История нашей жизни Том-8

Тогда не известно от кого мог больше пострадать. От перепуганного дикого зверя или от охраны барханного заказника. Дикий зверь меня мог поранить, а охранник барханного заказника мог отдать меня под суд за нарушение спокойствия охранной зоны возле Ашдода.

Не зря в народе говорят, что риск благородное дело. Стоило только мне приблизиться к забору из колючей проволоки возле железной дороги, как тут же увидел промятую колючую проволоку по обе стороны железнодорожной линии. Без особого труда преодолел препятствие в виде колючей проволоки.

В последнее мгновение почти оборвавшейся жизни пересёк железнодорожное полотно под самыми колёсами проскочившего пассажирского поезда, из локомотива которого услышал обычный русский мат в свой адрес и с тепловоза грозный кулак русского мужика.

От русского мата машиниста пассажирского поезда в Израиле, словно на одно мгновение побывал в России у себя на родине. Когда мальчишкой с оборванными пацанами, спрыгивал на ходу поезда в холодную воду горной реки и получал такое огромное удовольствие от холодной воды, а также от мата машиниста поезда, что готов был снова и снова повторить свой опасный трюк ради одного мгновения наслаждения прелестью рискованной жизни.

Соскочив с железнодорожного полотна, почти из-под колёс пассажирского поезда, весело помахал машинисту поезда, только что покрывшего меня русским матом. Почти как мальчишка перескочил через очередную преграду из колючей проволоки.

Быстрым шагом пошёл мимо нового каньона супермаркета магазинов в направлении завода «Тет-Бет». До начала работы оставалось всего пару минут. Конечно, на работу ко времени опаздывал. Мне должны были сделать скидку за опоздание. Так как пешком преодолел шесть километров, чтобы успеть сюда на работу.

– Меня не взял на работу дежурный мини-автобус. – сказал дежурной на КПП. – Сюда пришёл пешком. Как буду добираться к своему месту работы?

– Ничего страшного. – сказала дежурная на КПП. – Когда будешь ехать домой, тебе покажут место выхода с работы и место посадки на работу.

Дежурная КПП вызвала по рации начальника участка с места моей новой работы. Начальник участка по имени Давид, маленького роста с грузинской внешностью, пришёл к диспетчерскому кабинету на КПП минут через десять. Обменявшись взаимными приветствиями и знакомством, направился следом за Давидом к месту расположения рабочего участка и места отдыха в обеденный перерыв, где мне предстояло переодеться в рабочую одежду.

После чего Давид указал мне на группу мужчин, которые работали под огромным бункером с кормами жвачных животных. Из всех рабочих знал лишь чёрного эфиопа, с которым работал в силосной башне в первую ночь на заводе «Тет-Бет». Всех остальных русскоязычных рабочих видел впервые или случайно где-то встречал за территорией завода, так как Ашдод не слишком большой город в Израиле, чтобы русскоязычное население города могло затеряться в толпе местных горожан.

Здесь фактически каждый новый репатриант хотя бы раз где-то встречался с другими новыми репатриантами выходцами из тех мест, откуда приехал сам новый репатриант. Поэтому все новые репатрианты в Израиле, как бы стихийно создавали языковые кланы, согласно местам своего исхода.

Первый рабочий день на заводе «Тет-Бет» был у меня относительно лёгким. Мне довелось убирать из-под грузовых автомобилей просыпавшийся корм жвачных животных из рапса, сои, гороха и других кормовых культур, пригодных животным, которые используются в Израиле.

Вообще-то уборка лопатой просыпавшегося корма была не совсем лёгкой. Особенно когда за твоей работой постоянно следят со стороны. Но во время отсутствия надзирателя все рабочие становились в позу застывшего манекена с лопатой в руках и начинали работу лишь при появлении начальника участка или кого-нибудь из местного руководства, которые часто появлялись на нашем участке. На следующий рабочий день меня отправили очищать бункер на глубине двадцати метров. Кроме просыпавшегося корма жвачным животным, было много дохлых крыс, диких голубей.

Метровый слой пыли, накопившейся за долгие годы нещадной эксплуатации данного места на заводе. Грязь с отвратительным запахом должен был бросать из кучи совковой лопатой в люк шнека, который конвейером подавал эту грязь в бункер с готовым кормом животным.

