А он не вернулся из боя

Подумав, он отложил сто пятьдесят долларов и двадцать египетских фунтов в маленький потайной карман за ремнем, который не при всяком обыске можно было обнаружить. В этот момент внизу послышался звук шагов, и Андрей быстро спрятал всю сумму в глубокий задний карман, застегнул молнию. В комнату вошел уже знакомый ему парень с подносом. Он принес завтрак, состоящий из яичницы, небольшого кусочка сыра, двух лепешек и кружки чая. Бровиков принялся за еду. Все было довольно вкусно, правда, чай оказался без сахара. Он тут же вспомнил Афганистан, где местное население и даже военнослужащие пили зеленый чай без сахара.

После завтрака Бровиков взял костыль и прошелся по комнате. Боль была поменьше. Смягчить ее помогал кусок материи, который дал ему как полотенце Гамаль. Возвратившись к кровати, Андрей в ожидании кого-либо из хозяев прилег и даже задремал. Он даже не услышал, как слуга забрал поднос с посудой. Но вот появился Гамаль:

– Доброе утро! Как спалось?

– Спасибо, спал как убитый.

– Как это?

– Это так у нас говорят, когда сон был глубоким.

– А, ясно. Так что, может, съездим на рынок рабочих?

– О да, конечно! Я сам хотел уже тебя об этом просить. Может, еще заедем в мастерскую по изготовлению протезов? С этой деревянной кочерыжкой ходить невозможно.

– Хорошо, давай я тебе помогу спуститься, и поедем. Отец мне приказал еще заехать по нескольким адресам по делам отеля. Ну что, покатаемся по городу?

– Я с удовольствием посмотрю Каир.

Они осторожно спустились на первый этаж. Гамаль взял папку-портфель, и они направились к машине. Усаживая Бровикова в машину, Гамаль сказал:

– Честно говоря, даже не знаю хотя бы одну мастерскую, где делают эти протезы. Будем ехать и внимательно смотреть. Ты тоже гляди по сторонам, как увидишь нарисованный протез, говори.

Они колесили по городу уже почти три часа. Гамаль посетил не менее семи-восьми точек. Андрей спросил:

– А сколько километров до этого рынка?

– От Гизы – 40–45. Я там только пару раз бывал, точно не помню.

– А что такое Гиза?

– Мы сейчас уже едем с тобой туда. Это район, где расположены пирамиды.

– О, это интересно! И мы их увидим? А на каком расстоянии?

– Будем совсем рядом. Первой к нам будет пирамида Хеопса, а за ней Хефрена, подальше – Менкаура.

Вдруг Бровиков вскрикнул:

– Гамаль, смотри! Мы только что проехали вывеску, на ней были нарисованы протезы.

– Хорошо, вернемся.

Гамаль принял вправо, выждал, когда проехали все машины, быстро развернулся и через двести метров повторил маневр. Съехав на обочину, они остановились.

– Ателье, – громко прочитал Гамаль и предложил: – Ну что, пошли.

В полутемном небольшом помещении вдоль стены стояли станки. Один из них – как швейная машинка, а несколько других были похожи на слесарные. На двух больших столах лежали куски кожи, какие-то металлические детали, несколько заготовок в форме ноги.

Поздоровавшись, Гамаль спросил, сколько стоит изготовление одного протеза. Услышав ответ, он повернулся к Бровикову:

– Андрей, чтобы узнать цену, им надо посмотреть твою ногу.

Они подошли к одному из сидящих за станком мастеру. Он усадил Бровикова на стул, чуть выше обычного, закатал правую штанину и сантиметром начал замерять ногу, отдельно – протез, а потом – здоровую ногу. Результаты он записал на листок бумаги и начал подсчет. Перепроверив, назвал стоимость:

– Если в долларах, то сто сорок, если в фунтах, то двести восемьдесят.

Бровиков обратился к Гамалю:

– Узнай у него, за сколько дней они могут это сделать.

Гамаль спросил и, услышав ответ, перевел:

– За неделю, а если срочно, то это будет стоить сто пятьдесят долларов.

– Гамаль, как ты думаешь, может заказать срочно? У меня есть сто пятьдесят долларов.

