- -
- 100%
- +
Теперь понятно, почему он так на неё зол. Отвергал красотку за красоткой, воротил от невест нос, а тут одна ретивая барышня с нехилым запасом знаний и магии взяла его и окольцевала. Даже мнением его не поинтересовалась.
Хех, добро пожаловать в клуб насильно женатых, Ред. Составишь мне компанию. Только сразу предупреждаю, я твоему обществу совсем не рада.
Эдара поджала губы.
– Редфрит не владеет магией, как и большинство мужчин нашего мира, но надёжно защищён заклинаниями своей чародейки, Мильдгиты. Я до сих пор теряюсь в догадках, как Даниэле удалось пробиться сквозь его защиту, какими чарами нужно было воспользоваться, чтобы совершить подобное. – Теперь моя похитительница выглядела раздосадованной, кривилась и нервно стучала по подлокотникам кресла пальцами. – Отныне только с ней одной он сможет иметь детей. Редфрит Галеано надеялся выбрать себе в жёны ту, которая удовлетворяла бы всем его требованиям, а в итоге и вовсе лишился возможности выбора.
Лжёт или говорит правду? Всё действительно так и было? Пока что сложно понять. Сложно разгадать человека, с которым едва успела познакомиться.
– Воспитанницу свою не пробовали спрашивать, как она всё это провернула?
– А ты как думаешь? – усмехнулась колдунья. – Когда я узнала, мы с ней чуть насмерть не разругались. И его величество её тоже… спрашивал. Очень настойчиво… хм, интересовался, но, помимо того, что Даниэла умна и талантлива, она ещё очень упряма. Никому не призналась, ни словечка мне не сказала, хоть ещё каких-то несколько месяцев назад она доверяла мне все свои тайны. – Обида в голосе Эдары смешалась с тоской и горечью.
Так, стоп! Не хватало ещё жалеть эту дамочку. Сочувствую, конечно, что ей попалась такая проблемная ученица, но я-то тут при чём? Кто посочувствует мне? И вообще…
Должно быть, из-за того, что голова всё ещё была мутной, невозможно тяжёлой, я соображала медленно. Очень. В частности, не сразу поняла, спохватилась и забеспокоилась о себе любимой.
– Постойте-ка… Если я здесь, Даниэла тоже здесь, то кто тогда там? Я хочу сказать, кто сейчас находится во мне?!
Паника, накатившая штормовой волной, заставила подскочить с кресла и раненым зверем заметаться по королевским квадратным метрам. Даже боль в мышцах отошла на второй план, вместе с мыслями о тиране муже и страхом за свою временную (надеюсь!) шкуру.
– Никто, – просто ответила Эдара, как если бы я интересовалась, кто принесёт мне утром в постель стакан апельсинового фреша.
– То есть как это никто? – От ярости, полыхнувшей с новой силой, даже дыхание перехватило, а кожу, всё тело, болезненно закололо, будто меня не переставая ударяло током. – Меня что, похоронят? И куда тогда, по-твоему, я должна буду вернуться? В мёртвое тело?!
– Успокойся, Даниэла.
Поднявшись, ведьма попыталась приблизиться, но я дёрнулась, отшатнулась, прытко переместившись за спинку кресла. Так себе, конечно, преграда, но всё же лучше, чем находиться с ней рядом.
– Всё с твоим телом будет в порядке. Твои близкие решат, что ты просто крепко уснула. Сердце твоё бьётся, воздух насыщает твои лёгкие. Уверена, ваши целители о тебе позаботятся.
Говоря по-простому, я в коме. И это очень-очень плохо. Представляю, что творится с мамой, да и отец наверняка переживает. А ещё досадует. Что свадьба сорвалась.
Сорванная свадьба – единственная крошечная капля мёда в огромном чане, полном дёгтя.
– И опять же, почему я должна верить вам на слово? Сердце бьётся, воздух насыщает лёгкие… А если не бьётся? Если уже ничто ничего не насыщает? Где гарантии?!
Теперь покалывания концентрировались в кончиках пальцев и так вдруг захотелось вскинуть руки, направить их на чёртову колдунью, что я едва справилась с этим искушением.
Может, и зря, что справилась. Лучше бы наконец дала волю чувствам.
– Значит, в тебе проявляется её сила… Интересно. – Мадам ведьма чуть заметно нахмурилась, а потом задумчиво хмыкнула. – Это и хорошо, и плохо одновременно.
