Всё не как у людей
- -
- 100%
- +
– Хорошее имя. Пусть будет Даниш, – риони записал имя в карточку, дописал рост и вес, который узнали только по прилёту. Вставил все четыре в дверцы названным малышам и подошёл ко мне забрать сына. Вернул в капсулу и достал ту девочку, которая была полностью такой, какой должна быть риони.
– Можно этих двух назову я? Эту девочку и моего сына.
– Да, конечно, назови ты, – у меня не было причин не позволять ему это сделать. Тем более, что беленький мальчик, по его словам, кровный сын. Как так получилось, что я смогла родить от всех трёх самцов, с кем у меня был акт спаривания, непонятно. Но он сказал, что чувствует свою кровь, значит так и есть. Дэв сказала, что все самцы-риони могут определить именно своих детей, потому что за время течки у самки может быть куча партнёров за две недели.
– Я назову её Нариза, – прервал мои мысли риони, – тебе нравится?
– Очень! Дай мне её, пожалуйста, хочу подержать на руках.
Забрала малышку и покачала на руках так же, как и остальных своих детей. Пока я это делала, Юстин достал своего сына. Поднял высоко над собой и провозгласил.
– Ты моя радость в жизни и звать тебя будут Радиком. Радик! Мой малыш.
Потом он прижал его к груди так же, как я сейчас держала Наризу, и заворковал что-то ласковое на ушко, отчего малыш открыл глаза и блеснул голубой радужкой на риони.
– Почему они у него стали светлыми? У риони бывают только чёрные глаза.
А мне вспомнились такие же голубые глаза у демона. Только у того они были чуть темнее и более глубокого цвета. Опана, похоже, у демона семя ещё более агрессивное, чем у вивъера. Смогло пробраться уже в оплодотворенные клетки. Возможно, из-за того, что их семя такое сильное, не все женщины других рас могут выносить от них детей. В любом случае, это только мои предложения.
– Тхиро, от него стало пахнуть так же, как от демоницы. Но я чувствую, что это мой сын. Запах моей крови в нём так же силён, как запах демона. Почему?
– Видимо, по той же причине, почему у малышки крылья вивъера и рожки демона. Нам ничего уже не изменить, остаётся только вырастить и поднять на ноги.
– Кстати, завтра состоится совет старейшин по поводу Даниша. Он единственный ребёнок с полным отклонением от риони. Усугубляет всё то, что у твоих детей нет имени рода. Могут его убить, чтобы он не стал чудовищем среди стаи.
– И что же мне делать? Может, сбежать? Только как я с семью детьми это сделаю?
– Нет, Тхиро, это невыход. Не волнуйся, я что-нибудь придумаю.
– Времени осталось совсем мало, что ты успеешь придумать? – прошла к капсуле Наризы и положила её на место. – Положи сына и запиши их имена на бланке. Я пока возьму последнюю дочку.
Достала крошку с рожками и удивилась, насколько она тяжёлая. По сравнению с остальными детками она весила почти в два раза больше. Хотя по величине была даже чуть меньше своих сестричек. Правда, размер крыльев и хвоста, как у демона, делали её длиннее по виду.
Может быть, косточки у неё тяжелее, или ещё что-то прибавляет ей вес. Но руки она оттянула знатно. Всё же приподняла дочку над собой и посмотрела так же на свет, как и Даниша.
В тот самый момент, когда я это сделала, крошка открыла глаза и посмотрела на меня вполне осознанным взглядом. Их цвет оказался такой же голубой, как и у брата. Только по всей радужке и даже белку, как у всех риони. У Радика они демонические: с белком и чёрным зрачком, вытянутым, как у змеи. Такие зрачки были у Расшеса в лесу дриад.
– Тебя я назову в честь женщины, которая мне стала бабушкой в этом мире. В честь дриады Адиль. Теперь она молодая девушка и проживёт ещё долгие годы, и вы сможете когда-нибудь встретиться. Так что ты будешь Адиль. Красивые имена у моих детей, Юстин?
