Академия Великой Матери

Мрачно и величественно. До мурашек. Бр-р!

Я вынула из кармана конверт и направилась в первую ветвь. Именно там, насколько я знала, находился штаб «Теневых волков». Аудитория номер двести три – подтвердила табличка со списком, на которую я чуть раньше обратила внимание. Пока я её рассматривала, маясь в нерешительности, дверь одной из аудиторий отворилась и оттуда появился мужчина.

Я даже не сразу узнала Верда Аллакири.

Официальный чёрный форменный камзол с двумя рядами серебристых пуговиц, высокие сапоги, на боку сабля в богато отделанных ножнах. На шее орден. И, судя по белому цвету фона, его хозяин обладал достаточно высоким званием. Отсюда мне не было видно, каком именно, но определенно средняя ступень.

В детстве я любила играть с орденом отца, и тогда же он научил меня их различать. Все звания делятся на три ступени: низшие – обычные воины, зеленый орден или погоны. Средние – офицеры, орден белого цвета. И высшие – самая верхушка, орден чёрный. Цвета орденов перекликались с трискелем и видами магической энергии.

Официальное блачение делало Верда старше и внушительнее, а хмуро сдвинутые брови и вовсе придавали грозный вид. Неуловимо он напомнил моего отца. Или императора. Точно был из той же породы – великих и всесильных. Признаться, даже в своей боевой броне Верд Аллакири выглядел менее сурово, чем сейчас. А ещё он был безумно красив. Нет, не той слащавой красотой Галэна, а какой-то другой. Дикой. Наводящей на мысли о Чаще…

Не ожидая встретиться с предметом своего интереса вот так скоро, я замерла, а сердце ушло в пятки. Что я ему скажу? Великая Мать, я не готова к разговорам! Еле подавила панику, чтобы не сбежать. Нет худа без добра. Теперь нет нужды искать Райда Элле, можно спросить все напрямую у автора послания. Вот только ещё бы слова подобрать и выдать что-то членораздельное… Я вообще-то бываю красноречива, но вот, чувствую, это не тот момент…

Тем временем замерший было на миг, далёкий и холодный мужчина, от которого я не могла отвести глаз, широко улыбнулся и поспешил мне навстречу. Подойдя ближе, замедлился. Шаги подбитых сапог гулко отдавались в пространстве, и мне казалось, что их слышит вся академия. Где-то у горла им в унисон молотом вторило моё сердце.

Теневой Волк остановился совсем близко, а я, почувствовав странную робость, не смея поднять голову. Уставилась на этот самый орден, у него на груди, и никак не могла вспомнить, что же это за звание такое? Верд осторожно забрал из моих пальцев конверт, который я продолжала сжимать.

– Читала? – голос заставил внутренне вздрогнуть.

Кивнула и робко подняла взгляд, чтобы тут же задохнуться от неожиданного счастья, обретавшегося в лучащихся теплотой, синих глазах. Как же интимно до ужаса было стоять вот так вдвоём совсем рядом в огромном пустом холле… Сам Верд ещё несколько мгновений искал ответы в моих, а я вдруг поняла, что до одури хочу, чтобы он меня поцеловал. Видимо, Великая Мать решила явить благосклонность, потому что в следующий момент Аллакири нежно погладил меня по щеке, и от этой простой ласки я зажмурилась, чувствуя, как покрывается кожа мурашками. Непроизвольно прильнула к тёплой руке, словно кошка. Верд медленно наклонился и на секунду замер, так что его губы оказались на волосок от моих, давая мне шанс принять окончательное решение. И я приняла, подавшись вперёд.

Меня крепко обхватили за талию, прижимая сильнее. Поцелуй получился головокружительно нежным. В какой-то момент показалось, что я растворяюсь в нигде, и моё тело уносит друидский портал. Даже пришлось приоткрыть глаза, чтобы убедиться, что меня никуда не умыкнули снова.

Нет. Мы все ещё были здесь. Даже жаль…

Верд заметил, что я подглядываю и словно нехотя оторвался от моих губ.

– Что ты здесь делаешь? – не нашла ничего лучше, чем задать этот глупый вопрос.

– Тебя целую, да ещё и в неположенном месте, – улыбнувшись, он осмотрелся и медленно выпустил меня из рук.

Я разочарованно вздохнула. Хотя он, конечно, прав. Здесь много шансов попасться на глаза преподавателям или даже ректору. Не думаю, что Ханимус одобрит подобное поведение. Да и Верду может за это влететь. Вздохнула снова, ещё горше. И даже, наконец, сообразила, что за звание на ордене. Три красных вкрапления, расположенные треугольником на белом поле – ройман. А неплохо для его возраста! До перехода на следующую ступень, всего два взять осталось. Уверена, Верда ждет блестящая карьера.

– Ого! Ты – ройман!

