Раз-два-три мышление. Раз-мышление, два-мышление, три-мышление
- -
- 100%
- +
Настал день, когда просьба зачислить его, Сергея, в штат дошла до самого владыки Варнавы. И Владыка пригласил Сергея на беседу. Долго они беседовали, говорили обо всем. Тогда многие взгляды Сергея пошатнулись, переменились.
«Чтобы не разочаровываться – надо не очаровываться» – запомнил Сергей эту фразу на всю жизнь, вспомнив, что читал об этом у кого-то из святых отцов Церкви.
А в сознании его до этого было одно очарование святости жизни иноческой: и будто бы безгрешны монахи, и ходят все, буквально, «обвитые» Духом Святым, «под колпаком, защитой». Действительность реальная принесла разочарование. Когда же зачислен был Сергей в штат монастыря, переехал с вещами в келлию, он, чуть было, совсем не разочаровался. Как послушание, избрал себе Сергей переписывание книги святого Никодима-святогорца о борьбе со страстями, с одновременным изучением. Он узнал, какие страсти, оказывается, бушуют в жизни монахов. А будучи от рождения впечатлительным и наблюдательным, начав жить внутри… – он увидел проявление всех описанных страстей среди монашеской братии.
Поддерживал Сергея, в духовной его жизни, на исповеди – его духовный наставник иеромонах Нестор. За грехи исповеданные Сергеем, он получал епитимии (наказания), не раз и не два. Ночами творил молитвы, назначенные ему в наказание духовником – отмаливая грехи.
И все-таки, проведя в монастыре около года, оставался Сергей лицемерным грешником. Внешне, он соблюдал все по уставу, а внутренне не был согласен ни с тем, ни с другим. А, кроме того, имел и явный грех, скрываемый от всех вообще в монастыре – грех табакокурения. И никто не знал и не уличал Сергея, он умудрялся так ловко скрывать свой грех, естественно не исповедуясь в нем даже перед причастием.
Зачисленный в штат Сергей по-прежнему работал с плотниками в стройбригаде. А через полгода пребывания в штате, по указанию Владыки Варнавы, одели послушников в черные подрясники, почти в рясы, но только с узкими рукавами, чтобы они отличались от трудников. Это событие взволновало Сергея: он уже мнил себя приближенным к монашеству, тем более, что скоро должно было состояться пострижение в рясофор, в первую предварительную степень монашества.
И, окрыленный своим успехом в монастырской жизни, Сергей забыл всякую осторожность и пошел грешить по своему – курить табак. Не особенно скрываясь, он прошел на ту часть монастыря, где шла стройка. Монастырь расширялся, и большая территория была огорожена забором, велось строительство. Там стоял дощатый деревянный туалет для строителей, и там были спрятаны сигареты и спички. Кто-то из братии видел, как пошел Сергей… и, видимо, сказал духовнику. Потому что, когда Сергей вышел из укрытия своего, из туалета, его подозвал к себе иеромонах Нестор, поманив пальцем. От Сергея, только что искурившего сигарету, естественно, исходил запах дыма и табака. Разговор состоялся не злой, но суровый и строгий… Сергея не изгнали, но и подрясник сняли и отложили посвящение в рясофор.
Оставили его послушником, а работал он с трудниками, кто приходил на строительство. Среди послушников он выделялся одеждой, ходил в черном, но в мирском. Остальные все в монастыре ходили в рясах, и послушники в подрясниках выглядели как монахи. Сергей смог отказаться от курения сразу резко, и не чувствовал никакой тяги.
Сильно уязвлено было его самолюбие. Так приучался он к терпению унижением: все послушники как послушники он один – «белая ворона».
И опять около года работал Сергей и жил в послушниках. Подрясник ему одели уже через месяц, но с посвящением в рясофор откладывали. Ибо много надо молиться, чтобы изгладить грех свой и просить Бога простить. И жизнью своей нужно показать стремление – к жизни другой, иной, иноческой. Тогда посвящать можно в рясофор, – это по уставу так. Но монахов нехватало, и некоторых монахов посвящали быстро, через полгода, а Сергею невезло, – произошел еще один казусный случай.