– Очень, милая. А теперь положи крошку в капсулу, и пойдём в нашу пещеру. Тебе пора отдохнуть и набраться сил.
– Но мне нужно покормить детей, у меня грудь болит. Я попробую приложить дочку к ней, может, успела проголодаться? – как только я это сделала, маленький ротик сразу прижался к груди и энергично засосал молоко.
Мне стало немного легче. Хоть дочка пила молоко недолго и быстро уснула, я почувствовала облегчение в той груди, которую она тянула. Пришлось снова вынимать по очереди детей и прикладывать. Каждый малыш съел понемногу, но мне этого хватило, чтобы перестало болеть. А может, даже и почти всё выпили. Стало так легко, что я летела, словно на крыльях, в нашу пещеру.
Глава 16
– Я придумал, что сделать, чтобы у твоих детей было имя рода. Мы проведём с тобой обряд единения душ. Этот обряд проводили раньше наши предки. Это было так давно, что стало легендой. Считалось, что если самец и самка обретут друг друга ещё до первой течки самки и проведут обряд, то дух дарует им возможность чувствовать друг друга на расстоянии, и во время течек самки её запах не будет привлекать других самцов. Однако есть одно «но»!
– Какое?
– Нужно укусить друг друга за хвост возле самого его основания с тыльной стороны.
– Ну, надо так надо. А в чём-проблема-то?
– Это необходимо совершить под самым потолком священной пещеры.
– А как мы сможем это сделать в полёте? Я что-то не представляю. Может, попробуем на кровати взять друг друга за хвост, а потом подняться в воздух?
– Давай поэкспериментируем чуть позже. Пока сходи в душ, а я выясню подробности обряда. Вдруг там есть ещё какие-то тонкости, а мы их не знаем.
Риони ушёл, а я села на кровать и задумалась. Стоит ли проводить обряд, если это поможет моему ребёнку жить? Однозначно! Но, чует моя интуиция, не всё так просто с этим обрядом. У них что, не бывает браков? Они совсем не женятся и не выходят замуж?
Полезла за сумкой в ящик возле кровати и достала книгу.
– Деврона, здравствуй!
«Здравствуй, Тхиро! Что-то случилось?»
– Мне нужен ответ на вопрос. Скажи, пожалуйста, риони не заключают браков?
«Ты имеешь в виду, как у многих других рас, провести обряд и стать мужем и женой?»
– Да, именно об этом я и говорю.
«Нет, самки риони слишком редко рожают, и у самцов не так много шансов стать отцом ребёнка. А если всех самок разберут, то остальным тогда что делать? Ты же помнишь, что самцов у риони гораздо больше, чем самок? Поэтому, когда у одной самки течка, то принять участие в процессе может любой из них.»
– Тогда что за обряд хочет провести Юстин под потолком священной пещеры с покусыванием хвостов?
«Ах, вот ты о чём говоришь. Да, существовал когда-то у их расы такой обряд, но это было тогда, когда соотношение самцов и самок было почти одинаковым. Каждый самец мог выбрать себе самочку до её первой течки, если она была не против. Тогда они проводили обряд единения душ, после чего только тот самец становился отцом её детей в течение всей жизни. Сейчас такие обряды не практикуют.»
– Тогда почему Юстин предложил его провести? Нет, я, конечно, понимаю, что он это делает ради меня и детей. Но ведь это же на всю жизнь. Захочет ли он быть со мной всю оставшуюся жизнь?
«А ты? Ты готова прожить с этим самцом рядом до самого конца? Ты не сможешь потом выбрать себе другого или других для рождения детей. Только Юстин сможет стать отцом твоих будущих детей. Твой запах во время следующих течек будет чувствовать только он. Готова к этому?»
– Я не знаю. Для меня сейчас важно сохранить жизнь сыну, а потом видно будет.