От отвратительного запаха дохлых крыс и диких голубей, а также от облака пыли к концу смены у меня наступила ужасная аллергия. Моё тело буквально бурлило волнами и покрывалось мелкими прыщами, которые так сильно болели и чесались, что едва сдерживал себя, чтобы не разодрать прыщики до крови. Тогда бы точно мог получить какое-нибудь неизвестное мне заражение кожи или крови, от которой можно получить любое опасное заболевание. В конце рабочего дня домой меня привезли на мини-автобусе, чуть живым от аллергии, а также от слоя пыли, которой было покрыто все моё тело.

Из-за своей брезгливости, а также из-за опасности заработать в общественной душевой какое-нибудь грибковое заболевание, в раздевалке лишь менял грязную одежду на чистую одежду.

Зато дома часами отмывался под горячим душем от пыли и грязи накопившейся на всей площади моего измученного тела. На следующее утро, едва придя в себя от аллергии и от грязи, решился обратно выйти на работу.

Надеясь на то, что в этот день такой отвратительной работы у меня больше не будет. Ведь первый рабочий день на заводе был намного легче прошедшего рабочего дня. Не может же быть так, что все рабочие дни будут похожи на место в аду, где мне придётся вариться в зловонии до конца своей жизни и не видеть никакого просветления к своей лучшей жизни.

Очередной рабочий день на заводе был значительно легче в отношении меня, чем для моих напарников, которых заставили обуться в резиновые сапоги и забраться через боковое отверстие в гигантский сосуд с остатками сгнившего масла. Мои напарники заполняли лопатой ведро протухшим маслом и подавали наружу мне.

Дальше этим пропавшим маслом заполнял пустые железные и пластиковые бочки, которые затем где-то складировали в отходы. Несмотря на то, что по сравнению с работой по уборке подземного бункера работа с маслом была намного легче и ни так воняла, однако к концу рабочего дня мы выглядели, как взмыленные лошади после скачек на стадионе.

Точнее сказать не взмыленные, а промасленные, так как одежда, особенно перчатки, были покрыты жиром с отвратительным запахом протухшего масла. Со стороны можно было подумать, что специально возились в вонючем масле. В течение двух недель на заводе «Тет-Бет» моя работа чередовалась с пылью и маслом на поверхности земли, а также с испытанием под землёй. Несколько раз пытался бросить отвратительную работу и уйти на другое производство. Но два выходных дня за две недели давали мне расслабиться и обратно приступить к работе на заводе. Откровенно говоря, боялся остаться совсем без работы. Отчего без денег в банке могла пострадать моя семья.

Может быть, постепенно свыкся бы работать в отвратительных условиях на производстве масла и кормов жвачным животным? Если бы в начале третьей недели Давид не отправил меня очищать от грязи верхние площадки элеватора на высоте более двадцати метров. Откуда была видна панорама белого города в жёлтых песках. Хотелось птицей парить над диковинной красотой белого Ашдода, который вырос оазисом в песках дикой природы. Однако прекрасная романтика быстро сменилась отвратительным бытом.

Под ногами на высоте двадцати метров находилась грязь, накопившаяся за многие годы на данном заводе. По сравнению с высотной грязью уборка в подземельном бункере и на участке на поверхности земли могли показаться просто развлечением на помойке. Так как на панорамной площадке над элеватором среди сгнившего корма накопились слои дохлых крыс и диких голубей, которые отравились от производства на заводе масла и белковых кормов, в пищу людям и домашним животным. Едва зацепил многолетний слой грязи с куском шифера, как в тоже мгновение передо мной появилась целая семейка крыс, которые никак не ожидали меня на высоте более двадцати метров от поверхности земли. Также как тоже не ожидал встретить крыс на вышесказанной высоте.

Поэтому пару секунд крысиная семейка находилась в шоке от такой неожиданной встречи. Тоже сразу не мог сообразить, что делать тут с этими вонючими крысами. Первой опомнилась крысиная матка.

Крыса проворно забралась на крышу над площадкой по железной подпорке, обросшей зелёной плесенью. Глупые крысиные детки, размером почти с крысиную матку, обезумевшие от страха при виде человека, стали прыгать с площадки в разные стороны с высоты белее двадцати метров.