Гамаль как-то потускнел, сделал паузу, а затем, как показалось Андрею, чуть дрогнувшим голосом произнес:

– Решай сам. А вдруг уже сегодня найдем тебе работу?

Бровиков кивнул на висевшие на стене электронные часы:

– Ты говорил, что рынок работает до трех часов, а сейчас уже час дня. Выходит, мы приедем туда часа в два или позже. Вряд ли мы уже сегодня там что-то найдем, просто съездим, как говорится, в разведку. Ну а в другие дни, имея нормальный протез, если даже ты не сможешь, то я сам смогу поехать. Спроси, а как долго надо оформлять заказ.

Гамаль спросил, и мастер ответил, что понадобится минут пять. Андрей и сам понял ответ и решительно сказал:

– Скажи, пусть оформляет заказ.

Мастер подозвал сидящего у прилавка мужчину, протянул ему листок с цифрами и что-то сказал. Мужчина предложил посетителям присесть на стулья у прилавка. Гамаль помог Бровикову перейти на новое место и хмуро произнес:

– Знаю я их, вместо двух дней могут и четыре дня делать.

– А ты предупреди, что цену выше мы заплатим только за два дня.

Заказ действительно был оформлен быстро. Приемщик предупредил, что их товар специфический, изготавливается по индивидуальному заказу, поэтому всю сумму надо заплатить сразу же. Гамаль начал спорить. Андрей понял, что он добивается того, чтобы оплатить только аванс.

– Гамаль, давай не будем спорить. Я заплачу всю сумму. Ты не представляешь, как я рад, что ты привез меня сюда!

Бровиков полез в задний карман и достал все лежащие там деньги, отсчитал две сотни и отдал их приемщику:

– Надеюсь, сдача будет в долларах?

Мужчина понял Андрея, достал из металлического сейфа пятьдесят долларов, хлопнул печатью по заказу и, протянув квитанцию с деньгами, поблагодарил за заказ. Положив квитанцию и остальные деньги в задний карман брюк, Бровиков весело посмотрел на Гамаля:

– Все, дело сделано, а теперь, друг, поехали.

Минут через двадцать они оказались в Гизе. Перед Бровиковым предстала величавая картина: пирамиды Хеопса, Хефрена, а чуть далее – Менкаура, другие строения. И все это на фоне моря желтого песка. Он понял, что здесь начинается пустыня. Как бы ему хотелось, чтобы Гамаль остановил машину, и он смог поближе подойти к одному из семи чудес света, прикоснуться руками! Андрей указал пальцем на фигуру льва с человеческим лицом:

– Что это?

– Сфинкс.

– А что у него с лицом?

– Это французы из пушек ядрами разбили.

– Вот заразы! Им бы за это морды разбить. А еще представители цивилизованной страны!

Бровикова охватила эйфория. Он, конечно, знал и читал об этих древних строениях, но увидеть их вблизи, собственными глазами – вот это счастье!

Гамаль больше молчал и смотрел только на дорогу, он явно о чем-то думал и, как показалось Андрею, был чем-то расстроен. Дорога стала пустынной, по сторонам – сплошные пески, и Бровиков постепенно расслабился, а потом и задремал.

Вдруг он почувствовал, что машина остановилась. Открыв глаза, спросил:

– Что, приехали?

– Да нет, что-то мотор забарахлил. Давай посмотрим, думаю, мелочь, – он нагнулся, потянул ручку открытия капота, затем вышел из машины. Осмотрел мотор, подошел к багажнику и достал монтировку:

– По-моему, ремень вентилятора ослаб, – повернувшись к Бровикову, обратился к нему: – Ты возьми потяни рукой ремень кверху, а я его закреплю.

Только Андрей нагнулся к мотору, взял в руку ремень, как вдруг на его голову обрушился страшный удар монтировки. Он не успел даже ойкнуть, упал перед машиной.

Гамаль быстро перевернул его на живот, достал из заднего кармана деньги, огляделся по сторонам и, взяв Бровикова за ноги, оттащил его метров на десять от шоссе. Нагреб ногами на тело песок, чтобы оно не было видно на фоне пустыни, и спешно направился к машине. Захлопнув капот, сел в кабину, запустил мотор, развернулся и поехал в сторону Каира.

Примечания