Попала, или Жена для тирана – 2
- -
- 100%
- +
Проклятье!
Бросив на Фантальм последний взгляд, я вышла из шалаша и увидела, как Дикие срываются с деревьев, отталкиваются от земли, стрелами взмывая в небо. Распахивают крылья, заслоняя собой солнце, и стремительно исчезают за изумрудными кронами.
А ведь день так хорошо начинался. Я собиралась провести его в покое и отдыхе, общаясь с накаи и размышляя над имеющимися у меня вариантами. Надеялась прогуляться к источнику и снова на всякий случай освежиться. Чем боги, как говорится, не шутят.
Если бы не сработало, отправилась бы обратно в Хельвиву на поклон к Эдаре. Могла бы, например, обменять билет на Землю на сведения о том, где находится её распрекрасная Даниэла. В общем, идеи были, имелось желание действовать, и тут на тебе! Смертные у завесы!
Чёрт бы побрал этих смертных… Вернее, одного конкретного смертного, которому не сидится в дворцовых стенах.
На версию про крестьян с вилами я не надеялась.
Очень быстро поселение опустело. Осталось лишь несколько детей, испуганно попрятавшихся в домиках на деревьях, да самые пожилые. Сбившись в кучку, они с явным недовольством косились в мою сторону, очевидно, считая, что это я виновата в появлении ненавистных людей.
Скорее всего, так и было, а потому они имели полное право на меня коситься. Скорее всего, заклятые враги снова друг друга не услышат, а может, накаи даже не попытаются ничего объяснить – сразу бросятся мстить за погибшего принца. И даже если каким-то чудом начнут с переговоров, Редфрит им вряд ли поверит. И что тогда? Снова сцепятся в схватке?
Я содрогнулась, вспомнив о глубоких ранах на теле Галеано. Не хочу, чтобы это повторилось. Да и пули королевских солдат наверняка найдут свои цели.
Не хочу, чтобы были погибшие!
Эта мысль заставила встрепенуться и броситься к недобро поглядывающим на меня крылатым.
– Мне нужно наверх. Туда! – ткнула я пальцем в воздух, указывая на хижину Арайны.
Дикие не то что не пошевелились – ни один мускул не дрогнул на их каменных лицах.
– Пожалуйста, – взмолилась. – Это очень важно. Там мои вещи!
Там осталась сумка с драгоценностями, на которые мне было плевать, чего не могу сказать о семейной реликвии Ярого. Вот что сейчас было важно! С клубком я уже точно доберусь до завесы и, возможно, сумею предотвратить кровопролитие. Очень самонадеянно с моей стороны так думать, но попытаться всё же стоило.
– Пожалуйста, помогите, – повторила с надеждой и горячо добавила: – Я просто не хочу, чтобы кто-нибудь сегодня пострадал. Вы ведь этого тоже не хотите? Я постараюсь не допустить новых жертв!
– Кое-кто сегодня в любом случае станет жертвой.
Услышав за спиной неприятный, с каркающими нотками голос, я резко обернулась. Жрец. Кажется, его звали Хемерик и, кажется, говоря о жертве, он намекал на мою иномирскую персону.
Расплывшись в гаденькой улыбке, накаи сделал ко мне два шага:
– Все те, что были до тебя, оказались слишком слабы. Но не ты. Ты особенная. Дитя другого мира. Ты выдержала перемещение – не погибла. Твоё тело закалила магия источника, а твоя душа полна жизненного огня, который так просто не погасить. Чем не клетка для древней сущности? – торжественно воскликнул Дикий и хлопнул в ладоши, ядовито выцедив: – Не будем терять время. Скорее!
Этот хлопок показался мне оглушительным, а пальцы крылатых на моих плечах воскресили в душе тот самый панический страх, что испытывала вчера.
Не говоря ни слова, эти ненормальные подхватили меня под руки и потащили к жертвенному камню, который я всё это время старалась не замечать.
– Вы что творите?! – выкрикнула, захлёстываемая одновременно и ужасом, и возмущением. – А как же приказ вашего вожака? Его пары? А принцессы?! Я ведь ей жизнь спасла!
– А сегодня спасёшь ещё больше жизней, – продолжая одаривать меня улыбкой маньяка, заявил крылатый фанатик. – Спящий уснёт, и всё станет как прежде. Будь уверена, смертная, мы не забудем о твоей жертве.
– Совсем рехнулись?!
Я, конечно, жалостливая, но не до такой же степени!
