- -
- 100%
- +
– Видимо, кухонная анархия обеспечила благоприятные условия для свершения сексуальной революции, друг мой, – ответил Лешка и расхохотался. Его смех тут же подхватил Санек, а я как дурак, просто уставился на хохочущих друзей. – Так значит, Колясик нифига не помнит?
– Ну, по крайней мере, он так говорит.
– Да, засада. Коля, – Лешка с трудом подавил очередной смешок. – Ты вчера намазался раскрутить «Армагеддон».
Я еле успел добежать до раковины. Пиво распылителем брызнуло изо рта. Несколько секунд я был уверен, что кашель перейдет в рвоту, но пронесло.
– Да, – только и сказал Санек, когда я снова повернулся к курящим друзьям, и принялся кивать головой, словно китайский болванчик.
– Сигарету, – хотел было попросить я, но слово прозвучало как приказ.
– Да, конечно, Ваше Высочество! – подскочил ко мне Санек и вставил в рот «Парламент».
– Извольте прикурить, Ваше Величество, – поднес горящую зажигалку Лешка.
– Спасибо, – поблагодарил я друзей. – Налить вам пива?
Теперь мы расхохотались все вместе, хотя мне по-прежнему было не до смеха.
– Мальчики, и мне пива, – снова послышался женский голосок. Вика снова пришла на кухню, на этот раз, помимо моей футболки на ней были красные трусики.
Очередные полтора литра «разливайки» перекочевали в кружки. Андрюшина девушка сделала несколько глотков, взяла сигарету и, подкурив, кивнула на меня:
– Совсем ничего не помнит?
– Совсем, – синхронно кивнули головой мои друзья.
– Я надеюсь, ты не обрюхатил мою Настену?
– Я тоже надеюсь, – кивнул я головой.
– Смотри мне, – погрозила пальцем Вика. – Ты у неё второй мужчина, насколько я знаю. Первый был полнейшим мудаком. Обидишь мою девочку – я тебе яйца оторву.
– Нет, текила воистину волшебный напиток, – задумчиво сказал Саня, выпуская в потолок сигаретный дым. – Всего-то запиваешь три рюмки шампанским, и на утро ты – потенциальный арт-директор-кастрат.
Надо ли уточнять, что единственным кто не смеялся, на кухне был я?
– По какому поводу веселье? – в дверях появился Ромка с опухшим лицом. – Фу, бля, что так накурили-то? Вытяжку лень включить?
Щелкнул выключатель, и потоки дыма устремились к кухонной плите.
– Наш глубокоуважаемый Колясик изволит узнавать: на что он вчера подписался, – прояснил ситуацию Лешка.
– А-а-а, – Сестра Милосердия растянулся в такой улыбке, что у меня не осталось сомнений: у него тоже есть, чем меня удивить.
– Рома, если ты мне сейчас скажешь, что я вчера усыновил пару камбоджийских сирот, я тебя убью.
Предположение оказалось настолько нелепым, что в этот раз я тоже поддался коллективному приступу хохота. Когда смех отступил, собравшаяся на кухне компания изволила, наконец, поведать мне подробности вчерашнего вечера. Те, что были известны им.
Как оказалось, прошедшей ночью я имел удовольствие познакомиться с владельцем «Армагеддона». Учредителем, как называли его Андрюша и девчонки. Учредителя звали Максим. На его вопрос «Как нам клуб?» я ответил, что здесь есть, где развернуться творческой мысли. А затем, используя все свое красноречие начал объяснять все выгоды финансовых вложений в раскрутку и интерьер клуба. Максим слушал внимательно, изредка что-то уточняя, после чего, мы обменялись телефонами и договорились созвониться.
– Ну и всего-то! – улыбнувшись, сказал я, когда друзья-товарищи закончили свое повествование. – А вы: намазался, подписался…
– Вообще-то, Максим дал тебе свой номер после того, как ты поспорил с ним на ящик «Джека», что сделаешь «Армагеддон» самым популярным клубом в Городе, – сказала Вика.
– Чего? – от удивления я выпучил глаза.
– Вот так, Колясик, – произнес Сашка. – То безработным сидел, а теперь ты прямо нарасхват.
Друзья рассмеялись, а лицо Вики не изменилось. Я понял: сейчас меня ожидает рассказа о той части вечера, в которой я общался с Настей.
– Ну, юная леди, что ты мне еще расскажешь? – начал я первым, решив не тянуть кота за хвост, а сразу все выяснить.
– Я тебе уже все сказала, джентльмен. Думай сам. Ты, я смотрю, парень вроде неглупый.
На кухне повисло молчание. Мы с Викой сверлили друг друга взглядом, парни беззвучно за нами наблюдали. Вика, по всей видимости, ожидала моей реакции на сказанное, а я судорожно соображал, как же мне на это сказанное реагировать. Каждая секунда раздумий накаляла обстановку все больше и больше. Казалось, еще мгновение – и в сигаретном дыму начнут сверкать молнии.
Ла-ла-ла, ла-ла, все будет хорошо… Ла-ла-ла, ла-ла, куда бы ты не шел… Направо – трудный бой, налево – мир пустой, но будь самим…
Еще никогда в жизни я так сильно не радовался появлению Андрюши. Телефон в его руке не дал Мите Фомину закончить припев. Викин телефон.
– Тебе кто-то… звонил, – сказал он с паузой, которую потратил на то, чтобы зевнуть и протянул девушке мобильник.
– Спасибо, Андрюш, – ответила Вика, пытаясь увернуться от поцелуя. Раскрыла раскладушку, глянула на экран и улыбнулась. – Где вы ночевали? – это уже ко мне.
– Первая по коридору комната, – ответил за меня Лешка.
– Спасибо, Лешик, – улыбнулась ему Вика, встала и вышла из кухни.
– О, чуваки, вы купили пиво! – Андрюша потянулся к непочатой бутылке, отвернул крышку и так же, как и Лешка, бесцеремонно присосался к горлышку. На наши злые взгляды он никакого внимания не обращал.
– Андрюша! – первым не выдержал Ромка, который, кстати, вместо пива пил крепкий кофе. – Тебя не учили пользоваться кружками?
– Да ладно, что ты пристал? Будет моя бутылочка, да и все.
Каков наглец!
– Ну что ж ты тогда в неё сразу не плюнешь? – язвительно произнес Санек.
– Чуваки, я вам вчера клевый кураж устроил. Что вам, пива жалко? – и опережая мое замечание о том, что кураж-то, собственно, устроил не совсем он, добавил: – Колясика так вообще, с такой девушкой познакомил! Скажи, Колясик.
– Не аргумент, – покачал я головой.
– Тебе что, не понравилось? – удивился Андрюша.
Я замялся. Говорить Андрюше, что я ничего не помню, решительно не хотелось. Тем более, судя по лицам друзей, особенно Лешика, они вот-вот расскажут ему сами. Отвечать, что не понравилось – было глупо. А сказать, что все было просто круто, значит признать правоту Андрюши. Положение спасла вернувшаяся в кухню Вика. Похоже, сегодня утром эта парочка не сговариваясь и сами того не подозревая, решили вытаскивать меня из неловких ситуаций.
– Джентльмен, тебя там Настя зовет.
Вот этот момент я бы с радостью оттянул бы на несколько часов. Тут с клубом бы до конца разобраться. И, главное, с его учредителем Максимом. Но все это, похоже, придется на время отложить. Сейчас надо прояснить ситуацию с Настей. И прояснять мне её придется в гордом одиночестве. Тет-а-тет с моей ночной спутницей. Лишившись поддержки друзей, я, неожиданно сам для себя, начал нервничать.
Нет, в подобные ситуации я попадал и раньше. Для человека, живущего по принципу «Лучше утром испытывать неловкость, чем проводить ночь в одиночестве» это неизбежно. Но, то ли похмельная амнезия, то ли угроза Вики, а может и сама Настя, заставляли мои поджилки слегка потряхиваться.