Попытки совершить удачный прыжок с высотной площадки, были неудачны у всех прыгающих крысят. Каждый крысёнок, достигший бетонной площадки, шлёпался об бетон с такой силой, что даже с высоты более двадцати метров было видно, как в разные стороны брызгает кровь от крысиных трупов, которые не имели никаких шансов выжить во время прыжка.

Из десятка крысят, прыгающих с огромной высоты, лишь у одного был шанс остаться в живых. Крысёнок пролетел над головой начальника участка, зацепившись за поредевшие волосы Давида.

Тем самым крысёнок совершил мягкое приземление с огромной высоты. Но, видимо, сердце у счастливчика было слабым? Пробежав несколько метров по бетонной площадке, крысёнок остался лежать без движения вблизи начальника участка. Видимо, издох малыш?

Давид с отвращением на лице сделал резкое движение ладонью по своей голове и посмотрел на чистую ладонь. Очевидно, это Давид подумал, что очередная птичка сделала своё дело на его голову, словно рядом не было других голов или хотя бы своё пакостное дело птичка могла сделать в открытом пространстве без пакости на чью-то голову?

Хотя птицы прекрасно знают, на чью голову им оправляться. Природа выглядит всегда умнее обычного человека. Пока сбрасывал все нечистоты с площадки на землю с высоты более двадцати метром, мой организм объявил войну тем микробам и вирусам, которые имелись в нечистотах на высоте более двадцати метров над поверхностью земли.

Меня стало сильно трясти в лихорадке от этих гнилых нечистот. Думал, что скоро развалится все нагромождение над силосными башнями и над элеватором, на которых находился в течение всего этого дня среди грязи.

К концу рабочего дня, рискуя свалиться с высоты от аллергии и от лихорадки против нечистот. Осторожно сполз по винтовой лестнице на бетонную площадку на земле и едва не рухнул без сознания от напряжения во всем своём теле. Всё моё тело и разум буквально бунтовали против тех нечистот, в которых находился в течение всего рабочего дня. В голове у меня были лишь одни мысли, что из-за грязи обязательно должен уйти из этого предприятия.

– Сегодня во вторую смену на конвейере по разливу масла не хватает одного человека. – сказал мне, бригадир группы. – Ты постоянно твердил, что устраивался работать в цех розлива масла. Может быть, пойдёшь туда работать?

– Конечно, пойду! – не раздумывая, согласился с предложением бригады. – Возможно, так у меня будет шанс остаться там работать?

– Ну, тогда иди к начальнику цеха и сообщи, что ты согласен остаться работать во вторую смену. – сказал бригадир. – Если конечно ты завтра после двух смен сможешь обратно работать в грязи на нашем участке.

– Физический труд меня никогда не угнетал. – сказал. бригадиру. – Меня угнетает лишь сам вид нечистот.

Начальником цеха по розливу масла оказалась приятная на вид русскоговорящая женщина лет сорока. С удовольствием, оценивая на вид мою мускулатуру, начальник цеха предложила мне конвейер по розливу масла в пластиковые баллоны весом по шестнадцать килограмм. Заранее предупредив меня, что за смену придётся перетаскать руками и установить на мештахи (поддон) около двадцати тонн масла в разных пластиковых и металлических баллонах.

– Тяжести не боюсь. – гордо, сказал начальнику цеха. – Меня беспокоят нечистоты на участке у Давида. Просился к вам. Но меня, видимо, по ошибке направили на участок по уборке мусора? Там едва работаю.

– Прямо сейчас поговорю с отделом кадров, чтобы тебя перевели работать в наш цех. – сказала начальник цеха. – Наш участок совершенно чистый. Тебе надо привыкнуть к тяжёлой работе и сохранять темп работы.

С непривычки работал с тяжестью, к тому же после работы с нечистотами на большой высоте. К концу второй смены окончательно довёл себя до такого состояния, что помышлять о какой-то работе на завтра больше не мог. У меня в голове была лишь надежда на чудо, что от такой изнурительной работы меня приведут в чувства хороший горячий душ и двести грамм водки с черным перцем. Иначе, завтра просто не встану из своей постели на работу.

