Кровавая монета

1

Бабье лето в этом году удалось на славу. Конец сентября выдался тёплым и почти без дождей. Листочки на деревьях постепенно обретали красивые, разноцветные тона. Вечер был просто чудесным. Солнышко медленно уходило за горизонт, унося с собой плюсовую температуру. Горожане, как обычно торопились по своим делам, не замечая друг друга.

Василий Иванович Монаков шёл уверенным шагом вдоль домов по узкой асфальтированной дороге. Его постоянно толкали люди, которые шли в противоположную сторону и извинялись. Мужчина атлетического сложения раньше был археологом и часто ездил по разным странам. После шестидесяти лет он стал увлекаться антиквариатом. За свою длинную жизнь Василий Иванович скопил немало старинных и редких вещей. Мужчина постоянно держал своё тело в тонусе и ходил каждый день от своего загородного особняка до центра города пешком. Это занимало около двух часов. Василий Иванович переложил кожаный коричневый портфель с одной руки в другую, поправил тёмно–коричневую шляпу с широкими полями и посмотрел на свои антикварные наручные часы. Тяжело вздохнув, он прибавил шаг. Драповое пальто такого же цвета, как и шляпа, было длинным и постоянно запутывалось в ногах. Мужчина поднял голову и посмотрел на номер дома, довольно улыбнувшись, он завернул за угол. Пройдя ещё несколько шагов, Василий Иванович вошёл в здание под названием: «Клуб антикваров Фаберже».

– Приветствую вас, Василий Иванович! Очень рад вашему приходу! Что–то вы сегодня припозднились. Не замёрзли? – вежливо приветствовал мужчину Антон Олегович – генеральный директор клуба антикваров.

Частый гость дорогого заведения снял пальто и повесил на длинную вешалку возле входной двери. Василий Иванович недавно отметил своё шестидесятитрёхлетие и решил сделать сам себе подарок, но пока не решил какой.

– Погода шикарная, совсем не холодно! Просто по ночам заморозки и мне пришлось надеть пальто. Оно у меня слишком длинное, но тёплое. Пока шёл, запарился. Немного постоял возле витрины супермаркета, а потом зашёл в банк и положил деньги на счёт. – Василий Иванович повесил шляпу поверх пальто. Пригладил руками седые короткие волосы руками назад и поправил пиджак чёрного костюма тройки. – Есть что–нибудь сегодня для меня?

– Думаю, что вам обязательно понравятся некоторые экземпляры, которые мне привезли вчера вечером! – ответил Антон Олегович. – Вы проходите в зал! Там уже все собрались!

Генеральный директор клуба антикваров вынул из кармана тёмно–синих брюк пульт и нажал на кнопку. Тут же входная дверь вместе с окнами заблокировалась. Антон Олегович очень ответственный человек с большим количеством друзей по всему миру был ещё добрым и внимательным. Деньги, которые оставались после торгов, он переводил на благотворительность в разные нуждающиеся учреждения. Худой, но крепкий мужчина, немного за сорок в белой рубашке пошёл первым по ковровой дорожке к двухстворчатым дверям. Короткая стрижка с чёрными волосами и седыми висками очень подходили к его загорелому худому лицу. В коридоре клуба антикваров Фаберже, кроме вешалки для верхней одежды на противоположной стене стоял стеклянный, высокий и широкий шкаф. Там находились некоторые вещи на продажу. Они не были слишком ценными, но всё равно шкаф был закрыт на замок. Статуэтки, сервизы, хрусталь и другие предметы подсвечивались специальными лампочками и красиво сверкали при тусклом свете прихожей.

Антон Олегович раскрыл двери большого зала и пропустил вперёд Василия Ивановича. Гости клуба уже сидели на стульях. Мужчина поздоровался со всеми и сел на пустое сидение, которое предназначалось для него. Василий Иванович покупал всегда одно и то же место в первом ряду под номером четыре. Мужчина положил ногу на ногу и облокотился на спинку мягкого стула с деревянными подлокотниками. Сегодня десять человек купили билеты на сайте клуба. Стулья стояли в два ряда по пять штук в шахматном порядке, чтобы всем было видно продаваемые предметы. Генеральный директор и антиквар в одном лице встал за высокий стол перед покупателями. Он достал большую тетрадь и переписал всех присутствующих. Затем молодой мужчина достал из коробки первый лот и поставил на стол перед всеми. Это была маленькая статуэтка Зевса с молнией в руке. Покупатели зашумели.

– Итак, начнём! Статуэтка Зевса… золото…

Василия Ивановича не интересовали статуэтки, он увлекался монетами, и поэтому мужчина стал смотреть по сторонам. На стенах висели картины великих художников со всего света. В шкафах возле стен стояли книги, изделия из разных камней, посуда. Возле стола, где находился Антон Олегович, стояла широкая и длинная витрина с ювелирными украшениями. Сзади него находился склад и кабинет, где генеральный директор оформлял сделки и покупки. Монаков оглядел картины и понял, что нового пока ничего не появилось. Покупатели торговались уже за второй лот в виде старинного сервиза. Василий Иванович посмотрел на людей, сидящих около него. Первые места в первом ряду заняли молодые супруги. Они держались за руки и постоянно обсуждали каждый лот. Было видно, что они недавно поженились. Парень около тридцати лет в чёрных джинсах и сером с крупными разводами пуловере следил за своей супругой. Девушка чуть моложе мужа очень эмоционально торговалась за сервиз. На ней была длинная розовая блузка на пуговицах с широким кожаным резным ремнём, надетая сверху голубых джинсов. Муж постоянно одёргивал её. Взгляд Монакова упал на пожилого толстого мужчину, сидящего слева от него. В светло–коричневом костюме в клеточку он разглядывал брошюру клуба. Сразу можно было заметить, что он здесь впервые. Василий Иванович повернул голову вправо и вздрогнул. Возле него сидела настоящая дама из прошлого века. Мужчина уже видел её несколько раз раньше. Но сегодня она была неотразима. Красное атласное платье длиной до самых каблуков–шпилек чёрных сапог. На голове чёрная широкополая шляпа и такого же цвета перчатки. Вокруг шеи был намотан чёрный с золотыми нитями палантин. В ушах сверкали огромного размера гранаты в золотой оправе, которые болтались в разные стороны при повороте головы не молодой дамы. Красиво нанесённая косметика выделялась на бледном лице женщины. Яркая помада цвета платья украшала её. Сразу было понятно, что она пришла за ювелирными изделиями. Сзади, чуть левее захихикали две девушки. Василий Иванович обернулся. Одной лет тридцать пять, другой поменьше лет на десять. Скорее всего, это были сёстры, потому что их лица сильно похожи. Одеты обе в клетчатые, разноцветные рубашки и синие джинсы. У девушек даже стрижки одинаковые в виде каре чёрных волос. Они что–то разглядывали у себя на коленях и тихонько смеялись. Вероятнее всего их не интересовал антиквариат, и что они тут делали совсем не понятно. Зато мужчина возле них на первом сидении второго ряда постоянно их просил помолчать. Чёрные брюки, синяя рубашка навыпуск, хвостик из чёрных волос, гладко зачёсанных назад, золотая печатка на пальце правой руки, а также чётки из драгоценных камней, говорили о полной заинтересованности его в лотах. Мужчина с южным акцентом и сильно загорелым лицом выглядел лет на пятьдесят. Он сидел, подавшись вперёд, и следил за тем, что происходит на импровизированной сцене. Василий Иванович посмотрел на лот, поставленный на стол. Это была картина современного художника в стиле абстракции. Совершенно непонятные геометрические цветные фигуры разного размера.

– Это не просто хрустальный кинжал, это артефакт… – произнёс шёпотом мужчина прямо за спиной Монакова.

– И что в нём волшебного? – с язвой в голосе спросил второй.

– Скоро узнаешь.

Василий Иванович хотел обернуться и спросить о кинжале, но громкий голос антиквара привлёк его внимание.

– А сейчас я представляю самый загадочный, самый необычный и очень интересный лот!

В зале наступила тишина. Все смотрели, как Антон Олегович достал из деревянного ящика стеклянную коробку и аккуратно поставил на стол. Внутри лежал немного поцарапанный, но целый хрустальный кинжал.

– Этот экземпляр я нашёл в Испании. Его мне продал торговец сувенирами. Он даже и не предполагал, что он отдал! Когда я показал его своему человеку оценщику, то он был не просто удивлён, а сильно поражён!

– И что в нём такого? – снова выкрикнул второй мужчина позади Василия Ивановича.

– Этому артефакту пять тысяч лет! – радостно сообщил Антон Олегович. – Сегодня здесь собрались нумизматы и у всех у вас есть старинные монеты. Чтобы узнать их подлинность надо всего лишь посмотреть через хрустальное лезвие!

Двое мужчин, которые недавно говорили о кинжале, вскочили и, вытянув в руке старинные монеты, ринулись к Антону Олеговичу!

– Посмотрите мою! – крикнул первый.

– Нет, мою! – с силой оттолкнул его в сторону другой мужчина.

Они оба разлетелись в разные стороны и прокатились по паркету к шкафам. В зале раздался смех.

– Господа! Вы приличные люди! Если бы я вас не знал, я бы не пригласил сюда! Пожалуйста, сядьте на свои места! – произнёс антиквар.

Мужчина, который знал про хрустальный кинжал, вздохнул, поднялся на ноги и отряхнул зелёный в чёрную полоску свитер вместе с тёмно–серыми брюками. Он поправил кудрявые светлые волосы и направился на сиденье. Второй молодой человек тоже медленно встал с пола, положил свою монету в карман синих джинсов и потянул низ коричневого свитера. Оба парня выглядели ровесниками около тридцати с чем–то лет и скорее всего, были друзьями. Когда все снова уселись и замолчали, антиквар продолжил:

– Если монета поддельная, то через хрусталь она вся почернеет. А вот если она настоящая, то ореол станет разноцветным, как радуга!

– Я беру! – вскочил Василий Иванович.

– Подождите, я ещё не назвал цены! – показал рукой ему сесть Антон Олегович.

Мужчина сел. В зале зашумели.

– Стартовая цена: десять тысяч долларов! – произнёс директор клуба.

Гости стали торговаться, поднимая вверх руки. Василий Иванович сидел и молча, ждал последнее слово антиквара. Он был уверен, что купит кинжал. Когда цена возросла за сотню тысяч долларов, последним был тот самый молодой человек, знавший о хрустальном кинжале. Вскоре и он сдался. В результате лот достался Василию Ивановичу. Мужчина встал, и все гости с завистью поздравили его. Он радостно улыбался и кланялся в разные стороны.

– Всё правильно! Этот хрустальный кинжал из Испании ваш! Он по праву принадлежит вам! У вас теперь и артефакт есть и самая редкая монета! Вашей коллекции монет позавидует любой из людей здесь присутствующих!

Гости клуба резко затихли. Монаков повернулся ко всем лицом.

– Антон Олегович прав! Тетрадрахма из серебра Мантиох VI Эпифан Дионис1 у меня! И если вы разбираетесь в монетах, то она бесценна!

В полной тишине мужчина с южным акцентом шумно глотнул.

– Я куплю её у вас! – неуверенно произнёс он.

– Простите, но она не продаётся! Я только могу продемонстрировать вам её!

Василий Иванович достал из нагрудного кармана пиджака маленькую коробочку и открыл её. К нему тут же подбежали гости клуба.

– Вы всегда носите монетку с собой? – спросила дама, сидевшая рядом справа.

Она оказалась первой и держала коробочку, разглядывая серебряную тетрадрахму. Он кивнул ей.

– Но это же опасно? – произнёс мужчина с южным акцентом.

– Я не могу с ней расставаться! – засмеялся Василий Иванович.

Коробочку взяли в руки супруги.

– И какая у неё цена? – спросила супруга.

– Я приобрёл её за несколько сотен долларов! – ответил Монаков.

– Ого! – вырвалось у старшей сестры двух молодых особ.

– Есть и дороже монеты! – подошёл к ним пожилой, толстый мужчина. – Так это же серебро! И она действительно имеет такую цену?

– Вы что не верите? Вам же сказали! – взял в руки монету один из друзей.

К небольшой толпе подошёл Антон Олегович. Он забрал серебряное изделие у мужчины и отдал Василию Ивановичу.

– Вы мне мешаете!

– Прошу прощения…

Мужчина убрал коробочку обратно в карман и сел на место. Все последовали его примеру. Директор клуба вернулся на своё место и громко сообщил:

– На сегодня торги закончены! Прошу всех по очереди пройти в мой кабинет и оформить покупки! В столовой накрыт стол фуршет. Прошу всех туда пройти и отпраздновать удачные приобретения. Сегодня каждый из вас купил что–то в моём клубе! Поздравляю!

Антиквар прошёл несколько шагов и открыл двойные двери слева в зале, чтобы пропустить вперёд гостей. К нему подошёл Монаков.

– Антон Олегович можно начать с меня? Я тороплюсь, уж очень хочется рассказать моей семье о покупке!

– Конечно, конечно, Василий Иванович! Вы мой самый лучший и преданный покупатель. Больше восьми лет ходите ко мне!

Мужчины прошли в кабинет антиквара и оформили все бумаги.

– Я вызову вам такси! – предложил директор клуба.

– Спасибо.

Пока Монаков ждал машину, Антон Олегович аккуратно упаковал хрустальный кинжал. Затем он помог мужчине погрузить покупку в автомобиль. Всю дорогу до своего особняка Василий Иванович обзванивал своих родственников и просил приехать к нему в ближайший выходной день для сообщения.

Суббота наступила через три дня. Василий Иванович как обычно выпил кофе, съел приготовленный домработницей омлет и собрался выйти в сад.

– Люсенька, не забудь поставить на праздничный стол красного вина! Водку и коньяк пьют мужчины и моя бывшая жена, а вино любит моя любимая дочка Кариночка!

– Я всё помню, Василий Иванович! – отозвалась молоденькая домработница, убирая завтрак со стола.

Мужчина посмотрел на неё. Худенькая, бледненькая, с длинным хвостом светло–русых волос. На Люсе было надето лёгкое, короткое, чуть ниже колен платье с длинными рукавами белого цвета с огромными ромашками. Девушка работала у него уже три года и очень нравилась ему. Всегда всё чисто убирала, никогда не переспрашивала, вкусно готовила. Она приходила к нему в особняк к восьми утра, а уходила после приготовления ужина. Продукты Василий Иванович всегда заказывал на дом, и поэтому девушке двадцати шести лет не приходилось таскать тяжёлые сумки из магазинов. Сегодня Люсе придётся много готовить, но она никогда не жаловалась. Тем более, что гости у Монакова собирались очень редко: два, три раза в год.

Особняк Василий Иванович отстроил двадцать четыре года назад, как раз к серебряной годовщине свадьбы. А через два года после этого он развёлся, застукав свою жену с младшим родным братом.

Егор работал автомехаником и приехал ремонтировать её красный Porsche. Всё случилось, как в анекдоте, когда муж вернулся из командировки. Монаков тогда приехал с раскопок из Анкары. Выгнав жену из особняка, Василий Иванович остался жить в доме с детьми. Когда дочь Карина выросла и вышла замуж, то сразу же съехала в город и вместе с мужем купила квартиру. С сыном Семёном у него сложились не очень хорошие отношения. После того, как Монаков узнал, что Семён был рождён от Егора, то стал к нему относиться с осторожностью. Жена скрыла от него этот факт. И только недавно, после смерти брата, мужчина узнал правду. Когда парень окончил школу, Василий Иванович отправил его в Англию. Сейчас он учится в Оксфордском университете. Сегодня хозяин особняка ждал всех вместе со своими вторыми половинками.

Двухэтажное здание Монакова располагалось недалеко от реки. Вокруг участка находился лес. Ближайшие дома были построены в нескольких километрах от особняка. Весь дом и участок вокруг него был под электронной охраной. Внутри помещения была закрыта только комната с антиквариатом, где стояла сигнализация. Остальные комнаты закрывались на ключи, которые были вставлены в двери. На первом этаже было две входные двери. Одна из них главная, а вторая дверь выходила в сад. Он представлял собой низкий кустарник чуть выше человеческого колена, посаженный кругами в виде лабиринта. В тупиках были расставлены резные скамейки из дерева, вокруг которых росли: яблони, груши, сливы. В центре лабиринта находился небольшой фонтан.

Лестница, которая вела на второй этаж, находилась справа от главного входа. Прямо за ней Василий Иванович устроил для себя кабинет, в котором стоял компьютерный стол, несколько шкафов с книгами по археологии и антиквариату, а также кулер с чистой родниковой водой. Напротив лестницы была столовая и кухня в одном помещении. Дверей там не было. Вдоль дальней стены расположились встроенные кухонные шкафы, мойка и плита. Рядом с ними барная стойка. Огромный стол в центре столовой был сделан из дорогого дерева с резными ножками. На нём всегда стояли свежие фрукты в хрустальной вазе и графин с водой на подносе с двумя стаканами. Дверь, которая выходила в сад располагалась напротив главного входа и была вмонтирована в стеклянную стену. Между столовой и этой стеной была ещё одна маленькая комната, где хранились антикварные вещи. Там же находилось три сейфа, один из них с важными документами. Комната всегда находилась под сигнализацией.

На втором этаже были расположены жилые комнаты с душем и санузлом в каждой из них. Справа от лестницы, которая выходила в центр второго этажа находилась спальня Василия Ивановича и его жены. После её ухода муж так и остался спать в той же двуспальной кровати, где когда–то супруги наслаждались семейной жизнью. Следующая комната была гостевой. Оксана – жена Монакова обожала устраивать вечеринки и приглашала своих друзей. В этой комнате стояло две кровати, и имелась одна раскладушка. По другую сторону лестницы было три комнаты; для дочери Карины, которая упиралась в стену возле огромного окна до пола, комната сына Семёна возле лестницы и гостиная игровая между ними. В ней стоял мягкий диван, домашний кинотеатр, игровая приставка, два кресла и барный шкаф–холодильник с алкогольными напитками. По форме особняк напоминал ступеньку, где второй этаж был немного отодвинут назад.

Василий Иванович надел пальто, шляпу и взял несколько ценных бумаг в папке. Он вышел в сад и прошёл на одну из скамеек. Удобно расположившись, мужчина на несколько минут подставил своё лицо утреннему солнышку, а потом занялся чтением документов. Ближе к обеду стали съезжаться родственники. Хозяин особняка проверял накрытый Люсей стол в столовой на наличие количества тарелок.

– Привет, папуля! – с распростёртыми руками кинулась Карина на Василия Ивановича.

– Здравствуй, дочка! – мужчина вышел из столовой навстречу дочери и обнял её.

Худая, небольшого роста Карина была одета в тёмно–синие джинсы и рубашку в мелкую сине–красную клетку навыпуск. Светло–русые волосы чуть ниже плеч были заплетены в низкую косичку. Женщине исполнилось тридцать восемь лет, но детей у неё пока не было. Тяжёлая, опасная работа отнимала слишком много времени. Быть следователем Карина мечтала с юности. После травмы ноги она перешла на другую работу в частное сыскное агентство. А вот её муж был на два года старше и трудился актёром в местном городском театре. Хоть роли были и не главные, но играл он великолепно. Они были женаты четырнадцать лет.

Вслед за Кариной в особняк вошёл Алексей её супруг. Очень приятный и симпатичный мужчина с густой, кудрявой шевелюрой. Алексей был одет в чёрные джинсы и белый с серыми крупными узорами пуловер. Он пожал руку тестю.

– Очень рад тебя видеть! Ты всё время пропадаешь в театре и ко мне так редко заглядываешь! Много ролей предлагают? – искренне поинтересовался Монаков.

– Да уж, хватает! На прошлой неделе новую дали, начинаю изучать.

– Что ж, удачи! – похлопал мужчина его по плечу.

Любимый зять поднял с пола сумки с вещами и потащил вверх по лестнице в комнату Карины. Василий Иванович обратился к дочери, ведя её за плечи в столовую:

– Как твоя работа? Много преступников поймала? – улыбнулся он.

– Папа! Это не смешно! Работы навалом, особенно много писанины! Вчера мы упустили наркомана, который распространял зелье среди молодёжи!

– Ну, хорошо, хорошо, успокойся, я больше не буду о работе.

Они сели возле барной стойки.

– Вам что–нибудь налить? – спросила Люся, протирая пустые бокалы.

Карина отрицательно помахала головой. Василий Иванович показал рукой на бутылку с коньяком, которая стояла на барной стойке.

– Плесни мне рюмочку! Кстати, ты можешь уже ехать домой. Завтра я жду тебя как обычно к восьми утра. А мы тут сами, я надеюсь, разберёмся!

– Конечно! – подтвердила Карина. – Спасибо Люся вам огромное за моего папу. Вы так ему помогаете!

– Не за что, это моя работа! – ответила девушка и ушла в коридор одеваться.

Выходя из дома, она столкнулась в дверях с Оксаной – женой Монакова.

– Ох, простите… – пролепетала Люся.

– Смотри куда идёшь! – в прихожую зашла стройная среднего роста женщина в меховой жилетке из чёрного кролика.

Она легонько вытолкнула домработницу из дома и прошла в коридор. На ней был синий брючный костюм с водолазкой под горло. На шее сверкала длинная золотая цепочка, в ушах болтались серьги из золота с крупным сапфиром. Короткая стрижка с крашенными чёрными волосами и укладкой в виде волнистых прядей сверху головы делала Оксану выше своего роста. Чёрные сапоги на высоких каблуках были под цвет сумки клатча, которую женщина держала подмышкой.

– Витенька, занеси мои вещи в мою комнату! – скомандовала она молодому парню, который затаскивал чемодан в двери.

– В какую? – спросил Виктор.

– О, мой «дорогой»! Как ты тут без меня? – обратилась Оксана к Василию Ивановичу.

Мужчина залпом осушил рюмку коньяку и закусил долькой лимона с блюдца. Он протянул руки вперёд и злобно улыбаясь, пошёл навстречу своей бывшей супруги.

– Моя «дорогая»! Пока ты не приехала, всё было отлично! – Василий Иванович поцеловал руку Оксане.

– Фу, мог бы пока не пить! – отвернулась женщина.

– Привет, мам! – подошла к ним Карина. – Как доехала?

Дочь приобняла мать и тут же отстранилась.

– Если бы не пробки мы приехали раньше. Я сказала нести чемодан в мою комнату! Что ты стоишь? – обратилась Оксана к парню.

– Ты не сказала, в какую именно!

– В мою! – топнула ногой женщина.

– Погоди–ка, ты случайно, не хочешь ли занять нашу с тобой спальню? – выпрямился Монаков.

– Естественно!

– Нет, нет, нет, занимайте гостевую комнату! – хозяин дома подошёл к парню. – Поднимешься на второй этаж и пройдёшь в дальнюю комнату справа! Понял?

– Приветствую вас, Василий Иванович! – парень протянул руку для пожатия.

– Извини, но я тебя терплю только из–за бывшей жены. Ты мне противен!

Монаков гордо поднял голову вверх и вернулся в столовую. Он налил себе в рюмку ещё коньяку.

– Но в гостиной нет двуспальной кровати! – простонала Оксана.

– Ничего страшного, одну ночь поспишь спокойно. Со своим «сыночком» дома будешь развлекаться! – сказал Василий Иванович и выпил коньяк.

– Ну чего ты стоишь, пошли! – скомандовала Оксана и стала первой подниматься по лестнице на второй этаж.

Оксане исполнилось шестьдесят лет два месяца назад, но благодаря пластике она выглядела всего лишь на сорок. Её новый любовник был в два раза моложе Оксаны. У женщины был свой салон для животных. Виктор жил вместе с ней и много раз пытался заняться бизнесом, но каждый раз прогорал. Пока Оксана оплачивала ему проживание и питание, молодой человек жил в своё удовольствие. Виктор молодой мужчина сильно накаченный, высокого роста с волнистыми чёрными волосами ниже плеч, которые висели толстыми прядями спереди и сзади. Он был одет в тёмно–серые брюки–клёш и белую рубашку с тонкими серыми вертикальными полосками в стиле унисекс. Парень легко подхватил чемодан своей любовницы и пошёл прямо за ней. Они жили вместе в квартире Оксаны около трёх лет.

– Ладно, папуль, я пойду тоже наверх и приведу себя в порядок к обеду! – сказала Карина и вышла из столовой.

Во дворе особняка раздался лай собаки. Василий Иванович удивлённо поднял брови вверх и пошёл к дверям дома. Как только он стал проходить мимо накрытого к обеду стола, в дом влетел среднего роста белый с чёрными пятнами сеттер и стал обнюхивать полы и стены. Вслед за ним в дом вбежал молодой парень.

– Цезарь, ко мне! Иди сюда! – скомандовал Семён.

Собака послушно подошла к нему.

– Привет, сын! – хозяин дома обнял Семёна. – На выходные? Ты прямо из аэропорта?

– Ага. Только прилетел и сразу к тебе! Познакомься, мой любимец Цезарь!

Сеттер гавкнул и завилял хвостом.

– Как же ты его провёз? И давно он у тебя? – Василий Иванович наклонился и погладил пса по голове.

– Полтора года.

– А хозяйка дома в Лондоне не против?

– Нет. Она тоже любит собак. И к тому же редко заходит ко мне.

– Ну, тогда добро пожаловать, Цезарь!

Собака радостно завиляла хвостом и стала изучать новый временный дом. Семён снял красную куртку, оставшись в тёмно–коричневых брюках и бордовой с отливом рубашке, и повесил её на крючок в коридоре. Парню было двадцать три года, и он увлекался робототехникой. Его интересовала модель автомобиля Dodge Challenger, и он решил изобрести своего робота по его сборке. Осталось Семёну окончить университет, а потом вернуться в Россию, чтобы заняться бизнесом в этой сфере в своей стране. Парень поднял с пола свою сумку, и стал подниматься по ступеням на второй этаж. Цезарь тут же устремился за хозяином. На лестницу сверху вышла Оксана. Как только она увидела собаку, то тут же наклонилась к ней.