Несмотря на то что удерживавшие меня крылатые стояли на закате своих жизней, сил им было не занимать. До камня меня доволокли в считанные секунды; ловко, словно каждый день только этим и занимались, на нём распяли и замерли, ожидая дальнейших приказов этого гадкого накаи.
И пусть я извивалась что уж на сковородке, крылатые не отпускали.
– Арайна! Арайна!!! – отчаянно кричала, надеясь на чудо.
Что накаи услышит меня, а может, решит за чем-нибудь вернуться. Ну мало ли… Может, оружие какое-нибудь забыла. Или ключи с мобильником…
Кажется, на нервной почве я совсем умом тронулась.
– Арайна!
Выгнулась, зашипела и увидела мерзкое лицо склонившегося надо мной презренного:
– Бесполезно, смертная. Быстро они не вернутся. А когда вернутся, поблагодарят за то, что я спас нас всех!
– Да пошёл ты!
Гад.
Если думал, что расслаблюсь и начну получать удовольствие от всего происходящего, то глубоко ошибался. Я продолжала брыкаться и так просто сдаваться не собиралась. А этот святоша местного разлива, судя по безумной улыбке, ловил кайф от каждого мгновения и явно упивался моим безнадёжным положением.
– И на чём мы вчера остановились? – ударяя друг о друга подушечками пальцев, протянул накаи. – Ах да! На самом интересном. – Обернувшись, велел кому-то из душегубов: – Принесите клеймо! Живо! – И снова пробормотал еле слышно: – Они ещё скажут мне «спасибо».
Завеса не желала поддаваться. Несмотря на все старания магов, перед ними по-прежнему лежала прокля́тая преграда. Всякий раз, когда усиливали напор, очередным заклятием обрушиваясь на границу Средиземья, по прозрачному полотну пробегали блеклые вспышки света. Редфрит мечтал разорвать завесу в клочья, хоть и понимал, что уничтожить её под силу лишь армии колдунов, да и то не сразу. Сейчас единственное, на что он мог надеяться, – это на незначительную прореху, через которую и удастся проникнуть на территорию презренных.
Главное, чтобы не было поздно, и чтобы накаи раньше времени не почувствовали присутствие чужаков.
Но, как назло, их попытки прорваться через завесу не остались незамеченными. Крылатые появились отовсюду. Вышли из леса, спустились с неба и стали медленно приближаться. Точно хищники, подкрадывающиеся к лёгкой добыче.
– Демоны! – сквозь зубы выругался Галеано. Шагнул вперёд, отодвигая оцепеневшего от ужаса молоденького мага, и громко произнёс: – Я пришёл за своей женой!
Подсознательно он ожидал молниеносной атаки, но нападать Дикие не спешили. Хоть и позы их, и лица ясно давали понять, что уж они-то к схватке готовы и с радостью вцепятся непрошенным гостям в глотки. Но почему-то медлили, как будто ждали чьей-то отмашки.
Вот накаи расступились, и к завесе, величественно ступая, приблизилась беловолосая женщина в длинных одеждах. Вскинула голову, точно королева, а потом сказала с жёсткой усмешкой:
– За которой? – Подалась вперёд, рискуя пересечь призрачную грань, и продолжила над ним насмехаться: – Открою тебе секрет, король. Всё это время тебя водили за нос. Ты думал, что женился на дочери генерала, а оказалось, что душа-то в её теле другая.
Огонь страха полыхнул в груди вместе с пламенем злости. Единственная, от кого Дикие могли узнать правду, – это от иномирянки. Значит, поймали. Значит, теперь она у них.
Твари!
– Если она пострадает, если один из вас причинит ей боль, клянусь, я выжгу ваши земли дотла!
Накаи равнодушно хмыкнула:
– Ты скор на угрозы, король. Как и на расправу. Да и за женой быстро примчался. Но вот незадача, – выдержала паузу, прежде чем с иронией добавить: – ты опоздал, Редфрит Галеано. Иномирянка покинула этот мир, и больше у тебя нет над ней власти. Она свободна от тебя, жестокого и безжалостного короля. Свободна от мужчины, от которого бежала без оглядки.
Бежала без оглядки…
Накаи точно знала, куда следует бить, чтобы сильнее ранить. Словно нож ему в грудь загнала. Именно это он сейчас и чувствовал – саднящую боль там, где резко, рвано билось его сердце.
Это чувство – сильное, острое, яростное – оглушило. Как и осознание, что её больше нет в этом мире. Бежала… Исчезла…
Даже не сразу сумел понять смысл протравленных ядовитой насмешкой слов:
– Но у нас осталась другая Даниэла. Девица Фантальм теперь принадлежит нам.
Редфрит вздрогнул, усилием воли загоняя мысли об иномирянке как можно глубже в сознание, и впился взглядом в лицо крылатой:
– Отдайте её, и мы уйдём.
Накаи покачала головой:
– Нет, ты не получишь её, король. Ты лишил меня сына, а значит, будет справедливо, если и сам останешься без детей. А если не уберёшься прямо сейчас, то я лично, вот этими руками, – с ненавистью прошипела крылатая, вскидывая пальцы с острыми, как заточенная сталь, когтями, – вырву твоё гнилое сердце. Убирайтесь с нашей земли! Убирайтесь, пока мы ещё сдерживаемся!
Наверное, оглянись он назад, и увидел бы мольбу на лицах магов и солдат. Бежать прочь – вот о чём они сейчас мечтали. Диких ненавидели, презирали. Диких боялись. И он тоже когда-то испытывал перед ними страх. Но не сейчас. Редфрит вдруг осознал, что ему всё равно, чем закончится это столкновение. Заберёт ли он дочь генерала или найдёт здесь свой конец – значения не имело.
Странное безразличие охватило Галеано.
– Я не уйду без неё, – упрямо бросил он.
– Что ж, – усмехнулась крылатая, – хуже для тебя, король. Не отступишь, не перестанешь рвать завесу, и мы разорвём твоих людей!
Собирался спросить в ответ, за какие такие преступления они уничтожают невинных девушек – уж те-то точно не рвали завесу и наверняка держались подальше от границы Средиземья, но боль, вдруг полоснувшая по руке, глубоким порезом рассёкшая кожу, затмила все мысли и перечеркнула любые вопросы.
Редфрит поморщился, снова, как вчера, глядя на струящуюся по руке кровь. Мильдгита сказала, что всё дело в магии, которой Фантальм привязала его к себе. Когда ей больно или она в опасности, он будет знать, будет чувствовать.
И вот он снова это почувствовал.
– Что вы с ней сделали?! – прорычал король, сжимая в кулаке окровавленные пальцы.
Возможно, не ослепляй его сейчас ярость, и он заметил бы тревогу и замешательство, промелькнувшие на лице накаи.
– Арайна! – обернувшись, выкрикнула она, и одна из крылатых взметнулась в небо, тотчас же растворившись за тёмными кронами деревьев.
– Теперь я уже точно не отступлю. Продолжайте! – приказал король магам, опуская пальцы на рукоять пистолета, давая понять, что готов к атаке.
Яростно зашипев, Дикая бросилась на Галеано.
Глава 5
Не припомню, чтобы в моей жизни случались дежавю, но сейчас был как раз такой случай. Ужасный повтор ужасающих событий. Я снова распята на жертвеннике чужими руками, снова умираю от страха и паники. Снова смотрю в безумные глаза жреца, который едва не облизывается в предвкушении загнать в меня доисторического демона. Или древнего духа – неважно! Как эту дрянь не назови, всё равно дрянью останется!
– Ну где же? Где?! – Обернувшись, накаи пробежался нетерпеливым взглядом по залитой солнцем поляне.
Может, они это клеймо где-нибудь потеряли?
Что это вообще за беспредел: проводить ритуалы средь бела дня? А как же ночь, полная луна, мистический антураж и прочая колдовская мишура? Где девы в светлых туниках, что вчера занимались нательной живописью? Долго потом от их художеств оттиралась, да так до конца и не сумела очистить кожу.
Я требую повторения банкета! Ну то есть нательной росписи.
– Ну же, скорее, неси сюда! – в ажиотаже воскликнул Хемерик, заметив показавшегося из хижины подельника, а когда тот подошёл, выхватил у него жуткую на вид железку, самое настоящее орудие пыток.
– Одумайтесь! Не надо! – Я снова попыталась воззвать к голосу разума крылатых. – Что скажут ваши правители? Ваша принцесса! Это так вы храните им верность?!
Накаи, что удерживали меня за ноги, переглянулись и… И всё. Спустя мгновение на их лица вернулось всё то же бесстрастное выражение.
Отморозки.
Садисты и живодёры!
У-у, так бы и покусала всех и каждого! Жаль, что эта фантазия так и останется просто нереализованной фантазией.
С минуту или две жрец держал клеймо в огне, продолжая растягивать губы в садистской улыбке.
