- -
- 100%
- +
– Не сомневаюсь, – с непонятной досадой ответила Маша.
Ей стало немного не по себе. Вот же дура! Встретила друга детства – сильного, надёжного, а он, оказывается… Если рядом появится какая-нибудь вертихвостка, ей точно места не останется. «А ведь обещал защищать, засранец», – подумала она с неожиданной тоской. Мысли путались: «Почему кто-то, а не я?.. Чем я ему?.. Хотя… а сама-то? Не горишь желанием, сердце не замирает… Хотя приятный, брутальный… Даша бы сказала – зачётный экземпляр. А ведь начни он ухаживать – что ты…» Однозначного ответа у неё не было. Стоит ли портить сложившиеся отношения ради непонятной перспективы? Ну не трясёт при виде него! Впрочем, с Артёмом было примерно так же – могла неделями не вспоминать о близости, когда наваливалось много работы. Да и близость не взрывала мозг – приятно и не более. «А может, я фригидная? В моральном плане, – вдруг подумала она. – С сексом всё в порядке, а вот с этим самым «люблю…» Ну-у-у, приехали!»
И она невольно вслух рассмеялась своим мыслям.
– Что? – Игорь недоумённо приподнял бровь.
– Не обращай внимания. Нервное… – Маша сделала глоток чая, затем резко поставила чашку. – Ты видел, кто в дом ломился?
– В темноте разглядел только силуэт. Мужчина. Высокий, крепкого сложения. – Игорь потянулся за вареньем, его движения были умышленно медленными. – Но тебе беспокоиться не о чем. Я никуда не уйду.
– Как мило, что и моим мнением поинтересовались, – девушка язвительно прищурилась, но в глазах читалось облегчение.
Ответом ей стало лишь молчаливое покачивание головой, пока Раевский допивал чай. Наконец он поставил пустую чашку.
– Ладно, устраиваемся на ночь. Я здесь, на диване. Ты – к себе.
Маша вышла. Некоторое время из спальни слышались звуки открываемых створок шкафа. Она появилась, держа в руках подушку, одеяло и постельное бельё.
– Встань на минуту. Я постелю тебе.
– Не нужно. Я раздеваться не буду.
Она не стала спорить, просто пожала плечами и достала из кармана телефон.
– Будильник на сколько ставить?
– Ни на сколько, – Игорь перехватил аппарат, отключил звук и вернул ей. Сунул пистолет под подушку. – Нас подождут. Спим до упора.
– Но ты же говорил…
– Маша. Я всё решу, – его голос был по-прежнему спокойным, но в нём появилась сталь. – Завтра будет тяжёлый день. Нам нужны светлые головы.
Глава 2
Медленно, с приятной негой в теле, Маша возвращалась в мир из объятий сна. Она потянулась, натягивая одеяло до подбородка. За окном стояла осенняя тишина – лишь изредка нарушаемая приглушённым стуком топора в соседнем саду. Солнце пробивалось сквозь щели ставней бледными лучами, окуная в золото невесомые пылинки, парящие в воздухе.
Зябко кутаясь в халат, она заглянула в гостиную. Яркий свет, лившийся сквозь уже открытые ставни, освещал аккуратно сложенную постель на диване. «Ушёл…» – разочарованно мелькнуло в голове.
Маша направилась к окну – толкнула створку, чтобы проветрить комнату. Холодный воздух ударил в лицо – влажный, свежий, с едва уловимым запахом прелых листьев. Она на мгновение зажмурилась, слегка опьянев от этого глотка осени.
Игорь был во дворе – методично отжимался на покрытой росой траве. Его майка болталась на ветке яблони, а из одежды на нём оставались только льняные штаны. Каждое его движение заставляло играть мышцы спины – они напрягались, вырисовывая чёткий рельеф под кожей. Маша невольно задержала дыхание, наблюдая, как при подъёме его плечи собираются в твёрдые бугры. Вдруг он резко вскочил, схватил шланг и одним махом облил себя ледяной водой. Маша дёрнулась от неожиданности. Капли заиграли на его накаченном торсе, стекая вниз и исчезая за широкой резинкой штанов. «Боже… – мысленно выдохнула она, чувствуя, как по телу побежали мурашки. – Он что – нарочно?.. Куда он голый? Мы так не договаривались…».
Сорвав майку с ветки, Игорь направлялся к дому. Вода блестела на груди, подчёркивая точёный рельеф мышц. Когда он поравнялся с окном, Маша инстинктивно отпрянула, но было поздно – он уже заметил её.
– Проснулась, принцесса? – голос звучал бодро, капли воды скатывались с подбородка.
Она захлопнула окно, чувствуя, как горит лицо. Кофе. Срочно кофе. Но сначала нужно успокоить это бешеное сердцебиение.
Заслышав его шаги на крыльце, она метнулась в спальню и щёлкнула замком.
– Маша! – позвал он, появляясь в гостиной.
– Я одеваюсь! Пять минут – и займусь завтраком!
– Завтракаем на скорую руку. Собирай вещи – мы сюда не вернёмся. Поторопись.
От удивления девушка забыла, что всё ещё в пижаме, и распахнула дверь.
– Что значит – не вернёмся?! А если я не…
– Не обсуждается. Я так решил. Здесь тебе оставаться опасно.
– А у меня в квартире – полная безопасность?! – спросила она ехидным тоном.
– Поживёшь у меня, пока мы разберёмся.
– ЧТО-О-О?!
– Что слышала. У тебя полчаса.
Он повернулся, но перед тем как уйти, остановился и окинул её нарочито-плотоядным взглядом.
– Прекрасно выглядишь, принцесса.
Игорь уже скрылся в прихожей, когда до неё дошло, что она стоит в шёлковом топике и кружевных шортиках.
Ойкать и хлопать дверью было уже бесполезно. Маша тяжело вздохнула и пошла за чемоданом.
Небо над головой, бледное и бездонное, словно предвещало долгий, изматывающий день. Воздух успел немного прогреться, став прозрачным и звонким. Внезапный порыв ветра принёс запах горящих листьев и что-то неуловимо-сладкое, похожее на аромат яблочного пирога. Чёрный «Лексус LX 570» блестел, и солнце играло на крупных каплях воды. Автомобиль только что сполоснули, и влага медленно стекала по гладким бокам, оставляя за собой тёмные извилистые дорожки. Открытый багажник зиял, словно пасть хищника, готового поглотить всё, что осталось от Машиной прежней жизни. Внутри уже лежали её чемодан и спортивная сумка. Оставались только продукты – несколько пакетов с макаронами, банками консервов и вакуумными упаковками сырных и мясных нарезок. Игорь предложил выбросить их в ближайший мусорный бак.
– Кому они нужны. Горничная сегодня всё купит, – недовольно ворчал он.
Но Машу такой вариант не устраивал. Когда из соседней калитки вышел старик, она очень обрадовалась и без лишних уговоров вручила ему пакеты с едой. «На здоровье», – подумала она, когда он, поблагодарив, скрылся за забором. Затем посмотрела на свою любимую «Ауди Q5», которую должен был перегнать на закрытую стоянку оперативник из группы Игоря. Капитан уже стоял рядом, вертя в пальцах брелок. По отмашке Раевского он ловко прыгнул за руль, и через мгновение машина исчезла за поворотом. Маша проводила её долгим взглядом и тяжело вздохнула.
Игорь меж тем в последний раз обошёл дом, проверил ставни, запер входную дверь и приобнял Машу за плечи. Все решения, связанные с её безопасностью, он принял ещё на рассвете, пока она спала.
Едва первые лучи солнца коснулись верхушек деревьев, он тщательно осмотрел задний двор. Свежие царапины вокруг металлических креплений ставней подтвердили – ночью кто-то действительно пытался их взломать. Вывод был очевиден: убийцы Артёма не нашли то, что искали, в его квартире и пришли в дом подруги парня. Видимо, они достаточно много знали о его жизни, и теперь Раевский не на шутку опасался за Машу. Несмотря на её яростные протесты, он оставался непреклонен – и даже временами намеренно груб. Ни в её квартире, ни в офисе ей появляться нельзя. Пользоваться своей машиной – тоже.
***
Молодая женщина-следователь, капитан юстиции Соколова Алла Валерьевна, с едва заметным интересом наблюдала за Раевским. Тридцать два года – и уже легенда своего ведомства. Его уважали, хотя некоторые недолюбливали. Зависть никто не отменял и недоброжелателей хватало. Его характер был притчей во языцех: резкий в суждениях, Раевский открыто называл вещи своими именами и никогда не угождал начальству. Но в профессиональном плане к нему не было претензий. Все знали: если дело поручили группе Раевского, можно не сомневаться – результат будет.
Генерал Круглов, непосредственный начальник Раевского, его ценил. И было за что – подполковник раскрыл не один десяток громких дел, правда, порой выходя за рамки своих полномочий. Однако ему всё сходило с рук. Раевского знали в Следственном комитете, с ним считались в прокуратуре, а после истории со спасением дочери вице-губернатора он приобрёл влиятельного покровителя.
Капитан Соколова прекрасно знала все эти факты, но её они нисколько не трогали. Её задача заключалась лишь в том, чтобы провести допрос свидетеля по всем правилам. Однако она не могла не отметить про себя, как естественно выглядела властность этого мужчины.
Соколова открыла папку, достала бланк протокола и начала его заполнять.
– Раевский Игорь Витальевич, – монотонно произнесла она, сверяясь с документами.
После стандартной процедуры установления личности перешла к делу:
– Подполковник Раевский, вчера примерно в семь утра вы обнаружили тело мужчины в озере. Расскажите, как это произошло.
Игорь, откинувшись на спинку стула, ответил спокойно:
– Товарищ капитан юстиции, на ваш вопрос отвечаю: 20 октября в 7:30 я обнаружил в озере тело неизвестного мужчины без признаков жизни. Тело достал из воды, немедленно сообщил в дежурную часть. Больше показать ничего не могу.
– Как оказались у озера?
– После ранения врачи рекомендовали покой. Сейчас я живу на даче у товарища. Вчера утром решил порыбачить.
– Почему решили его достать?
– Странный вопрос. Человек находился под водой. Я же не мог оставить всё как есть. Течением могло унести или ещё что-то.
Соколова записала, затем подняла глаза:
– Что дальше?
– Ничего. Вызвал группу.
– Мария Березина находилась на месте происшествия, когда вы туда пришли?
– Да. Она стояла у кромки воды.
– А почему она не увидела труп?
– Я уже говорил – тело находилось под водой. Утро. Сумерки. Я бы тоже не увидел, если бы не наткнулся на него палкой.
– Понятно. А вы в курсе, что она была знакома с убитым?
– Да. Она сразу сказала, что это её бывший парень.
– Вы её знали раньше? Встречали в посёлке?
– Нет, мы не пересекались. Из-за моего состояния я практически не выходил из дома. Читал, смотрел телевизор.
– Хорошо. Что она вам ещё рассказывала?
Игорь на секунду задумался.
– Ничего. У неё был шок. Я вызвал группу и проводил её домой. Потом наш патологоанатом её осмотрел.
– Патологоанатом? – вскинула брови следователь.
– Там не было других врачей.
– Скорую не вызывали?
– Нет. Наш коллега сказал, что она в пределах нормы и ей просто нужно выспаться.
– И это всё?
– Всё. Потом группа уехала, и я ушёл домой.
Капитан нахмурилась, затем продолжила допрос:
– Товарищ подполковник, а вы…
Игорь медленно поднялся, опершись руками о стол.
– Товарищ капитан юстиции, есть предложение: прошу предоставить мне возможность изложить показания в письменной форме в соответствии со статьёй 279 УПК РФ. Вы приложите мои показания к делу, и мы сэкономим время.
Его просьба прозвучала как констатация факта. Соколова на мгновение замерла, затем кивнула и еле заметно ухмыльнулась.
– Хорошо, – она подвинула к нему чистый лист бумаги и ручку.
Выйдя из здания, Игорь глубоко вдохнул свежий воздух. Он уже знал – допрос Марии прошёл по плану. Теперь предстояло разобраться во всём самому. А следователь… Пусть копает. Лишь бы под ногами не путалась.
***
Главк располагался в современном административном здании с фасадом из матового стекла и серого камня. Солидное строение, но без излишеств: широкие двери с матовыми ручками, ровные ряды окон, аккуратные таблички с названиями подразделений. У подъезда на свежевымытом асфальте стояли два автомобиля – черный «Мерседес» и служебная «Шкода Октавия» с приглушенными проблесковыми маячками. Из приоткрытого окна «Мерседеса» доносился раздраженный голос водителя, что-то горячо доказывавшего по телефону.
Раевский вышел из своего внедорожника и резко захлопнул дверь. Машинально поправил кобуру под кожаной курткой, чувствуя, что после допроса в СК его раздражает буквально каждая мелочь. Водитель в «Мерседесе» мельком взглянул на него, но, когда Игорь зло зыркнул в его сторону, тут же опустил глаза.
Вестибюль главка встретил подполковника эхом шагов по гранитному полу. У входа скучал сотрудник ППС – переминался с ноги на ногу, лениво посматривая на посетителей. Тихо потрескивала рация, изредка выдавая обрывки переговоров. Дежурный по КПП – молодой сержант с безучастным выражением лица – лишь скользнул взглядом по удостоверению и кивнул.
Пройдя турникет, Раевский поднялся на второй этаж. Кабинет выглядел точно так же, как месяц назад, когда они с Артуром выезжали на проверку загородного дома. Разве что бумаг на столах прибавилось. На одном из мониторов застыли скриншоты с камер наблюдения – на магнитной доске среди служебных записок и фотографий с мест преступлений красовался распечатанный мем с дурацкой физиономией Бориса Джонсона. Рядом с новеньким ЖК-экраном, на котором ползал заставкой слайд с оперативной сводкой, по старинке висело розыскное постановление – смазанная фотография с камеры в подъезде.
На столе Авакяна среди бумажного хаоса выделялся служебный ноутбук, рядом валялся старый блокнот с вырванными страницами. Артур в тонком черном свитере развалился в своем рабочем кресле, стильный пиджак болтался на спинке. Майор лениво тыкал пальцем в клавиатуру, параллельно катая по столу теннисный мячик, оставлявший следы на разбросанных листах. Рядом дымилась чашка с кофе из новой кофемашины, стоявшей на столике у стены – единственном заметном обновлении в кабинете.
За время, пока отсутствовал Раевский, ребята закрыли два простых по их меркам дела, но одно – бытовое убийство – застопорилось: подозреваемый исчез, и следы терялись где-то в области.
Авакян лишь изредка кивал Кислову, который с неподдельным энтузиазмом рассказывал о вчерашнем обыске в квартире Данилова. Результатов никаких – что было очевидно с самого начала, поэтому Артур слушал вполуха, погруженный в свои мысли.
Переступив порог, Раевский машинально втянул знакомый запах – кофе, старая бумага, лёгкий шлейф древесного парфюма Артура. Эта смесь ароматов давно стала неотъемлемой частью кабинета.
Кислов приподнял ладонь, отрыл рот для приветствия, но Раевский просто отмахнулся. Прошёл к своему столу, скинул куртку на спинку кресла и тяжело опустился в него, потирая лицо ладонями.
– Ты чего на взводе? – Артур оторвался от монитора, изучающе оглядел друга. – Что-то не так?
– Кроме того, что хочется кому-нибудь заехать – всё нормально. Ладно, что у нас по убийству?
– Смотри! – Артур приподнялся и протянул ему листок. – Заключение из морга. Я с утра съездил – сфоткал.
– Следачка – сука! – сквозь зубы процедил Раевский, придвигая документ. – Наверняка в курсе была, но промолчала.
Он стал внимательно изучать текст, бормоча ключевые моменты: «…кетамин… след от укола… точечное кровоизлияние… пузырьки… эмболия…» Подняв глаза на Авакяна и не выпуская бумаги из рук, спросил:
– Как он мог умереть от кетамина? Передозировка?
Раевский прекрасно знал свойства препарата – анестетик начинает действовать через 2-3 минуты, через 10 полное отключение примерно на час. Но не смертельный.
– Эмболия, Игорь! Так называемое неумелое убийство.
– Артур! Говори человеческим языком… Андрей наверняка тебе объяснил.
– Ну конечно! – Авакян принял вид профессора перед студентами. – Смерть от эмболии. Ткнули в шею, угодили в артерию, туда попал воздух. Смерть мгновенная. Потом – в озеро.
– Значит, убивать не планировали?
– Похоже, нет. Хотели усыпить и, видимо, вывезти. Но накосячили… Парень скончался, пришлось импровизировать.
– Выходит, Степаныч ошибся, – задумчиво произнёс Раевский, потирая подбородок.
– Степаныч? Ошибся? – удивился Артур.
– Он решил, что убийство было запланировано. Посчитал – диск от штанги специально приготовили.
– Не факт – что ошибся. Может и хотели убить – но потом. Допросить сначала в тихом месте – потом утопить. Рек-то у нас хватает.
– Может быть, – кивнул Игорь.
Неожиданно Кислов у окна замахал им рукой, подзывая. Они подошли и встали за его спиной.
– Колчин! – капитан ткнул пальцем в человека в твидовом пальто, направлявшегося к «Мерседесу».
Водитель ждал у открытой двери. Когда машина тронулась, Раевский повернулся к капитану:
– Откуда его знаешь?
– По телевизору мелькал. Любит перед камерами рисоваться. Ну и в сети покопался. Почитал про него. Вы же хотели сплетен.
– Паша! – скрипнул зубами подполковник. – Я же говорил, чтобы этим занялся наш айтишник! Надо было Севу подключить, а не самому время терять. Ты ногами работаешь. Бегом в газету! Выжми из его друга всё, включая то, чего он и не знал.
– Полчаса как оттуда, – ровно ответил капитан. – А из его друга всё выжали и без нас. Этой ночью к нему в квартиру вломились. Сейчас он в реанимации. Звонил. Сказали – пока без сознания.
– Твою мать! – выругался Раевский, плюхаясь в кресло.
– Игорь, не кипятись. Всё под контролем. Маслов с техником в офисе у Маши прослушку ищет. Сева шустрит в интернете. Паша в газете с девочками посплетничал.
– Ну и? – подполковник пристально посмотрел на Кислова. – Что-то выяснил?
– Пока ничего серьёзного, – Артур сделал паузу. – Хотя… Одна журналистка проболталась – наш Данилов был мастер по грязному белью. Любил компроматик на людей с именем собирать.
– Удивил тоже, – хмыкнул Игорь. – Этим половина журналистов занимается.
– Но не все пытаются грязно заработать.
– Ты про шантаж? – Раевский приподнял бровь.
– Ходили слухи. В «Коммерсанте» он всего два года проработал. А до этого в областной газетёнке. Так там история была: какая-то местная мадам ворвалась к редактору, морду ему начистила и пригрозила судом, если материал выйдет. Так вот – наш Данилов в этом как-то замешан был. Похоже, его тогда и турнули.
– И конечно – ни фамилии тёти, ни названия газеты твоя девочка не знает, – скривился Раевский.
Паша молча достал телефон, провёл пальцем по экрану и зачитал:
– Газета называется «Факты», женщина – Лебедева Арина Сергеевна, 38 лет. Бывшая местная «королева красоты», теперь «королева» местного бизнеса. Сеть фитнес-клубов и СПА в Красногорске.
– Сеть? – уточнил Артур.
– Если конкретно – два клуба и СПА.
– Это тебе всё девочка напела. Она не из ЦРУ?
– Вполне может быть. Мы с ней вместе в соцсетях пошарились. Я ей обещал рассказать во всех подробностях, за что Артема грохнули – вот она и расстаралась.
– Ты совсем?! Какие подробности?! – рявкнул Артур.
– Так я правду и не рассказывал, – Паша махнул рукой. – Наплёл с три короба – про наркоту, долги, криминальные связи… Она только глазами хлопала, как ребёнок.
– Обманывать нехорошо, – довольно хмыкнул Артур.
– Так я же для дела, – пожал плечами капитан.
– Информация интересная. Я сам хочу с этой мадам пообщаться. Найди мне её телефон, – Игорь повернулся к Артуру. – У Степаныча есть что-нибудь интересное?
– Отпечатков – море. И в машине, и в квартире. Только по базе – ноль. Под ногтями жертвы – чужой эпителий. Будет с чем сравнить, когда злодея поймаем. И вот: соседи видели двух подозрительных в посёлке. Описание есть, – Авакян достал из папки листок и придвинул к краю стола. Раевский только кивнул, но читать не стал. – Наши или нет, непонятно. В этот же день видели ещё мужчин, но те передвигались по одному.
– Думаешь, нападавших было двое?
– Степаныч определил на месте драки следы троих. Убитого и ещё двух.
– Драки?
– Ну или потасовки, – Артур пожал плечами. – Следов на трупе нет, но парень точно отбивался. Оттуда и сломанные ногти, и эпителий. Видимо, поцарапал одного.
– Ясно. Держи ключи от дачи и Машин телефон. Аппарат запри в сейф. Если решат пробивать – пусть видят, что он у нас, и голову поломают. Паша, сгоняй на КПП. Узнай, к кому депутат приходил. Я сейчас…
Раевского прервал звонок стационарного телефона. Артур поднял трубку, послушал и с кривой усмешкой объявил:
– Тебя генерал вызывает.
– Уже доложили, – проворчал подполковник. Он подхватил куртку и на ходу бросил:
– Дождитесь. Вернусь – закончим.
Генерал был в кабинете не один. За приставным столом сидел человек средних лет – сутуловатый, с бледным, чуть одутловатым лицом, обрамленным темными, с проседью волосами. Руки с тонкими пальцами спокойно лежали на столе. Глаза, умные и внимательные, заинтересованно уставились на вошедшего.
– Здравия желаю, товарищ генерал, – Игорь сделал два шага и замер.
Хозяин кабинета небрежно махнул рукой и жестом пригласил присаживаться. Игорь устроился напротив посетителя.
– Появился в управлении и не зашёл, – голос генерала звучал укоризненно, но в глазах читалось лукавство. – Ты уже приступил или так – ребят проведать?
– Нет. Не приступил. Врачи говорят – дней через десять. Я как свидетель по делу пришёл.
– В курсе. Гора к Магомету. Работа и на больничном тебя нашла, – генерал коротко рассмеялся, качая головой. – Знакомься. Арсений Леонидович Грошев – писатель.
Игорь представился, исподволь рассматривая посетителя. «Грошев… Что-то знакомое. А, это тот самый, что печатается в «Вестнике». Интересно, зачем меня вызвал?»
– Арсений Леонидович пишет книгу и хотел бы пообщаться с настоящим сотрудником розыска.
– Прямо сейчас?
– Нет, конечно, – успокоил его писатель. – Я вечером улетаю в командировку. Вернусь через неделю. Не против, если я вам позвоню по возвращении, и вы мне расскажете о своей работе?
Игорь согласно кивнул и продиктовал номер телефона.
– Могу идти? Ребята ждут, – Раевский выжидательно посмотрел на генерала.
– Можешь. Только потом загляни ко мне.
Когда за Раевским закрылась дверь, Грошев укоризненно поджал губы.
– Что-то не так, Арсен? – спросил генерал.
– Немногословен твой герой.
– Есть немного. Но ты не делай поспешных выводов. Он парень интеллигентный, субординированный, образованный. МГИМО, кстати, окончил.
– А что же он у тебя делает? – писатель округлил глаза.
– Ну, это долгая история, и не моя. Спроси – может, расскажет. Нравится ему гоняться за всякой нечистью.
– Я заметил – курточка у него брэндовая. Тыщи полторы долларов, поди, стоит. Это у вас такие зарплаты?
– Зарплаты у нас обычные, – отмахнулся генерал. – Просто парень далеко не бедный. Наследство и всё такое. Родители – дипломаты. Работают в Европе. Шмотки, видимо, оттуда.
– Образованный, богатый – и опером служит? Смешно.
– Смешно не смешно – а парень с мозгами, да и здоровьем Бог не обидел. А то, что богатый – это бо-о-ольшой плюс. Взяток не берёт. У его напарника, кстати, тоже с финансами порядок. Жена неплохой бизнес имеет. Он, конечно, «крышует» её – отмазывает от проверок и наездов коллег, но без грубых нарушений. Вот так, Арсен.
Игорь вернулся. Кислов, сидевший за столом с планшетом в руках, тут же поднял на него глаза. Раевский вопросительно дёрнул подбородком.
– Депутат к генералу приходил.
– Значит, к генералу. Интересно.
– Что от тебя хотел? – спросил Артур.
– С писателем познакомил. Попросил о нашей работе рассказать.
– Не было печали. Ты хоть книжку с автографом попроси.
– Попрошу. «Артуру на вечную память!»
– Можно и так, – усмехнулся Авакян.
– Короче! Ты, Паша, займись телефоном бизнес-королевы. Договорись о встрече на завтра. Можешь представиться подполковником для солидности. Только тему для встречи придумай отвлечённую. Вроде – вашу визитку нашли у преступника или тому подобное. Договоришься – смотаемся. Не знаю зачем, но поговорить нужно. Может, всплывёт какая информация. Сейчас предлагаю всем пообщаться со своими стукачами. Может, кто-то что-то слышал про убийство. Всё – расходимся.
***
Бильярдный зал «Девятый шар» встретил Раевского полумраком и мерным стуком шаров. Свет ламп с винтажными матовыми абажурами мягко падал на барную стойку из тёмного дерева – медная отделка поблёскивала, как старинные монеты. За стойкой неторопливо протирала бокалы девушка в белой блузке с кружевными манжетами и чёрном корсете, зашнурованном на спине. Её пальцы двигались ритмично, будто в такт неслышной мелодии.
Несмотря на вечернее время, посетителей было немного. Лишь три стола из десяти оказались заняты. «Девятый шар» относился к разряду премиальных заведений, где собирается солидная публика – здесь играли неспешно, с коньяком и сигарами.
Подполковник на мгновение задержался у входа, окидывая зал оценивающим взглядом, будто пытаясь разглядеть кого-то в полумраке. Затем, не торопясь, направился вглубь помещения – к двери со вставками из матового стекла. Взгляды игроков скользнули по его фигуре, но ни один не задержался надолго.