– Что здесь плохого и что хорошего? – буркнула я, наблюдая за тем, как по ладоням Даниэлы разбегаются, стягиваясь к подушечкам пальцев, искры вроде тех, которыми я шибанула в карете Редфрита.
– Плохо, что мне придётся обучать тебя ещё и магии, контролю над ней, чтобы ты не навредила ни себе, ни своему окружению.
Некоторому… окружению мне вот прямо сейчас очень хотелось навредить.
– А хорошо, потому что с магией ты неотличима от моей девочки.
– Из того, что уже успела о ней узнать, могу с уверенностью сказать, что у нас разные характеры.
– Я бы с тобой поспорила. – Чародейка скептически хмыкнула.
– В отличие от вашей миары, я девушка рассудительная. И уж точно не чокнутая бунтарка.
– Тебе напомнить, что ты сбежала с собственной свадьбы?
– Я не сбежала. Ты меня похитила!
– Так уж ли? – дёрнула уголком губ Эдара. – Ты согласилась за мной пойти. Добровольно.
– Ещё скажи, побежала, – съязвила я, а потом с горечью в голосе поинтересовалась: – Почему я? Почему ты выбрала именно меня?
– Всё очень просто. Из-за твоего имени. Имя, данное человеку при рождении, становится неотделимым от его плоти. Только Даниэла-Бланка-Федериция может находиться в этом живом сосуде. Душу любой другой девушки тело моей миары попросту отвергло бы. И ты, моя дорогая, единственная с таким именем, которую мне удалось отыскать.
Имя? Моё дурацкое, непонятное имя? Вот в чём причина?
Пройдясь по спальне, устало опустилась на край кровати и уставилась перед собой невидящим взглядом.
Значит, всё-таки имя…
Ну спасибо тебе, мамочка, за то, что я так влипла!
Вообще, родители собирались назвать меня… нормально. По-человечески, я бы даже сказала. Александрой, Сашенькой. Я бы и против Шурочки не возражала. Всё лучше, чем московская девочка Даниэла-Бланка-Федериция.
А ведь должна была родиться Александра Ласкина. Ну красиво же звучит, правда? Как по мне, так просто отлично. Но всё испортила мама.
Накануне родов ей приснился сон, в котором некие голоса свыше велели назвать дочку тройным заковыристым именем. Только с ним её кровиночка якобы обретёт счастье, а став Сашенькой, всю жизнь будет маяться, так и не найдёт своё место в мире.
Утром мама заявила всей родне, что Сашенькам в их семье нет места. Дочь будет Даниэлой – и точка! Никакие возражения не принимаются, решение не меняется.
За свою сознательную жизнь я ни разу не видела, чтобы мама спорила с отцом. Она всегда безропотно выполняла все его требования, и в этом мы с ней совершенно не похожи. Я с папой что кошка с собакой. Отношения с Петей, на которые согласилась, пусть и без особого энтузиазма, были исключением из правил. Наверное, потому, что он мне, в общем и целом, нравился. До тех пор, пока не стало ясно, что Оболенский потенциальный гуляка.
Но в случае с именем Ирина Афанасьевна оказалась непреклонна. Уж не знаю, почему отец её послушался, для меня это по-прежнему тайна, покрытая мраком, но я стала не Сашенькой, а Даниэлой.
Кто ж знал, что в другом мире моя ровесница с точно таким же именем вляпается во что-то совершенно непонятное (и явно опасное), а мне придётся за неё отдуваться.
– На сегодня, думаю, достаточно. – Эдара подхватила оставленные на кофейном столике перчатки и добавила: – Завтра я продолжу знакомить тебя с твоей новой жизнью. Временной, разумеется. А сейчас тебе нужно отдохнуть перед праздником. Сон поможет твоей душе окончательно соединиться с телом, и все неприятные ощущения пройдут. Обещаю.
– Как обещаешь вернуть меня обратно?
– Именно, дорогая.
Я покачала головой:
– Нет, так не пойдёт. Мне нужны не слова, а гарантии, что я действительно вернусь на Землю и мне будет куда возвращаться. А иначе я ради вашей аферы не пошевелю и пальцем. Буду пытаться рассказать всем правду, терять сознание и снова пытаться, пока мой новоявленный муж не начнёт подозревать, что со мной что-то не так. Как вам такой план?
Если судить беспристрастно, то мадам ведьма была женщиной очень даже интересной. На вид лет сорок или чуть больше. Высокая, стройная, с идеальной осанкой. Выразительные зелёные глаза, как у породистой кошки; широкие брови вразлёт. Острые скулы и нос с горбинкой её совсем не портили, придавали её лицу некое выражение хищности и в то же время делали его очень живым и харизматичным.
