Любовь Моя – Армия. Лейтенантская юность

Боевой опыт

ЗРК С – 125 НЕВА

Прекрасно показала себя наша армия и в боевых условиях. Отлично работала наша авиация в Корее. Блестяще себя показали наши ЗРК во Вьетнаме, Ближнем Востоке. Много славных страниц в историю нашей армии вписали ВДВ, ВМФ. Казалось мирную, но сложнейшую задачу, выполняли наши химические подразделения по ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. Железнодорожные и инженерные войска принимали самое активное участие в выполнении, казалось бы, и не боевых задач. Строительство дорог и мостов, наведение паромов и переправ, работы в чрезвычайных ситуациях при пожарах и других стихийных бедствиях. Много, ох как много различных задач выполняла советская армия. И при этом армия никогда не стояла на месте. На вооружение принимались новые образцы техники и вооружения. Создавались совершенно новые рода ВС. Военные гарнизоны возникали по всей стране. Кто из истинных ПВОшников не знает, не служил, на самых отдаленных и, кажется, недоступных местах. Офицеры, солдаты ЗРВ, РТВ прекрасно это знают. Ибо многие прошли через эти отдаленные места и гарнизоны. Многие прошли и через боевые испытания. Ведь не секрет, что своими успехами, вьетнамская армия всецело обязана советским специалистам. Проще говоря, офицерам ПВО, выпускникам зенитно ракетных и радио технических военных училищ. Ведь именно они и наставляли, и учили вьетнамские расчеты. И не только учили. Сами были и стреляющими офицерами. Многих знавал и знаю лично. Фамилии писать, наверное, не совсем корректно. А вьетнамские товарищи оказались, на редкость, способными учениками. Сколько они сбили американских стратегических Б – 52. Много. Очень много. Это также славная летопись в истории наших ВС, в частности ЗРВ. Отлично зарекомендовала себя техника ЗРВ и в конфликтах на Ближнем Востоке. Зенитно ракетный комплекс С – 125 показал прямо таки великолепно. Быстрое развертывание комплекса на особо опасных направлениях. Быстрая и эффективная стрельба полным комплектом по воздушным целям типа Фантом. И сразу же быстрое свертывание комплекса со сменой мест дислокации. Все эти боевые составляющие и показал этот эффективный и надежный комплекс. И, конечно, боевые навыки расчетов и командира дивизиона. Наши ракетчики всегда умели воевать. Что и подтвердили и в настоящее время. Успешно применяются зенитно ракетные комплексы нового поколения. Такие, как С – 300, С – 400. В Сирии создана мощнейшая группировка сил и средств ВКС. А всё это боевой опыт, который так необходим каждой современной армии.