Надуманные мной процедуры к оздоровлению моего тела и души оказались кстати. Утром был в полном порядке. У меня была проблема в похмелье и в хорошем завтраке. Сытный завтрак и сто грамм водки с перцем окончательно поставили меня на ноги. После чего был готов отработать две смены подряд на конвейере по розливу масла.

Лишь бы обратно не возвращаться на участок по уборке нечистот на разных уровнях, над землёй, а также под землёй. Вполне возможно, что с огромным наплывом энергии после надуманных мной процедур не рассчитал свои силы или после длительной работы с нечистотами окончательно подорвал свои силы и здоровье? Но после нескольких дней работы в две смены в конце недели меня не хватило на вторую смену. Кружилась голова, у меня перед глазами все плыло. Едва таскал с конвейера шестнадцатикилограммовые пластиковые и металлические канистры масла.

– Женя! Плохо себя чувствую. – признался начальнику цеха в конце первой смены. – Лучше пойду домой.

– Если ты не сможешь выйти на работу в начале недели, то обязательно позвони нам. – сочувственно, сказала начальник цеха. – Должна найти тебе сейчас замену на наш конвейер. Иначе, мы сорвём работу.

Минут за десять до конца первой смены был в раздевалке. Переоделся в чистую одежду. В целлофановый пакет собрал свою рабочую одежду и впервые за три недели работы на этом заводе первым пошёл отмечаться на контрольно-пропускной пункт.

Почему-то, у меня были опасения, что могу опоздать на посадку в мини-автобус? Идти пешком домой после работы почти семь километров совсем не хотелось. Мог умереть в пути. Так как моё сердце усиленно стучало.

Голову сжимало словно тисками. В горле творилось нечто ужасное. Было такое отвратительное ощущение гортани. Словно там поселились миллионы вирусов и микробов.

Ощущал в горле мурашек, волоса и противный запах. Отчего постоянно кашлял, отхаркивался, а также мне хотел рвать, словно в желудке ничего нет. Мини-автобус пришёл к заводу вовремя. Никто меня не оставил на КПП возле завода.

Водитель мини-автобуса словно специально начал развозить рабочих по самым дальним микрорайонам Ашдода. Поэтому домой меня привёз мини-автобус через час последним пассажиром. Когда у меня вообще не было никаких сил на передвижение в квартиру. Буквально выполз из мини-автобуса и несколько минут приходил в себя на лавочке возле нашего дома.

Почти в бессознательном состоянии, поднялся на четвёртый этаж. С трудом открыл дверь в свою квартиру. Как всегда, в это время Эдик сидел на диване. Смотрел по телевизору свои любимые американские боевики. Виктория приехала из воинской части на побывку домой на два выходных дня, это было видно по её армейским вещам, разбросанным по всей квартире.

Людмилы естественно в это время не было дома. Наверно, сейчас Людмила бегает за продуктами по магазинам, чтобы прокормить исхудавшую за время службы в армии единственную дочь и всех остальных наших домочадцев?

Видимо, наша дочь давно приехала из армии на побывку домой, так как к моему приходу полностью отсутствовала в ванной комнате горячая вода, подогретая солнечным бойлером? Включать электрический подогрев воды ни стал. Потому что на подогрев воды электрическими сухими тэнами или электрической спиралью под бойлером на крыше нашего дома требуется много времени и электричества. Находясь в тяжёлом физическом и материальном положении, не мог себе позволить необдуманно тратить электричество и время. Легче искупаться под душем из холодной воды.

Может быть, холодный душ поможет мне восстановить подорванное работой здоровье? Ведь пару десятков лет назад купание в прорубе после парилки в русские баньки было для меня обычным делом. К тому же купальный сезон на природе часто начинал в женский день 8-го Марта.

Хотя сейчас в Израиле уже зима. Зиму в Израиле по плюсовой температуре можно сравнить с весной или осенью в России. Самое время купаться в море. Рассуждая про себя о былых временах, забрался под холодный душ, ледяные струи которого, словно иголки впились в моё тело.

Не продержался под струями холодного душа даже пару минут. Выскочил из-под холодного душа. Усиленно стал растирать своё тело махровым полотенцем. Стараясь хотя бы таким образом вернуть себя в нормальное состояние души и тела. Ведь больше всего на свете не любил болезни.

Поэтому всячески старался закаливать своё тело, как холодной водой, так сильным растиранием тела махровым полотенцем после холодной воды. Однако в этот раз моя процедура закаливания тела холодной водой и растирание полотенцем оказались не уместны. После такой процедуры мне стало хуже. Меня стал бить сильный озноб.

Моё тело и душу так сильно трясло, что боялся утратить вместе с душой и телом не только своё здоровье, а даже свою жизнь. Поэтому ничего не оставалось делать, как только прибегнуть к традиционному народному лечению, которое известно мне с самого детства. Хорошо, что у нас дома водка и чёрный перец не перевелись. Людмила позаботилась о моем здоровье. Вообще-то не очень-то пьющий человек.

Но когда у меня здоровье малость пошаливает, то тут, вместо таблеток использую народный русский рецепт. Стакан водки с черным перцем помогают мне сильно пропотеть, а вместе с потом из человека выходят все болезни. Так что к утру буду в полном здравии, как это было всегда в моей прошлой жизни. После стакана русской водки с черным перцем под хорошую жирную закуску меня сразу потянуло в сон. Одевшись потеплее в многочисленные спортивные костюмы. Укутавшись сразу в несколько тёплых одеял. тут же завалился спать в свою постель. С надеждой на быстрое выздоровление. Мне никак нельзя было болеть. В моей семье столько много проблем, что хватит мне на долгую жизнь. К тому же когда закончилась автола (пособие по безработице) перестал печатать на персональном компьютере свою трилогию «Прелести жизни», которой нет конца и края. Напечатал более двух десятков книг размером до пятисот страниц, а сюжеты трилогии постоянно увеличиваются у меня в голове во сне.

Не знаю, почему? Но в течение трёх недель моей работы на заводе по изготовлению масла, ни разу не посещал другие измерения жизни.

Можно было подумать, что изнурительная работа на заводе не давала мне сил отправляться путешествовать в иные измерения жизни, которые стали в моей жизни такой же реальностью, как сама моя жизнь в обычном измерении жизни.

Мне даже стало скучно засыпать и просыпаться в обычном измерении жизни. Моему организму и сознанию требовалась какая-то встряска, как допинг, чтобы мне было интересно жить среди людей. Однако, скорее всего, женщина по имени Чита, ждала удобного момента к новой встрече со мной.

Так понял тогда, когда открыл глаза и обнаружил себя обратно в другом измерении жизни, где ждало меня моё новое воплощение. Своё обнаружение в ином измерении жизни воспринял как реальное событие в обычной жизни. Меня совсем не удивляло неожиданное воплощение.

Все воспринималась мной словно реальное событие в моей обычной жизни. Моё новое воплощение в другом измерении жизни нельзя было назвать чудным цветным сном, пьяным бредом или каким-то другим явлением, пришедшем ко мне в то время, когда был в болезненном состоянии душой и телом.

Отчётливо ощущал цвет, объем, запах и звуки, которые можно было воспринимать, находясь в здравом состоянии ума, души и тела. Хотя о здравии души и тела лучше не думать. В данный момент действительно был сильно болен. Без всякого стеснения, в полупрозрачной накидке на обнажённом теле, Чита хлопотала надо мной.

Впервые со времени моего воплощения в незнакомом мне измерении жизни ощутил неподдельную заботу надо мной от этой женщины так сильно похожей на мою любимую жену. Почти по-деревенски Чита делала примочки на мою голову с запахом полевых трав.

Затем Чита дала мне выпить какой-то настой, от которого у меня закружилась голова. Мне показалось, что на душе и во всем моем теле стало намного лучше. Тяжело вздохнув, закрыл глаза и сразу уснул. Когда открыл глаза, то надо мной склонилась Людмила. У меня был сильный озноб.

Весь трясся, как осенний листок готовый в любой момент покинуть дерево своей жизни. Сильно болела голова. В горле ощущалась какая-то гадость, которая вызывала у меня сильный кашель, а также признаки близкие к рвоте. Едва сдерживал себя, чтобы не вырвать прямо в постели. В это время прямо у моего изголовья с кружкой горячего молока стояла Людмила.