«Ох, Тхиро, Тхиро. Опять ты поступаешь необдуманно. Но это твоя жизнь и твоё решение. Главное, чтобы ты не пожалела о нём в будущем.»
– Я надеюсь, что не пожалею. Кстати, а как насчёт того, что я уже родила до обряда? Ведь если я правильно поняла, то его проводят с самкой ещё до того, как она созреет первый раз.
«Тут всё зависит от того, что обычно самцы выбирали себе чистую самку, чтобы точно знать, что дети будут от него. А в вашем случае ты уже родила и была с Юстином. Если он предложил тебе обряд, то, значит, он готов принять тебя даже с детьми от других самцов. Молодец, не испугался.»
– Чего?
«А того, что твоя кровь изменилась во время беременности от самцов других рас и теперь у тебя могут быть проблемы с детьми. Не в том плане, что они будут не от Юстина, после обряда они точно будут от него. А вот внешность они могут взять от предыдущих самцов, от которых ты родила. Обычно в стае это не страшно, ведь все самцы риони как две капли воды похожи друг на друга. Именно поэтому они берегут своих самок, словно самую большую ценность мира. Ты же была до обряда сразу с тремя самцами. Это проблема для Юстина. И, тем не менее, он предложил его провести. Значит, он действительно готов прожить с тобой всю оставшуюся жизнь. Цени это!»
– Мы ещё не провели обряд. Вот если получится это сделать, тогда и буду ценить его.
«А после обряда ты и не сможешь жить по-другому. Думаешь, зря его называют единение душ? Так что подумай сейчас как следует, прежде чем вы сделаете этот шаг.»
Положила книгу в сумку и задумалась. Сейчас, пока Юстин не пришёл, мне нужно принять правильное решение. На кону стоит жизнь маленького ребёнка, которого я родила от полуразумного монстра.
Вообще-то, я боялась рожать всех семерых, не зная, какие они будут. А сейчас я видела эти маленькие комочки и понимала, что какими бы они ни были, они мои дети, и никому я не позволю их отнять. Поэтому идём на обряд и больше не раздумываем. Юстин – хороший мужчина и отличный отец. За ним я буду как за каменный стеной, и он готов ради меня на всё, раз идёт на обряд.
Глава 17
– Тхиро? Давай быстрее, мы не можем здесь оставаться долго. Я никому не смог сообщить об обряде. В летописях написано, что присутствовать на нём должен хотя бы один из старейшин. Но если кто-то из них узнает, что именно мы решили совершить, то нас остановят. Так что не копайся, а хватайся за мой хвост. Как только ты это сделаешь, я возьмусь за твой, и мы поднимаемся в воздух.
– Но там же почти нет места под потолком! И как мы будем кусать друг друга, едва раскрыв крылья? Мы же упадём в озеро!
– Именно для этого оно здесь находится. Давай быстрее, пока не услышали, как мы тут с тобой шумим!
– Всё, я готова. Держу. Теперь ты.
– Я тоже готов. Полетели! Только не забудь сделать пару глотков моей крови после укуса.
– А это зачем? Ты ничего не говорил об этом.
– Теперь говорю. Давай, летим.
Мы дружно поднялись в воздух, переплетая наши тела. Возле самого потолка пещеры я вцепилась в хвост Юстина и острыми клычками прокусила кожу у самого основания.
Именно в этот момент я почувствовала резкую сильную боль в том месте, где хвост соединяется с телом. От неприятных ощущений чуть не выпустила хвост риони. В последний момент опомнилась и начала сосать кровь, которую уже почувствовала на своих языках.
Сделала два глотка и отпустила. В тот же миг мы начали падать в небольшое озеро под нами. Вообще-то изначально оно было чуть в стороне, но, чтобы получилось подняться повыше, нам пришлось чуть сдвинуться в воздухе. А теперь мы падаем в воду озера. Мои крылья словно парализовало, и махать ими не получалось. То же самое произошло с тем, с кем я решила связать свою жизнь.
Уже бултыхаясь в воде, гребя к берегу, поняла, что крылья снова слушаются меня. Оглянулась вокруг, нашла глазами плывущего рядом мужчину. Быстро добралась до суши и ползком выбралась.
Мокрая повалилась на мелкие камушки. Рядом так же лёг Юстин, и какое-то время лежали, не двигаясь. Потом я повернулась на бок лицом к моему избраннику и посмотрела на него. Он также лежал, повернувшись ко мне, и рассматривал моё лицо. Я почувствовала щемящую нежность к этому самцу, поднимающуюся откуда-то из самого сердца. А в следующую секунду он произнёс:
– Наконец-то ты стала моей, я так долго этого ждал. Боялся, что ты откажешься проводить обряд. Моё сердце разрывалось от боли и тоски, когда ты пропала и я долго не мог найти тебя. А теперь ты моя. Я люблю тебя, Тхиро, девочка моя!
После такого признания я не знала, что и ответить. Но именно теперь я поняла, что чувство нежности, которое я приняла за своё, было этого мужчины, лежащего рядом со мной. А может, это было общее чувство, и я тоже люблю его. Но пока я не была уверена в этом и не смогла ответить ему тем же.
А он, будто чувствуя мои колебания, провёл рукой по моей щеке, убирая прилипшие пряди волос.
– Не переживай, я подожду, когда ты тоже сможешь смело ответить мне так же уверенно, как говорю я тебе. Пойдём, нам надо возвращаться.
Он быстро поднялся, отряхнулся от воды, словно большой пёс. Подхватил меня на руки и направился к выходу из священной пещеры.
Уже в спальне, засыпая на его плече, я испытывала тепло и радость от того, что я теперь не одна. А утром начался суматошный день, когда мне надо было предстать перед советом старейшин. Моей второй половинке там быть нельзя, поэтому он заранее настраивал меня на спокойный лад.
Доказательство того, что я стала юн Эдрейн, расцвело на моём теле. Ярко-чёрный ажурный круг на моей пятой точке вокруг основания хвоста говорил об этом сам за себя. Такой же белый круг выделялся на чёрной коже Юстина. Только почему-то у меня волнистый с вкраплениями, а у него ровный.
Вообще у всех риони чёрная кожа, и им доказывать своё право друг на друга приходилось по-другому. У прошедшей обряд пары проступал огромный шип на основании хвоста, в том самом месте, куда кусали друг друга. Но у нас шипы не появились, только круги контрастного цвета.
Хотя Дэв сказала, что ещё не время. После первой течки самки в такой паре появляется шип, как доказательство. Я очень не хочу, чтобы у меня выросло такое украшение. Зачем оно мне? Не понимаю. Ладно, пора на совет.
– Здравствуй, Тхиро! Проходи, садись, – мне указали на стул без спинки в центре пещеры. Она поражала своим огромным размером. Под сводами гуляло эхо.
– Можно, я постою тут? – очень не хотелось торчать перед кучкой риони, как на ладони.
– Думаю, что процесс не займёт много времени, так что можешь и не садиться – милостиво разрешил кто-то из старейшин.
– Только подойди к нам немного поближе, а то мы уже не такие молодые, и слух наш изменился. Ты же не хочешь кричать нам в ответ?
Я покачала головой и выполнила просьбу.
– Итак, приступим! – сказал следующий риони. На вид они были такими же, как все, и я понятия не имела, как их различать. Единственный способ – это по голосу, но для этого нужно стоять ближе к говорившему.
– Скажи, ты действительно спаривалась с вивъером? Я знаю физиологию этих слепых хищников, только недавно доказавших, что они разумны. Зачатие у них происходит сразу же, как только детородный орган попадает в лоно самки, в результате рождается до трёх, четырёх десятков детёнышей. Им это нужно, чтобы выжить в суровом климате среди конкурентов и хищников.
– Да, это правда.
