Невеста Принца и Волшебные бабочки

Глава 4

«…Лла'эно и люди, наделённые способностью управлять энергией жизни, стали зваться друидами, и смогли они черпать силу в природе, чтоб излечивать раны и прочие недуги. Иные научились говорить со зверем лесным, и с птицей поднебесной, и с гадом любым: и наземным, и подводным, и со всякую травинкою, и с огромным деревом. Нашлись и такие, чей дух неугомонный позволил менять облик по собственному желанию. И ответила им лес, и распростёр свои объятья. И ступили они под его сень не как враги более, а как равные братья. И дрогнула пред этой силой Чаща…»

Пицелиус «Война богов. Лла'эно»

Профессора в аудитории и правда не оказалось.

Как и самой аудитории…

Я представляла, что попаду в просторный светлый класс, где ровными рядами расставлены парты, за которыми склонив головы корпят над заданием будущие студенты. На деле же очутилась в каком-то чулане. Тусклое освещение, запах прелой листвы и грибов. Полумрак, и ни одного окна.

Резкий скрипучий голос, заставил подпрыгнуть:

– Чего замерла? Давай живо в портал! – сухая крючконосая старушенция в очках явно была из сияющих.

Интересно, они все такие надменные?

– Что вы здесь делаете, и где профессор?

Мой глупый вопрос, похоже, ввёл старуху в ступор, она пару секунд пристально пялилась на меня сквозь очки, потом взяла со стола какую-то пластинку и, пробежавшись по ней глазами, наконец, снова удостоила меня вниманием:

– Я здесь, чтобы следить за порталом, а вот зачем здесь ты, это ещё вопрос. Или дуй на экзамен, или уходи, не задерживай остальных.

– Я на экзамен, – буркнула и осмотрелась.

Кроме старухи и мягко мерцающей портальной платформы здесь ничего больше не было.

– Некогда таращиться! Что за люди пошли?!

– Но… Я не умею…

Великая мать! Да я же ни разу в жизни не пользовалась порталом самостоятельно!

– Тебе и не надо уметь, дурёха! Я здесь, по-твоему, на что?

Сглотнула. Выдохнула. Шаг на платформу. Миг головокружения – я сильно отвыкла от переходов, но, вообще, это дело привычки – и вот я на такой же платформе, но посреди какого-то поля.

Трава здесь была не такая зелёная и яркая, как вокруг Древа академии. Скорее обычная, соответствующая времени года. Голубое небо над головой и ни облачка. Поодаль несколько групп учеников. Похоже, меня ждали с нетерпением, судя по тому, как яростно замахали руками ребята из ближайшей. Я сразу узнала рыжего паренька и тех двух девчонок. Похоже, все кто стоял со мной в очереди были здесь.

Едва я успела сойти с портальной площадки, как на ней возникла та самая робкая блондинка с огромными, будто перепуганными глазами.

– Нужно торопиться, иначе нами будут недовольны, – проговорила она своим странным тихим голосом.

Судя по тому, что махать нам продолжали, и, правда, стоило.

Не думая о манерах, я припустила бегом, но, наблюдая недовольство, явно направленное на кого-то позади меня, обернулась. Девушка продолжала стоять, дрожа от страха.

Вернувшись, схватила её за руку и потянула за собой, услышав робкое: «Спасибо!»

Когда мы приблизились, ребята уже успели построиться, подчиняясь команде немолодого, одетого в серо-зелёную форму мужчины с суровыми чертами изборождённого морщинами лица. Он нетерпеливо расхаживал туда-сюда, заложив за спину руки и дожидаясь, когда мы займём свои места.

– Ко мне обращайтесь инструктор Шардо, – представился он. – Начнём. Все вы обладаете некоторым магическим потенциалом, позволяющим управлять энергией жизни. Ваше решение обучаться на факультете друидов похвально, – говоря, он продолжал расхаживать перед строем, и каждое сказанное слово падало увесистым камнем. Все перестали дышать, боясь что-то упустить. – Но не думайте, что стать друидом просто. Каждый день, каждую минуту, каждую секунду друид стоит на страже спокойствия граждан империи, защищая её границы от Чащи. Поэтому каждый из вас должен быть готов в любой момент отдать свою жизнь. Это понятно?

Поднялась рука, и на лице инструктора Шардо появилось выражение брезгливости пополам с предвкушением. Движением бровей он позволил задать вопрос.

– Это же не касается врачевателей? – спросила одна из девушек.