Как-то привезли доски, толстые половые, для монастыря. Послушники их разгрузили вчетвером тут же около ворот, расположив штабель вдоль стены. Сергей работал с ними. Все сели отдохнуть. Машина уже ушла, все сидели, опершись спинами на доски. Устали послушники, – досок было много, штабель сложили в рост человека высотой, доски были длинные, 6 метров и толщиной 60 мм, для полов в монастыре.
И вот, проходит один из монашеской братии, помощник эконома, иеромонах Иссидор. Подошел он к доскам, потрогал, да и говорит послушникам: «Вот – мол – скоро, завтра-послезавтра будут менять полы в трапезной. Полы там подгнили, старые. А поэтому, что же медлить, – несите-ка вы доски к трапезной, к стенке у входа и сложите там». Делать нечего, – когда послушнику говорит старший монах, тем более помощник эконома, – грех не исполнить просьбу: «послушание – прежде всего».
И стали четверо послушников таскать доски к трапезной. Да складывали там к стене, как сказал им Иссидор иеромонах. Все бы хорошо, да только не успели отдохнуть, пришлось вновь таскать тяжелые доски. Так работал и Сергей, вместе со всеми.
Когда уже половину штабеля досок перетаскали, послушники опять решили отдохнуть. Сели уже около трапезной. И тут выходит эконом, тот самый – отец Иоанн. Он спрашивает, с некоторым возмущением: «Вы зачем доски сюда таскаете? Здесь они ни к чему, ремонт трапезной еще не скоро. Несите обратно. Еще не решено, где начнем ремонт. Пусть лежат там, где привезли!».
Делать нечего – «послушание – прежде всего» – послушники подчинились. И вновь принялись таскать тяжелые доски обратно в штабель у ворот.
Устали, страсть…, половину от той половины, которая была у трапезной, перенесли, и опять присели передохнуть.
Тут приехал в монастырь игумен – настоятель монастыря. Он вышел из машины у ворот – и видит, что двое послушников, Сергей и другой, дотащили доску от трапезной до штабеля у ворот и присели отдохнуть, рядом с другими двумя послушниками. Игумен подошел к ним, спросил, почему они таскают доски. Послушники были уставшие, а активность проявил Сергей. Он объяснил, что один из монахов сказал, что в трапезной будут полы менять и просил туда носить доски. Но эконом сказал обратно таскать, вопрос, мол, нерешенный.
Игумен подумал, подумал и говорит: «Все-таки правильно, трапезную будем делать. Так что несите к трапезной все доски».
А надо сказать, что расстояние было немаленькое – через весь монастырский двор метров 80 или все 100, да в обход бордюров от клумб.
Ну, теперь-то уж, по послушанию самому игумену, начали послушники вновь работать – таскать доски к трапезной.
Тут снова проходил Иссидор, помощник эконома, и высказал, даже в резком тоне, – что они так медленно очень работают: «Уже давно можно было все доски перетащить, – когда еще (в смысле давно) я вам сказал… время, мол, к обеду, а у них и треть досок не перенесено». Послушники не успели ответить, иеромонах торопился и быстро ушел. А раздражение от таскания туда-сюда тех же досок усиливалось и возрастало в душе и на сердце послушника Сергея.
И вот, – когда штабель досок был перенесен настолько, что одна треть оставалась у ворот, вдруг, пришел эконом, иеромонах Иоанн. Послушники от усталости почти с ног валились и хотели отдохнуть. Но перепалка началась между экономом и Сергеем, когда он потребовал тащить доски назад. Кто послушание исполняет, а кто нет…, и кого из старших монахов слушать и делать ли бесполезную работу: туда-сюда таскать доски…. Много чего высказал, в сердцах, Сергей послушник, и по раздражительности, которая в процессе перепалки все росла, – Сергей оскорбил эконома очень сильно.
Все прошло быстро. Уже на другой день, Сергей выходил из ворот монастыря с небольшой сумкой в руках.
Его обсудили, наказали, но не изгоняли. Наоборот, хотели исправить, назначив читать Часослов на клиросе днем и ночью. Но Сергей сам ушел. Прочитав всю ночь до утра, (а нужно было начинать каждый раз сначала) – он не стал больше читать. Пошел он к игумену и сказал о своем решении покинуть монастырь, как бы считая себя недостойным даже сана рясофорного монаха.