Теневой Волк довольно кивнул и улыбнулся.

– Дружище, твоя возлюбленная разбирается в званиях! Я поражен в самое сердце! – вечно улыбчивый Райд Эллэ появился неожиданно, и снова смутил меня, выдав напрямую все, что на уме.

– Он это специально делает? – не выдержала и спросила. – Да ещё и орет, чтобы все вокруг слышали?

Верд нарочито тяжко вздохнул:

– Иногда мне тоже так кажется, – шепнул он и повернулся он к другу. – Райд скройся, а?

– Не вопрос! Но вы тут это… Поаккуратнее. Лучше где-нибудь в другом месте… общайтесь.

Эллэ осмотрел нас с хитринкой в глазах и, неожиданно подмигнув, потопал к штабной комнате, а Верд спросил:

– Кстати, а ты почему не на занятиях?

– Меня выгнали.

– И это на второй день учёбы?! Из-за чего хоть?

Вот это взгля-яд! Я едва не рассмеялась. Ничего-ничего, сейчас будет ещё веселее:

– Из-за тебя.

Мои ожидания оправдались, и лицо моего грозного роймана выразило крайнее недоумение.

– Не понял?

– Я вижу, – вздыхаю. – Это из-за письма. Так не терпелось его прочесть, что отпросилась ненадолго, но не успела вернуться в срок.

– Рондо Фэрт. Чащеведенье? – по лицу Верда расползлась улыбка.

– Он самый.

– Ничего не меняется, – Аллакири усмехнулся. – Ты не переживай, он вредный, конечно, но не страшный. Все сдашь, хотя поработать придётся.

Мы отошли к лестнице и там остановились.

– Льяра, я вынужден покинуть академию примерно на месяц. Приказ твоего отца. Буду консультировать наших по вопросам культистов, – шепнул он, понизив голос. – Ничего не обещаю, но как смогу – сразу навещу. Я и сейчас здесь случайно. Выдумал причину заскочить на минутку, в надежде с тобой увидеться, но даже и не думал, что всё получится так скоро и так… замечательно.

Он замолчал и крепко меня обнял, я обняла его в ответ и прижалась щекой к пахнущему новым кителю, одновременно радуясь и расстраиваясь. Было очень хорошо оттого, что теперь мы вроде как вместе, и грустно, что, не успев завязать отношения, вынуждены разлучиться. Верд уткнулся мне в волосы носом, и мы простояли так, наверное, с минуту, прежде чем он грустно сказал:

– Мне пора, котёнок.

Приподняв за подбородок моё лицо, запечатлел на губах ещё один нежный, и такой короткий поцелуй. Я старалась улыбаться, едва сдерживая слёзы. Почему-то одолел страх: а вдруг с ним что-нибудь случится? Почему-то я знала, Верд Аллакири не будет проводить свои консультации в уютной аудитории.

– Будь осторожен, – шепнула в ответ, и он серьёзно кивнул.

Прозвенел звонок, обозначив окончание занятия. Мне тоже пора было идти на следующий урок, но мы так и продолжали стоять, держась за руки, не решаясь разрушить очарование момента, когда раздались чьи-то шаги. Верд первым отпустил меня, и я, то и дело оборачиваясь, пошла прочь.

Следующий предмет назывался «История Империи Эрессолд». Друзья уже ждали у аудитории. В сотый раз прокручивая в голове нашу с Вердом встречу и объяснения, я едва улавливала суть разговора. Это же были объяснения? Или нет? Неважно. Главное, я, кажется, счастлива. Подруги, осознали, что по какой-то причине я не в себе, и на время отстали. Парни решили, что у меня шок от того, что произошло на уроке, и пытались всячески подбодрить.

Преподаватель истории, магистр Аронимус Кронхель внешне чем-то напомнил нашего завхоза – того самого мужичка, который вместе с консьержкой таскал нас с Тильей в кабинет ректора – но на поверку оказался милейшим человеком. Вёл предмет он так увлекательно, что я, вынырнув из своей блаженной печали, смогла сосредоточиться на материале, который отчасти оказался знакомым, хотя многие общеизвестные исторические факты, трактовались иначе и были более глубокими и значительными, чем я предполагала.

За историей по расписанию была «Общая артефактология», которую преподавала магистр Атолиа Аппаланцо – лощёная блондинка из сияющих. На вид ей можно было дать не больше тридцати-сорока, но на деле могло быть и гораздо больше. Поначалу у меня сложилась стойкая ассоциация, что это женский вариант Галэна – такие надменные взгляды она бросала на студентов. Впрочем, это не помешало парням распустить слюни. Но иллюзия развеялась, как только магистр Аппаланцо заговорила.

Она оказалась очень простой и приятной в общении, что никак не вязалось с её холодным обликом. Не лишённая некоторой жёсткости и прямолинейности, Атолиа разбила сегодня немало сердец. Я с удовольствием впитывала преподносимый ею материал. Было действительно интересно побольше узнать об артефактах. Хоть мы и друиды-оборотники, но вполне способны изготавливать простейшие из них и напитывать их энергией. Разогревалку, конечно, нам вовек не собрать, но наваять одноразовый артефакт защиты из подручных материалов вполне сумеем. По крайней мере, нам так пообещали.

Остаток дня прошёл без потрясений. Правда, на обеде снова видела Галэна, но, к счастью, он больше не доставал. Хотя время от времени я ловила на себе странные изучающие взгляды. Ладно, так и быть, пусть лучше пялится, чем лезет с разговорами.

После столовой мы с девочками улизнули и немного посидели в саду, делясь впечатлениями. Я вкратце поведала историю с письмом. Потом мы отправились в библиотеку и, поужинав после, дружно взялись за уроки. Идиллию разрушил стук в дверь. Мы с Тильей вздрогнули, увидев того самого завхоза, стоящего на пороге с охапкой цветов в руках.

– Для Оэльрио Яррант, – сообщил он чопорно, будто императорский дворецкий, и, сгрузив всю охапку мне в руки, проворчал: – Учиться едва начали, а уже носют и носют!

– Спасибо!

Я улыбнулась старику. А что? От меня не убудет. Тилья тем временем уже приготовила вазу и теперь скептично её рассматривал на предмет: «А влезет ли?»

И то правда! Букеты были один другого краше. Я положила цветы на стол и принялась искать карточки. Почему-то я не сомневалась, что кипенно-белые цветы разных сортов, среди которых виднелись три когтя арр’тхэллэ, это от Верда. Так оно и оказалось. С глуповатой улыбкой зарылась в них, вдыхая нежный свежий аромат.

– Какая красота! От кого остальные? – по выражению лиц подруг я поняла, что они не нуждаются в пояснениях, от кого именно тот, что в моих руках.

– Наверное, остальные вам. Смотрите карточки, – я даже не предполагала, что все три предназначены мне.

Кэс подхватила нежный сиренево-розовый, а Тилья огненно-красный с оранжевым.

– О! Этот тоже тебе, – отозвалась она первой. – От брата Кэс. Он извиняется за свой «длинный язык», но не обещает, что, больше это не повториться.

Я прыснула. Райд Элле в своём репертуаре.

Кстати, сама Кэс как-то притихла, глядя на записку с лёгким отвращением. Затем протянула всё мне:

– Этот от Галэна Берди…

Я посмотрела на букет так пристально, будто он на меня сейчас бросится. Интересно, а можно ли с цветами передать что-то плохое. К слову, только сегодня магистр Аппаланцо рассказала, что артефакты могут нести и негативный заряд тоже. Такие, кстати, запрещены межгосударственной конвенцией об изготовлении и использовании артефактов. Да нет, глупости. Не думаю, что принц станет нарушать закон, только чтобы досадить мне.

К букету прилагалась не записка, а прямо-таки целое письмо:

«Оэльрио, прошу прощения за возникшее между нами недопонимание. Если бы я заранее представлял, с кем имею дело, избрал бы иную манеру общения. Впрочем, я не отказываюсь от своего требования ограничить контакты с неподобающими твоему и моему статусу людьми. Хотел бы побеседовать в приватной обстановке. Это неизбежно, ты же понимаешь? Так лучше бы пораньше.

Галэн Берди Сиятельный, наследный принц Файбарда».

Читала вслух и концу едва не зарычала.

– Надо же и отцовское прозвище припаять себе не постеснялся! – Тилья сжала кулаки.

– Настаивает на приватной беседе! Ну что ж! Я ему устрою!

Ярость так и клокотала в груди, я долго буравила взглядом надо сказать весьма прелестный букетик. Впрочем, цветы пожалела, не стала выбрасывать. Направилась с мрачной решимостью к двери.

– Куда ты?

– Приватно беседовать!

– Льяра остынь, – Тилья ухватила меня за руки. – Не ходи к нему ни в коем случае! – лицо подруги выражало неподдельную тревогу. – Он пятикурсник, к тому же сияющий и сильный. Среди них, хоть и не часто, но встречаются боевые световики. Галэн как раз из таких. Не смотри, что он весь такой утончённый с виду.

– Ничего он мне не сделает. Я – Оэльрио Яррант, что мне там какой-то файбардский гадёныш!

Я, конечно, храбрилась, но мне хотелось раз и навсегда избавиться от внимания принца. Приду, вызову на разговор в коридор. Может, даже пригрожу, что пожалуюсь отцу, если не отстанет. Кроме того, теплилась надежда, что в случае опасности, получится использовать магию. Вдруг и с Галэном сработает, и он тоже станет меня слушаться? Станет выполнять мои приказы?