Но стоило ей недовольно скривиться, как вся её красота исчезала, пряталась за исказившей лицо гримасой. Вот как сейчас.
Колдунья шагнула ко мне и, недобро щурясь, процедила сквозь зубы:
– Пойми, дорогая, ты не в том положении, чтобы диктовать условия. Ты добровольно за мной пошла и теперь находишься в моей власти. Твоя жизнь зависит от меня.
– А от меня зависит будущее вашей воспитанницы. Ну так что, – я скрестила на груди руки, всем своим видом показывая, что не собираюсь пасовать и пугаться, – будут гарантии?
Стрельнув в меня злым взглядом, чародейка с досадой произнесла:
– Ладно! Подойди ко мне. Живее! Я не кусаюсь.
Приблизилась я к ней не без опаски, совершенно справедливо ожидая какой-нибудь подлянки. Вздрогнула, когда ведьма схватила меня за запястье и занесла надо мной непонятно откуда взявшийся у неё в руке нож. Изящный такой стилет, совсем непохожий на массивный ритуальный кинжал, которым часом ранее полоснул по ладони Даниэлы священник. От того пореза не осталось и следа, а от укола остриём ножа Эдары на безымянном пальце проступила алая капля.
Уколов и себя за компанию, колдунья начертала в воздухе какую-то закорючку, тут же ярко заискрившуюся, и перед моими глазами раскрылся свиток, испещрённый тёмными незнакомыми символами. Как ни странно, те складывались во вполне понятные слова и фразы.
– Читай, – сухо велела Эдара.
Пройдясь по строчкам внимательным взглядом, я ответила ей в тон:
– Не согласна на пункт про «быть послушной воле мужа». Этот ваш муж собрался заделать мне ребёнка. Пусть дожидается вашу миару и с ней в своё удовольствие плодится и размножается.
Колдунья посмотрела на меня как-то… снисходительно.
– Король – мужчина во цвете лет со своими естественными потребностями. Он вправе требовать отношений с законной женой. А сейчас, пусть и временно, его жена – это ты. Говорят, Редфрит – непревзойдённый любовник. Пылкий, опытный, неутомимый. Будь с ним поласковей, и тебе понравится.
Интересно, и кто это говорит и где опыта набирался… Впрочем, не важно! Я, конечно, планировала расширить свои сексуальные горизонты, но уж точно не с таким грубым, неотёсанным типом. А ещё король называется. Варвар! Самый настоящий.
Да, Даниэла пощекотала ему нервы, но это не повод устраивать ей брачную ночь прямо в карете.
– Повторяю, спать я с ним не собираюсь.
Заметила, как что-то нехорошее сверкнуло в глазах Эдары, а в следующий миг она схватила меня за руку и впечатала мой кровоточащий палец в пергамент.
– Поздно, милая. Ты подписала договор.
– Но… – Я вырвала руку, отскочила от подлой колдуньи.
А та, мерзавка такая, мазнула по бумаге окровавленным пальцем, и договор, вспыхнув, исчез в воздухе.
– Теперь мы обе связаны обязательствами. Свои обещания я выполню, магия не позволит мне от них отступиться. Но и тебе придётся придерживаться условий нашего договора. Со своей стороны, обещаю сделать твоё пребывание в этом мире приятным и полностью безопасным.
– Приятным? Ты издеваешься? Меня насильно выдали замуж за тирана! Что здесь приятного?!
– Поспи, Даниэла. Сон поможет тебе успокоиться и принять действительность.
– Не хочу я спать!
А хочу бунтовать! Не всё же только леди Фонтан показывать характер.
Ведьма схватила меня за руку и потащила к кровати. Попыталась вывернуться, но не тут-то было. Силы этой даме было не занимать, а может, в ход снова пошла тяжёлая артиллерия – чары, потому что я вдруг почувствовала, как тело слабеет, а веки сами собой начинают слипаться.
– И всё равно я не понимаю, почему было не рассказать Редфриту правду? – пробормотала и поняла, что у меня уже и язык заплетается. – Ну отложили бы свадьбу, пока душа этой экспериментаторши находится в магчистке. Уверена, Ред был бы не в обиде.
– На сегодня довольно вопросов.
– Не-е-ет, я только начала. Кто такой Теобальд? Что за тёмный ритуал будет после праздника? Во что я всё-таки вляпалась?