Вот и опять пошел Сергей действительно странствовать.
Часть 2 Мирская жизнь
На попутных машинах добрался Сергей до города Казани. Там он встретился с учениками Духовного училища, в котором он раньше учился. Они помогли Сергею, устроили его на квартиру к своим (ихним) родственникам. А там и работу ему нашли на стройке. И стал Сергей строителем.
В Церковь он ходил один раз в неделю, по выходным, а иногда и пропускал. Но дома же он продолжал молиться, и по ночам исполнял правило: пятисотницу монашескую, как обучался в монастыре. Он все время читал книги, узнавал и искал истинное учение. Начал читать и учения других религий…
Но бывают в жизни искушения. По большей части они бывают в трех видах:
1 Для испытания веры и преданности.
2 Иногда для исправления.
3 И – для наказания.
Пока мы проводим плотскую жизнь и не приступаем сердечно к Богу, до тех пор бесы таятся в нас, скрываясь под разными страстями: это и жадность к пище и питию, и блудное разжение, и гордость. И гордое вольномыслие о вере, и о Церкви; это и злоба и зависть. Так что мы живем по воле страстей.
Но когда мы приступим искренно работать Господу и заденем за живое гнездящихся в нас демонов, тогда они на нас вооружаются всею своею злобою. И нужно много усилий, чтобы выгнать их из себя усердною молитвою, исповедью и причащением Св. Тайн.
Многочисленны и многообразны пути, как диавол может послать человеку искушения. У сатаны многотысячелетний опыт борьбы с Божьими людьми за их души. Он в каждого вливает свои отравы и кознями своими противодействует каждому по-своему:
Иной соблюдать стал посты, но отдает себя под власть соперничеству с людьми и зависти.
Другой воздерживается от срамного пожелания, но связан тщеславием и гордостью.
Иной преуспел в бдении, в молитвах ночных, но запутался в сетях осуждения людей.
Другой – удаляется от осуждения, но преисполнен прекословия и спорливости.
Иной – воздерживается от снедей, но тонет в высокомерии и заносчивости.
Да. Очень трудно противостоять искушениям мира сего. Список можно продолжить, найдется у каждого своя страстишка. Свой бесенок подзуживает каждому человеку. Потому и сказано в Писании: «нет праведного ни одного, все грешники перед Богом» аминь!
Различным искушениям диавольским был подвержен и Сергей, находясь в миру. Стремясь к монашеству истинному, он видел нарушения и нестыковки Церкви с учением старцев, отцов Церкви старинных.
А жизнь вокруг Сергея менялась на глазах: жизнь наполнялась грехами больше и больше, и искушения к нему также ближе становились, как и прогресс человеческой цивилизации. Трудно было в городе устоять перед искушениями, и решил Сергей уехать в лес, в тайгу, тем более случай ему предоставлялся.
Многие люди ехали на заработки в Сибирь, вербовались (было такое при советской власти, в СССР). Набирали рабочих на сезонную работу в тайгу. Так и попал Сергей в плотницкую бригаду и уехал в Иркутскую область. Там он занимался строительством домов бытовок в тайге. Их называли – балкАми. Строили такие балки (1-балок) временно, для рабочих старателей. Старатели копали шурфы и промывали породу, добывая полезные ископаемые, не только золото, но и другие. Это ближе к Якутской, к прииску Бодайбо. Где шла добыча золота в промышленных масштабах. Старатели же ходили по мелким речушкам в тайге, впадающим в Лену. И Сергей ходил по тайге между сопок.
Жизнь в тайге между старателей была немного суровая: работали в летний сезон, и мучил гнус (мошка), весной и осенью особенно. Летом, в жаркое время, как бы, меньше было комаров, и мошка пропадала. Но со снабжением случались перебои. Не хватало бригаде даже питания. Но бывалые люди умели в тайге выживать. И зверя добывали и рыбу ловили, в свободное от работы время. И Сергей многому научился, живя в тайге среди природы. И пока был молодой, он работал со старателями не один сезон…. И не один балок построил, а сколько приспособлений для шурфов срубил – не сосчитать, и лотки для промывания породы он изготовил не один десяток.
