Юркина тайга

– Давайте мы разойдёмся в разные стороны. – предложил зекам. – Затем вернёмся обратно. Так определим, что имеем, на месте нашего вольного поселения. После этого будем решать, как поступать сегодня со своим ночлегом.

– Черепок прав! – согласился Гнус. – Расходимся в разные стороны. В скором времени встречаемся обратно.

– Развод придётся отменить. – угрюмо, сказал Цыпа. – Козюля сдох, как собака. Не выдержал перелёта.

Зеки тут же сгруппировались вокруг своего кента по зоне, лежащего возле каких-то ящиков, на которых мы сразу не обратили внимание. Даже без помощи доктора было видно, что зек по кличке Козюля был мёртв. Видимо скончался ещё во время полёта в вертолёте. Солдаты конвоя, вытаскивая беспомощных зеков с вертолёта, не обратили внимания на состояние зека Козюли. Вертолёту надо было быстро убираться от нашего поселения задолго до ночи в тайге.

– Давайте уберём в сторону труп Козюли. – предложил Гнус, после траурной паузы. – Надо посмотреть, что имеется в ящиках. Может быть, в ящиках есть что-нибудь съедобное или какие-то предметы к нашей жизни?

– Тут в траве лежат разные ящики! – воскликнули зеки, которые отнесли труп Козюли дальше в густую траву. Зеки, не сговариваясь, принялись вскрывать деревянные, фанерные и картонные ящики прямо голыми руками без инструмента, которого у нас не было с собой в тайге.

В ящиках были комплекты одежды, постельных принадлежностей, продукты разных консервов и много напитков в пластиковых бутылках. Не было режущих и колющих предметов, которые видимо, побоялись оставить менты у зеков, вышедших из зоны на вольное поселение.

– Так понял, что упаковки в ящиках и содержимое в них полностью принадлежат нам. – определил Гнус, беря на себя руководство над зеками. – Поэтому мы без базара, поровну распределим между собой передачу от ментов. Каждый пацан получит своё. Даже списки мы составлять не будем

Гнус и Цыпа взяли на себя бремя распределения стандартных упаковок. Зеки выстроились в один ряд и по очереди подходили к Гнусу и Цыпе, которые давали каждому по одному совершенно одинаковому пакету. Когда закончился один вид пакетов, то Гнус и Цыпа приступили к распределению других видов пакетов. В общей сложности, сколько было разновидностей ящиков, столько было разных видов упаковок, принадлежащих нам на вольном поселении.

– Что будем делать с трупом Козюли? – поинтересовался кто-то, когда мы закончили разбирать упаковки.

– Труп Козюли придётся чем-то прикрыть. – ответил Гнус. – Иначе хищники сожрут труп Козюли. Завтра кто-нибудь из ментов сюда прилетит на вертушке и заберёт труп Козюли. Думаю, что нас на совсем не забудут.

Зеки стали рыскать по территории нашего вольного поселения в поисках чего-то подходящего, чем можно будет накрыть труп Козюли от хищников. Ничего подходящего не нашли, кроме огромной ржавой бочки. Засунули труп Козюли головой в бочку и поставили на ноги.

Вокруг ржавой бочки положили много разных ржавых металлических предметов. Сверху бочки положили кусок рельсы. Теперь до трупа Козюли никто не мог добраться. Да и зачем зверям жрать труп Козюли, когда на вольном поселении столько много свежего мяса виде зеков. Ведь у нас нет никакого оружия, чтобы обороняться от хищников. Мы лёгкая добыча всякому зверью. В тайге нам надо выжить хоть одну ночь.

Может быть, завтра утрам на зону вольного поселения прибудет вооружённая охрана нас от диких зверей? Избавившись от трупа Козюли, мы всей толпой направились к огромному полусгнившему бараку, который стоял особняком от других полностью сгнивших строений.

От некогда небольшого посёлка остались лишь торчащие из земли огромные бревна, вокруг которых когда-то были сооружены какие-то строения, напоминающие нечто вроде бараков или ферм содержания животных.

На большой территории вольного поселения не было ни одной живой души. Некогда заселённое место давно проросло деревьями и кустарниками, которым на вид несколько десятков лет.