Инструктор Шардо усмехнулся:

– Юная леди, и друид-врачеватель должен быть готовым к тому, что спасая жизнь раненого посреди прорвавшейся в деревню Чащи, он может быть задушен лианой, разорван хищником или отравлен ядовитой иглой, выпущенной адептом какого-нибудь культа. Но также он должен быть способен самостоятельно защитить себя и тех, кому нужна его помощь. Не быть обузой для прикрывающих оборотников. Не мешать природнику выполнять работу. Если вы к этому не готовы, будет лучше вернуться домой под крылышко к мамочке, да выучить пару бытовых заклинаний. Довольно умения срастить поломанный ноготок, да успокоить лошадь, чтобы не понесла, для остального наймёте настоящего друида.

Кто-то прыснул.

– По-вашему, я сказал что-то смешное?

Грозный взгляд обратился к одному из парней.

– Я думал, вы пошутили, – осмелился тот ответить.

– Сомневаюсь, – инструктор Шардо сделал шаг и бесцеремонно выволок его из строя.

– Эй! Что вы себе позволяете! – возмутился тот. – Моё родовое имя Парами. Вам это о чём-нибудь говорит?

– Ученик Парами, тогда я просто обязан уведомить вас и остальных, – он обвёл ничего не выражающим взглядом бесцветных глаз строй, заставив притихнуть. – Пока вы находитесь на территории Академии забудьте про свои имена, титулы, регалии, отцов бабушек, дедушек и прочих покровителей. В Академии собственная иерархия. Запомните, есть преподаватели, а есть – студенты. Это понятно?

Все, в том числе и я, молчали.

– Не слышу! – громогласный окрик заставил вздрогнуть.

– Да! – я присоединила свой голос к недружному хору.

Тем временем инструктор вновь обратил взор к несчастному Парами, руку которого продолжал держать железной хваткой. Заставив парня наклонить голову, Шардо пристально осмотрел татуировку на шее, и нехорошо ухмыльнулся:

– Парами, а что ты здесь делаешь?

– Пришёл на экзамен.

– Но это группа не определившихся со специализацией, а я вижу, ты – матёрый оборотник.

Парами отчего-то покраснел как рак, а я едва на цыпочки не привстала, чтобы рассмотреть его татуировку. Интересно, какая связь? У Кэсси и Верда Аллакири были подобные. Странно, что я ничего об этом не знаю. Впрочем, сейчас начинаю понимать, как мало информации обо всём, что касается магии друидов до меня доходило. Никаких тонкостей, только общеизвестные факты. Пожалуй, стоит задать несколько вопросов отцу. В том числе и о маме…

– В строй! – Шардо отпустил парня, и тот спешно вернулся на своё место.

– Зачем нужна эта татуировка? – инструктор повернул голову и, оттянув ворот, продемонстрировал нам покрытую вязью шею: – Оборотник, который часто использует ипостась, вынужден бороться с последствиями пребывания в теле зверя. Если зверь в тебе силен, то и ты должен обладать достаточной волей, чтобы вернуться. Татуировку наносят сияющие, она помогает удержать зверя в узде. Поверьте, это бывает непросто. Отведавший крови и плоти, он не хочет уходить, – равнодушный взгляд остановился на бледном Парами, хриплый голос прокаркал: – Так какой такой зверь живёт в тебе, парень?

– Не знаю… – последовал едва слышный ответ.

– Тогда смой этот позор сразу, как выйдешь отсюда!

– Да, милорд.

– Инструктор Шардо! Здесь нет милордов, ученик.

– Простите, инструктор Шардо.

Я боялась шелохнуться. Не дай Великая Мать, привлечь внимание к своей скромной персоне.

К счастью, далее последовал рассказ о специализациях факультета. Кем я хочу стать? Если подумать, то точно не лекарем. Не замечала за собой склонности. Оборотник? Как-то все увиденное сегодня сформировало у меня образ плечистого и крепкого вояки, с которым такая хрупкая леди, как я ну никак не вязалась. А если ещё и постричься придётся? И татуировку эту нанести? Нет, пожалуй, из всех вариантов мне ближе природник.

Интересно, а кем была моя мама? От неожиданной мысли я даже разволновалась.

– Следуйте за мной.

Инструктор Шардо, закончив вступительную речь, трусцой направился к краю поляны. Наш небольшой отряд – следом. Впервые за сегодня я порадовалась, что одета именно так, а не иначе. Уж больно неуместно смотрелись здесь девушки в своих клетчатых юбках и гольфах.