Набрав в грудь побольше воздуха, я толкнул дверь Лешкиной комнаты, запоздало сообразив, что неплохо было бы постучать, прежде чем войти. Вдруг Настя все еще в нижнем белье…
– Привет, Колечка! – Настя была уже полностью одета. Обтягивающие голубые джинсы и фиолетовая блузочка. Девушка, стоя у окна, заканчивала собирать в хвост свои черные волосы.
Интересно, о чем она сейчас думает? Может быть, и ей не впервой? Хоть Вика и сказала, что я у неё второй мужчина, но можно ли ей верить? В конце концов, еще и двадцати четырех часов не прошло, как мы познакомились. Да и фривольное поведение самой Вики невольно отбрасывало тень на её подругу.
С другой стороны, если я действительно был вторым мужчиной в её жизни и, в отличие от первого, пока что не приобрел статус мудака, она должно быть по уши в меня влюблена! Иначе, не стала бы спать со мной спустя несколько часов после знакомства.
Но была еще и третья версия. А так же четвертая, пятая… семьсот восемьдесят девятая… Поди, разбери, что у молоденькой девушки в голове творится.
Когда мое сознание вернулось в реальный мир, я даже не сразу осознал, что происходит. Мы целовались, стоя посреди Лешкиной комнаты, страстно целовались. На полном автомате я обшаривал языком её рот, а руки судорожно поглаживали спину девушки. И, естественно, я как полнейший дурак, целовался с ней, не закрыв при этом глаза.
Но при всем при этом, поцелуй мне понравился.
– Фу, ты выпил уже что ли? – спросила Настя, когда мы, наконец, отлепились друг от друга. И слегка обижено добавила: – Ты же мне обещал больше не пить!
Хе-хе, интересно, что еще я ей пообещал?
И вдруг все вернулось. В этот миг я почувствовал себя огромным сейфом, к которому подошла Настя, вставила ключ, произнесла дополнительный пароль, и тяжелая дверь отварилась, открывая хранилище воспоминаний. Я даже отчетливо услышал скрип металлических петель где-то внутри моей головы.
Вчерашняя ночь. Вип-зал «Армагеддона» мы сидим за столиком вдвоем с Максимом и я, с трудом ворочая заплетающимся языком, объясняю ему, что клуб нуждается в серьезной доработке. Поначалу он наотрез отказывается, я говорю, что его реакция мне вполне понятна. Сложно, вложив кучу денег в открытие клуба, принять точку зрения человека, который утверждает, что финансовой реке требуется дополнительный солидный приток.
Плюс ко всему, Максим говорит, что затмить «Ковчег» «Армагеддону» вряд ли удастся, так что он будет довольствоваться тем, что есть – клубом для студентов.
«Но, почему бы не привлечь в клуб самых богатых студентов?» – спрашиваю я.
«А ты сможешь их привлечь?» – в этот момент я вижу, как в глазах Максима загорается огонь неудовлетворенных амбиций.
«Смогу», – отвечаю я и добавляю: «Спорим?».
«Спорим», – соглашается Максим.
«На что будем спорить?»
Он поворачивается к бару, окидывает взглядом полки за спиной Тани, предлагает:
«Ящик „Джека“ на то, что ты сможешь сделать „Армагеддон“ лучшим клубом в Городе».
«Сроки?»
«Полгода».
«Заметано!»
Мы жмем друг другу руки, подскочивший Андрюша разбивает спор. Максим достает Айфон, мы обмениваемся номерами и договариваемся обсудить условия сотрудничества на трезвую голову.
Максим на прощанье еще раз жмет мне руку и удаляется. Я подхватываю со стола бокал с шампанским и возвращаюсь к нашему столу, который теперь уже состоял из двух сдвинутых вместе столиков.
На часах начало четвертого, смена девушек из «go-go» закончилась, и Вика с Настей уже присоединились к нашей компании. Я прошу прощения за свое короткое отсутствие, еще раз, как при знакомстве, целую девушкам руки и сажусь рядом с Настей.
На вопрос «о чем говорили с учредителем?» гордо отвечаю, что обсуждали детали моего контракта, при этом называю себя новым арт-директором «Армагеддона». Точнее даже первым, потому как ранее в клубе такой должности не было.
Поворачиваюсь к Насте, говорю: «Звездочка моя, а не хочешь ли ты стать лицом клуба?». Щеки Насти розовеют, глаза Вики наполняются ревностью. Я замечаю это и предлагаю ей стать грудью клуба, в свою очередь. Парни заходятся хохотом, девушки сдержанно улыбаются.
Я полностью переключаю внимание на Настю и начинаю выяснять подробности устройства её семьи. Отец – строитель, мать – бухгалтер. Уважительно киваю. Младший брат заканчивает школу. Сама она – студентка третьего курса Коммерческого университета. Будущий экономист. При этом любовь всей жизни – танцы.
То ли текила, то ли еще что-то, но из моих уст вылетает совершенно необычная для меня фраза, которая, судя по всему, предопределила дальнейшее течение ночи.
«Когда мы поженимся, тебе придется завершить карьеру «зажигалки».
И добавляю:
«Хотя, я могу потребовать этого гораздо раньше».
В глазах Насти появляется надежда и… какая-то собачья преданность, что ли. Я же, вместо того, чтобы вовремя свернуть со скользкого пути, продолжаю наращивать обороты, размышляя вместе с ней о том, кого проще воспитывать – сына или дочь и сколько детей ей хотелось бы иметь в будущем.
Поехать к нам одна она наотрез отказывается. Приходится брать с собой Вику и, следовательно, Андрюшу. Выходим из клуба…
– Коля!
Щелчки перед глазами.
– Ты кофе обещал, – Настя, словно из транса меня вывела.
– А, да, – опомнился я. – Пойдем?
– Я стесняюсь… Может здесь попьем?
От такого откровения я даже растерялся.
– Настя, на кухне нет никого, с кем бы ты была не знакома. Чего стесняться?
– Ну… Они ведь наверняка в курсе того, чем мы с тобой занимались под утро, – девушка опустила в пол свои карие глаза.
Для переспавшей с парнем на первом свидании она была через чур застенчивой.
– Да перестань ты, из всех собравшихся здесь, мы – самые нормальные. Лешка ночевал вместе с Андрюшей и Викой. Саня с Ромкой вообще в одной комнате спали…
– И что?
– Как что? А вдруг у них у всех этой ночью был секс? Понимаешь о чем я?
– Сомневаюсь, что у всех, – сквозь смех сказала Настя. – Ладно, уговорил, пойдем.
Короткий вояж в направлении кухни поставил передо мной новую задачу. В предложении попить кофе в комнате было здравое зерно. На девяти квадратных метрах уже расположились пять человек, куда впихнуть еще двоих я просто не знал. Но оставаться наедине с Настей мне больше не хотелось. Требовался компромисс.
– Дамы и господа, есть предложение переместиться в зал, – произнес я, картинно указывая в сторону коридора.
– Поддерживаю! – сказал Лешка, собирая в охапку три оставшихся бутылки с пивом.
– Насть, ты иди со всеми, я сейчас все принесу, – шепнул я в прекрасное ушко.
– Может, я все-таки тебе помогу? – не унималась девушка.
Вика вновь пришла мне на помощь.
– Не дрейфь, подруга, я с тобой, – сказала она, беря Настю под руку.
Нехотя, но Настя все же подчинилась. Собравшаяся компания медленно начала перетекать в нашу с Ромкой комнату. Я поймал взгляд Саньки, глазами указал на табурет, прося остаться.
Мне по-прежнему требовались дружеская поддержка и совет. Самым близким мне был Ромка, но мизерный опыт общения с противоположным полом автоматически отправлял его в комнату вместе со всеми. У Лешика, наоборот, этого опыта было более чем достаточно, что так же не делало его хорошим советчиком.
Саня в этом плане был компромиссным вариантом. Не отъявленный мачо, но и не Сестра Милосердия. Здесь мы были с ним максимально схожи. Этакие, крепкие середнячки амурных чемпионатов.
Я закрыл дверь за Ромкой – он последний покинул кухню.
– Ну, Саня, что скажешь?
– А что ты хочешь от меня услышать? Девчонка, по ходу, втюрилась в тебя по самые помидоры.
– Это я и без тебя знаю. Что мне делать?
– Как что? Друг, ты вообще, в своем уме? Посмотри на нее, клевая ж девчонка!
– Но она – «зажигалка»!
– Ты это сейчас сказал таким тоном, будто все «зажигалки» – конченные шлюхи, – укоряющее сказал друг.
– А что, разве не так? – искренне удивился я. – Она прыгнула ко мне в постель после нескольких часов знакомства!
– Знаешь, если бы ты мне так на уши присел, как ей вчера, я бы тоже к тебе в постель прыгнул, – сказал Саня и тихо рассмеялся.
– Я бы тебе все равно не дал.
– Да, конечно, мы же друзья, а после секса дружбы не бывает.
– Точно, – кивнул я головой и выставил в направлении друга указательный палец, демонстрируя свое согласие с озвученным мнением. – Ты на её подружку глянь. Всем сегодня продемонстрировала: куда именно Андрюша пихает своего Андрюшу.
– Ну, тем не менее, Андрюша же с ней встречается. И ничего, ему в кайф.
– Знаешь, по-моему, им больше подходит понятие «Регулярный секс вдвоем». Отношениями это назвать сложно.
– А ты что? – всплеснул руками Санек. – Жениться, что ли на ней надумал?
– А вдруг?
– Чего? – Саня выпучил глаза от удивления. – Ну-ка, повтори! Я не расслышал.
– Нет, – включил я задний ход. – Тут я, конечно, загнул.
– То-то же, – облегченно вздохнул мой советчик. – Кофе давай наливай, чайник вскипел.
– Точно. Ты будешь?
– Не, я лучше пивком продолжу баловаться.
– Так, интересно, кто еще кофе будет?
– Наливай себе и Насте, остальные сами себя обслужат, – посоветовал Санек. – Я там конфеток прикупил.
– Друг, ну ты просто молодчик!
– Я знаю, Колясик, я знаю.
«Конфетками» оказалась коробка «Рафаэллы». Через чур романтично, конечно, но и на том спасибо. Я налил две кружки черного кофе, сунул в каждую чашку по чайной ложке и понес их в комнату. Санек взял конфеты и сахарницу.
В комнате шла оживленная беседа.
– О, Коля, – обратилась ко мне Вика. – Твоя версия.
– Версия чего? – уточнил я, расставляя перед Настей кружки, сахарницу и конфеты.
– Как бы ты объяснил ребенку девяти лет, что такое секс?
– А разве в наше время дети девяти лет еще не в курсе данного вопроса? – искренне удивился я.
– Представь себе, нет, – строго ответила Вика.
– Ну… – на секунду я задумался. – Иногда у мужчин и женщин начинает нестерпимо чесаться между ног. Поэтому они чешутся друг о друга.
– Супер! – восхищенно произнес Лешка.
– Но, я бы непременно уточнил, что в девять лет чесаться подобным образом нельзя, – добавил я. – А с чего такой интерес к этой теме?
– Да у меня племянник подрастает, – пояснила Вика. – Интересуется, а я все думала, как бы ему объяснить.
– А почему он к тебе с такими вопросами идет? – поинтересовался Санек.
– Ну, не к маме с папой же ему идти! – ревниво возмутилась девушка Андрюши.
– Дела… – задумчиво произнес я. – Вот вы лучше мне скажите, вы никогда не задумывались над более серьезными темами? Не пытались найти ответы на риторические вопросы?
– Например? – с вызовом спросила Вика.
– Ну, вот ты, – принял я вызов. – Никогда не задумывалась, почему белые медведи не едят пингвинов?
Ромка рассмеялся, но не от того, что почувствовал усиленную работу мысли в голове обладательницы третьего размера, а потому что Лешик, Андрюша и Санек так же впали в ступор.
– Интересный вопрос, – вступила в разговор Настя, и по её улыбке я понял, что ей-то правильный ответ прекрасно известен.
– Может быть, потому что мясо пингвинов токсично для медведей? – предположил Андрюша. Настя не выдержала и расхохоталась в голос, Ромка так и вовсе уже держался за живот, готовый в любую секунду рухнуть на пол и там продолжить свою истерику.
– Не, а действительно, почему они не едят пингвинов? – Лешка, похоже, серьезно озаботился этой проблемой.
– Ребята, учите географию, – сквозь смех сказала Настя. – Белые медведи живут в Арктике, на севере, а пингвины – в Антарктиде, на юге.
– Что, в натуре? – не унимался Андрюша. Теперь уже хохотали все, кроме него.
– Пред-ставь се-се-се-себе, – кое как выговорил Рома.
Вопрос про медведей и пингвинов раскрепостил Настю. Она больше не стеснялась ни меня, ни моих друзей. Поддерживала разговор «ни о чем», участвовала в обсуждении моего вчерашнего состояния, иногда даже со стебом.
Мы сидели в обнимку, изредка посматривали друг на друга, а я все время думал о том, когда же, наконец, они соберутся домой. Ситуацию снова спасла Вика.
– Андрюш, ты собираешься везти нас домой? Нам же сегодня снова на работу.
– Ой, действительно, а сколько сейчас времени? – спохватилась Настя.
– Начало третьего, – озвучил Ромка показания настенных часов.
– Да, пожалуй, нам пора, – с этими словами Настя начала выбираться из моих объятий. Ее примеру последовала и Вика. Девушки направились в прихожую, Андрюша задержался.
– Коля, – шепотом позвал он. – Дай денег на такси?
– Чего? – в голос переспросил я. – Общественный транспорт уже отменили?
– Тихо-тихо! – продолжил шептать Андрюша. – Я же и твою девушку домой повезу.
– Каменев, ты, часом, не еврей? – поинтересовался Санек.
– Очень смешно, – покачал головой провожатый девушек.
– А что такого? Или ты – антисемит?
– Да нормально я к евреям отношусь! – раздражаясь, ответил Андрюша и все тем же заговорщическим шепотом продолжил: – Колясик, ну, елки-палки, дай ты три сотни на такси!
– Десять рублей, на десять капель! – прохрипел Санек, цитируя миниатюру из «Камеди клаба». – Ладно, Коль, исполни ты его просьбу, а то ведь не отвяжется же.
Я и сам прекрасно понимал, что отказывать Андрюше сейчас бесполезно. Как там женщины говорят? Зануда – это тот человек, с которым проще переспать, чем объяснять, почему не хочется? Вот, это про Андрюшу в таких ситуациях.
– Андрей, ну ты скоро? – заглянула в комнату Вика. – Мы с Настей уже готовы.
– Да подожди ты! – прикрикнул на девушку Каменев. – Сейчас приду!
– Повежливее, мой друг, повежливее, – осадил Андрюшу Лешка. Вика улыбнулась ему и исчезла.
Я тем временем достал из кармана джинсов деньги, отсчитал триста рублей и протянул их Каменеву.
– И проводи до подъезда, – высказал я свое пожелание.
– Да не вопрос, – ответил Андрюша и направился в прихожую. Мы последовали за ним, провожать гостей.
В прихожей места было еще меньше, чем на кухне, поэтому нам пришлось выстроиться вдоль стен. Все внимание друзья сосредоточили на Андрюше и Вике, на нас с Настей, казалось, вообще никто внимания не обращал.
Она обняла меня за шею, посмотрела в глаза, спросила:
– Придешь сегодня в клуб?
Ну вот, началось.
– Сегодня вряд ли, мне нужно прийти в себя, после вчерашнего.
– Тогда приходи завтра? У нас будет «Stuff-party».
– Кстати, да, ребят, – подключилась к разговору Вика. – Приходите завтра на тусу, закрытая вечеринка будет.
– Завтра же воскресенье, – удивился Ромка. – Да и как нас пустят на закрытую вечеринку?
– Позвони Максиму, договорись, – сказала мне Настя.
– Хорошо, – улыбнулся я в ответ. – Я подумаю.
– Ну, тогда – пока!
– Тогда – пока, – кивнул я. Мы кратко поцеловались, Андрюша пожал нам руки, и гости стали покидать нашу квартиру. Первой вышла Настя. За ней Вика вытолкнула Каменева, сама же подмигнула Лешке и поднесла к лицу кулак с оттопыренными большим пальцем и мизинцем. Лешка кивнул в ответ и закрыл за Викой дверь.
В полном недоумении мы вернулись в нашу с Ромкой комнату, разлили по кружкам пиво. Лешик, развалившись в кресле, довольно улыбался.
– Леш, – первым нарушил молчание Санек. – Может, объяснишь нам, что ты такой довольный?
– Да так, ничего, – засмеялся в ответ Леша.
– Действительно, Лешик, что это был за жест Вики на прощанье? – спросил я.
– Ну, видимо, она просила ей позвонить, – ответил Лешка, отхлебывая пиво.
– Спасибо, кэп, – Саня изобразил улыбку. – Это мы и сами поняли.
– Леш, у вас, что там вчера, групповушка была? – озвучил я свою утреннюю догадку.
– Ну, почему ж групповушка? – Лешка продолжал лукаво улыбаться.
– Подожди-подожди, – подключился к расспросам Ромка. – А как же Каменев?
– А что Каменев? Андрюша вчера так накачался, что сделал дело один раз и захрапел. А Вике хотелось еще. Ребят, она сама ко мне приставать начала, – оправдывался наш друг.
От услышанного у меня волосы на голове зашевелились. Я сидел, глядя в пол, и задумчиво тер подбородок.
– Ты хочешь сказать, – медленно проговорил Санек. – Что трахнул Андрюшину девушку, пока тот спал на колькиной кровати?
– Ну, это еще большой вопрос кто кого трахнул, – улыбка на Лешкином лице становилась все шире и шире.
– Какая же ты сволочь, Лешка! – сказал я, похихикивая.
– Я знаю, – рассмеялся Лешка и протянул мне ладонь, по которой я шлепнул.
– Это трындец! – только и сказал Санек и тоже рассмеялся.
– Леш, а тебе не стыдно? – Ромка оставался единственным, кто сохранил серьезное лицо. – Он же, вроде как, твой друг.
– Ой, да брось ты, это вы мои друзья, под одной крышей живем. А с Андрюшей мы в последнее время так редко видимся, что я его считаю просто знакомым.
– А что, для тебя разница между другом и знакомым состоит лишь в том, как часто вы видитесь? – не унимался Сестра Милосердия.
– Ром, ну что ты разнуделся? – я искренне не понимал, причину ромкиной серьезности. – Ты Лешкиной совестью, что ли, стать решил?
– Я просто пытаюсь понять, – не отрывая взгляда от Леши, ответил Рома. – С моей девушкой ты бы тоже переспал бы? А?
– Рома, у тебя есть девушка? – изобразил удивление Лешка.
– Ну, если бы она у меня была, – смутился Ромка.
– Нет, не переспал бы. Доволен? Потому что ты – мой друг. А Андрюша – знакомый. И отличие между вами не только в том, что с тобой я чаще вижусь. Я не могу сейчас это объяснить.
– Ладно, ребят, кончайте о высоких материях, – влез в разговор Санек. – Тем более, что у нас еще один кадр есть. Что скажешь, Колясик?