Адриана

Глава 9.

Я чуть не задохнулась от возмущения, когда парень, подмигнув мне, обратил внимание не на меня, а на блондинку. Увидев её практически оголенный бюст, тихо присвистнул. И, протянув руку, по-хозяйски огладил нависающее над моей головой великолепие. Я невольно сползла с сиденья. И задрав голову, наблюдала за тем, как рука горячего незнакомца проникла в бюстгальтер блондинки. Парень подался вперед, совершенно не заботясь о моём удобстве, и практически занял моё место. Тётенька, тихо замурлыкав, подалась ему на встречу. В самом деле, кто же виноват, что маршрутку так удачно занесло на повороте.

Змей, сидящий в моей голове, урчал в унисон с блондинкой. Я же тихо сидела и офигевала. Не то это было на самом деле, ни то эта змеина невидимая играет с моим разумом, как ему заблагорассудится. Тем временем парень, совершенно никого не стесняясь, высвободил из тесного плена бюстгальтера одну грудь и, припав к яркому соску, начал, причмокивая, упоительно его сосать. Блондинка, прикрыв глаза, громко постанывала. Её ухоженные пальчики перебирали курчавые волосы черноволосого красавца. Я же в это время могла лишь от изумления хлопать глазами.

Когда же молодой жеребец высвободил вторую красавицу из тесного плена бюстгальтера. Я, не выдержав накала страстей, закрыла глаза в надежде, что мне это всё привиделось. И на самом деле ничего такого и в помине нет. Сидела с закрытыми глазами и слушала жаркие стоны. Похоже, у меня были не только визуальные, но ещё и слуховые галлюцинации. Я мысленно взвыла, молясь Создателю о том, чтобы это безобразие побыстрее закончилось. И я, наконец-то приехала на нужную остановку. Мои молитвы были услышаны. Маршрутка, резко затормозив, привела в движение пассажиров. Послышались возмущённые вопли, мат и проклятья. Открыв глаза, поняла, что пока ехала, заснула. Если мне и дальше будут сниться такие сны, то я скоро начну бояться закрывать глаза.

Но я рано радовалась пробуждению. Грудь шестого размера жарко прислонилась к моему многострадальному заспанному лицу. И это запустило механизм узнавания. Маршрутка подъезжала к нужной мне остановке. Помятая, но живая, я всё же смогла выбраться из тесного плена повидавшего жизнь четырехколесного друга всех работяг общественного транспорта. Вдохнув наконец-то свежего бодрящего воздуха задымлённого города. Я мысленно помахала рукой вслед удаляющейся маршрутке. Которая уносила с собой незабываемый шлейф перегара, пота и чеснока. А бездушное чудо современной техники поехало дальше искать на остановках новых утренних жертв рабочего класса.

Одёрнув юбочку и поправив на голове не существующую шляпку. Я несмелой походкой направилась в сторону многоэтажного здания. Чем ближе я подходила к офисному гиганту, тем тише становился голос змея. В итоге пискнув, что ему тут не нравится, глюк прекратил со мной общаться. Этот невидимый гад оставил меня в гордом одиночестве на растерзание новым сотрудникам, и руководству.

Люди исчезали в зданиях. Заходя в двери офисных гигантов, они оставались там от восьми до двенадцати часов. На самом деле это как кому повезёт перевариться в огромном котле корпорации. У меня в голове тут же появился образ монстра, который заглатывает своих жертв и не выпускает в течение многих часов. Там они будут тушиться в своём соку. И вечером кому посчастливица выплеснется обратно на широкие и не очень улицы города. А кто не дотомится, те будут вариться в делах и заботах ещё очень долго. Пока не придут к полной неадекватной готовности. Два раза в месяц бедолаг поощряют плюшками и печенюшками в виде аванса и зарплаты. Балуют, в общем-то. Нет, чтобы работать только за хлеб и воду. Работники ещё и разные блага хотят. Не благодарные! Всем же известно, что начальство кормит, поит, одевает и даже особо отличившихся хоронит. Жутко, конечно, но такова правда жизни основного слоя населения нашего города.

И в этот страшный мир офисного планктона мне предстояло сейчас войти. Я робко сделала шаг к двери. Та с живостью проворного мага – иллюзиониста распахнулась, и я попала в мир магии и волшебства, которая зовётся работой.