Инструктор остановился только у самого края поляны, вдоль которого сплошной стеной вставали деревья. Перед нами замерцал, переливаясь мутными пятнами, защитный периметр, не позволяющий толком ничего рассмотреть, кроме размытых очертаний мощных древесных стволов.

Парни спешили, и я постаралась от них не отстать. В результате мы сильно обогнали девчонок.

– Ну наконец-то, – проворчал Шардо, когда все собрались.

Пасс рукой, и в защитном периметре открылся проход.

– Инструктор Шардо, а это безопасно? – насторожившись спросила девушка, которая планировала стать врачевателем.

– В мире нет ничего безопасного, малышка. Ты либо идёшь со всеми, либо прямо сейчас возвращаешься к мамочке. Портал – там.

Шардо указал рукой направление. Прежде чем посыпались новые вопросы, он повернулся и первым вошёл в открывшийся проход.

Ребята переглядывались, но никто не отваживался пойти за ним. Неожиданно Парами, которого после взбучки сторонились, растолкав всех, смело шагнул следом. Я тоже решила не ждать, вдруг это тоже часть испытания? Но не успела войти в проход, как на мою руку легла прохладная ладонь.

– Можно с тобой? – та самая робкая девушка.

– Конечно! – ободряюще улыбнулась ей.

Крепче сжав пальцы блондинки, шагнула в проход и впечаталась в чью-то спину:

– Чего встал!

– Прости, – Парами отошёл, продолжая на что-то пялиться. – Там… – он указал куда-то вперёд, но не успела я понять, о чём он, как появились остальные и зашумели.

– Посмотрите на эти деревья! – воскликнула одна из девушек.

И правда, стволы окруживших маленькую поляну деревьев вздымались под облака, а переплетение ветвей образовало сплошной купол, едва пропускающий свет, отчего было довольно сумрачно.

Неестественную тишину разрезал резкий крик.

– Что это? Птица?

– Дикая кошка, придурок!

– Великая Мать, мы что в Чаще?

Последняя фраза, произнесённая той же девушкой, которая восхищалась деревьями чуть раньше, разом обрубила галдёж.

– Парами, где инструктор Шардо? – к нам приблизился парень со стянутыми в хвост волосами и чуть раскосыми глазами. Похоже, южанин.

– Когда я прошёл за периметр, его здесь не было, только это.

Я посмотрела, куда он показал, и увиденное заставило похолодеть.

Тонкое деревце посреди поляны, которое я сразу и не заметила, на глазах вытягивалось и росло, появлялись новые ветки, набухали почки, разворачиваясь зелёными листьями. Его ствол у основания уже достиг толщины руки. Мы непроизвольно отступили. Не каждый день видишь одно из проявлений Чащи так близко.

– Надо убираться!

Посеревший южанин повернулся к остальным, в этот момент раздался странный хлюпающий звук, следом пространство разорвал протяжный стон.

Теперь уже все уставились на деревце. Подруга врачевательницы осела на землю, но, похоже, никто, кроме меня, этого не заметил.

Подскочив к ней, я похлопала по щекам.

Тщетно.

– У кого-нибудь есть вода? – мой вопрос остался без внимания. – Будущие врачеватели, ау! Есть кто дома? Эй! – кажется я совсем позабыла о вежливости, в крови бурлил разбуженный страхом адреналин.

На этот раз меня заметили. Парнишка с усыпанным веснушками лицом пришёл на помощь. Помассировав виски девушки, он нажал большими пальцами какую-то точку у основания черепа, отчего та, шумно вздохнув, открыла глаза.

– Как зовут? – задал вопрос рыжий.

– Люсиа.

– Люсиа, помнишь где ты?

– На экзамене… кажется…

Новый стон раздался неожиданно, одновременно с ним повторился и крик не то кошки, не то птицы.

– Так! Надо уходить отсюда, – потенциальная врачевательница бросилась к проходу в защитном периметре, но тот давно закрылся. – Нет… Нет. Нет! Нет! Нет! Мы в чаще! Они бросили нас в Чаще! Мама! – завопила она, обрушивая удары маленьких кулачков на мутную преграду, отделяющую от безопасности.

Рыжий тут же подскочил к ней и влепил пощёчину, прекращая истерику.

Меня же будто заморозили. В голове образовалась пустота, вытеснившая все мысли.

– Кто-ни… будь! Нужно ему помочь!

Странно изменившийся голос Парами вывел меня из ступора. Я обернулась и увидела, что деревце вытянулось втрое, а его толщина уже сравнялась с моим бедром.

Маясь от нехорошего предчувствия, заставила себя подойти.

– Что тут?

Вопрос был излишним, так как ответ возник перед глазами.

Раньше я ничего подобного не видела. От жуткого зрелища закружилась голова. Не знаю, как только удалось устоять на ногах. Желудок, сделав кульбит, попытался выбраться наружу, и я, прижав руки ко рту, сморгнула навернувшиеся слезы. Хорошо, что не успела поесть…

Густая трава скрывала от остальных тело инструктора. Ствол меняющегося на глазах деревца пророс прямо сквозь его живот, но Шардо все ещё был жив. Коротко стриженные волосы на затылке слиплись от крови.

Его ударили? Но кто?

Раздался хруст, вырвавший из бледных губ новый стон вместе с пузырём кровавой слюны. Похоже, увеличивающееся в размерах дерево сломало инструктору ребро. Глаза несчастного распахнулись, и я вскрикнула. Мужчина напрягся, силясь что-то сказать.

– Предатель… – едва различимо прохрипел он. – Я… не ждал…

Подавив новый приступ дурноты, подняла голову:

– Помогите! – вместо крика получился шёпот.

Оказалось, нас уже обступили хмурые парни. На лицах страх и растерянность.

– Не смотри! – южанин отодвинул меня подальше. – Дыши глубже!

Я несколько раз вдохнула, старательно втягивая ноздрями воздух. Как ни странно, это помогло, в голове понемногу прояснилось. Я осторожно оглянулась, убеждаясь, что не планирую терять сознание. Дерево продолжало расти, но уже медленнее. Хвала Великой Матери, но, чтобы спасти инструктора, следовало с ним срочно что-то сделать.

– Кто-нибудь может остановить рост дерева? Оно же его разорвёт!

Молчание.

– Неужели совсем нет природников?

– Сама-то кто? – зло выпалил, повернувшись ко мне Парами.

Прошептала:

– Не знаю…

От этого признания, накатило чувство беспомощности. Десяток неумех в Чаще, и никто толком не знает, что делать. Есть ли шанс благополучного исхода? Интуиция подсказывала: мы едва ли протянем до заката, не говоря о том, что ночь гарантированно не пережить. Новый приступ страха скрутил желудок узлом, отдавшись слабостью в ногах, и я тихонько села на землю.

«Льяра, возьми себя в руки!» – отвесив собственной глубоко любимой персоне мысленную пощёчину, постаралась собраться. Похоже, что-то пошло не так, мягко говоря. Да и не зря же инструктор упомянул предателя? На ум мгновенно пришли проклятые культисты, будто без них впечатлений было недостаточно.

Поймав на себе обеспокоенный взгляд рыжего, который закончил борьбу с истерикой у будущей врачевательницы, подняла большой палец, показывая, что в порядке, и мотнула головой в сторону дерева:

– Шардо.

Парень понятливо кивнул и, распихав сгрудившихся учеников, оказался возле раненого инструктора. На миг он замер, многочисленные веснушки ярче проступили на побелевшей коже, а потом собрался и принялся за дело.

И все же! На что-то мы да способны. Вот парню страшно, как и остальным, но ведь он пытается помочь. Может, и у меня что получится? От этих мыслей стало легче. Я поднялась на ноги и сосредоточилась, включая эмпатию.

И тут же пожалела об этом.

Боль. Страх, граничащий с ужасом. Паника. Безысходность. Дичайшая смесь эмоций, навалившись, буквально сшибла меня с ног. Заорав, упала на колени, обхватив голову руками, и желая одного – не чувствовать больше всего этого.

Подлетел рыжий:

– Смотри мне в глаза! Не закрывай!

Он сжал мои виски, и от его рук разлилось тепло. Приятное покалывание постепенно смыло отголосок чужой жуткой боли.

– Спасибо, – благодарность прозвучало сдавленно и хрипло. Я вдруг заметила, как осунулось лицо парня, и задалась вопросом так ли легко ему помощь даётся?

Поднялась с колен и осмотрелась.

Хруст. Вскрик.

Инструктор Шардо снова потерял сознание. Парни топтались вокруг, поругиваясь от бессилия. Девушки, обнявшись, плакали в голос. Рыжий, закончив со мной, вернулся к раненому и бегло его осмотрел, водя над раной руками, источающими мягкое желтоватое сияние.

– Нужно срочно избавиться от дерева, иначе все зря. Ещё чуть-чуть и я не смогу ему помочь! – вскинулся он, и я увидела, что глаза парня полыхают едва ли не сильнее, чем светятся ладони. Силен!

Тут я обратила внимание на робкую блондинку, о которой ни разу за все время, что мы здесь находились, не вспомнила. Девушка стояла на прежнем месте, закрыв глаза. Бледная. Почти белая. Кажется, на её коже проступили синие венки. Она мелко дрожала, обхватив себя руками. Хорошо хоть в обморок не падала. При словах рыжего, её крепко зажмуренные веки распахнулись, и взгляд зажёгся решимостью:

– Я… попробую.

Медленно, будто сражаясь со своим страхом за каждый шаг, она подошла к дереву, стараясь не смотреть на инструктора. Всхлипнув, снова зажмурилась и положив руку на ствол.

Некоторое время ничего не происходило. Скрип коры раздался внезапно, заставив всех вздрогнуть. Пожалуй, только рыжий, остался безучастным, сосредоточившись на своём занятии. Вершина уже немаленького дерева стала медленно, будто нехотя, клониться к земле. Парни невольно отпрянули, но и тут будущий врачеватель, не сдвинулся с места, верный своему делу.

Дерево продолжало крениться, пока его крона не коснулась земли. Верхние ветки на глазах превращались в корни и врастали в почву. Образовавший арку ствол тоже менялся, становясь тоньше и тоньше в том месте, где пронзил тело инструктора, и в какой-то момент перестал давить на рану. Рекой хлынула кровь.

– Кто-нибудь! – рыжий поднял глаза. – Нужно остановить кровь, срочно!

Южанин скинул парадный пиджак, обрывая пуговицы, содрал рубаху и, разорвав пополам, кинулся к Шардо.

Удивили плачущие девчонки. Утирая на ходу слезы, обе подскочили к инструктору и, наложив на рану руки, что-то зашептали. Люсиа то и дело сбивалась и, выплёвывая неподобающие леди ругательства, начинала все заново, но, в результате, беспомощно покачав головой, поднялась и отошла. Она отвернулась, борясь с подступившими снова слезами и принялась наблюдать за работой природницы. Не знаю, что именно заставило меня проследить направление её едва уловимо изменившегося взгляда и повернуться.

Блондинка, ни о чём не подозревая, продолжала «пересаживать» дерево. Она не видела летящую прямо на неё, распластавшуюся в прыжке рысь. Я прыгнула вперёд одновременно с истошным визгом Люсиа. Заорала сама, когда в плечо вонзились зубы, а когти, разорвав ткань тонкой ветровки и майку, прошлись по спине, опалив точно пламенем. Атаковала неосознанно, направив весь поток гнева и ужаса на рвущего меня зверя.

Оглушённая узконаправленным ментальным ударом, кошка покатилась по земле, яростно мотая головой, постанывая и скобля её лапами. Я спешно отползла в сторону и, уткнувшись спиной в покрытый шершавой корой ствол дерева, снова взвыла от боли. Левая рука повисла плетью. Из раны на плече чуть повыше локтя хлестала кровь. Чувствуя, как меня повело, зажала её рукой и беспомощно оглянулась. Наверное, только стучащий молотом в висках адреналин позволил оставаться в здравом уме. Рыжий по-прежнему был занят инструктором, да и на меня его сил уже точно не хватит…

– Ты как? – подскочил один из парней. – Держись.

Он переключился на приходящую в себя кошку. Действовал природник не так топорно, как некоторые. Видимо, имел опыт. Он умудрился успокоить животное и теперь медленно теснил, вынуждая отступить в лес. Жива! Жива! На миг меня захлестнула истеричная радость. Но нужно срочно перевязать руку. Я повернулась, вовремя, чтобы увидеть, как к блондинке-природнице пикирует вторая кошка, будто кто-то очень не хочет позволить завершить начатое, снова выбирая целью именно её.

– Берегись! – заорала сорванным голосом, понимая, что больше ничем не смогу помочь.

Парами действовал не в пример удачнее. Он ловко сбил хищника с траектории и, продолжив разбег, приложил о ствол дерева.

– Идём! – парень, прогнавший первую рысь, помог мне подняться и повёл к остальным. – Нужно держаться вместе.

Не успели мы вернуться к центру поляны, как природница, наконец, совладала с пригвоздившим Шардо деревом. Медленно разогнувшись, оно с протяжным скрипом выпрямилось, и теперь выглядело так, будто всегда росло на другом месте. Блондинка, обессилев, пошатнулась. Её успел подхватить, расправившийся с рысью, Парами.

Едва мы очутились возле раненого инструктора, как среди деревьев стали появляться хищники. Волки, дикие собаки, снова рыси. Даже пара медведей с ними бок о бок. Нормальным такое поведение животных назвать невозможно.

– Ими кто-то управляет, я чувствую, – над ухом раздался голос с едва заметным акцентом.

Южанин был прав. Звери скалились, рычали, шипели, медленно приближаясь. Парни выстроились вокруг, приготовившись отбиваться. Рыжий с девушкой-врачевателем, продолжали удерживать Шардо на этом свете. Вторая сидела на земле рядом и тихо плакала, уложив голову блондинки-природницы себе на колени – та так и не пришла в сознание.

Чувствуя себя бесполезной, я с трудом поднялась на ноги: «Не знаю, чем смогу помочь, но хотя бы попробую». Попытка ударить ментально ближайшего хищника не удалась. Не вышло использовать эмпатию, чтобы усмирить обезумевшее животное. Происходящее вокруг будто оглушило, сделав мой дар бесполезным. Сколько ни взывала к энергии, она словно перестала существовать. Я не чувствовала ничего, даже той малости, которая мне обычно была доступна.

Как по команде хищники бросились на нас…

Понимая, что все кончено, закрыла глаза, готовясь к боли. Ужасно, что я знаю, что меня ждёт миг спустя, об этом не устаёт напоминает непрерывно дергающая рана. Но это знание не спасает от сковавшего грудь страха.

Истошный визг пресекся, когда я невольно подняла веки. Это я так ору?

Время будто замедлилось, давая недолгой безмятежной жизни промелькнуть перед глазами…

Огромный волк, каких я никогда не встречала оттолкнулся в прыжке. Успела разглядеть, как блестит слюна на гигантских клыках, которые через долю секунды разорвут мне горло. Сначала показалось, что в мозгах помутнело, но нет. Это тени на глазах сгущались, стремительно уплотняясь. Формируя мужскую фигуру. На пути хищника возник человек. Отец?

Широкая спина загородила происходящее. Одновременно замерцал целый участок защитного периметра. В образовавшийся проход посыпались оборотники в серо-зелёной форме.

Состояние изменённого сознания позволило разглядеть все в деталях. Нашивки с профилем бегущего волка на плечах – это же Тени Верда пришли нам на помощь!

Отряд действовал чётко и слаженно. Движения были отточенными и скупыми, они не оставляли хищникам шанса. Быстро совладав с одуревшими животными, бойцы расположились по краю поляны, несколько человек в прыжке обернулись волками и исчезли среди деревьев.

Отрывисто доносились команды. На непонятно откуда взявшиеся носилки споро водрузили природницу. На вторые несколько человек аккуратно переложили инструктора Шардо. Рыжий все это время не опускал рук, источающих изрядно побледневшее жёлтое сияние. Даже когда носилки подняли, он хотел пойти следом, но его сменил один из прибывших на помощь друидов-врачевателей, буквально заставляя парня отойти. Тот покачнулся от навалившейся усталости и его самого поддержал оборотник. Повиснув на плече воина, он едва успевал передвигать заплетающиеся ноги, спеша к выходу.

Я всё еще стояла посреди всей этой кутерьмы и никак не могла поверить. Мой спаситель куда-то делся, а я так и не успела его разглядеть. Но это точно был не лорд Яррант.

– Леди, поторопитесь!

Не поняла, кто бросил фразу, но приказ был разумным. Очнувшись, побежала, зажимая раненую руку. Ноги слушались плохо. В глазах расплывалось, – слезы облегчения застили взор. Не удивительно, что я снова с кем-то столкнулась. Раны, оставленные когтями, отозвались жгучей болью, когда я завалилась на спину. Но не успела толком вдохнуть, как последовал рывок за руку. Раненую! Меня подняли на ноги. Взвыв, я едва не вырвалась из крепких пальцев. Из глаз брызнули слезы, но меня лишь перехватили крепче, на этот раз задев спину! Лицо тут же обожгла пощёчина. Захлебнувшись собственным криком, я столкнулась со взглядом тёмно-синих глаз. В лицо прорычали: