем, мы собрались переезжать в посёлок Курджиново на реке Лаба.

Где-то в Карачаево-Черкесии между Краснодарским и Ставропольским краями. Там меня ждали высокие горы Кавказа и новые приключение высоко в горах с новыми друзьями. Мы строили планы на будущую жизнь в горах.

– Ваш сын Исса превратился в орла, – сказал на прощание отцу Иссы. – Он живёт на вершине.

– Это знаю, – гордо сказал отец Иссы. – Мой сын с самого детства говорил, что станет орлом.

Больше никогда не видел отца Иссы. Но всегда, когда был высоко в горах в любой точке земного шара, то вовремя моей предстоящей опасности высоко в горах передо мной появлялся огромный чёрный орёл с белой полосой вокруг шеи и на груди. Беркут отгонял меня от опасности. Затем приветствовал меня своим криком с большой высоты и словно дельтаплан, долго кружил надо мной в синеве огромного бездонного неба.

Часть-2. Мир любой ценой.

1. Свадьба художника.

В понедельник утром рано за мной приехал Мирзаев Вахиб. Он поставил автомобиль так, чтобы видел его из окна. Посмотрел на свои часы. Было всего лишь шесть часов утра. Видимо, Мирзаев Вахиб соскучился по работе за эти два выходных дня или он хотел посмотреть своими глазами, что произошло здесь в субботу? Но смотреть уже не на что. Наш микрорайон принял обычный повседневный облик. Мёртвых похоронили ещё вчера. Раненые находятся в больницах. Уцелевшие жители нашего микрорайона сегодня разойдутся по своим делам.

Одни отправятся на работу, другие на учёбу, малышей отведут в детские садики. В квартирах останутся кормящие мамы с грудными детьми и старики, которым уже давно некуда спешить.

Возле дверей офиса меня ждала свора голодных собак и несколько человек моих работников. Парень ответственный за собак занялся их кормлением. Поздоровался со всеми и сказал присутствующим, что вначале приму бригадиров, затем остальных.

Производство должно работать в первую очередь. Личные вопросы могут подождать. Мне надо было определить рабочее состояние новых объектов и завершение работ на старых объектах. Кроме того, сегодня нужно определить время зарплаты бригад завершённых объектов.

– У вас какие вопросы? – спросил, бригадира Семена Фредан, после того как поговорил с бригадирами.

– Нам нужны большие тарные коробки, оставшиеся после зарубежных товаров. – ответил Фредан Семён. – Мы скоро всей бригадой уедем на постоянное место жительства в Израиль. Коробки нам нужны под вещи.

– Ну, все, вы меня окончательно зарезали. – в сердцах, разозлился на Семёна. – Полтиелов! Пожалуйста, подготовь мне список всех уехавших и уезжающих евреев. Мне надо знать, как планировать работу под этих людей. Бригаде Фредан Семена выдели столько пустых тарных коробок, сколько понадобится на отправку вещей.

– Список евреев у тебя в красной папке. – сказал Полтиелов, направляясь к выходу. – Подготовил этот список давно.

Рассматривая длинный список еврейских фамилий, которые работали у меня с начала перестройки, понял, что как только уедут все евреи, армяне и русские, так мне можно закрывать свой бизнес. Одних только еврейских фамилий было больше четыреста. Примерно столько же было армян и татар. Больше всего было русских и таджикских фамилий.

Но если таджики останутся в одиночестве, то мне уже не с кем будет работать. Из всех таджиков наберётся не больше десятка классных специалистов. В то время, как мне нужно одних только рабочих бригад несколько десятков. Откуда смогу взять специалистов на все бригады? Мне одних только хороших художников надо как минимум тридцать человек. В то время, как среди таджиков в моих бригадах художников имеется только Сабиров Таймураз. Все остальные художники разных национальностей. Мне надо было ещё в школе постараться подготовить художников из среды таджиков.

Почему, тогда об этом не подумал? Ведь кроме Сабирова Таймураза в школе были и другие талантливые подростки. Нет, тогда словно зациклился на Сабирове Таймуразе и Черкасове Саши. Носился с ними, как с самыми талантливыми подростками. Конечно, не ошибся в их талантах, но просмотрел за ними других.

– Саша! Ты что мнёшься у двери? Заходи в кабинет. – сказал, Черкасову Саши, стоящему снаружи у двери. – У тебя есть неотложный вопрос? Тоже собираешься оставить меня в одиночестве?

– Нет! Пока никуда не собираюсь. – успокоил меня, Черкасов. – Приглашаю вас на свою свадьбу.

– Это очень похвально с твоей стороны. – радостно, сказал Саше. – Но свадьбы художников ни так часто бывают. Поэтому банкетный зал в лучшем ресторане Душанбе будет за мной. Твоя невеста мне знакома?

– Насчёт невесты, это мой сюрприз для вас. – ответил Черкасов Саша. – Вот только банкетного зала в ресторане и подарком мне от вас не нужно. Вы столько сделали мне своих подарков за последние десять лет, что вечном долгу перед вами. Поэтому для меня лучшим подарком будет ваш приезд на мою свадьбу к нам домой. Мы решили не рисковать и провести свою свадьбу в узком кругу друзей и родственников у себя дома. Свадьба состоится в эту субботу в десять часов утра. Мы подумали о гостях тоже. Поэтому к вечеру в субботу свадьба нашу закончится, чтобы все гости без риска за жизнь могли разъехаться по своим домам.

– Мы с женой обязательно приедем на вашу свадьбу. – согласился с приглашением. – Ты можешь рассчитывать на мою помощь в подготовке к своей свадьбе. Вся эта неделя полностью в твоём распоряжении. Готовься к свадьбе.

– Спасибо! Воспользуюсь вашей помощью. – прощаясь, ответил Черкасов Саша. – Да свидания! пойду.

Хорошо, что предупредил нас заранее о своей свадьбе, Черкасов Саша. Надо мне связаться со своей мамой. Сказать ей, чтобы она приехала в пятницу к нам в гости.

В такой опасный момент в республике нельзя оставлять квартиру и детей без присмотра на целый день в субботу. Мало ли что может произойти. Могут обратно возобновиться военные действия в нашем микрорайоне. Банд тоже много бродит по городу.

Моё известие о предстоящей свадьбе встретили все с восторгом. Особенно мальчишки и Виктория. Сыны были рады ни свадьбе, а моему отъезду на целый день. Так как у них было много разных личных планов на этот день в квартире. Но осуществить свои планы они могли лишь в моё отсутствие. Очевидно, эти планы были связаны с каким-то возможным балаганом в квартире, который не мог допустить в своё присутствие?

В присутствии своей бабушки внуки могли устраивать в квартире, что им угодно. Бабушка все им прощала. В полнее естественно, что приезд бабушки радовал и внучку.

Во время приезда бабушки в гости к нам. Виктория либо закрывалась с бабушкой у себя в спальне.

Бабушка и внучка в спальне секретничали по много часов. Либо Виктория и бабушка занимались своей стряпней на кухне.

В это время наша квартира наполнялась запахами домашней кухни терских казаков. Вспоминал о днях своего детства в Старом хуторе, когда бабушка Маня и дедушка Гурей приглашали всех родственников на свой очередной юбилей.

Тогда Старый хутор наполнялся шумом и приятными запахами домашней кухни терских казаков. Вскоре ни только Старый хутор, вся улица Дербентская в Гудермесе, где раньше была станица Вольная, а затем станица Кахановская, начинали отмечать очередной юбилей наших долгожителей.

Гости и соседи были рады тому празднику. Среди гостей разных национальностей, хотя бы вовремя этого юбилея, не было врагов. Мы были единой дружной семьёй.

Как бы мне не говорил Черкасов Саша, что от меня не надо подарков, всё равно не мог поехать на свадьбу с пустыми руками. Поэтому ещё рано утром в субботу сказал своему личному водителю, Мирзаеву Вахибу, чтобы он купил самый огромный и самый яркий букет гвоздик в оранжерее Душанбе.

Кроме цветов, которые естественно принадлежали невесте, взял с собой из дома чеканку "Бригантина". Самую большую чеканку в нашем доме, которую сделал много лет назад, когда Черкасов Саша ещё будучи школьником начальных классов, постоянно крутился вокруг меня и с удивлением смотрел, как делаю эту чеканку.

Черкасов Саша давно стал настоящим художником в области изобразительного искусства. Но чеканщик из него так и не получился. Поэтому сам решил подарить на свадьбу Черкасову Саше свою чеканку.

В девять часов утра мы с Людмилой были готовы к отъезду на свадьбу к художнику Черкасову Саше в Кофарнихон. Людмила в этом городе не была уже больше года.

С того самого времени, как мы переехали жить на новую квартиру в город Душанбе. Тоже изредка заезжал в этот город. Только тогда, когда у меня на один день планировались уроки в школах и лекции в техникуме. На это у меня отводилось всего два дня в месяц.

Иногда уроки и лекции попадали на один день в месяц. Как мне удавалось договориться с районным отделением образования и с теми учебными заведениями, в которых намечались мои уроки.

В этот день всюду было спокойно и у нас не было никаких проблем съездить на свадьбу к художнику. Мы проехали на своём автомобиле ни через центр Душанбе, а по проспекту Профсоюзов в сторону цирка и оттуда через Текстиль на площадь "Айни" в направлении Кофарнихона.

Нам не хотелось влипнуть в какую-нибудь дорожную историю на своём сверкающем белизной автомобиле. Поэтому мы втёрлись между рейсовыми автобусами. В таком сопровождении мы ехали спокойно до самого Кофарнихона. Как только наш кортеж с автобусами пересёк автомобильный мост через реку Кафирниган, так мы сразу обогнали впереди идущий автобус и выехали на городскую площадь Кофарнихона.

Эта городская площадь за время нашего отъезда из этого города мало чем изменилась. Все также на площади много разного транспорта. Правда, частный парк автомобилей значительно возрос.

Центральный универмаг сильно постарел. На его стенах пыль и раны былых сражений. Так и не достроенный памятник героям Великой отечественной войны стоит с ободранной позолотой и с признаками недавних сражений у этого памятника.

Рядом возле автобусной остановки двухэтажное здание, в котором когда-то на первом этаже был шикарный ресторан, а на втором этаже золотой ювелирный магазин. В этом магазине сам когда-то покупал для всей семьи шикарные часы, а Людмиле покупал дорогие перстни и украшения.

Сейчас только осколки разбитой рекламы на этом здании напоминают, что здесь когда-то был шикарный ресторан и золотой ювелирный магазин. Все остальное в этом здании разбито и разграблено. Даже окна и двери повытаскивали из этого здания. Остался только бетон и дырки в местах бывших дверей, окон и витрин когда-то прекрасного здания.

Единственное, что напоминает о попытках зарождения капитализма в этом городе, так это бетонные колоны, торчащие за городской площадью. Бетонные колоны, чем-то, отдалённо напоминают Большой театр в Москве или какую-нибудь старинную усадьбу в Московской области? Возможно, что какой-то "новый русский" хотел застолбить здесь участок земли под свой бизнес? Но местные кланы не поняли его и пристрелили. Остались от него лишь торчащие из земли бетонные колонны, как памятник русскому неудачнику. Наш автомобиль проехал с краю через городскую площадь и через двести метров езды по широкой улице повернул в левую сторону на улицу Кирова, которая сейчас наверняка имела другое название.

В честь какого-то басмача или героя средних веков. Ничего другого из истории своего народа местные власти не знали. Даже новые памятники в разных городах Таджикистана, построенные с начала перестройки, не могли похвастаться подвигами своих героев.