На зиму бригада приезжала в Иркутск. Все разъезжались, кто куда, а Сергей снимал квартиру в городе. Сезон работы в тайге продолжался большую часть года, и Сергей привык жить более на природе. К городам он стал равнодушен, да зимой и не выходил особенно никуда. Природа, лес – стал для него родным местом обитания, он научился жить и выживать в тайге.
Случилась в Стране перестройка, потом пошли кризисы и дефолты, а потом и Союз распался. Артели позакрывались и люди остались без работы. Вот и Сергею вновь пришлось начать скитаться. Он переезжал из города в город и работал на стройках, плотником. Много поселков и городов посетил Сергей, но нигде не мог долго прижиться. Больше года он не жил в одном месте. Начал с Иркутска, а потом Красноярск, Новосибирская область…. Так приехал он в Тюмень.
Годы берут свое, выглядел Сергей уже не молодо и потому не сразу мог найти работу даже на стройках по своей специальности плотника. И зашел он, на досуге, в Церковь, которая вновь только восстанавливалась. Тут он поговорил со служителем в подряснике – это оказался один из монахов монастыря. В это время, в 1991 году начали возрождаться Храмы по всей стране, религия вновь возвращалась к людям. Вот и Сергея быстро уговорили принять участие в строительстве Церквей. Он поселился в Тюменском монастыре, а работал там куда направят, и в тюменской области и в других регионах.
Снова начал Сергей читать книги религиозные, как бы вернулся из мира, куда убежал в своей юности. Вновь по ночам начал он молиться, исполнять пятисотницу монашескую. А то ведь на долгое время оставил было молитвенное правило, редко молился в тайге со старателями. Молился он и в то время, но в Храме бывал два раза в год, во время межсезонья.
И вот, как говорят, не было печали… – бедствия упали на всех людей, люди стали безработными и жизнь развалилась, и Сергею было плохо – он работу потерял и своего угла не имел. Горе привело его вновь к религии, так получается.
Часть 3 Продолжение мирской жизни
«Если душа существует, неверно было бы думать, что она дается нам уже сотворенной. Она творится на земле, в течение всей жизни. И сама жизнь, не что иное, как эти долгие и мучительные роды души!
Когда сотворение души, которым человек обязан себе и (своему) страданию, – завершаться, – вот тогда приходит смерть. Но смерть тела».
Альбер Камю (1913 – 1960) – известный писатель.Умнейшие мысли легко подтвердит всякий, видя, как меняется человек за время своей жизни. Если в молодости горячность и энтузиазм, то пообжигавшись, – в зрелом возрасте человек гораздо сдержанней и разумней, а мудрость всегда присуща пожилым.
И еще: «Если тело тоскует о душе своей (переживает, волнуется, страдает), – нет основания считать, что в вечной жизни душа (также) не страдает от разлуки с телом – и, следовательно, душа (также) мечтает о возвращении на землю в свое тело»
Так мыслил один из умных людей 20-го века. А что нам советует Писание, о чем повествует умная книга Библия?
От Луки 21:11: «Будут большие землетрясения по местам, и глады (голод) и моры (болезни, эпидемии), и ужасные явления (ураганы, цунами) и великие знамения с неба» – так говорил Христос, проповедуя народу, пророчествуя о конце.
От Луки 21:31: «Так, и когда вы увидите это сбывающимся, знайте, что близко Царствие Божие»
И говорит Иисус Христос, что нужно делать:
От Луки 21:34: «Смотрите же за собою, чтобы сердца ваши (души) не отягчались объядением и пьянством и заботами житейскими, и чтобы день тот не постиг вас внезапно».
От Луки 21:36: «Итак, бодрствуйте на всякое время и молитесь, да сподобитесь избежать всех сих будущих бедствий и предстать пред Сына Человеческого (перед Богом)».
От Луки 21:19: «терпением вашим спасайте души ваши» – так завещает Господь Иисус Христос.
Во время строительства Храмов, Сергей участвовал в богослужениях. Руководил строительством священник. Сергею часто приходилось помогать священнику во время службы: то за кадилом следил, уголь раздувал и ладан подсыпал. А иногда читал он и часы на клиросе. Постепенно возвращался Сергей к серьезному служению Богу. Никогда он не ложился спать без молитвы, и, проснувшись, сразу, первым делом у него была молитва.
Состарившийся Сергей остался жить в небольшом селе Тюменской области, около Храма, который сам и восстанавливал. В Храме он не работает, работу нашел в селе, на пилораме, в частной фирме. Но на службах иногда помогает, прислуживает, особенно в праздники, когда бывают крестные ходы.
В жизни мирской Сергей держится особняком, ни с кем дружбу не водит, «нелюдимый» – про таких говорят. Даже в магазине сельском он появляется редко. И всегда видят его с четками в руках и в черной одежде. Может поэтому прозвали его – «Чернец». Некоторые верующие приходят к нему в дом дл беседы, чтобы прояснить вопросы религии. Он много знает и по мере возможности помогает людям добрым советом.
Мне показали его домик на окраине села, когда я поинтересовался: кто же это Чернец. Так я познакомился с ним и провел долгие беседы вечерами, остановившись у него ночевать. Я прожил в том селе почти месяц и узнал все его злоключения жизни. Великого ума оказался человек: он действительно «спасался сам и спасал многих к нему приходящих».
Благодарим Бога, что дает нам таких верных людей, истинно – «человека Божия». Может и еще в глубинках нашей страны проживают такие умудренные старцы, за все слава Богу!
Конец.Инициатива
Человек следует земле. Земля следует небу.
Небо следует Дао, а Дао следует естественности.
При наличии Дао (Пути) – не застаиваются (не медлят).
Лаоцзы.Вступление
Не приносят пользы мудрые наставления тому, кто страшится действия. Потому что: что проку от светильника в руках слепого? Так говорили и ученики Великого Лаоцзы. «Не берись ни за какие дела – вот (1) первый признак мудрости. Взявшись за дело, доведи его до конца – вот (2) второй признак мудрости».
Сложно понять учение о мудрости восточное, китайское. «Восток дело тонкое, Петруха» – со знанием говорил и Сухов, в фильме «Белое солнце пустыни». Надо, однако, действовать. То есть дело надо делать. Проявлять, так сказать, инициативу. И неверно думать: что инициатива наказуема. Русская пословица тоже в этом роде нам подсказывает: «под лежачий камень вода не бежит». Значит ли это, что мы должны сами все двигать.
Да. И вся история человечества о том же нам может свидетельствовать, – всегда нужно было человеку самому двигать свою жизнь, благоустраиваться в жизни. От пещерных времен и до наших дней так было.
Часть 1
Инициатива, слово «неведомое», для сегодняшнего времени. Много начальников, много командующих, у человека появилось. Мы все зависим от кого-то. А так нельзя – ждать милости от властей! Сами-то мы, что-то делать должны и можем.
Рассказ 1 О работнике Госстраха
В небольшом городке жил и работал в Госстрахе Курочкин Алексей, молодой специалист, после окончания финансового техникума. Работал он инспектором и выезжал по району на пожары и несчастные случаи, для оформления страховых выплат! В одной из деревень сгорел дом. До пожара на стене в доме висел дорогой ковер. Он сгорел вместе с домом и другим имуществом. И надо было оценить и установить размер страховой выплаты. Ковер застраховали новый, когда купили и каждый год, возобновляя договор страхования, его включали в опись имущества. Таким образом, ковер провисел 5 лет. И по проценту износа можно было выплатить и 25% и 50% – в силу того, что ковер уже считался бы старым. Хозяйка сгоревшего дома, конечно, считала, что ковер был хороший, совсем новый. И можно было оформить его в документах как новый с минимальным процентом износа. Все зависело от страхового инспектора. От того, как он, Курочкин Алексей, напишет, составит документ.
На практике делается так:
Страховой инспектор составляет акт о пожаре и опись сгоревшего имущества со страхователем. Инспектор, для установления подлинной стоимости сверяется со стоимостью в торговых сетях. Затем идет к соседям или знакомым пострадавшего, которые могут подтвердить состояние имущества. Хозяйка может говорить, что ковер был совсем новенький, а соседка может сказать напротив: «Да видела я этот ковер, и моль его поела, и на вид он был старый, да, врет она, какой он был новый…!» Вот тут в силу вступает человеческий фактор. Если двое свидетелей подтвердят, что ковер был старый, то инспектор так и запишет! Контора госстраха требует от инспекторов экономию выплат, как можно меньше уплатить (выплатить) потерпевшим. Но если все соседи говорят, что ковер был новый, красивый и хороший, то инспектор сделает минимальным страховой износ и выплачивают потерпевшим большую сумму!