У меня не было пропуска. Предъявив охране паспорт, отправилась в отдел кадров. Холёные породистые кадровички с пренебрежением окинули меня взглядом. Ну что сказать, я тут смотрелась бледной овечкой среди львиц, тигриц и пантер. Ухоженные ручки, сногсшибательный маникюр. Короткие юбки, длинные ноги и высоченные каблуки. Все эти атрибуты меня должны были морально задавить и на повал убить. Контрольный выстрел, слава Создателю, не последовал.

По их кислым улыбкам определила, что они поняли – я совершенно не прошибаема. Так как мне на их ухищрения было совершенно лазорево. Они меня посчитали очередной курицей – неформалкой. Ну что ещё можно сказать о девице, которая с таким восхищением смотрит на представительниц кошачьих? Удовлетворившись и получив долю восхищения. Кадровички принялись подтачивать свои ноготки, более не обращая на меня своего внимания. И не боятся же нанесенный лак повредить. Железные нервы у девиц, можно только позавидовать. Конечно же, белой завистью. Для темных проклятий у меня нет нужного атрибута – невидимого змея.

Вдоволь поглазев и порассуждав на тему, удобно ли целый день ходить на высоченных каблуках. И не устают ли ноги. Сглотнув слюну восхищения, поприветствовав, тихо спросила:

– А у кого мне можно пропуск получить?

Глава 10.

Женщины в количестве трёх львиц одновременно поморщились. Видимо, их чувствительные ушки привыкли слышать лишь звуки собственных голосов. Одновременное изменение лиц навело меня на мысль об их близком родстве.

– Вы кто? – грозно спросила натуральная блондинка с выражением брезгливости на лице.

– Адриана Великолепная! – гордо отчеканила я.

Да, не спорю, с фамилией мне повезло. Да и имя не подкачало. Сразу видно, что девушка я скромная, но не из простых. А тех самых благородных, которые еще пару веков назад правили миром. Но было это слишком давно и, увы, от них осталась мне в наследство лишь фамилия. Нет бы оставить какой-нибудь замок за границей или бунгало на индивидуальном острове. Можно, конечно и яхту, а еще пентхаус с бассейном на крыше. Эх, как жаль, что мне больше не снятся такие замечательные вещи во снах. Теперь мне снятся лишь горячие мужчины, занимающиеся любовью и, увы, не со мной.

– Это шутка такая? – спросила шатенка, обращаясь явно не ко мне.

– Нет. Это действительно её фамилия. Представляешь, Сюзанна! Это недоразумение называют великолепной? Сто процентов! В восемнадцать лет девица фамилию сменила. Начиталась любовных романов и косит под благородную.

– Фи. Что за моветон! Каждая козявка должна знать свое место! – противно прогундосила кадровичка, одетая в яркое леопардовое, умопомрачительно короткое платье.

Жутко захотелось выпустить свою тёмную сторону наружу. И наслать на кадровичку прыщи, диарею и насморк. И всё это одновременно, чтобы она металась между туалетом и зеркалом. Может я конечно и жестока, но и у меня нервы не железные. Но загнав свою тёмную сторону обратно. Не стала ни опровергать, ни соглашаться с этими домыслами. Лишь только по шире отрыла глазки и быстро, быстро заморгала. Это маленькое ухищрение как нельзя лучше сработало. Окинув меня презрительным взглядом и не найдя во мне ничего великолепного, девы отвернулись к мониторам. Блондинка, отдав пропуск, сообщила, что мне на десятый этаж в отдел «Порочных мыслей». Напоследок, окатив меня морем презрения, удалилась на своё рабочее место.

Мысленно попрощавшись с кошечками, уже лёгкой походкой отправилась к лифту. А жизнь то налаживается. В голове моей нет посторонних глюков, своих хватает. И это великолепно! Счастливо улыбаясь и чуть ли не приплясывая, подошла к лифту. Рядом со мной остановился парень приятной наружности. Очевидно утром купавшийся в дорогущем одеколоне. Подмигнув мне, он нажал на кнопочку вызова. Настроение у него видимо было преотличное, раз он решил поболтать с такой невзрачной букашкой, как я.

– Вы новенькая? Я вас раньше тут не видел, – я кивнула.

– А вы всех знаете, кто тут работает? – слега удивилась.

– Нет. Но вас запомнил бы. Вы как бельмо на глазу у собаки. Извините за сравнение, – и он смущённо улыбнулся.

Вот умеют же люди, сказав гадость, при этом выглядеть: смущенно, невинно, наивно. Ух. От такого коктейля меня аж пробрало. Мне такому учиться и учиться. Но я на него почти не обиделась. Я в этом месте действительно смотрелась несуразно. Но, судя по реакции работающих здесь людей, я выполнила первый пункт своего плана. Меня запомнили. А к худу это или к добру время покажет.

Я сделала большие глазки, растянула губы в улыбке и захлопала ресничками. Мужчина вздрогнул и кисло в ответ улыбнулся. Видимо красавчик не ожидал такой реакции. И очевидно рассчитывал на крик и слезы. И такое моё поведение в его планы ни как не входило. Хлопая ресничками, хорошо запомнила своего обидчика и решила при встрече отплатить мужчине той же монетой.

Зло должно быть наказано. И ничего, что оно в малых масштабах. И ничего, что я с ним отчасти согласна. Но он мужчина, слабый пол и их нужно воспитывать. Змей бы со мной не согласился, но я-то знаю мужскую слабость. Не один мужчина ни откажется от девушки, которая готова разбить ему сердце. И чем я не подхожу на такую роль? Ведь на самом деле я ещё ни в кого не была влюблена. Чтобы так, чтобы готова придушить объект своего почитания. От избытка чувств, конечно же. Я уверена, что этот мужчина так же разбил не одно хрупкое девичье сердце. Так что ему полезно побыть на другой стороне.

Точно разобью ему сердце. Просто так, чтобы другим работающим тут красавчикам было неповадно. Жестоко? Возможно и так. Моя внутренняя тёмная сторона внезапно отступила, а светлая включила совесть. И я согласилась отложить кару на неопределенное время. Пока я молча стояла и рефлектировала, с верхних этажей спустился лифт.

Лифт был большим и вмещал в себя много народа. Но почему-то никто из него не вышел. И нам с красавчиком пришлось встать рядом друг с другом, лицом к двери. Никто из присутствующих в лифте не дернулся. Стояла гробовая тишина. Я даже тайком оглянулась через плечо. Действительно ли здесь есть кто-то ещё, кроме нас двоих. Все стояли с отсутствующим выражением на лицах. Мне они напомнили неживых манекенов или роботов-андроидов. Стало жутко. Захотелось побыстрее выйти их этой закрытой клетки. Красавчик удовлетворенно хмыкнул, а с моих щёк сошла краска. Мне уже не было радостно и смешно. Это уже напоминало фильм ужасов. Секунда, другая. И все зашушукались. Я напрягла слух, но так и не смогла разобрать слов. Брови мои стали домиком, и я поневоле обнажила зубы. Эх, жаль, утром не было времени когти наточить. От моих кровожадных мыслей меня отвлек незнакомый красавчик.

– Вам какой этаж?

– Десятый, – холодно ответила я.

– Оу. Ну, тогда понятен ваш наряд и ваше поведение. Там одни задроты работают, – невежливо пояснил мужчина.

А мне захотелось зашипеть и наступить ему на ногу. Но я лишь в очередной раз захлопала ресничками. Это действие немного сбило мой воинственный настрой. Не думаю, что мне скажут спасибо в первый рабочий день за членовредительство. Я хорошо запомнила мужчину и наказала себе, что впредь буду держаться от этого невоспитанного типа как можно дальше.

Как только двери открылись на нужном мне этаже, выскользнула наружу, не прощаясь. Меня ждал рабочий мир, полный открытий, разбитых надежд и, возможно, гастрита.

Глава 11.

Мне необходимо было зайти к руководителю проекта, показать ему свои эскизы, обсудить план работы. Ознакомиться с рабочим местом, ну и приступить к самой работе. На ресепшене сидела девица с ярко-розовыми волосами. В носу кольцо, в ушах серёжки-туннели. На ухе гарнитура и похоже, она раздавала игровые команды:

– Гончар, сверни налево. Ты идиот? Не знаешь, где лево? Ну и козёл же ты! Из-за тебя, придурок, мы потеряли очки. Кто плохой руководитель? Я? Ах, ты ж сволота неблагодарная! Да я тебя на помойке нашла!– я с удивленным лицом молча ждала, когда девушка закончит нецензурно выражаться и соизволит обратить на меня своё царское внимание. Не знала, что на рабочем месте можно играть в игры. Хотя, о чём это я? Корпорация же выпускает игры. Розовая дива так забористо выругалась, что я, не удержавшись, хмыкнула и достала блокнот для записей. – Чего тебе? – рассержено спросила розовая фурия.

Она пристально смотрела на меня, и её сиреневые глаза ярко сверкали в лучах ламп дневного света накаливания. Удивительный и не обычный цвет глаз. Такого у людей не бывает. Хотя линзы в помощь. И будешь сегодня ты кошечкой, а завтра вампиром.

– Подскажите, пожалуйста, где кабинет Станислава Ивановича?

– Стасика, что ли? Ну и загнула, чувиха! Надо же было его так обозвать. Так у себя он, небось, как обычно, в носу ковыряется. Посмотри в триста десятом кабинете, – дива, царственно махнув рукой, неприличным жестом показала направление, куда мне следует двигаться.

– Благодарю-ю-ю, – протянула я совершенно растерянно. И, повернувшись, пошла искать кабинет начальника.

– Слышь, чувиха! – окликнула меня девица. Я остановилась и повернулась на зов. Ведь обращалась она явно ко мне.

– Слушаю вас, – я была предельно вежлива.

– А ничо у тебя прикид-то! Правда, выреза на кофте нет, да и юбка длинная. Ну, это дело наживное. Вольёшься! Если кто будет наезжать, зови меня. Меня Люсьен Розовая Ввыдра зовут.

– Спасибо. Я Адриана, – фамилию свою говорить не стала.

Чтобы не вызвать безотчетный смех у Розовой Выдры. Прозвище ей очень шло. Или то было дополнение к имени?

– Ну, удачи тебе, Адриана. Ещё увидимся, – я, кивнув, отправилась дальше по коридору.

Коридор, по которому шла, был широким, светлым и совершенно пустынным. И через каждые три метра двери. Поправив съехавшие на кончик носа очки, внимательно всматривалась в номера, висевшие на дверях. Что там говорила Люсьен?

– Триста девятый, кажется?

Тихонько постучала в закрытую дверь. Но ответа так и не последовало. Из кабинета доносились какие-то странные звуки. Я легонько её толкнула и остановилась с открытым ртом. Вопрос так и застрял в горле. Да и было от чего замереть. Совершенно недавно я уже вошла в одну дверь. Где Владлен занимался в постели йогой с двумя близняшками. Тут была не йога, но тоже довольно-таки пикантная ситуация.

Молодой брюнет со спущенными штанами наяривал разложенную на рабочем столе девицу. О том, что он не старый, говорили накачанная попка и ноги. На звук открываемой двери он даже не повернулся. Зато под ним заёрзала девушка с синими волосами. Брюнету, видимо, это не понравилось, и он изо всей силы шлёпнул её по румяной попке.

– Детка, не ерзай, – предупредил герой любовник, – а то в тебя спущу. – Девица, находившаяся под парнем, недовольно зашипела. – Вот. Вот и я тоже буду недоволен. Так что лежи спокойно, – сменив воркующий тон на бархатный, уже обратился ко мне. – Вы что-то хотели? А то, как видите, мы работаем, а вы прерываете важный рабочий процесс.

Я была настолько обескуражена ситуацией, что вообще забыла о том, что я хотела. Одна на рабочем месте играет в игры, другие занимаются на столе сексом. У них кто-нибудь вообще работает? В смысле, нормально кто-нибудь работает?

– Ну? Говори быстрее, что хочешь. Я сбиваюсь с темпа, а это очень плохо, – после этих слов я отмерла.

– Простите, что отвлекаю, – тихо промямлила я,– а какой номер кабинета у Станислава Ивановича?

– Напротив моего. Триста десятый. И можешь заходить к нему без стука. Он, когда работает, наушники надевает, чтобы не отвлекаться. Твой стук он не услышит. Стасик, дорвавшись до дела, вообще ничего не видит и не слышит. Так что в его отсутствие все занимаются, чем хотят.

Парень, схватив девицу за талию, резко развернулся с ней в мою сторону. И я могла теперь уже увидеть его лицо. Дикое, хищное, узкое. Чуть раскосые глаза героя – любовника сверкнули алым. И он, продолжая вбиваться в девицу, у меня спросил:

– У тебя ещё есть вопросы? Или желаешь присоединиться?

Девица, приподняв голову, уставилась на меня совершенно дикими глазами. Красотка улыбнулась, а моё сердце пошло от её улыбки в пляс. Передних зубов у девушки не было, зато был раздвоенный тонкий язык. Который то и дело мелькал не то во рту, не то в беззубой пасти. Да человек ли она? Или это дань новой моды? Глаза словно у змеи, и они мне говорили: иди отсюда подобру-поздорову. Тихо взвизгнув, конечно, от страха, а не от того, что научилась понимать змеиный язык. Поспешно отпрянула от двери. Дверь закрылась с громким стуком, а я некрасиво икнула. Отерев тыльной стороной ладони лоб, порадовалась своей предусмотрительности. Что вовремя успела убрать руку. А иначе отшибла бы пальцы.

«Андриана, – говорила себе, держась за сердце, – может, ну её, эту работу? Ну, не было у тебя денег, ну и тьма с ними. Пойдешь в парк рисовать портреты. Причём в любую погоду, и зимой, и летом. Хорошая работа на свежем воздухе. Так нет же, погналась за большим рублём, устроилась в крутую фирму работать. А тут вон оно как. Кто-то работает, а кто-то и разводной ключ на всех положил. Работает он, видите ли, а я им мешаю трудиться. Тьфу. Срамота, да и только. – Кажется, мой тон перешёл в активную фазу бабок, сидящих возле подъезда и блюдущих за всеми соседями. – Может, человек и правда работает? Кто их знает, этих неформалов».

Глава 12.

Только первый рабочий день, а у меня сердце бьётся, как в эпилептическом припадке. Я думала, что у меня мысли порочные. А тут, пожалуйста, воплощение чьих-то больных фантазий наяву. Я, как художник, привыкла к обнажённым телам, как к мужским, так и к женским. И всё же то, что увидела в кабинете – это уже был перебор. В учебном классе натурщики стояли в одной позе. А тут… Да ещё парень с девицей выглядели так экстравагантно, так не по-человечески. Что дух захватывало и бедное моё сердечко не хотело до сих пор успокаиваться.

На сей раз зашла без стука. Стасик, как говорила секретарь на ресепшене, был поглощён работой. Правда, в носу он не ковырялся. В ушах наушники, сам весь в мониторе. Волосы на голове всклокочены. Мужчина то и дело поправлял сползающие на нос очки. Я встала перед столом, не зная, как на себя обратить внимание. Уже и кашляла, и ногой постукивала о паркет. Всё бесполезно. Решила подойти поближе и посмотреть чем мой непосредственный руководитель так занят, что ничего не замечает вокруг.

Стасик Иванович рисовал на компе 3D изображение полуголой девицы. И у него явно что-то не получалось. То нос выходил кривой, то рука одна больше другой. Мужчина лепил разные детали одежды, совершенно неподходящие по цвету и фасону персонажу. Я стояла, смотрела и молча удивлялась, как он сюда попал на должность главного специалиста. Я ткнула пальцем в экран, показывая, что нужно добавить и что нужно убрать. Стасик Иванович всё же соизволил на меня посмотреть. Глаза у него при этом были совиными. Такими же большими и ничего не понимающими. А голос у мужчины оказался глубоким и на удивление красивым.

– Вы кто? И как сюда попали?

– Я ваш новый сотрудник, – подняв повыше бейджик, показала его своему будущему руководителю, – Адриана Великолепная, – Стасик не то при виде меня, ни то, услышав мою фамилию, брезгливо поморщился.

– Вы уверены, что вы к нам?

– Да, проверьте, пожалуйста, свою почту. Возможно, обо мне уже есть информация.

Почту он проверить не успел, зазвонил внутренний телефон.

– Да. Да, хорошо. Конечно, Агний Богданович, пришлю её к вам. Да, понял, немедленно, – руки Стасика дрожали, как и губы. – Вы чем так босса разозлили? Что он, как оглашенный в трубку орал?

– Не знаю, – искренне удивилась словам Стасика Ивановича.

– Идите. Пожалуйста, быстрее. Он так кричал, так кричал. Никогда его в таком состоянии не слышал. Поторопитесь, руководитель не любит ждать. Шестнадцатый этаж, секретарь вас ждёт у лифта.

– Хорошо, – только и смогла ответить.

Я искренне недоумевала. Что успела натворить. Ведь я только первый день на работе. И вот, пожалуйста, меня уже вызывают к начальнику. И имя такое знакомое – Агний… Может это ошибка? И вовсе не меня хотят видеть? Да и тот инцидент в кабинете, его же не было? Ведь так? Мне же всё показалось?

На негнущихся ногах дошла до лифта. Люсьен не было видно. Видимо, у девушки начался поздний завтрак. А может еще по каким делам покинула свой рабочий пост. Поэтому ободрить меня было не кому, как, впрочем, и указать направление. Как она это ранее сделала.

Когда я вышла из лифта на шестнадцатом этаже, то меня действительно встречала секретарь Софочка. Девушка при моём появлении скривила губки и проводила до кабинета начальства. Я словно мышка вошла в кабинет. И тут же остановилась, пятясь назад. Но дверь, как только я вошла, закрылась, и я уперлась в дверную ручку. Агний Богданович прибывал в гневе. Нет. Не так. В ярости.

– Адриана Великолепная! – руководитель компании метал молнии, брызжа слюной во все стороны, рыча и при этом не в такт повизгивая.

«Чёрт! – восхитилась я. – Как же он красив! И цвет лица благородный, багровый. Правый глаз дергается или всё-таки подмигивает? Нет. Всё-таки дергается. И губки надуты, и щечки лоснятся от пота. Словно он надувает невидимый шарик. И сейчас ещё чуть-чуть и лопнет. Не шарик, конечно же, его же нет. А Агний. Не мужчина, а пламя. Нет, яростный огонь. Вот. Глаза налиты кровью, словно драгоценные рубины. А зубы – жемчуга. Не мужчина, а мечта художника. Чтобы не упускать момента, вдохновившего меня на художества, вытащила из рюкзака блокнот и карандаш. Мужчина удивился, но накал гнева не сбросил. Он зарычал, а у меня от предвкушения задрожали коленки. Кажется, мой испуг его ещё больше воодушевил.

– Как вы посмели обмануть такую фирму, как Вы? Как мы? – исправил тут же свою оплошность руководитель.

–Я-я-я? – заикаясь, спросила у Агния.

–Да! Вы! Тут ещё кто-нибудь кроме вас есть? – он зло посмотрел в левую сторону от себя и потешно подёргал головой.

Я внимательно осмотрела кабинет, повернулась из стороны в сторону. Но кроме злого начальника там никого вроде не было. Хотя глаз его всё время косил в левую сторону.

– Да вроде нет никого. Объясните, я не понимаю, в чём проблема? – чтобы поддержать Агния, я пустила слезу и для убедительности хлюпнула носом. Ну и конечно, обидно, что меня обвиняют неведомо в чем. При чём уверена, что не заслуженно.

– Да вроде нет никого! – передразнил меня начальник. И, подкатив глаза к потолку, ещё больше побагровел.

– Может, вам скорую вызвать? Может, у вас сердечный приступ? – Агний как-то странно хрюкнул, но не засмеялся.

– Нет. Мне хорошо, мне отлично! Проблема в вас! – прохрипел Агний, пытаясь рукой ослабить галстук. Но он лишь сильнее сжал его горло. Я икнула. Что происходит? А мой, похоже, не состоявшийся начальник продолжил: Ваши рекомендательные письма, как и диплом – подделка! Фикция! Так что, дорогуша, ваш контракт аннулируется. Он скомкал лист, видимо договора и, кинув на тарелку, протянул за ним руку. Пальцы его дрожали, и мужчина явно боролся с кем-то невидимым за право обладания моим контрактом. Но бумага вспыхнула, и Агний взвыл дурным голосом.

Огонь жадно пожирал контракт и мои мечты на светлое будущее. Заработок, который я уже распределила по полочкам, рухнул из-за клеветы. Я столько лет училась, добивалась хороших результатов в учёбе, и тут на тебе! Обвиняют в том, что я принесла подложные документы!

– Вы свободны! Все свободны!– напоследок гаркнул несостоявшийся начальник. – Документы заберёте в отделе кадров.

Глава 13.

Что ещё могла сказать, кроме слов благодарности? И всё это было из-за растерянности и душивших меня слез. В какой-то момент вся моя бравада ушла и осталась лишь обида. В кабинете я держалась и старалась не вешать нос. Но как только вышла за порог, то как будто сдулась. Из меня выпустили воздух, как из того невидимого воздушного шарика, который так усиленно надувал Агний. Меня трясло от злости, обиды и разочарования в людях. Я пылала праведным гневом. Почему какое-то невежество может со мной так разговаривать? Кто ему дал такое право? Я такой же человек, как и он! Хотелось вернуться и наговорить несостоявшемуся начальнику гадости. Но я сдержалась и не стала опускаться до его уровня. Урок на будущее. Жесткий, неприятный, отвратительный.