Изнутри полусгнивший барак напоминал огромную камеру с нарами, а точнее барак концентрационного лагеря времён войны с фашистами. Внутри барака воняло гнилью досок и тканей, которые за давностью времени представляли собой с тлевшие бесформенные куски тканей.

По клочьям звериной шерсти было видно, что до нашего появления на этом вольном поселении побывали хищники, но при виде нас или во время трескотни вертолёта звери сбежали с площадки вольного поселения.

Но если звери давно проживали в этих местах, то они обязательно вернуться к своему жилищу и устроят кровавую резню с безоружными зеками. Нам надо было принимать меры безопасности.

– Видимо здесь в начале тридцатых годов был лагерь политических заключённых. – своими выводами нарушил Цыпа молчание зеков, обалдевших от увиденного в полусгнившем бараке. – В современной прессе такое гнилое место называют Гулаг.

– Интересно, куда делись отсюда политические заключённые? – поинтересовался зек по кличке Тюря. – По размерам территории заброшенного поселения здесь лет шестьдесят-семьдесят назад проживало несколько сотен человек. Может быть, даже больше было узников Гулага?

– Скорее всего политических заключённых сожрали звери. – ухмыляясь, сказал Гнус. – Посмотри на нары и на столбы. Тут всюду звериная шерсть. Нас ждёт та же участь. Если мы сейчас не примем никаких мер безопасности. Поэтому хватит базарить. Давайте быстро очистим барак от грязи. Закроем свободными нарами выход из сгнившего барака.

Зеки, не сговариваясь, последовали примеру Гнуса. Вышли из гнилого барака со своими упаковками и положили их в стороне от барака. Затем обратно вошли в полусгнивший барак и стали выносить оттуда гнилье от бывшего имущества заключённых.

Все гнилье стали складывать на краю поселения вдали от нашего барака, чтобы не пахло гнильём возле нашего ночлега. Кроме того, на собственный запах в гнилье могли вернуться звери. Так что запах гнилья в стороне от нашего места ночлега отвлечёт зверей от нас. У зверей не будет повода нападать ночью на зеков.

За пару часов до вечера барак стал относительно чистым по сравнению с тем видом, который застали мы при нашем появлении здесь на вольном поселении. В середине Гулага мы нашли большой родник под огромной сосной, которая, наверно, выросла здесь у родника после исчезновения политических заключённых?

При наличии воды мы могли вымыть барак чистой водой. Но у нас не было вёдер носить в барак воду. Поэтому каждый зек намочил более нормальную тряпку, выбранную из гнилья, мокрой тряпкой протёр то место, где собирался спать на нарах.

Таким образом, перед заходом солнца огромный барак был готов к ночёвке зеков. Можно было нам располагаться спать. За весь прошедший день мы устали до такой степени, что не в силах были организовать общий стол на свой первый ужин в зоне вольного поселения.

К тому же каждый из нас за время уборки барака перехватил немного из тех продуктов, которые оставили нам менты до нашего прилёта сюда на вертолёте. Так что нам оставалось лишь завалиться спать до самого утра. Утро покажет, как поступать дальше. Надо как-то обживать место нашего поселения. Тщательно завалив свободными нарами вход в барак, а также щели, прорытые зверями под полом, мы улеглись на нарах каждый рядом со своими кентами. Точно так же, как мы жили на нарах в своей зоне.

Среди нас не было опущенных, так как "петухов" даже не рассматривали в списке на вольное поселение. Поэтому нам не требовалось определение каст и рангов, положенных на зоне по воровскому закону. В нашем коллективе все зеки были равны. С той лишь разницей, что у каждого было своё количество ходок на зону, а также разница в сроках отсидки. В основном каждый зек имел по две и больше ходок на зону с минимальным сроком пять лет. Сидеть осталось каждому мало.

Барак был рассчитан, примерно, на пятьдесят человек. Так как нас было девятнадцать человек, то мы сгруппировались ближе к центру барака. Так было намного теплее и безопаснее в случае проникновения хищников в наш барак. Хотя проникнуть к нам в барак хищники не могли. Потому, что им надо было приложить много усилия, чтобы отбросить от входа в барак несколько нар, тщательно уложенных на вход в барак.

Если только пару медведей договорятся между собой и станут дружно вламываться в пролом в наш барак. Однако медведи никогда не нападали на жилища людей и тем более не были в сговоре между собой. Ведь в отличие от человека медведи не могут размышлять и быть в сговоре между собой. К тому же медведи в основном одиночки. Не живут стаями, как волки. Так что ночью в бараке нам ничто не грозит. Можно спать спокойно. "Утро вечера мудрёнее", – как говорит русская поговорка.

Едва лишь сумерки вечера сменились на густую тёмную ночь, как сразу со стороны тайги послышались звуки леса. Вначале захихикали ночные птицы. Затем послышалось тявканье лисиц. Где-то к полночи со стороны леса до нас донёсся вой волков.

Изредка тайгу сотрясал рёв медведей, а также трубный пугающий рёв лосей. Ночь была совершенно безветренная. Поэтому нам было отчётливо слышно каждый звук со стороны тайги и вокруг нашего барака. Стал было засыпать, как, вдруг, за стенкой барака отчётливо услышал шаги человека и лёгкое покашливание.

Мне сразу стало страшно. Откуда среди ночи за стенкой барака могут быть люди или всего один человек? Беззвучно и не заметно для нас сквозь стенку барака или через заваленный проход в бараке никто из зеков не может выйти. Тогда где-то на месте нашего поселения живут люди или, может быть, это снежный человек? Конечно же, это не каптар. Так как каптары живут на Северном Кавказе, точнее, в горах Дагестана.

Здесь же, вполне возможно, живёт какой-то другой вид гуманоидов или пришельцы с других планет поселились в этой глухомани. Надо будет утром обследовать следы возле барака.

Тем более что на этой стороне барака никто из зеков не был. Если мне это не послышалось сквозь сон, то на мокрой почве вокруг барака обязательно должны остаться какие-то следы от ног.

Так и заснул в размышлениях о ночном посетителе возле нашего барака. Мне снился Северный Кавказ, наполненный каптарами, о которых знал из рассказов своего отца и старшего брата Сашки. Мало верил тому, что слышал в нашей семье о каптарах.

Хотя мы с братом-близнецом родились в Избербаше в Дагестане, где происходили истории, связанные с каптарами. Но ещё в нашем дошкольном возрасте семья переселилась из Дагестана, на реку Лаба далеко в горах на стыке границ Краснодарского и Ставропольского краёв.

Так что не был участником историй с каптарами в горах Дагестана. Однако однажды возле реки Лаба вовремя рыбалки увидел на другом берегу реки какое-то волосатое чудище, пьющее воду в реке, что едва не сошёл с ума от страха. Это нечто волосатое похожее больше на человека, чем на обезьяну, почти двухметрового роста, спокойно попило воду. Затем это чудище, оглядевшись по сторонам, увидело меня на другой стороне речки обезумевшего от страха. Совершенно не испугавшись моего присутствия, на расстоянии нескольких десятков метров по ширине реки Лаба, чудище спокойно повернуло в заросли леса и скрылось в гуще дерева. Больше никогда не видел таких существ похожих на людей. Никому ни стал рассказывать о том, что видел такое ужасное чудище. Все равно мне никто не поверит. Так же как когда-то не верил рассказам старшего брата и отца о каптарах, которые живут в горах Дагестана.

Но с того времени вовремя моей встречи с волосатым человеком, стал часто думать о том, что мы не одни не только во вселенной, но даже на планете Земля. Рядом с нами живут подобные нам разумные существа, которые отличны от нас высоким ростом и с могучим телом, покрытым густой шерстью или волосами.

Вероятно, эти существа живут в глубоких пещерах и в другом измерении жизни. Лишь изредка эти разумные существа появляются в среде обычных людей, пугая нас своим видом и неизвестностью, которая недоступна обычным людям.

Иначе бы мы давно имели контакты друг с другом и даже получили бы потомство между нашими видами. Как это происходит между людьми разных рас и народов.

Отчего на Земле получаются прекрасные метисы. Может быть, когда-то мне придётся войти в контакт с каптаром женского рода? Наделаю с ней каптарчиков.

Хотя это маловероятно, что каптары и обычные люди могут иметь между собой потомство. Ведь обычные люди и обезьяны похожие на людей давно живут рядом друг с другом, но что-то потомства от контакта между людьми и обезьянами до сих пор не появилось на белый свет.