Вопросы уже не срывались с губ, а сползали с них невнятными звуками. Комната таяла, меркла. Голова тяжелела. Стоило ей коснуться подушки, как окружающая обстановка противно завертелась. Пришлось прикрыть глаза. Не успела я это сделать, как сразу же оказалась в оковах сна.
Глава 4
Проснувшись, с горечью признала, что я всё-таки попала. В другой мир, в чёртову сказку. Вляпалась в неё по самое не хочу. Можно сказать, погрязла в чужом теле и чужих проблемах.
Приподнявшись на локтях, коротко зевнула и вгляделась в расползающийся по спальне полумрак. Хотелось верить, что я проспала всё свадебное веселье, а его величество за это время куда-нибудь делся. На войну там поехал или в гости к какому-нибудь королю-соседу. А может, отравился собственной ненавистью, и теперь его готовят к пафосному погребению.
Хорошо бы.
Не подумайте, я вовсе не злая. Просто у меня не было ни малейшего желания снова встречаться с этим тираном.
Совсем близко кто-то завозился, захлопали крылья, и спальня наполнилась тревожным шёпотом:
– Проснулась…
– Проснулась!
– Скорее… скорее…
– Пора готовить нашу королеву!
Полыхнули свечи в канделябрах, все вместе и так ярко, что на какое-то мгновение даже пришлось зажмуриться. Сев на постели, осоловело огляделась, продолжая щуриться, и насчитала пятёрку крылатых прелестниц, дружно слетевшихся к кровати. Самая мелкая и, как мне показалось, застенчивая робко выглядывала из-за витой колонны балдахина.
– И давно вы здесь? – спросила я, стараясь прикрыть ладонью зевок.
– Как ушла госпожа чародейка, так сразу и вернулись.
– Оберегать ваш чудесный сон.
– Любоваться вашей неземной красотой.
О, кстати! Я ведь так до сих пор и не знаю, что там за красота у меня неземная.
Зря они вспомнили о госпоже чародейке. Сразу вернулись и злость, и неприятные воспоминания с ощущениями. Вот стерва! Всё равно всё вывернула в свою пользу.
Не отступится она от обещаний… Да кто ж её знает! Её и эту её магию. Нет, даже договор не даёт гарантии, что я верну себе свою жизнь, ибо был составлен одной из заинтересованных сторон. Доверять этой дамочке я не собираюсь, как и плыть по течению, послушно беременея. Главное, есть надежда вернуться домой (надеюсь, хоть про это ведьма не солгала), а значит, будем разбираться в ситуации и решать, как быть дальше.
Воскресив в себе боевой дух, бодро поинтересовалась:
– Так, и что у нас далее по сценарию?
– Приятные купания!
– Расслабляющие притирания!
– Очаровательные прихорашивания! – одна за другой вдохновенно зачастили феи.
Там, где есть очаровательные прихорашивания, по-любому должно быть и зеркало. Пора познакомиться с внешностью Даниэлы и хоть немного осмотреться.
Выпутавшись из плена пышных юбок, сказала:
– Ну что ж, давайте купаться и притираться.
Ванная комната была поистине королевской. Этакая карамельно-золотая сказка, в самом центре которой красовалась глубокая ванна на золочёных ножках, а чуть в стороне темнела изящная кушетка для отдыха. Множество баночек да скляночек поблёскивали на хрустальных полках, а в самом углу я заметила большое напольное зеркало.
К нему и ринулась, морально настраиваясь на знакомство с новой собой. Секунда, другая – и вот передо мной предстала высокая темноволосая девушка в пышном свадебном платье.
Пусть имена у нас были одинаковые и даже возраст совпал, но внешне мы с леди Фонтан были совершенно разные. Я миниатюрная, русоволосая и зеленоглазая. Даниэла из сказки обладала густой шевелюрой насыщенного шоколадного цвета и тёмно-серыми глазами. Почему-то сразу подумалось про грозовое небо в холодный осенний день. Острый подбородок, резкий излом бровей придавали её лицу мятежное выражение.
В общем, её новоиспечённое величество была девушкой яркой и интересной, и её внешность очень подходила к той картинке, что сложилась у меня в голове после рассказа её наставницы-ведьмы.
– Ваше величество…
– Ванна…
– Да-да, помню про купание.