Радио технические войска

РЛС П – 14

И уж если мы коснулись войск ПВО страны, и в частности ЗР войск, то хочется вспомнить и истинных трудяг этих войск – радио технические войска. Вот уж истинно зоркое око наших воздушных рубежей и просторов. Они всегда на страже нашего неба. Готовность у них всегда постоянная. Они, их расчеты, всегда на боевом дежурстве. Проводки целей, слежения, обнаружения, литерные самолеты – вот некоторые слагаемые их повседневной работы. Они, эти трудяги, должны первыми обнаружить воздушные цели на дальних рубежах обороны и подступах к охраняемым объектам. РТВ дают сигналы предупреждения – цель такая то, цель свой или чужой, азимут такой, скорость такая. И уж после этих докладов вступают в бой, учебный, а то и реальный, ЗР войска, авиация ПВО. Вот такой непрерывный цикл. Они, РТВ, впереди. На них всё внимание. От них пойдут дальнейшие действия. РТВ должны создать сплошной радио локационный пояс обнаружения. Ни один район, ни одно место не должно быть без радио локационного просмотра. Всевидящее око. И такой пояс был создан на всей территории огромной страны. Знаю не понаслышке про этих трудяг из РТВ. Было время, года два я ходил оперативным дежурным ЗР полка. Наш КП был совмещен с КП радио технического батальона. Поэтому всю их боевую работу я наблюдал совсем рядом. Видел и их планшеты, проводки, слышал команды и всё то, что имеется в боевой работе этих войск. И у нас, в ЗРВ, работы хватало. Проводки, тренировки расчетов, работы по готовности, контрольные и учебные сигналы, работы по сигнальным таблицам и многое другое. Много задач у ЗРВ. Но где то в промежутке между контрольными сигналами в час ночи и семи утра, находился часок – другой, когда можно было как бы и отдохнуть и отвлечься. Правда, только на рабочем месте оперативного дежурного. А соседи из батальона и этого не имели. Все время кого то ведут, передают данные на свои, вышестоящие штабы. Планшетисты все время в работе и пишут своим особым, обратным почерком. Как говорится – ни минуты покоя. Вот что такое РТВ. И это при том, что по бытовым условиям, их не очень то и баловали. Но боеготовность у них всегда была на первом месте. Вот такие войска. Припоминается случай на эту тему. В штат ЗР полка ввели новую техническую единицу – станцию разведки и целе указаний, типа П – 14. Эту станцию, эту трудягу, знают многие. И в ЗРВ и в РТВ. Отличная, надежная станция. Легка в изучении, настройке и эксплуатации. Да и проверять её боеготовность было довольно просто. Так вот. В штат ввели, скоро и поставят по жд транспорту. А специалиста то и нет. Я, в то время, как раз и отвечал за радио локационное обеспечение. Рядом с нами находился радио технический батальон, который имел на вооружении аналогичные станции. Соответственно там и были специалисты по этой РЛС. Начальником такой станции был знакомый мне капитан. Опытный, прошедший все тяготы и хлопоты этих войск, офицер. Вот у меня и возникла «крамольная идея». Перетащить этого специалиста из РТВ, к нам, в ЗРВ. Перво наперво, я спросил у Бориса, готов ли он на такое перемещение. Мне показалось, что он согласился с радостью. И это вполне понятно. Служба в таких войсках, как РТВ, это не мёд и не сахар. Конечно, в ЗРВ работы также вполне достаточно. Для технарей, типа начальника аналогичной станции. Но, отличия, конечно есть. Радио технические войска всё время в работе. Для них нет перерывов и остановок. И всё это время молотят, то есть работают, дизеля. РТВ всегда работают от своих средств электро питания. Причина ясна. При работе от промышленной электро сети возможны сбои, остановки. А это невозможно допустить. Может произойти срыв сопровождения, обнаружения или срыв какой то важной проводки, типа литерного самолета. Поэтому только дизеля. Там есть резервирование и запас других, аналогичных устройств. Дизеля, устройства надежные, проверенные. Но хлопот доставляют не мало. Заправки, обслуживания, ремонты, регламенты. И так далее. А в ЗРВ, в этом плане, есть некоторые послабления. Например, при повседневной, каждодневной работе, электропитание ЗР комплексов осуществляется не от дизелей, а от промышленной электро сети. А это и проще, и экономнее. На дизельных устройствах неисправностей поменьше, ведь их наработка значительно уменьшается. И только при объявлении повышенных степеней боевой готовности, когда идет реальная работа ЗРК, только тогда происходит автоматический переход на питание от дизельных станций. И мой знакомый прекрасно понимал это. Короче, он дал добро на такой переход. А реализовать этот переход оказалось не так уж и сложно. Вышли на службу вооружения корпуса ПВО, а далее и на округ. А на самом вверху это оказалось и вовсе просто. Все ведь это делалось для повышения боевой готовности. В итоге, вытащили мы капитана из РТВ, в ЗРВ. И стала видна перемена в облике нашего капитана. Он посвежел, немного даже и поправился. В общем, остался вполне доволен таким изменением в службе. На своих, предыдущих должностях в РТВ, он буквально не вылезал из кабин техники. Да ещё и дорога. Ведь их техника стояла довольно далеко от городка проживания. Здесь же, на новой должности, позиция станции находилась всего то в нескольких сотнях метров от городка. И что пожалуй главное, станция не работала постоянно – днем и ночью. Утренний контроль функционирования. И конечно, включения при объявлении боевой готовности. А в ЗРВ это пореже, чем в трудяг из РТВ. В итоге, у нас появился прекрасный специалист на новой РЛ станции. Да и сам он остался весьма доволен этой переменой рода войск. А для начала своей службы в новых войсках ему была и поставлена задача. Развернуть эту самую, новую станцию на позиции запасного КП. С чем он прекрасно и справился. А при боевой работе у нас появился новый источник дальнего обнаружения. Станция П – 14 позволяет устанавливать свои индикаторы кругового обзора в других кабинах. Так называемые, выносные ИКО. Что мы и сделали. Установили такой индикатор на кабине целеуказания и целе распределения. Большое подспорье для стреляющего офицера запасного КП. Хотя какой он запасной, этот КП. Он всегда мог полностью заменить и основной. А боевая работа этого комплекса и вовсе невозможна без этого ЗКП. Ведь он распределяет цели по боевым дивизионам. А то ведь бытует какое мнение. Запасной КП работает только тогда, когда не может работать основной. Разбомбили его, к примеру. И только тогда наступает очередь для работы ЗКП. Может где то и так. Но не в ЗРВ ПВ. Боевая работа здесь, это замкнутый цикл. Сверху и донизу. Сверху ставится задача и все остальные её выполняют. Только так и не иначе.

Некоторые реформы ПВО и их печальные итоги

БЫЛО И ТАКОЕ

ЗРВ. РТВ. До боли знакомые войска. Два из трех основных родов войск, которые составляли этот серьезный вид вооруженных сил – войска ПВО страны. Войска противо воздушной обороны страны. Так назывался этот вид Вооруженных Сил в советское время. Почему пишу назывался. Да потому, что потом пошли разные преобразования, изменения и реформы. Из названия – ПВО страны – убрали слово «страны». Чему, кстати, очень противился один из самых известных Главкомов этих войск – Маршал Советского Союза, Батицкий Павел Федорович. Говорят, что он и ушел в отставку именно из за этого. Оно и понятно. Павел Федорович Батицкий стоял у истоков создания войск ПВО страны. Он, как никто другой, многое сделал для их совершенства и развития. Для их полной боевой готовности всюду и везде. Вот и задело бестактное вмешательство в эти войска заслуженного Главкома. А дальше пошли и другие, так называемые, реформы. Объединили авиацию и ПВО. Войска стали называться – ВВС ПВО. Это, как раз в те времена, времена гайдаровских и чубайсовских реформ, армию унизили до предела. В то время бытовали такие толки. Мол, зачем нам эта огромная армия. На нас ведь никто не нападает. Армию, в прямом смысле, попрекали куском хлеба. Зачем, мол, содержать и кормить такую структуру, которая ничего не производит, ничего не дает материального. Сокращались офицеры, воровалась и продавалась военная техника. На металл шли сотни единиц военной и автомобильной техники. Продавались корабли, истребители, вертолеты. Десятки и десятки тысяч первоклассных специалистов оказались не у дел. Без пенсий, без жилья. Упала боевая готовность войск. Из действующего авиационного полка взлететь могли только несколько самолетов. Бронетехника не могла выйти из ангаров и парков из за отсутствия горючего, запчастей. Корабли не выходили в плавания, подлодки ржавели на базах и ремонтных доках. Упал моральный дух армии. Востребованная профессия военного стала никому не нужной. На человека в форме тыкали пальцами. В военной форме стало ходить просто небезопасно. Многие офицеры добирались на службу в гражданской одежде. Чтобы не привлекать внимание и не слушать оскорбительных слов. Закрывались военные училища. Стало модным переименовывать оставшиеся военные учебные заведения в институты, университеты и прочую ерунду. Армия как бы остановилась в своем развитии. Техника войск устаревала. Новых образцов техники и вооружения не разрабатывалось и не поставлялось в войска. Молодежь бежала от призыва. Пополнение в войска приходило мало грамотное и не поддавалось никакому обучению. Правильно говорили в те времена – нашу армию боятся только призывники. Развал экономики, особенно образования, приводило молодёжь к деградации, к потере идеалов и целей. Нанесен был удар по важнейшим видам вооруженных сил – РВСН, ПВО. По нелепым и унизительным решениям были уничтожены мобильные ядерные установки, станции дальнего обнаружения систем ПРО и ПРН. Сплошной радиолокационный пояс защиты воздушных границ страны был разорван. Сокращены или полностью расформированы были многие зенитно ракетные и радио технические части. С армии добровольно, но и не только, были уволены многие классные специалисты и командиры самих высоких должностей и рангов. С подачи так называемого, министра обороны Сердюкова, заслуженных людей в военной форме, стали пренебрежительно называть «зелеными человечками». Военные кабинеты в верхних штабах армии стали занимать какие то непонятные личности. По коридорам штабов шлялись торгаши и перекупщики. На прием к этому министру попасть было невозможно. Даже начальнику Генерального Штаба, то есть первому заму этого министра, приходилось записываться на прием, за двое суток. А как показал себя этот горе министр при конфликте с Грузией всем известно. Офицеры высшего звена из Ген Штаба, Моб Управления даже не были собраны по тревоге. Собираться просто негде было. Министр в это время затеял не нужные ремонты в зданиях этих важнейших управлений армии. Войска оказались без связи. На места боевых действий звонили по сотовой связи. И только высокая профессиональная подготовка войск данного округа и его командования расставили всё на свои места. Далеко и быстро бежали грузинские вояки со своими американскими инструкторами от российского десанта. Администрации грузинских городов в панике бросали свои насиженные рабочие места и драпали вместе со своими войсками. Выводы из этого боевого опыта, конечно же, сделаны. Но долго, очень долго, страна и ее правители возвращали к своей армии былое внимание и заботу. Но это будет немного позже.

Зенитно ракетные войска

ЗРК С – 75

Я же знал зенитно ракетные войска, что наряду с радиотехническими войсками и авиацией ПВО входили в очень серьезный вид Вооруженных Сил – Войска ПВО страны. Позднее для меня были уже другие войска. Новые и передовые. Войска ПРО, ПРН. Но начало было в ЗРВ. Заканчивал я училище именно по этому профилю. ЖКВУ – Житомирское Краснознаменное Военное Училище. Училище весьма известное и престижное. Учились мы три года. Потом, в дальнейшем, родное училище поменяло профиль и срок обучения продлили до пяти лет. Училище стало высшим. В войсках ПВО страны, в основном, все училища были средними. Высшими были всего три – Киевское, Минское, Пушкинское. И две академии. Калининская командная и Харьковская техническая. В плане обучения офицерских кадров, в ПВО была строгая, многими годами, отработанная система. Молодые офицеры заканчивали, в основном, средние училища. Далее служба в войсках на различных должностях – реже строевых и больше технических. Послужит молодой офицер года три, четыре в войсках, наберется практического опыта и уж тогда время поступать в академии. Конечно, в академии брали далеко не всех. Личное дело, профессиональные качества, должны быть на высоте. И, конечно, сдача вступительных экзаменов. Технари, как правило, поступали в Харьковскую. Кто же со строевых должностей, типа командира роты, мог поступать в командную, Калининскую. Лично я имел должность главного оператора и мог поступать в командную академию. Работа моя, на тот момент, состояла в управлении всеми передающими устройствами РТУ дальнего обнаружения. Своего рода командный пункт. Мог поступать и в техническую. Что в дальнейшем и произошло. Вся эта система обучения была в войсках ПВО страны. Да и в других видах и родах ВС существовала аналогичная практика. Ведь академии были в каждом виде ВС. Например, академия имени Фрунзе для сухопутных войск, для ВДВ. Или академия имени Жуковского, имени Гагарина для летного состава. И так далее. Сильные академии были для тыловых работников, для химических войск, для войск связи. Была своя академия и для политических работников. Так называемая ВПА. Я там не обучался и чему там учат, честно говоря, не знаю. Но в войсках я встречал выпускников этой академии, которые, в общем, ничем особым не блистали. Зато лезли всюду и везде. Не все конечно. Встречал я и хороших замполитов, особенно на первых порах лейтенантской службы. Среди них были ещё и участники Великой Отечественной. Настоящие политработники. Честь им и хвала. Настоящие знатоки человеческих душ и армейской жизни. Но если быть честным и откровенным, таких было маловато. Я по этой линии, в политическое училище не пошел, о чем нисколько не жалею.

Учеба на первом месте

ПОЛЕВЫЕ УЧЕНИЯ

В основном, учеба и учеба. Полевые учения. И такие бывали. Взвод в атаке. Взвод в обороне. Все это мы прошли, будущие лейтенанты. Некоторые вещи запомнились надолго. Один из примеров. Простое окапывание. То есть солдат (курсант) должен вырыть окоп в полный профиль. В полный профиль означает то, что с этого окопа можно стрелять с положения стоя. Много земли надо выкопать и перебросить. А земля то разная. Бывает и глина, бывает и с камешками. А тут тебе ещё и вводная. Рыть окоп не стоя, а лежа. Да иногда и в противогазе. И дождь иногда бывает не ко времени. Который на глазах заполняет вырытый окоп. Вот такой пример из пехоты. Всякое бывало. Но мне больше всего запомнился другой случай, топографический эпизод. Когда мы ходили по азимуту. Топографии почему то в училище уделяли много внимания. Например, практическое занятие по этому предмету. Грузовая машина. В кузове целый курсантский взвод. В кабине трое – водитель, преподаватель этого предмета в звании подполковник и курсант. Один со взвода, что в кузове. Машина движется по произвольному маршруту, где то по проселочной дороге. В руках у курсанта карта данной местности. Едет машина, сидит курсант с картой в руке, а рядом преподаватель. И в любой момент этого движения преподаватель ткнет пальцем в карту и скажет – остановиться здесь. Времени, чтобы определиться по карте и найти место остановки, совсем не много. Но смотришь на карту, соображаешь. Вспоминаешь теорию, топографические знаки, створы, дороги, линии электро передач и прочее из этой науки. И указываешь место остановки. Водитель останавливается. Преподаватель ставит оценку. Правильно указал место остановки – хорошая оценка. Если нет оценка соответствующая. Сам садишься в кузов, а твое место занимает следующий курсант. Вот так и катаемся до обеда. Вот так. А училище то радио техническое, а не топографическое. Вот так нас учили. Многому нас учили. Всему, что должен знать, уметь и применять молодой офицер. Так вот, про то хождение по азимуту. Наше отделение получило задание – по конкретному углу, то есть по азимуту, выйти в конкретное место. Реально это была небольшая река с переправой на базу основного лагеря. Не знаю, кто и как ошибся, но в эту точку мы вышли только под утро. Плутали всю ночь. С полной выкладкой – мешок, противогаз, оружие, шинель в скатке. А утром занятие по тактике, где вздремнуть, конечно, не пришлось. Надолго запомнилось мне это хождение по азимуту. Но и практическая польза от этого случая имелась. Я запомнил главные правила походов в лес, особенно на охоту. Всегда брать с собой компас, запоминать ориентиры, местность. Конечно, на охоте бывает всякое. И заплутаешь так, что не знаешь куда идти домой. И с дороги уйдешь в сторону. Всякое бывает в азарте охоты, обо многом забывается. Много вниманию уделялось при учебе и такому предмету, как оружие массового поражения. Много теории. А ещё больше практики. Одевать противогаз, это обычная практика. Надевать ОЗК – общевойсковой защитный комплект, учили и тренировали до автоматизма. Там ведь, всё по нормативу, по времени. Были и полевые учения. Преодоление зоны поражения. Все в кузове грузовика, преодолеваем эту зону поражения. Для наглядности и дым по пути следования. Следующая вводная. Все с кузова и преодолевает зону поражения пешком, а затем и бегом. И не пару минут. Час, два, три. Потом дегазация, дезактивация. Попроще, так это смываем с себя грязь, пыль. Бывали и палатки с реальным химическим веществом. Задача простая – зайти в палатку. Заменить вышедшую трубку от противогаза на другую И все надо делать с закрытыми глазами. И при этом ещё и не дышать. Газ хотя и не боевой, но глаза и глотку дерет здорово. Иногда кто то выскакивал с этой палатки, как ошпаренный. Наглотался, значит. Или глаза открыл. Вот такие вводные. И это, ведь, как бы и не главные предметы. Или вот ещё предмет – физическая подготовка. Разве может быть такой предмет не основным. Тем более для нас, будущих офицеров. А я скажу откровенно. Этим предметом мы занимались с удовольствием. И не только на плановых занятиях. Много соревнований на первенство курса, училища. Нравилась мне наша полоса препятствий. Пишу наша потому, что в каждом роде войск была своя полоса. В пехоте одна, в десантников другая. Наша полоса была тоже не простой. Двести метров с различными препятствиями. А в офицерском троеборье эта полоса была усложнена. Вначале двести метров чистого бега. Далее двести метров основной полосы. А заключительный этап – ещё двести метров чистого бега. Непростая эта усложненная полоса. Ведь в сапогах, с оружием. Знаю по себе, занимался. Но всё равно. Основное и главное – это изучение радио и электро техники, теории радио волн, теории антенных систем. Приборы, измерения. И много, много другого. Все направлено на изучение основного – ЗР комплексов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.