Так что меня не ждёт половая связь с каптарами. Своих бы обычных детей воспитать. Как только выйду на волю, так сразу поеду к своей дочери Галины на Северный Кавказ. Можно было бы и к сыну съездить, но не знаю, куда моего сына увезла вторая жена.

Мой сон прервала вертолётная трескотня. Открыл глаза. Яркие лучи солнца пробивались сквозь щели в потолке и в стенах барака. Все остальные зеки тоже только что проснулись от шума вертолёта и стали подниматься с нар.

Мы разом направились к входу в наш барак и стали оттаскивать завал из нар от входа в барак. Нам не терпелось увидеть, что притащили нам на вертолёте менты.

Наверно, строительные материалы? Ведь жить в таких условиях невозможно. Надо как-то благоустраивать своё жилище на своём вольном поселении. Иначе мы погибнем в тайге.

Когда мы выбрались из своего барака в сторону вертолёта, то лопасти вертолёта уже прекратили вертеться.

Экипаж вертолёта заглушил двигатели винтокрылой машины. Из вертолёта выбрались несколько вооружённых солдат конвой и офицеры. Солдаты с автоматами на изготовке заняли круговую оборону вокруг вертолёта.

Офицеры открыли заднюю дверь вертолёта, который был заполнен огромным количеством различных ящиков. Майор внутренних войск приказал нам подходить по двое к вертолёту и забирать ящики из вертолёта. Укладывать ящики в стороне.

– Здесь все необходимое пригодное к вашему постепенному благоустройству на месте вольного поселения. – сказал майор внутренних войск, показывая на ящики, сложенные горкой в стороне от вертолёта. – Следующим вертолётом вам привезут полевую кухню и строительные материалы. Пока поближе к центру своего вольного поселения освободите место к установке временного жилья. В длинных ящиках жилая и хозяйственная палатки. Инструкции по установке палаток имеются. Вы должны разобраться между собой на две бригады. Одна бригада будет строить жилье. Друга бригада будет заниматься хозяйством, следить за порядком, готовить пищу, сажать огород.

– Нас сюда на вольное поселение, на всю жизнь прислали? – удивлённо, воскликнул Гнус. – Лично не собираюсь здесь долго отдыхать. У меня через три месяца кончается срок отсидки. Затем буду вольная птица. Лечу куда хочу. Мне воля дороже всего. Если меня не отпустят отсюда, то сам сделаю ноги на волю.

– Насчёт твоих полётов сомневаюсь, чтобы ты мог далеко улететь, даже имея крылья. – ухмыляясь, сказал майор. – Даже крылатой машине приходиться дважды заправляться в пути, чтобы долететь до своей стоянки. Что же касается твоего освобождения, то пока здесь не будет благоустроенного посёлка вольного поселения зеков, никто из зеков отсюда не улетит. Ты сам подписал документ на строительство вольного поселения. Обратной дороги отсюда нет. Пока каждый из вас не выполнит условия договора. Уйти отсюда просто невозможно. Сотни километров до ближайшего жилья. Вокруг глухая не проходная тайга, наполненная разными хищниками, которые порвут любого беглеца.

– Выходит, что мы все добровольные заложники собственного вольного поселения. – угрюмо, сказал Музя.

– Вы все вольные люди. – ответил майор. – Но на волю уйдёте только тогда, когда будет заложен благоустроенный посёлок, в котором можно будет перезимовать следующим вольным поселенцам из зоны. Новое поселение будет продолжать строительство благоустроенного посёлка. Со временем не только зеки, но даже вольные люди захотят поселиться в этих местах. Через год здесь будет современная звероводческая ферма по разведению пушного зверя.

– Кто будет в тайге руководить строительством современной звероводческой фермой? – поинтересовался.

– Пока будешь ты руководить стройкой вольного поселения. – ответил майор внутренних войск. – Затем сюда на вертолёте прилетят специалисты. Сборные домики легко собрать. Ума много не требуется. Надо силу и желание. Все присутствующие свободны. Можете позавтракать перед работой. Начальник стройки остаётся со мной.

Зеки поплелись обратно в барак на свой первый завтрак на вольном поселении. С майором остался возле вертолёта подписывать бумаги на приём инвентаря и принадлежностей, которые завезли вертолётом вчера и сегодня утром.

Бумаг было так много, что у меня стали болеть пальцы от перелистывания документов и от подписей каждого документа. Майор лишь шлёпал печати на документы. Одну копию документов отдавал мне. Остальные брал себе.

– Теперь ознакомься с чертежами по сборке домиков. – доставая из военного ящика пачку документов, сказал мне, майор внутренних войск. – Здесь ничего сложного нет. Каждый домик собирается из готовых деревянных конструкций. Затем обшивается огромными плитами из специального металла с утеплителем внутри. Специалисты такой домик собирают в течение одного дня со всеми подводками воды и электричества. Вас скоро научат собирать эти домики.

– У нас здесь электричество будет? – удивлённо, спросил. – Откуда же подведут электричество к нашей звероводческой ферме, если от нас до ближайшего населённого пункта, несколько сотен километров?

– У вас в посёлке будет современный стационарный генератор, который работает от аккумуляторов и любого горючего, на котором могут работать автомобили. – ответил мне, майор внутренних войск. – Надо набраться терпения и постараться хорошо поработать. Через пару лет сюда придут прогресс современной электроники. Русская пушнина никогда не выйдет из моды. Весь мир ждёт нашу пушнину. Вы будете выращивать соболей, куниц и серебристых лисиц.

– Разве в дикой природе бывают серебристые лисицы? – удивлённо, воскликнул. – Вроде лисицы рыжие?

– При современной науке выводят даже голубых лисиц. – смеясь, ответил майор. – Зависит от того, чем лисиц будут кормить. Все, хватит! На этом дискуссию мы закончим. Скоро прилетит следующий вертолёт. Иди завтракать. Сегодня прилетят два вертолёта с различными материалами. У тебя, может быть, много работы? Желаю вам выжить здесь. Тайга сохраняет только тружеников. Лодыри останутся лежать на погосте.

– Извините! Совсем забыл. – обратился, к офицеру внутренних войск. – У нас вчера вечером умер один зек, по кличе Козюля. Надо чтобы вы труп забрали похоронить к себе на большую землю и сообщили о смерти зека его родным. Наверно, кто-то у него остался на воле?

– Не уполномочен забирать отсюда мёртвых и живых. – поспешил отказаться майор от трупа Козюли. – К тому же, не будем нарушать традицию этих мест. Отсюда за последние шестьдесят лет не вывозили не одного трупа. Живые тоже этих мест никогда не покидали. Здесь есть огромное кладбище. Там места всем желающим хватить.

Майор побежал к вертолёту, который начинал раскручивать свои огромные пропеллеры. Отошёл как можно подальше от вертолёта, чтобы меня не сдуло с места. Как только майор забрался в вертолёт, следом за ним в вертолёт забрались солдаты конвоя.

Через пару минут вертолёт стад подниматься вверх и вскоре скрылся за верхушками корабельных сосен, уступая здесь место на посадку следующего своего винтокрылого брата. Пошёл завтракать.

– Теперь ты не Черепок, а Череп. – завистливо, сказал Гнус, встречая меня в бараке. – Большой начальник поселения. Мы должны тебя беречь и уважать. Кланяются тебе в самые ножки. Ты у нас бог, царь и мент на зоне.

– Если хочешь, то с огромным удовольствием уступлю тебе место. – предложил. Гнусу, который видимо рассчитывал стать паханом в зоне вольного поселения. – Мне лучше быть в стороне от командования пацанами на стройке. Никогда не претендовал на руководящую роль. Тем более, здесь на зоне…

– Хочу пораньше уйти на свободу с вольного поселения. – ответил Гнус. – Должность начальника вольного поселения не светит свободой. Если посёлок не будет построен в срок, то ты не скоро увидишь свободу вдали от тайги. Мне только перекантоваться до окончания срока.

– Если посёлок не будет построен в срок, то никто из нас не увидит свободу. – громко, сказал, чтобы слышали все зеки. – Поэтому нам надо работать в темпе, чтобы за три месяца сдать первую очередь домиков вольного поселения. Лично не намерен зимовать в тайге даже в самых лучших условиях.

– Разве так быстро мы сможем здесь построить современный посёлок? – удивлённо, поинтересовался Цыпа.

– Домики сборные блоками по европейскому стандарту. – не много, преувеличил. – Собирать домик можно за день. Мы должны научиться собирать в день по два домика. Тогда точно успеем закончить работу к зиме.

– Труп Козюли менты забрали на большую землю или ты забыл о трупе? – вспомнил Гнус, про труп Козюли.

– Сказал майору о трупе Козюли. – ответил Гнусу. – Майор сказал, чтобы мы похоронили труп на местном кладбище. Здесь места на кладбище хватит всем.

– Мы что похоронное бюро своим пацанам! – возмутился Цыпа. – У нас тут даже досок и инструмента нет.

– Козюля сам нашёл себе гроб в ржавой бочке. – напомнил Музя. – Мёртвому все равно, в чем его похоронят.

– Похороны мы проведём после разгрузки двух вертолётов. – распорядился, как начальник вольного поселения. – Сейчас пойдём ставить палатки рядом с родником. В этом бараке опасно нам ночевать. Первый же дождик промочит нас через щели в бараке. Кроме того, до нас могут добраться хищники. Барак до нашего прибытия стал их логовом.

– Так в палатки хищникам легче попасть. – подметил Музя. – Палатки всего лишь кусок тряпки у хищников.

– Армейские полевые палатки изготовляются из специального, крепкого материала, который даже ножом не прорежешь. – стал защищать армейский инвентарь. – Мало того, палатка пропитана специальным препаратом, который своим запахом отталкивает любых хищников. К тому же палатки наше временное жилище.

Как только мы соберём домики, так сразу переселимся жить в добротном жилье. Так что все вперёд на работу. Мы должны быстро работать. Не успели мы выбраться из барака, как услышали трескотню вертолёта и тут же пошли разгружать прибывший вертолёт, в котором была армейская кухня, ящики с инструментом и комплект блоков на первый домик.

Пока мы разгружали вертолёт, пришло время обеда. После обеда прилетел следующий вертолёт с мешками семян различных овощей и плодов на разведение нами огорода в пределах вольного поселения.

В третьем вертолёте также были предметы разного домашнего обихода, а также сахар, соль и другие продукты. Нас хорошо снабдили всем необходимым.

– При таком пайке можно нам на второй срок остаться. – радостно, сказал Гнус, вскрывая ящик с продуктами.

– Это вам на месяц прислали продукты, а не на один день. – сказал майор, направляясь к вертолёту. -Закончатся продукты раньше. Будете есть траву или кору деревьев. Сажайте свой огород и будите с продуктами.

– Среди нас имеется один повар. – сказал. глядя на Музю. – Он будет готовить и следить за продуктами.

Как только вертолёт улетел, тут же выделили двух помощников нашему повару, который занялся приготовлением в полевой кухне горячего ужина на всю нашу группу.

Трём зекам сказал, чтобы они занялись похоронами трупа Козюли. Все остальные зеки с инструментами и с ящиками палаток направились в сторону большого родника.

Там нам предстояло расчистить огромную площадку на две палатки, а также на временную стоянку полевой кухни с пищей. Оставлять кухню с пищей вдали от нас было опасно.

Туда могли наведаться хищники и тот неизвестный пришелец, шаги которого слышал среди ночи. Надо сходить к бараку посмотреть следы того неизвестного, кто живёт в тайге. В четырнадцать пар рук расчистить площадку под палатки и под полевую кухню не представляло никакого труда.

Но вот как грамотно поставить две огромные армейские палатки не знал, никто из нас. Среди нас не было бывших армейских офицеров, а бывшие солдаты никогда не принимали участие в сборке армейских палаток на службе.

Так что нам пришлось долго копаться с армейскими палатками, по чертежам изучая каждую деталь армейской палатки. Как мы не старались установить жилую армейскую палатку, она все равно заваливалась в какую-нибудь сторону. Палатка была настолько тяжёлая, что у нас даже появлялись мысли, о механизмах, которые устанавливают палатку изнутри.

Но на чертежах армейской палатки механизмы не были указаны. Однако такие безумные выводы навели нас на мысль, что нам надо забраться под палатку с алюминиевыми стойками и там всем разом по команде подняться. Таким образом установить алюминиевые стойки по центру и затем закрепить растяжки по углам жилой палатки.

– Раз! Два! Встали! – скомандовал. забравшись вовнутрь палатки и поднявшись в рост следом со всеми пацанами. – Теперь снаружи ставьте алюминиевые распорки. Забивайте металлические колья с кольцами на растяжках по углам. Старайтесь палатку удержать до полного закрепления.