Большинство местных жителей ничего не знали о подвигах своих национальных героев, которым новые власти в Таджикистане воздвигли памятники. Мы ещё издалека увидели возле дома Черкасовых большое скопление легковых автомобилей.

Среди которых были и автомобили милиции. Бригада Черкасова Саши работала на многих объектах милиции, МВД, КГБ и городской автоинспекции. Возможно, что оттуда кто-нибудь приехал в гости на свадьбу?

Может быть, и так, что Черкасов Саша пригласил милицию для охраны своей свадьбы? Чтобы у него на свадьбе не произошла трагедия, как случилось с братом Джафара в 1987 году, когда бандиты расстреляли всю свадьбу.

– Раис! Ты извини меня, но с тобой на свадьбу не пойду. – сказал мне, Мирзаев Вахиб, пристраивая наш автомобиль далеко от ворот дома Черкасовых. – Это тебя пригласили на свадьбу, а не меня. К тому же виновника торжества плохо знаю. Мне лучше остаться в машине, чтобы никто не угнал её с этого места.

– Хорошо! Отдыхай! – согласился, выбираясь из автомобиля. – Мы пойдём. Нас там, наверно, давно ждут?

Выбравшись из автомобиля, мы с женой оставили в салоне автомобиля на сидениях мою тёплую куртку и чёрную шубу жены. До ворот дома Черкасовых было метров сто. Замёрзнуть не придётся.

К тому же день сегодня был без осадков и над головой безоблачное небо. Так что свадьба в самый раз в такую погоду. В помещении при скоплении людей не будет холодно и жарко. Достаточно будет открыть всего лишь окно.

 Когда мы с Людмилой вошли в дом Черкасовых, то все уже были за столом и, видимо, ждали только нас? Тут же передал невесте букет цветов, а жениху свою чеканку "Бригантина". По лицам жениха и невесты, было видно, что они искренне рады как букету цветов и чеканке, так и нашему приезду. За длинным столом на весь зал дома было человек пятьдесят.

Большинство из гостей знал хорошо. Это вся бригада Черкасова Саши, а также хозяева и руководители тех объектов, на которых в последнее время работала бригада Черкасова.

Мне не были знакомы только гости со стороны невесты. Хотя саму невесту все же узнал. Затем вспомнил и некоторых гостей со стороны невесты. Это были портнихи и хозяин ателье "Лола".

Невестой была та самая девушка, которая пришла в кафе к художникам в Художественном фонде республики, весной 1987 года, во время первого конкурсного отбора фор-эскизов по объектам.

Мы тогда сразу все поняли, что Черкасов Саша и эта девушка влюбились друг в друга. Но, почему, тогда они не поженились в течении пяти лет своего знакомства? Наверно, то работа и гражданская война помешали им?

– Вот это есть ваш подарок мне и мой сюрприз для вас. – представляя мне, свою невесту, сказал Черкасов Саша. – Если бы вы меня тогда не пригласили на конкурс в Художественный фонд, то не было б нашего знакомства.

– Но это ты должен благодарить ни меня. – сказал Саше. – Благодаря судьбе и своему таланту ты оказался там. Вот лишь меня раздирает одно любопытство. Вы уж извините меня. Почему, вы за пять лет не поженились?

– Мы оба учились. – объяснил Саша. – Алёнушка была на втором курсе в институте. Тоже учился на художника.

– Тогда вдвойне молодцы! – радостно, сказал ему. – Успели высшее образование получить и семью создать.

Когда гости расселись по своим местам, то тамадой на свадьбе выступил мужчина средних лет, которого сам совсем не знал. Видимо, это был родственник со стороны невесты?

Так как он больше напоминал о красоте невесты. Пускай даже он льстил невесте, но всё равно он был прав. Невесте выглядела также прекрасно, как пять лет назад. Только повзрослела немного и стала выглядеть, как истинная леди высшего сословия. Свадьба была ни такой уж пышной, как она этого заслуживала. Но главное ни в этом.