– Ещё никогда в истории риони не происходило такого вопиющего случая. В результате этого спаривания ты родила семерых детей. Как ты уже знаешь, мы не настолько богаты самками, чтобы разбрасываться ими. Поэтому все рождённые от вивъера девочки будут жить и получат в своё время семя риони для продолжения нашего рода. Один мальчик пошёл не в вивъера, а в тебя, он был зачат от нашего самца-риони. Он тоже получает право на жизнь в стае. А вот тот самец, который полностью похож на вивъера, должен быть уничтожен. Нам не нужны зрячие вивъеры. Тем более, что у тебя, как и у твоих детей, нет второго имени рода. Никто не заявил право на воспитание самца с отклонениями.
– Подождите! У меня есть второе имя рода. С сегодняшней ночи я Тхиро юн Эдрейн!
– Что?
– Где доказательства?
– Этого не может быть!
– Может. Этой ночью мы с Юстином юн Эдрейн провели обряд единения душ. Теперь у нас с новорождёнными есть родовое имя, и Юстин берёт полную ответственность за воспитание моих детей.
– Докажи! – это был возглас всех присутствующих членов старейшин. Я повернулась к ним задом в прямом смысле этого слова.
– Что там? Плохо видно! Подойди ближе.
– Что это? Высшая метка духа в выбранной паре! Не может этого быть. Такое случалось в истории риони только два раза, и каждый раз с расой случались огромные изменения. К чему нам готовиться на этот раз?
– Не знаю, к чему готовиться, но пока сын вивъера полностью переходит на попечение Юстина юн Эдрейна. Иди, Тхиро, и позови к нам твою пару. Нам нужно задать ему несколько вопросов.
Только когда вышла из зала, смогла спокойно вздохнуть. И разогнуть пальцы на руках, которые впились в кожу ладоней когтями, снова грозя их проткнуть.
– Фууух… Слава духу, всё позади.
Эпилог
– Юстииин! Где Адиль? Она только что была рядом со всеми.
– Милая, ну что ты так кричишь? Сейчас найдём её. Она пока не умеет строить портал на дальние расстояния. Максимум в соседнюю пещеру.
– Она же сейчас снова что-нибудь подпалит, а отвечать нам! Смотри за остальными. Я пойду искать дочь.
– Иди. А как только придут самки-сиделки, я сразу присоединюсь к тебе.
Я поспешила по коридорам в поисках дочери, которая уже умеет прыгать в пространстве, хотя ей всего три года. Из всех детей именно с ней у нас больше всего проблем. Но ничего, мы справляемся.
Увидев малышку под потолком пещеры, испугалась за неё. Пусть у неё сильные крылья и есть магия, но пока она слишком мала, чтобы справиться с любой ситуацией.
Ко мне подошёл Юстин и медленно начал подниматься к дочери под потолок.
– Юстин, аккуратно, чтобы она снова не прыгнула в неизвестность, – тихонько, почти шёпотом говорю ему, – не спугни её.
– Адиль, детка, иди к папочке… Тхиро, лови её!
Как только он приблизился к ней, она сначала рухнула камнем, а потом расправила крылья и спланировала прямо мне в руки.
– Мамочка! Смотри, как я умею! – уже сидя на моих руках, она звонко рассмеялась и обняла меня за шею. – Папочка, ты же не будешь меня ругать за плохое поведение? Я научилась делать петлю в воздухе!
– Нет, доченька, не буду. Ты молодец, только надо тренироваться в специальном зале под присмотром учителя.
– Не хочу! Он зануда! Ничего не разрешает делать.
– Но, дочка, так нельзя…
Дальше я уже не слушала, а стояла и смотрела с любовью на удаляющихся Юстина с Адиль. А в нашем доме в пещерах сейчас были под присмотром сиделок остальные, не менее любимые наши дети. Я счастлива и стараюсь делать всё, чтобы так было всегда.
Конец. 3 февраля 21года.