И вот. Наш Курочкин Алексей поступал всегда по справедливости. Он делал, оформлял большие выплаты многим потерпевшим людям. А директор отделения Госстраха при проверке актов ругал этого добросовестного и честного инспектора. Директор был недоволен, что у этого инспектора, вечно, большие выплаты, хотя можно было сделать меньше и тем самым сэкономить.
В стране случилась перестройка. Все стало упираться в деньги. И директорам стали выдавать большие премии, за экономию, аж в размере оклада и больше. Вот тогда честного работника – инспектора Курочкина уволили! Потому что он работал как при СССР, честно помогал людям потерпевшим беду! Бывают случаи не только пожары, но и наводнения, аварии и прочее. Когда все начальство «перестроилось», и только о деньгах помышляло, он продолжал помогать людям, работал честно.
Вот такую историю рассказал мне пожилой рыбак, который грустный сидел на берегу маленькой речки в пригороде. Он совсем перебрался жить в дачный поселок. Занимался своим огородом и рыбачил в свободное время. Со стороны поглядывая на текущую жизнь, по телевизору узнавая о новостях. Он разочаровался в жизни.
Часть 2
Ненавистна роль наблюдателя. Что я такое, кто я, – если не принимаю участия в жизни? Чтобы быть (жить) человек должен участвовать в этой жизни. Нельзя быть равнодушным, ибо равнодушие смертельно для души человека. Мы учимся в школе и учимся в институтах, много знаем, а куда эти знания нам? Недостаточно только получить знания; надо найти им приложение. Также недостаточно только желать, надо и делать. Вот тут и нужна и должна проявляться та самая инициатива. Действие человека.
Рассказ 2 Мысли ни о чем
«Счастлива та жизнь, в которой есть в меру чего-то хорошего, что также считается и не только хорошим. И есть также в меру плохого, которое считается не только плохим!» – Как, например, нож – это полезный предмет для разделки и приготовления пищи, но этот же нож может быть и орудием убийства, факт!
Лишь человеку дарована способность отдавать что-либо другим и принимать то, что дают другие. Чем больше эта способность реализуется только в материальной плоскости, тем сильнее отдающий помышляет о своей корысти, а берущий – также, о своей! До такого примитивного состояния человека доводят невидимые силы, они же стрессы!
Освобождаясь от стрессов, – только тогда, человек перестает ощущать себя узником и обретает в себе Человека с большой буквы. И никто не поможет человеку, если сам он не займется собой!
Познай себя – это такой распространенный призыв во всех учениях.
Постижения самого себя – процесс не только интересный, но и дарующий счастье. Нет более увлекательного занятия, чем познание самого себя. Человек, открывающий в себе все новые пласты, ранее неизвестные, – он не только приобретает знания, но и начинает использовать их в целях собственного развития. И это для человека огромная польза, и это не может надоедать, потому что процесс познания, работы над собой – это процесс бесконечный.
Работа над собой – это не насильственное изменение себя, а изменение, благодатное для души. Одна мысль рождает другую, та – рождает третью и так далее, пока цепочка не приведет к потайной дверце, скрывающей сущность одной из черт характера. И в тот момент бывает радостное открытие самого себя. Иной раз приходится возвращаться в прошлое, к памяти своей, к подсознанию даже. А чаще, человек упирается в некий момент жизни нынешней, мимо которого человек столько раз проскакивал, не замечая его. Душа-то, возможно, и трепыхнется в этот миг, ощущая нечто, но сила и мощь разума, всегда приказывали сосредоточиться на другом, материальном. Вспомнив о тех трепыханиях, замираниях души, человек открывает себя, свои возможности, возможности своей души.
Часть3
Ведь, созерцательная жизнь очень безрадостна. Ничего не делать – тогда зачем и «небо коптить», как говорится. Нужно больше действовать. Человек создан для действия. Не действовать и не существовать – для человека, в принципе, одно и то же. Надо ставить для себя цель. А для достижения поставленной цели деловитость нужна не менее чем знание. Если действовать не будешь, ни к чему ума палата.