– Саша! Тебе надо выпить горячего молока с мёдом и с маслом. – сказала Людмила. – Так тебе будет легче.

Дрожащими руками взял из рук Людмилы горячую кружку и большими глотками выпил молочный настой. Вскоре мне действительно стало легче. Неприятное ощущение в горле немного прекратилось. Перестал кашлять и вскоре обратно уснул. Просто потерял сознание от сильного переутомления после болезни, которая не оставила меня в покое на какое-то время. У меня в душе было какое-то бредовое состояние, от чего все в голове постоянно путалось. В который раз, когда открывал глаза, то рядом с собой видел либо свою жену, либо молоденькую женщину так сильно похожую на мою жену.

Моё потемневшее от болезни сознание окончательно запуталось. Никак не мог отличить реальные события своей жизни от бредового состояния во время болезни. Боялся запутаться в своих отношениях к двум похожим друг на друга женщинам и назвать любимую жену совсем не существующим именем "Чита". Трое суток метался между двумя измерениями жизни и между двумя женщинами похожими друг на друга. Когда наконец-то сознательно понял, что передо мной обычное измерение жизни и настоящая жена, то твёрдо решил подняться с постели и идти устраиваться на работу.

Так как другого выбора у меня больше не было. Мог навсегда покончить со своей обычной жизнью и перейти в другое измерение жизни. Мне не хотелось быть предателем перед своей семьёй, перед своей любимой женой. Легче было умереть в супружеской постели, чем долгие годы здравствовать в объятьях не знакомой женщины в совершенно не знакомом измерении жизни. Просто одна дурастика жизни.

– Саша! Тебе нельзя вставать. – забеспокоилась Людмила. – Ты слишком сильно болен. Тебе надо лечиться.

– Если сам сейчас не встану, то меня никто не поднимет с постели. – поднимаясь с постели, сказал жене. – Иначе меня отнесут на погост.

Людмила ни стала противиться моему решению. За десятилетия совместной жизни, Людмила прекрасно знала, что если так решил, то меня невозможно остановить. Со мной бесполезно спорить. Такой настырный человек. С горяча могу "дров наломать", а после жалеть. Даже если ошибаюсь, то всё равно буду противиться против решения другого человека. В это время меня лучше оставить в покое. Тогда могу хорошо подумать и принять правильное решение, сказанное мной или кем-то другим. Особенно близким человеком, в данный момент моей женой. Часто так поступал и принимал сторону своей жены, хотя старался показать себя хозяином слова на благо своей семье.

Может быть, в данный момент поступил не обдуманно, что тяжело больной встал с постели? Но в данное время у меня действительно не было другого выбора. Надо было подняться на ноги, идти работать, чтобы содержать свою семью. Нельзя было тяжесть семейных забот положить на хрупкие плечи любимой жены, которая без того по моей вине занималась совсем не тем, чем могла заниматься в Таджикистане.

Вместо того чтобы спокойно сидеть в кабинете и выполнять бухгалтерскую работу, Людмила каждый день вставала с постели чуть свет, отправляясь мыть лестничные пролёты жилых домой и кабинеты местных офисов. Мне искренне было жалко свою жену. Однако никак не мог изменить создавшуюся ситуацию, в которой мы находились, а также ничем не мог помочь своей жене. Прежде чем выйти из своей квартиры через силу хорошо покушал. Надо иметь в организме калории на передвижение пешком по всему городу, в поисках работы в частных бюро по трудоустройству местного населения.

Иначе истощённый на микстурах в двух измерениях жизни не смог бы даже спуститься по лестнице с четвёртого этажа. На городском транспорте принципиально никогда не ездил с целью сохранения здоровья и своего капитала в карманах. Ни сказал бы, что через меру усиленное питание в данное время помогло моему здоровью. Скорее всего, просто через силу набил свой желудок продуктами, которые никак не хотел усваивать мой организм.

Своим видом стал похож на больного пингвина. С жёлтым лицом и с огромным животом. Раскачиваясь с боку на бок, осторожно спустился с четвёртого этажа по лестничным переходам на улицу.