Ещё и приговаривал, гад:
– Вот так… Сейчас… Ещё немного и… Готово! – Повернувшись к другим крылатым гадам, приказал: – Держите её крепче!
Когда он ко мне наклонился, у меня чуть душа из пяток не выскочила. Раскалённое добела клеймо ещё не успело коснуться кожи, а я уже словно наяву ощущала невыносимую боль и чувствовала зловоние обожжённой плоти.
Не хочу, не хочу, не хочу!
– Скоро всё закончится, смертная. И для тебя, и для нас, – продолжая гаденько улыбаться, пообещал шаман или как его там.
– Гори в аду! – выплюнула в ненавистную рожу и чуть воздухом не подавилась, почувствовав, как земля под алтарём неожиданно дрогнула.
– Что за… – начал было накаи оборачиваясь.
Земля продолжала гудеть и трястись, возвращая меня к мыслям о дежавю и обо всём из него вытекающем. И минуты не прошло, как на поляне показался мой недавний знакомый с тыковками. Впрочем, сегодня великан был без тыковок, зато с самым зверским выражением на краснощёком лице. Уже не говорю про оскал – накаи отдыхают.
– Грр! – яростно прорычал он и сделал ещё два шага.
Ровно столько ему понадобилось, чтобы поравняться с крылатыми.
– Грр, – уже не так грозно, скорее, ворчливо, а может, осуждающе, повторил он и, схватив жреца за шкирку, швырнул куда-то в домики на деревьях.
Вместе со злосчастным клеймом.
Остальные накаи отскочили сами, без посильной помощи гиганта. А я была настолько ошеломлена и напугана всем происходящим, что вместо того чтобы упасть в обморок, вежливо поздоровалась с неожиданным гостем:
– Добрый день, господин Гхар. Вы за ингредиентом для супа?
Не уверена, что в котле мне будет лучше, но буду рада даже такой незначительной отсрочке.
– Ум? – глубокомысленно ответил великан, будто всерьёз задумался над моим вопросом, после чего подцепил меня подушечками пальцев и переложил себе на ладонь.
Выпрямившись, обвёл поселение накаи взглядом, снова поворчал утробно и, развернувшись, вместе со мной зашагал навстречу солнцу, оставляя позади вопящего от боли (кажется, бедолага обжёгся) и выкрикивающего проклятия жреца, домики на деревьях и спящую красавицу королеву.
Наше путешествие оказалось коротким, а его финал меня несказанно порадовал. Сначала заметила высоко в небе тёмную точку, в которой спустя несколько мгновений узнала свою спасительницу – душку Арайну.
– Ты как, цела?! – взволнованно выпалила она и тут же, лихорадочно меня оглядывая, воинственно добавила: – Убью Хемерика!
– Я в порядке. Гхар вовремя появился, – ответила я, сползая с ладони присевшего на корточки гиганта. – Но как ты узнала? И он, – задрав голову, посмотрела на другого своего спасителя, – почему вдруг решил за мной явиться?
– Это я его попросила, – коротко улыбнулась Арайна. Поблагодарив великана, объяснила: – Понимала, что сама не успею, а Гхар, на счастье, был неподалёку. Мы, накаи, можем связываться телепатически с другими существами. Не только с гигантами, но и со всеми обитателями Средиземья.
Значит, мобильник она дома всё-таки не забыла.
– Но как узнала, что я в беде?
– Всё из-за твоего короля, – усмехнулась Арайна. – Порез на его руке подсказал. И, кажется, теперь я понимаю, кто именно удерживает тебя в нашем мире.
– Вовсе нет! – вспыхнула я. Чувствуя, как лицо начинает гореть, поспешила перевести тему: – А как поняла, что это всё жрец?
– Потому что больше некому, – мрачно высказалась накаи. – Но с ним разберёмся позже. Сначала надо разобраться с твоим королём.
– Он не мой и…
– Гхар проводит тебя до границы. Я говорила, что можешь оставаться с нами, но теперь понимаю, что здесь ты в опасности. Лучше возвращайся в королевство людей и найди хирату королевы. Возможно, она сумеет тебе помочь. А сейчас мне надо лететь…
– Постой!
Арайна явно не привыкла к долгим прощаниям и уже собиралась унестись прочь, но я удержала её за руку.
– Скажи, что там происходит?
– Галеано нужна жена, а моим родителям месть за сына. Можешь представить, чем это закончится.
– Но…
– Даниэла, мне и правда пора. Я нужна там! – нетерпеливо перебила крылатая.
– Верни ему Фантальм. Прошу, – взмолилась я, продолжая удерживать её за руку.
– Зачем? – резко спросила накаи. Отстранилась и даже взглянула на меня по-другому, с неожиданной враждебностью и злостью. – Он отнял у нас будущего правителя, а ты просишь, чтобы я вернула ему жену? Ни за что!
Уф, как же сложно со всеми ними.
Непримиримые.
– Но ты же не хочешь этой войны. Иначе бы не рисковала собой, отправляясь в Хельвиву. Отдай ему Фантальм, отпусти. А я обещаю рассказать людям правду. – Глубоко вздохнув, с волнением и надеждой продолжила: – Если сейчас он пострадает, к вашим границам отправят других воинов, других магов. Станет только хуже. Ваша вражда – это порочный круг, который нужно как можно скорее разорвать. Пока ещё не стало слишком поздно. Да ты и сама это понимаешь и, уверена, без моих советов знаешь, что так будет правильно. Верни ему Даниэлу, а я со своей стороны сделаю всё, чтобы он узнал о Спящем. Будет лучше, лучше для всех, если вы станете союзниками и перестанете быть врагами.
Некоторое время Арайна молчала. Обдумывала, сомневалась. Хмурилась и продолжала смотреть так, словно я вдруг стала врагом номер один.
– Ты просто за него переживаешь! – наконец выкрикнула она, и эти слова прозвучали как упрёк и пощёчина.
Врать было бесполезно. Я действительно за него боялась. Боялась, что Редфрит пострадает или даже погибнет. От этого сердце болезненно ныло, сжималось от тоски и страха. Страха перед пустотой, которая обязательно в нём воцарится, если схватка закончится смертью его величества.
Я не должна была это чувствовать, не хотела, но ничего не могла поделать со своим глупым сердцем.
– Переживаю, – кивнула, соглашаясь. – За него, а также за всех тех, что пришли к завесе, подчиняясь его приказу. Переживаю за тебя, Арайна. За твоих друзей и близких. За твоих родителей. Я…
Собиралась снова её заверить, что сделаю всё от себя зависящее, чтобы наладить отношения между людьми и обитателями Средиземья, но накаи перебила:
– Отнеси её к границе и отпусти, – приказала Гхару.
– Арайна!
Больше принцесса меня не слушала. Оттолкнувшись от земли, взмыла в небо, снова становясь маленьким тёмным пятнышком на его голубом полотне. Пятнышком очень упрямым и совершенно несговорчивым.
Ну вот что за люди и нелюди!
– Только не говори, что тоже с ней согласен, – буркнула, обращаясь к великану.
В ответ он что-то прогудел, после чего, наклонившись, вернул меня себе на руку и пошагал дальше. К завесе, но явно не туда, где столкнулись заклятые враги. Я сидела мышкой, прикрыв глаза. Не было никакого желания любоваться красотами Срединных земель – хватит, налюбовалась уже. Настроение, если честно, было паршивое. Я обижалась на Арайну и тоже злилась. А как тут прикажете не злиться? Пытаешься им помочь, всё исправить, спасти, а они поворачиваются к тебе задом и улетают.
Неблагодарные.
В общем, вряд ли из меня получится посол мира. Да и кому я буду рассказывать о мире, если…
Если он в Хельвиву больше не вернётся.
От этой мысли мне стало совсем плохо. Даже не запомнила, как прощалась с гигантом. В себя пришла уже за завесой, в тишине и прохладе Йенского леса. Очнулась, вытряхнулась из транса, в котором пребывала последний час, а может, два, и тихо застонала.
Блин, ну ты даёшь, Даня! Про то, чтобы вернуть королеву королю подумала, а про возвращение волшебного клубка в свои бедовые рученьки даже не вспомнила! Ну вот куда я теперь такая беспомощная и безнадёжная? Как до столицы добираться собралась? А выбираться из леса?
В сумке остались и драгоценности, которые можно было бы продать и не переживать хотя бы о деньгах. И без того есть о чём переживать. Наверное, кому-то там наверху я сильно не угодила. Может, это её темнейшество мстит за то, что не уступила ей королевское тело? Из правительницы Даниэлы в бомжующую попаданку Даню – это вам не просто понижение по статусу. Это стремительное падение по карьерной лестнице, и сейчас я чувствовала, как падаю, больно ударяясь о каждую ступеньку.
Ну да ладно. Хотя бы жива осталась. Это (вроде как) утешает.
Продолжая ворчать и жаловаться на несправедливость судьбы, богов и мира в целом, двинулась вперёд по узкой тропинке. Думала, буду блуждать по лесу вечно, но – вот чудо! – вихляющая стёжка в конце концов вывела меня на широкую, изрезанную колеями дорогу.
Осознание, что не стану чьим-нибудь вкусным ужином, несказанно приободрило и заставило ускориться. Вечерело. На небе уже вырисовывались первые блеклые звёзды, а пожар за деревьями, устроенный заходящим солнцем, почти погас.
Может, если повезёт, успею добраться до какой-нибудь деревеньки, пока окончательно не стемнело? Или меня подберёт сердобольный путешественник, проезжающий мимо в своей комфортной карете. Главное, не нарваться на какого-нибудь негодяя и целой остаться.
Я зашагала ещё быстрее, то и дело оборачиваясь и надеясь, что на сегодня уже исчерпала лимит приключений. Сумерки продолжали сгущаться, но никаких деревень пока не наблюдалось. Даже какой-нибудь завалящей хижины и той не было!
В общем, сплошное невезение.
Не успела так подумать, как слух уловил доносящийся из-за спины глухой гул. Он нарастал с каждой секундой, становясь громче и отчётливее. Всадники. Много всадников, несущихся по дороге. Рискнуть и попросить подбросить или юркнуть в кусты?
Эта мысль пронеслась в голове и тут же растворилась в вихре других мыслей. Чувств и эмоций. Отряд был уже совсем близко, и даже в полумраке я отчётливо видела лицо возглавлявшего его мужчины.
Редфрит на своём вороном любимце. Живой и, хотелось верить, что невредимый.
Сердце заполошно забилось. От неминуемой встречи нас отделяло всего несколько мгновений.
Метнувшуюся к нему накаи он отшвырнул прежде, чем та вонзилась в него ядовитыми клыками. Яростное движение, и крылатая тварь отлетела к дереву, остервенело шипя и скалясь.
– Взять её! – приказал Галеано.
Но единственное, что успели сделать солдаты, – это броситься к накаи, однако добраться до неё им не хватило времени. Дикие рванулись вперёд, за завесу, под пули и сабли, лишь бы спасти свою королеву. Одну тварь король пристрелил лично, другую ранил в крыло кто-то из солдат. Мильдгита тоже отличилась – чарами распяла на дереве хищника, превратив его в лёгкую мишень, которая стараниями королевских воинов быстро затихла.
Остальные маги, сбившись в кучу, что-то испуганно бормотали. Бессвязные заклинания, от которых не было толку.
– Ни на что негодные, – презрительно сплюнул себе под ноги Галеано, вспоминая о северянах. Вот от чьих колдунов здесь была бы польза.
Его люди тоже пострадали, но сказать, скольких уже успели ранить, а скольких убить, он был не в состоянии. Битва захватила, разожгла в крови огонь ярости, подхлестнула ненависть, что жила в его сердце, кажется, целую вечность. Не желая брать пример с магов и становиться просто сторонним наблюдателем, Редфрит сражался так, будто это была его последняя битва. Да наверное, так и было. Их постепенно окружали, беря в кольцо, из которого уже вряд ли сумеют вырваться. Но лёгкой победы – король дал себе слово – Дикие не получат.
Так просто он этот мир не покинет.
– Перестаньте! Прекратите!
Не сразу понял, откуда доносится голос. Не сразу сумел вникнуть в смысл громких, отчаянных криков.
– Забирай свою жену и убирайся, Галеано!
А вот на этот крик его величество уже обратил внимание. Обратили все. Казалось, застыли не только воины, не только презренные, но и само время. Накаи спустилась с неба, держа на руках Даниэлу, и швырнула к его ногам, как какую-то ветошь.
– Забирай и убирайся, – прошипела, прожигая его яростным взглядом.
Механическим движением спрятав в ножны саблю, Редфрит склонился над Фантальм, опасаясь самого страшного: его жена умерла. Но нет, пульс пусть и слабо, но прощупывался, а с губ срывалось едва различимое дыхание.
Казалось, Даниэла просто уснула и стоит лишь её коснуться, как она откроет глаза. Не открыла. Редфрит взял её за руку, сжал тонкие холодные пальцы, но Фантальм этого прикосновения не почувствовала.
– Что с ней?
– Может, она просто не хочет к тебе возвращаться? – усмехнулась крылатая. – Как не захотела та, другая.
Заглушив в себе очередную вспышку злости, а может, боли, острым лезвием прошедшейся по сердцу, Редфрит вскинул на Дикую взгляд и резко сказал: