Хроники Альта. Ловец эфира. Том второй

– Спасибо. Что это за каракули и откуда взялись тайник и этот шар? Я же предупреждал, что каждая деталь должна быть с моим клеймом, Карл, ты не маленький, в чем дело? – Ланер не прощал ошибок никому. Ни себе, ни друзьям.

– Пожалуйста. Отвечу по порядку. Мои «каракули», как ты выразился, – это все равно, что твои чертежи, только они мне понадобятся во время боя, а не для того, чтобы в них тыкать, обвиняя друзей в том, что они безвозмездно перевели на защиту «Твоего С. И.» все артефакты своего рода. Не говоря уже о радужной сфере, что мой предок спас из Великих Чертогов Драконьих гор. Ты просил защиту всей оболочки? Так вот, теперь не жалуйся: это не последний мой тайник на С.И., и лезть в них своими пыльными руками не советую: опасно для жизни. Если дело дойдет до войны, то сделай так, чтобы С.И. смог повыше подняться в небо, а остальное – моя забота. В конце концов, я не лезу с расспросами в твою кузницу, хотя ты без спроса поставил на мостике «Адамантовый куб» работы Касиля. Вещь хорошая – слов нет. Но я чуть голову не сломал, пока не понял, почему потоки эфира не сводятся! Неделю потерял – так что не жалуйся!

– Как же он меня бесит. И я еще хотел стать его учеником. Этот задохлик-белоручка сферу от шара отличить не может, о чем я вообще с ним разговариваю? Да о том, что лучше у тебя, Глава Клана Ланер, мага нет и при тебе уже не будет.

– Правила одни для всех, и я не исключение. Еще один несогласованный со мной шаг, и я разобью твой радужный шар молотом, не взирая на последствия. К твоему сведению, сфера должна быть полой внутри, а это, определенно, шар. Да, Карл, ты – гений, как и тот в пепел пьяный паровик, что храпит у своего котла. Он смог сделать мощный, а главное, легкий двигатель, для которого нет нужды таскать с собой на борту пару вагонов угля. Ты же отдал свои артефакты, но и не забыл выгрести и все запасники клана. В арсенале не осталось ни одной стоящей вещи, а там было и все добро моего рода, – Ланеру надоело спорить с упертым магом. – Карл, ты пример для молодых. Порядок! Порядок – основа, а не своя «сфера», а если твои тайники во время боя проплавят оболочку – это беспорядок! Пьяный «в угли» паровик – это беспорядок! Стружка на столе столяра – беспорядок! Пожар, вызванный твоей, безусловно, потрясающей демонстрацией – беспорядок… Я призываю тебя к порядку, потому что я прав, а ты, хоть и гений, нет.

Глава гильдии магов, Карл Воздушник, выпрямился, как струна. Он буравил Ланера так, словно тот только что дал ему пощечину. Идеально прямая спина, руки, сложенные в замок за спиной, гордо поднятый подбородок. Маг не был так горяч в гневе, напротив, он всегда был образцом рассудительности.

– Хорошо. Моя работа завершена. Больше нет поводов для споров. Я проведу тебя по С.И. и покажу тайники. Я понимаю в устройстве Альта ненамного меньше, а в чем-то больше твоего, но изволь. Я считал, что для тебя я и есть порядок в том, что касается магии. Что ты доверяешь мне, как и раньше, и не считаешь идиотом, способным прожечь обшивку, – с этими словами Карл, словно плененный герой, поднимающийся на эшафот, направился в заклинательную каюту.

– Спокойно, он тобой манипулирует. Переживет, и не таких видали.

– С.И. тяжелее воздуха – для того, чтобы он поднялся, нужно подать тягу или наполнить отсеки оболочки «гремучим» газом. Второе опасно, да и откуда его столько взять? – Ланер спустился вслед за магом.

– Если с разносом покончено, то в этот праздничный день я бы хотел сделать тебе подарок, – маг достал из кармана модного, расшитого золотом жилета, небольшой свисток из аэрума на золотой цепочке. – Цепку я делал, береги – там допотопное заклинание «Осенний лист». Будем падать – разорви. Оно одноразовое, так что зря не пробуй. А это обычный капитанский свисток. Не хочешь опробовать? – Глаза мага излучали спокойствие и добродушие, а на лице явственно читались мужественно перенесенное незаслуженное оскорбление и терпимость к вызовам судьбы.

– Спокойно. Кто-то сказал, что в любом споре главное – вызвать ложное чувство вины у соперника.

Момент истины настал. Ланер принял драгоценный подарок. Соблазн был слишком велик. Тонкий громкий свист заполнил С.И., а затем и все ущелье. Отразившись от высоких склонов, он унесся в сторону долины и моря, разнося Альту весть о рождении нового чуда. От оглушающего свиста помутнело в глазах. Ланер отбросил свисток, но назойливый звук никуда не делся. Мастер-Кузнец, пошатываясь, поспешил выйти из заклинательной каюты в коридор, который тянулся вдоль всей гондолы С. И. За ним следом, со злосчастным свистком в руке, вышел смеющийся, вовремя включивший магическую защиту Карл Воздушник. Звук, наконец-то, смолк, и Ланер завороженно наблюдал, как С.И. оживает: как мостик заполняется командой, как в его необъятной оболочке гулко тонет стук десятков подкованных сапог, как возбужденный сотник отдает приказания младшим чинам, мигом наполняя С.И. непередаваемым боевым духом Великого Хирда. Карл подошел к Ланеру и едва заметно, по-дружески, подтолкнул в сторону капитанского мостика. Капитан был на месте и с явным волнением ждал приказов от главы клана. Мастера спешно освобождали С.И. от лесов и маскировки. Когда маскировочная сеть спала, открывая обзор через иллюминаторы, Ланер увидел столпившихся у входа в С.И. мастеров и работяг.

– Капитан, всех на борт! Страже нести службу по местам! – громогласно распорядился Ланер. – Канаты – рубить, носовой швартовый оставить!

Снова позабыв про порядок, гномы гуртом с ревом повалили внутрь небохода. Подмастерья нетерпеливо резали и рубили канаты и спешили присоединиться к остальным. Тайная воздушная верфь быстро пустела. Последним на борт С.И. ступил невесть как приведенный в чувства паровик, которому Карл помог подняться и усадил за законное место управления котлом. Ланер подошел к последнему канату, удерживавшему небоход на земле. Проходя вдоль выстроившихся в шеренгу, вытянувшихся по струнке гномов, он снял со стены пожарный топор на длинной рукояти и замер возле узла. Сотник догадался подставить под канат свой шит так, чтобы лидеру клана было сподручнее нанести символический удар. Все замерли, отдавая должное историческому моменту.

– Ну что?! Мы все работали, как проклятые! Кто-то несколько месяцев. Кто-то несколько лет. Я шел к этому дню всю свою жизнь, – Ланер всматривался в глаза притихших гномов. Осознание значимости события читалось во взгляде каждого. – Ну, так крутнем историю? И пусть Тень попляшет под музыку наших винтов!

Ланер сильным, уверенным ударом кузнеца перерубил швартовый и… – ничего не произошло. Кузнец ждал, С.И. жалобно скрипнул обшивкой, но остался на месте. В повисшей тревожной тишине, гулко отражаясь от стен небохода, раздался всем знакомый голос Мастера-Паровика.

– Запас балластной воды – двойной. Корпус на прочность проверяли. На сухом ходу не пойдем. Тяга нуж-зна, – беззастенчиво икая, со знанием дела объяснил он происходящее, застегивая кафтан на последнюю пуговицу. – Ну так что? Ура?! Жару-то давать? Давайте выпьем уже, а то меня… укачивает… Пусть Стимарт знает, что и паровики Синих Гор тоже кое-что умеют.

Гномы усердно сделали вид, что не услышали тираду паровика. Ланер молча подал рычаг набора высоты вперед и распорядился:

– Капитан, набрать высоту!

Винты двигателей превратились в неразличимые глазу круги, и небоход плавно заскользил вверх по незримому океану. Огромный, отливающий металлическим блеском купол, медленно вынырнул из-за стен ущелья, предоставив возможность горным ветрам познакомиться с новым обитателем облаков. Через широкие бронированные окна мостика и заполненные мастерами кабины экипажа открывался чудесный вид на Рукоять Серпа, горы и далекую россыпь Островов.

– Не спешите радоваться. Вернемся – тогда и погуляем… но пару кружек принять можно! Уважаемому Мастеру-Паровику поднесите первому, – строй рассыпался, гномы забегали, разливая невесть откуда появившуюся брагу по кружкам. Кто-то из глубин нижней палубы выкатывал бочку с пивом. Воины хирда из ростовых щитов сооружали длинные столы, на которых тут же появлялась нехитрая закуска: кто-то догадался вскрыть запас провианта. Те, которые первый раз поднимались в воздух, прилипли к иллюминаторам. Веселье быстро набирало обороты, в стороне остались лишь капитан, двое пилотов и пара подмастерьев паровика.

– Капитан, малый ход вдоль гор и обратно! Выше не подниматься! Сигналов не подавать! Через час швартовка в ущелье – и присоединяйтесь к мастерам, – Ланер раздал указания пилотам, чтобы разделить этот день с теми, в кого верил. В надежности С.И. он был уверен, а упускать возможность разделить радость с теми, кто терпел его тяжелый характер долгие годы, было глупо, тем более было самое время дать настоящее имя новорожденному небоходу.

– Сегодня праздник! Хватит прятаться – будем гулять на высоте. Карл, давай выпьем по полной. Принесите браги покрепче! Мы все заслужили отдых!

– Правильно. Белоручка всегда недолюбливал крепкие напитки. Завтрашнее утро станет ему достойной платой за этот нелепый «свисток». Досадно, что завтра в полдень встреча с Островами, – толком не разгуляешься. Но ничего, я уже не мальчишка, подожду – «возьму свое», когда дойдем своим ходом до Малых Чертогов и пришвартуемся к наковальне Великого Мастера.

***

Утро выдалось солнечным. Волны мерно накатывали на пирсы порта Рукояти Серпа. Ветер тоже благоволил морякам, но шумная портовая жизнь в это погожее утро замерла. Грузчики побросали тюки и корзины, перья мытарей оставались в чернильницах, даже мальчишки, торговавшие выпечкой, позабыли про свое ремесло. Виной тому стал воздушный флот Вольных Островов, рано поутру прибывший к берегам Рукояти Серпа. Из десятков планеров и нескольких воздушных шаров на берег высадилось не меньше сотни гвардейцев, переполошив торговый люд.

– Уважаемых послов Вольных Островов просят не отказать в любезности погостить в покоях Малых Чертогов. Уверен, что мы сможем разместить вас с должным удобством, – сын Главы Клана Синих Гор, Ванер, буквально сочился радушием, рядом с ним надрывая рот улыбкой, замер его же племянник Гленер.

– А господам офицерам предлагаю разместиться в «Золотой Наковальне». Увы, Малые Чертоги не смогут достойно принять столь представительное посольство. Разумеется, проживание оплатит клан Синих Гор, – Дрегори удивился щедрости гномов, снова поразившись мудрости и хитрости Ланера. Он еще не имел удовольствия говорить с ним лично, так сказать, с глазу на глаз, но теперь все могло измениться. Теперь, когда он впервые, не без помощи Теомира, заручился поддержкой Совета Островов и был назначен главой делегации, к немалому удивлению и недовольству торговой гильдии, ему предстояло познакомиться с главами кланов. Остальных членов Совета Мастеров Дрегори уже знал, что называется, по долгу службы. Так что особого страха перед предстоящими переговорами он не испытывал.

– Уважаемый Ванер, я же четко дал понять, что мы просим немедленной аудиенции Совета Мастеров, – Дрегори сомневался, что встреча состоится и завтра. Не то что по первому требованию «зарвавшихся летунов», но показать серьезность своих намерений он был обязан.

– Извините, командор, Мастер Ланер в отъезде – он прибудет лишь завтра к полудню, и Совет сразу же примет вас. Возможно, время, потраченное на ожидание, станет не таким утомительным, если вы проведете его в театре? Сегодня премьера чудесной пьесы. Соберется весь «свет». Может, вам будет угодно пообщаться с другими членами Совета Мастеров до переговоров? Кстати, вы по-прежнему не соизволили назвать цель своего визита, – выдержать драматическую паузу Гленеру не удалось: его прервал командор.

– Дело глубоко личное, и я не готов обсуждать его ни с кем, кроме Мастера Ланера или, если потребуется, Совета Мастеров, так что всему свое время. Театр так театр, и, пожалуйста, не нервируйте попусту моих людей. Они засиделись во время сложного перелета, – Дрегори выразительно обвел взором плотное кольцо бойцов хирда, стянутых к портовой площади. Гномы и гвардейцы Островов оценивающе разглядывали друг друга. Из толпы собравшихся зевак, тут же запрудивших площадь, то и дело слышались гневные выкрики, но Дрегори строго-настрого запретил своим людям реагировать на провокации.

– Сделаю, что смогу, но за дураков не отвечаю. Надеюсь, что таковых нет и среди ваших людей. Скромность, с которой островитяне ведут себя в гостях, всем хорошо известна. Теперь, когда формальности улажены, самое время пройти к Чертогам. Прошу уважаемое посольство следовать за мной, а то мы, кажется, остановили работу порта… – Ванер сделал приглашающий жест, направившись в сторону центрального тракта. Дрегори неторопливо повернулся к островитянам, без страха демонстрируя хирду спину. Его белоснежный, шитый золотом парадный мундир сиял не хуже доспехов гномов. Несмотря на случившуюся в порту толчею, вокруг командора образовалась пустота. Со стороны казалось, что Дрегори использует магию, расчищая себе дорогу в толпе, но это было не так. Толпа, словно разумный зверь чувствовала, кому лучше не преграждать дорогу без веской причины. Не нужно было быть эгомом, чтобы понять, что командор гвардии Вольных Островов настроен крайне решительно. Серьезность его намерений подтверждала и едва различимая на горизонте эскадра кораблей морского флота островов, спешащая к Рукояти по коварному фарватеру Шумного пролива.

– Никому не пить. Есть в меру. С местными не разговаривать. Добром отвечать на радушный прием хозяев. Разгружайтесь – и пошли, – Дрегори подробно объяснил гравимагам, как следует себя вести, еще в полете. Воздушные шары на материк доставили несколько тяжеленных ящиков с оружием. Хотя ящики были заколочены, по характерному звяканью любой гном сразу понимал и что в них, и то, что весят эти ящики очень немало. Гвардейцы гравимаги с показной легкостью по двое переносили ящики с шаров, глухим грохотом о мостовую подтверждая серьезность своих намерений. Когда с демонстрацией силы сторон было покончено, островитяне неспешно последовали за закованными в полные доспехи провожатыми. Толпа нехотя пропускала людей вглубь портового квартала. Крики недовольства слышались все чаще.

– Порадуем хозяев хорошей песней – Гимн Вольных Островов. – Дрегори решил, что, прикинувшись задиристым недалеким воякой, сможет занять более выигрышную позицию на переговорах. Теомир тоже советовал форсировать развитие ситуации – надавить на гномов. Как он тогда сказал? – Пусть понервничают, зашевелятся. Чем ты будешь настойчивее, чем ярче будет твое поведение, тем труднее Ланеру будет скрыть присутствие Кейлы, а её надлежит немедленно вернуть домой на Острова, иначе Ланер может ее внезапно «потерять». Например, сам отправит её Короне, и по дороге, конечно, чисто по трагической случайности она умрет… Скажем, – отравится орехами или змея ужалит.

Оставив часть гвардейцев охранять планеры и убедившись, что в «Золотой Наковальне» бойцов разместили со всем почтением, сам командор с другими членами совета направился в гостевые покои Малых Чертогов. Отвертеться от настойчивого племянника Главы Клана Синих Гор – Гленера оказалось невыполнимой задачей. Тот не оставлял его в покое ни на мгновение, а «послать подальше» родственника Ланера было бы слишком откровенной, необоснованной дерзостью. Командору пришлось продемонстрировать талант дипломата, два часа кряду беседуя с взбудораженной таким необычным визитом элитой кланов, и за весь вечер не сказать ни слова по сути дела. К счастью для командора гномы ценили пунктуальность, и спектакль начался точно в срок. Дрегори было приготовлено место в первом ряду знаменитого Подгорного театра, расположившегося в просторной пещере и вмещавшего немногим более сотни разумных. Своды пещеры создавали потрясающую акустику. Зритель мог слышать актеров сидя и в первом ряду, и на галерке. Сообразительные гномы даже догадались сделать так, чтобы каждому было видно сцену, где бы он ни сидел. Для этого они каждый ряд стульев установили немного выше впередистоящего. Получилось что-то вроде знаменитого «театра на воде» островитян, в котором зрители располагались на склоне Чаши, а актеры, вместо привычной сцены, использовали плоты.

– Молодцы, гномы, не стесняются перенимать удачные идеи!

Гленер не солгал: пьеса оказалась увлекательной. Дрегори оценил чувство юмора автора. Постановка была сделана явно по указанию Ланера, даже одного из главных героев, к немалому удивлению командора и публики, играл племянник главы клана Синих Гор Гленер. Молодой гном оказался талантливым актером, и хотя Дрегори недолюбливал театр, но, если уж доводилось попасть на спектакль, никогда не оскорблял актеров невниманием. Дождавшись финала пьесы, зрители смогли оценить и певческий талант Гленера. Он бесподобно исполнил гимн клана Синих Гор глубоким бархатным баритоном. Это явно было ответом на утреннюю выходку Дрегори, поэтому, оценив юмор, командор первый зааплодировал молодому актеру.

Сюжет пьесы был прост, но забавен: коварная смазливая блондинка – парик отлично походил на волосы Кейлы – со своими «сподвижниками» всячески подло отравляла жизнь одной известной мастерской, пытаясь узнать секрет новой чудо-стали. По ходу пьесы выяснилось, что белокурая девушка обладает способностями к магии, что позволило ей спастись от напавшего на ее след героя – Гленера. Преступница перелетела через символическую пропасть. Полет был сыгран восхитительно, веревок почти не было видно. Такое красноречивое послание по-настоящему развеселило Дрегори буквально до слез. Во втором акте после кровопролитных боев «блондинка» была поймана и призналась, что ее подослала соседняя мастерская, принадлежавшая другу главного героя, который, как оказалось, всегда мечтал завладеть секретами старого мастера. Разочарованию главного героя не было предела. Дело кончилось дуэлью, на которой полный горя и сожаления Гленер снес вероломному соседу голову. Бой был поставлен по-гномьи реалистично. Оказалось, что Гленер не новичок в фехтовании, а удар, которым он отсек голову вероломному соседу, был под стать молотобойцу. Намек был более чем прозрачен. Дрегори принял его к сведению. Как и обещал Гленер, в зале действительно присутствовало много членов Совета Мастеров, но посол Вольных Островов не увидел среди них ни Ланера, ни Малрода. Главы кланов держали марку: не пристало уважаемым мастерам бежать куда-либо по первому зову человека.

– Что же, завтра посмотрим, кому придется побегать, – размышлял Дрегори, рассеянно разглядывая актеров – их второй раз вызвали на поклон. Этим спектаклем Ланер показал, что не намерен скрывать, что Кейла у него в плену, а значит, у командора были все основания воплотить задуманное. Уверенность в том, что он пойдет до конца, окрепла настолько, что командор даже стал чувствовать себя «иначе»: он смог подобрать слово, которое наиболее точно определило бы его состояние – свобода. Он стал свободен от страхов, от сомнений в себе, своей правоте и прочих малоприятных приобретений образованного человека. Ему было абсолютно ясно, что и как делать. Как только занавес закрылся, поправив мундир, Дрегори первый вскочил с места и принялся яростно аплодировать, вызывая актеров на очередной поклон.

– Пусть главам кланов доложат, что командор вел себя «странно» или «слишком эмоционально». – Дрегори старательно улыбался и вел себя настолько раскрепощенно, насколько это было возможно, оставаясь в рамках приличий. – Пусть поломают голову, что все это может значить?

Для верности Дрегори заговорщически подмигнул Гленеру и тепло поздоровался с совершенно незнакомым ему гномом преклонных лет. На большие странности он не решился. Один спектакль он посмотрел из первого ряда. Второй же, который состоится завтра в полдень в знаменитом Тронном зале Малых Чертогов, ему придется режиссировать самому, а заодно, подобно Гленеру, и играть одну из главных ролей. Выходя из театра, командор купил огромный букет цветов и велел торговцу отослать его белокурой приме, отлично изобразившей Кейлу. Затем быстрым шагом в сопровождении нескольких своих гвардейцев отправился в гостевые покои. Ему необходимо было хорошо отдохнуть.

***

Малрод вошел в Тронный зал Малых Чертогов с небольшим опозданием, как и положено главе клана. Ланер и остальные члены Совета Мастеров были уже на месте. Велась оживленная беседа. Малрод отметил, что старый лис Лан пребывает в отличном расположении духа. Он буквально светился, словно отполированный медный бок новенького перегонного котла. Причины такого открытого проявления чувств обычно сдержанного главы клана Синих Гор были неизвестны. Что-то произошло, но что именно, Малрод не знал. Утренняя голубиная почта была отдана магам для перевода на привычный общий язык. Возиться с шифрами самостоятельно он не любил. Получалось, что к предстоящему Совету Малрод был готов хуже Ланера, но это уже давно не могло смутить опытного лидера клана Великого Хребта.

– Приветствую вас, уважаемый Совет, – с улыбкой поздоровался Малрод. Гномы ответили неспешными сдержанными кивками. Каждый мастер, входящий в Совет, имел право говорить на равных с главами кланов и гильдий и каждый помнил, что добился этого права тяжелым трудом. Поэтому на Советах считалось хорошим тоном подчеркивать свою значимость. Случайных гномов, неумелых ставленников кланов, в Совете не было.

– Зовите летунов, если все в сборе, – распорядился Малрод, садясь в кресло с самой высокой спинкой. Пара стражей выбежала из зала. Был полдень, и тронный зал заливал ровный свет витражей Мастера Юрланда, но Мастер-Воин все равно распорядился принести больше света: всем известно, что люди хуже видят в темноте – скромная дань уважения посольству будет вполне уместна. Ему было любопытно, как поведет себя новый визави. С прибывшим со столь внушительным посольством командором, Малрод, конечно, был знаком, но не как с послом Вольных Островов. Раньше в этой роли обычно выступал глава торговой гильдии Островов Жарме, но на этот раз не он был «за старшего». Зал был убран в строгом «старом» стиле. Ряд кресел, занятых гномами, расположился напротив пока пустующих мест, приготовленных для людей. Между рядами было не меньше десяти шагов. Такая расстановка была в моде в пору былых войн и междоусобиц, потому что нередко переговоры заходили в тупик, и стороны хватались за мечи и секиры, в попытке раз и навсегда решить свои разногласия. Десять широких шагов давали возможность более терпеливому переговорщику вовремя встать и ответить контрвыпадом на последний аргумент противника. Малрод частенько мечтал, чтобы забытая практика снова вошла в моду, но те времена, похоже безвозвратно, ушли.

В тронный зал в сопровождении закованных в полный доспех воинов Хирда входили люди. Впереди шел командор Дрегори. Малрод сразу почувствовал, что перед ним хороший воин. Осанка, уверенная походка, а главное, взгляд, говорил о том, что свое высокое воинское звание Дрегори получил, не сидя в уютных кабинетах. Лишенное улыбки, гладко выбритое лицо, идеально выглаженный белоснежный мундир и тяжелый взгляд, совершенно не сочетавшийся с улыбкой дипломата, красноречивее глашатаев представили Совету Мастеров нового посла Вольных Островов. Следом за командором неспешно вошел старый знакомый гномов Совета, глава торговой гильдии – Жарме, который, очевидно, чувствовал себя неловко, пребывая в забытой роли сопровождающего.

– Господа, Совет Мастеров, – грубо, нарушив этикет, начал Дрегори, – благодарю вас за то, что согласились принять нас и сразу прошу прощения за дерзость, с которой был вынужден просить у вас аудиенции.

– Извинения излишни, уважаемый посол. Уверен, что Острова не станут требовать созыва Совета Мастеров без веских причин, – переговоры Малрод решил взять в свои руки. Он хотел проучить Ланера за нахальство, с которым он единолично назначил время и место сбора Совета, – так в чем, собственно, ваше дело?

– Островам доподлинно известно, что в одном из кланов против своей воли удерживается пилот гвардии Островов. Мы прибыли, чтобы разобраться в причинах его пленения.

– А о каком именно пилоте идет речь? В последнее время их стало так много в наших землях, обломки планеров все чаще находят в горах наши патрули, – Малрод решил проверить командора на крепость. Неприятная правда – самый неудобный спутник дипломата.

– Мы готовы говорить о каждом пилоте, который, вероятно, имел несчастье потерпеть крушение в ваших землях. Небо жестоко и не прощает ошибок. Все эти пилоты, надо полагать, пребывают в руках умелых Мастеров-Лекарей уважаемых кланов. Вольные Острова бесконечно ценят сочувствие дружественного народа, и усилия ваших лекарей, безусловно, будут оплачены, но теперь всем нашим пилотам пора вернуться домой. Не думаю, что таких найдется много. Без вести за этот год пропали лишь двое. Уверен, что одна из них по имени Кейла, унесенная штормом несколько дней назад, находится на излечении в землях глубокоуважаемого главы Ланера. Она прислала почту о своем падении. Благодарность Островов за спасение нашего гвардейца не будет знать границ.