Ко мне подлетела одна из фей, робко коснулась шнуровки платья и замерла, явно ожидая моего разрешения. Кивнув, я позволила ей и двум другим крылатым созданиям меня раздеть. Не то чтобы мне нравилось светить чужим голым телом перед малознакомыми феями, но отпускать их я не хотела. Лучше порасспрашиваю, пока буду купаться. Мне срочно нужна информация.
Забравшись в горячую воду, благоухавшую розами, я блаженно вздохнула и, прикрыв глаза, будничным тоном произнесла:
– Значит, скоро начнётся пиршество?
Феи явно оживились.
– О да! В тронном зале уже собираются гости!
– И столы в Жасминовом саду ломятся от изысканных яств.
– А в храме темнейших всё готово для полуночного обряда.
Блаженства во мне как ни бывало.
– Который состоится после праздника? – стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее, как бы между прочим поинтересовалась я.
– Да-да!
– Светлые боги ваших величеств уже соединили.
– Осталось испросить милости у Тёмного пантеона.
Нет, ещё одной свадьбы с этим Редфритом моя психика уже точно не переживёт.
– А как будет проходить обряд? Как в храме светлейших?
Феи часто закивали, а потом одна, светловолосая красотка в нежно-розовом платье, робко произнесла:
– Я слышала, что леди Мильдгита предложила провести обряд по древним обычаям и что его величество согласился.
– Согласился на что? – предчувствуя очередной подвох, спросила я мрачно.
– Принести жертву и возлечь с вами на алтаре богини Эсфы, – краснея, призналась фея.
Кому что, а этому быку-осеменителю всё бы где-нибудь со мной возлечь.
– Тогда вы уже точно зачнёте ребёнка, – продолжила она, добавив мне головной боли и негатива к дражайшему мужу.
– Откуда такая уверенность?
Феи недоумённо переглянулись, словно я ляпнула какую-то глупость.
– Ну как же… – начала одна растерянно.
А другая, самая бойкая, вдохновенно подхватила:
– Её темнейшество Эсфа – очень древнее и могущественное божество. Матерь всего сущего, богиня плодородия и всепоглощающей страсти.
– Уж если два тела сольются пред её тёмными очами в любовном экстазе, зачатие произойдёт обязательно, – с уверенностью заявила третья, и мне окончательно поплохело.
Что-то я сомневаюсь насчёт любовного экстаза и всепоглощающей страсти.
– Надеюсь, только её очи и будут следить за всем этим… – Хотела сказать «непотребством», но в последний момент всё же взяла себя в руки и, скрипя от злости зубами, закончила: – Действом.
Снова обменявшись взглядами, феи зарделись и пролепетали:
– Леди Мильдгита обязательно будет присутствовать. Пока вы с его величеством будете… хи-хи… сливаться в любовном экстазе, госпожа чародейка будет возносить богине молитвы, а с ней будут молиться и другие храмовые служители. Вместе они воззовут к Эсфе, чтобы скорее даровала владыке Треалеса наследника.
Ой-ё… Публичный секс – это даже хуже, чем то, что он собирался сотворить со мной в карете. Подобного надругательства я над собой точно терпеть не стану. Вообще никакого, если уж на то пошло. К чёрту ведьму с её договором!
– Сейчас же отправляйтесь к королю и передайте, что я не…
Хотела признаться, что я не та Даниэла, с которой ему следует прилюдно сливаться в экстазе, но язык вдруг перестал слушаться, померк свет, и я, как и обещала стерва Эдара, потеряла сознание.
В себя пришла всё в той же ванне, с мельтешащими перед глазами растревоженными крылатыми созданиями. Одна фея брызгала мне в лицо водой, другая ударяла маленькой ладошкой по щеке, остальные просто носились из стороны в сторону, тихо паникуя.
Заметив, что я открыла глаза, все пятеро наперебой принялись восклицать:
– Ваше величество!
– Вы так нас напугали!
– Сильно переволновались из-за ритуала?
– Вот зачем я вам рассказала?!
– Давайте вызовем лекаря!
– Не надо никаких лекарей, – оборвала я этот нестройный хор и, всё ещё ощущая лёгкую слабость, осторожно поднялась.
Феи тут же подхватили оставленное на кушетке полотенце, в которое я и завернулась. От расслабляющих притираний с душистыми маслами отказалась. Мне сейчас не расслабляться надо, а готовиться к войне. Чтобы пережить осаду вот этого тела, нужно быть спокойной и собранной.
Попробую договориться по-хорошему. Может, ещё удастся найти с этим зверем общий язык. Объяснить ему, что я дева скромная и не готова к такой экстремальной брачной ночи. И вот ещё животрепещущий вопрос: как у леди Фонтан обстоят дела с невинностью? Всё уже в прошлом или ей ещё только предстоит болезненное прощание?
Если второе, то я категорически отказываюсь прощаться с ней вместо Даниэлы! Помню свой первый раз и как мне было больно. И это при том, что мой парень был очень осторожен. Что-то мне подсказывает, что Редфрит не отличается ни терпением, ни осторожностью. Да и нежности от человека, который испытывает к своей жене одну лишь ненависть, ждать тоже не стоит.
Нет, нет, нет, надо как-то срочно выкручиваться!
Пока феи помогали мне нарядиться в пышное платье из серебристой ткани, поправляли причёску, споро вплетая в волосы живые цветы, и щедро осыпали моё величество комплиментами, я лихорадочно соображала, как избежать порнографического представления с собой в главной роли.
Поговорить? Да, с ним определённо надо поговорить. Попробовать навести мосты. А если не подействует? Что тогда? Побег? Вот только, боюсь, далеко я не убегу. Я сейчас что слепой котёнок, жалкий и беспомощный. Скорее всего, даже из дворца не успею выбраться, как меня схватят и потащат в храм делать наследника.
В общем, дрянь дело. Но вешать нос точно не стоит. Как-нибудь да прорвёмся!
Так, подбадривая себя и уговаривая быть сильной девочкой, в сопровождении Лео и двух стражников я отправилась в тронный зал, где меня, по словам «лягушонка», должны были представить всем собравшимся как королеву и жену этого деспота.
– После чего будут танцы, а позже пир в Жасминовом саду, – озвучивал программу на ближайшие часы мой провожатый.
А я с каждой секундой, что приближала меня к тронному залу, всё сильнее сжимала пальцы. Наверняка всю юбку измяла, но сейчас это волновало мало.
Перед распахнутыми настежь дверями, что вели в богато убранную залу, Лео попросил меня остановиться. Кивнул церемониймейстеру – пожилому мужчине в нарядном камзоле, и тот, важно выпятив грудь, громогласно объявил:
– Её величество Даниэла-Бланка-Федериция!
Гомон в зале стих, и я как на эшафот направилась к трону, на котором уже восседал его величество. Хотя правильнее будет сказать, вальяжно на нём развалился, приветствуя меня таким скучающим взглядом, словно наблюдал за приближением мухи, лениво размышляя: стоит ли сейчас её прихлопнуть или пусть ещё полетает.
Я не стала отводить глаза, не стала тушеваться. Смотрела прямо, отзеркаливая взгляд тирана. Редфрит тоже переоделся: светлый мундир сменил на тёмно-серый камзол с серебряной отделкой, сейчас небрежно расстёгнутый. Вокруг шеи повязал платок, имитирующий привычный мне галстук, оттеняющий белоснежную рубашку.
Что же касается его внешности, то этого мужчину, если смотреть беспристрастно, вполне можно было бы назвать красивым. Мужественные черты лица, резко очерченные скулы, волевой подбородок, притягательные глаза. Тёмные волосы до плеч собраны в хвост. Однозначно не мой типаж, но приходилось признать, что такая причёска ему очень шла.
Вот только пренебрежительная усмешка, которой он меня встретил, портила всё впечатление, превращая его в неприятного, совершенно отталкивающего типа.
Но спокойно, Дани, даже не вздумай кривиться. Тебе с этим типом ещё предстоит договориться.
– А вот и она. Свет очей моих, любовь моя и моё счастье, – явно издеваясь, во всеуслышание объявил его величество.
Вот ведь… Даже не пытается соблюсти приличия.
– Что ж, поприветствуем мою королеву!
Получив команду от вожака, разряженная стая, а вернее толпа, снова начала кланяться и опускаться в реверансах. Не знаю, может, не положено по регламенту, но Редфрит даже не соизволил подняться, чтобы подать мне руку и помочь преодолеть ступени, отделявшие меня от кресла.
Подхватив юбки, я сама себе помогла. Опустилась на трон и напряжённо замерла, плечом касаясь плеча тирана. Думаю, не стоит уточнять, какие именно ощущения у меня это вызывало. Я даже в спинку кресла вжалась, чтобы быть от него как можно дальше. Не помогло. Будто догадываясь, что сейчас испытываю, Редфрит подался ко мне, намеренно близко, и мурлыкнул, опалив дыханием кожу: