Избранная. Приручение Демона

Я попыталась ответить, но язык отказался меня слушаться. Во рту было сухо, словно в Сахаре, ужасно хотелось пить. Я снова сделала над собой усилие, чтобы попытаться пошевелить хотя бы рукой, но всё, что у меня получилось сделать – это слегка дернуть пальцами. Что же со мной произошло? В памяти, будто дыра образовалась, когда я попыталась вспомнить последние события, перед тем, как потеряла сознание.

- Целители сказали, что как только ты придешь в себя, тебя нужно будет поить водой как можно больше. – Теплая рука Бальтазара легла мне на макушку и слегка погладила. – Приоткрой губы, если ты меня слышишь. – А вот эту просьбу я смогла выполнить, как ни странно.

Бальтазар поднес к моим губам стакан воды, и такая желанная жидкость потихоньку потекла в рот. Глотать самостоятельно я, к счастью, могла. Вода, словно живительная, заставила потихоньку прийти в себя окончательно, правда, пока только морально, а не физически.

- Тебя ввели в некое подобие состояния стазиса, поэтому ты практически не можешь управлять своим телом. Это было необходимо, потому что твоё неподготовленное к этому миру тело человека, не принявшее еще ипостась Избранного, чуть не осушил досуха Фэйтар*. – Продолжал для меня вести пояснительный монолог Бальтазар.

Надеюсь, эти Целители все физиологические рефлексы оставили подвластными мне, иначе Демона мог ожидать некий сюрприз в виде детской неожиданности, что очень бы меня огорчило. Я всё же собираюсь его женой стать, а тут такое «некомильфо»…

Напившись воды, я сомкнула губы, тем самым дав понять Бальтазару, что пока хватит. Поняв меня по одному лишь движению, мужчина убрал стакан от губ. Какое, однако, ужасное состояние, когда ты абсолютно беспомощен. Я вот даже спросить у него не могу, кто же такой этот Фэйтар, а любопытно было ой как. Чувствую себя запертой в собственном теле.

Стоило сухости в горле пропасть, как я стала себя заметно лучше чувствовать. Но двигаться так и не могла. Интересно, как долго это состояние продлится? Я же не выдержу больше, чем один день, начну с ума сходить, потому что привыкла всегда быть в движении. Похоже, этот мир немного переборщил с отдыхом на одну меня. Чуть вон в вечный отпуск не отправил судя по всему, раз для моего лечения понадобились какие-то там Целители.

Бальтазар продолжал сидеть рядом, а его рука постепенно спустилась к плечам, провела легонько по руке, словно в задумчивости, и остановилась у ладони. Судорожно выдохнув, он всё же крепко сжал мою ладонь в своей руке.

- Ты меня очень сильно напугала. – Надломанным голосом произнес Бальтазар. – Когда Рэнай принес тебя прямиком ко мне в кабинет, вот такую вот практически бездыханную, держа на руках, я подумал, что проклят Богами. Не знаю, правда, за какие такие грехи… - А я от неожиданной концовки даже воздухом подавилась и слегка закашлялась, чем и прервала невольно откровенную речь Демона.

А я уж было подумала, наивная, что он переживал за меня из-за тех самых высоких чувств, которые взялись у него непонятно откуда за эти два дня, а тут, оказывается, причина кроется в его уязвленном эго. Боги его прокляли, вы посмотрите! Я тебя так прокляну, так прокляну по голове, как только очнусь, ледышка ты бесчувственная, что вся их кара вместе взятая покажется тебе Раем! Кто же такие вещи говорит больной девушке? И кто он после этого? Идиот, не иначе!

Надеюсь, что в следующий раз, когда я приду в себя, меня, наконец, выведут из этого стазиса, чтобы я хорошенько могла отходить ремнем невоспитанного Демона и провести с ним воспитательную беседу о том, как нужно вести себя с девушками. Ух, аж руки зачесались, стоило представить себе эту занимательную картину. Еще и Рэная прихвачу в качестве живого примера!

Бальтазар всё еще держал меня за руку, а я, не придумав ничего лучше, сосредоточилась на ощущении тепла его руки и не заметила, как уснула.

Второй раз я очнулась в более-менее сносном состоянии, даже глаза смогла открыть, чем и воспользовалась, бегло оглядев комнату. Это была определенно не моя спальня, скорей всего, очередная гостевая или ВИП палата в их местной больничке, но точно не комната Демона-Императора. Также во время осмотра выяснилось, что отдыхала я в гордом одиночестве.

То, что никого рядом не обнаружилось, тоскливо отдалось внутри, напоминая о жизни на Земле. Нет, Карина, ты обещала себе перешагнуть рубеж и оставить все в прошлом. Так что забудь уже об этом.

Солнце мягко светило в окно, солнечными «зайчиками» отражаясь от зеркальных поверхностей, создавая тем самым на стенах и потолке иллюзию звездного неба днем. Я залюбовалась этими «зайчиками», потому что ничем больше заняться не могла в принципе, кроме как моргать и рот открывать.

Чувствовала я себя на удивление хорошо, даже хотелось встать и размять мышцы, потому что тело в некоторых местах покалывало тысячей иголочек, что отнюдь не способствовало комфортному отдыху в постели. Ощущение было сродни тому, когда отлежишь руку, и она «засыпает».

Скука постепенно овладевала мной, но я даже «м-м-мыкать» не могла, чтобы хоть как-то себя развлечь. Приду в себя, определенно займусь отмщением всем тем, кто приложил свои лапки к моему нынешнему состоянию. Не могла же я сама себя довести до подобного, в конце концов!

Не знаю, сколько я так пролежала, но по ощущениям – несколько часов, а вот если смотреть по теням от солнца на полу и стенах, то не так уж и много. В какой-то момент захотелось плакать от скуки и от жалости к себе, что меня бедную-несчастную никто не навестил. Слезы ручейком потекли вниз, заливаясь в уши и щекоча их. От этого захотелось смеяться и от чего стало еще обиднее.

Всхлипнув, разревелась уже по-настоящему, да так горько, словно маленькая девочка, брошенная в больнице родителями.

В таком состоянии меня и застал вошедший в комнату Демон. Увидев то, что я плачу, он сперва опешил, а затем сложил руки в широкие рукава императорского наряда, и, подойдя к моей постели, сел на противоположный от меня край. Всё-таки, что ни говори, а мужики боятся женских слез, тут уже против инстинктов никак не попрешь.

- Почему ты плачешь? – Вместо ответа я зарыдала еще сильнее, в голос. Демон, увидев это, мягко рассмеялся. - Меня ведь не было всего полчаса, а ты уже сырость разводишь! – Пожурил меня Демон-Император. – Мне нужно было срочно подписать кое-какие бумаги, Совет прислал.

Его мягкий тон и эта немного нестандартная реакция на женские слезы удивила настолько, что я даже перестала плакать, только сейчас понимая, что могу издавать звуки. Что ж, могу себя поздравить с апгрейдом, я эволюционировала из обычной немой рыбки в рыбу-кита. Уже какой-никакой, а прогресс.

- Всё? Нет больше причин плакать? – Насмешливо спросил Бальтазар, перекинув длинные белые волосы на другое плечо, чтобы лучше меня видеть. Его синие глаза сейчас напоминали небо летним днем, согревая, а не обдавая холодом, как обычно это происходило при встрече с ним. – Ты так на меня смотришь, будто хочешь что-то сказать. – Продолжал издеваться Демон, поднимая во мне волну негодования.

Да, я хочу! Много чего сказать ему хочу, и в большинстве своем – нелестного!

- Кстати говоря, нам действительно нужно с тобой поговорить, Ка-Ринна. – Внезапно что-то вспомнив, Бальтазар помрачнел, а его синева неба в глазах сменилась темным грозовым небом.

Я напряглась, когда так начинают разговор – жди беды. Да что такого я успела натворить за один день? Почему память не возвращается? Я не припоминаю, чтобы раньше нечто подобное со мной вообще происходило. Память всегда работала, как часики, я никогда на нее не жаловалась, а тут – пытаюсь вспомнить, и сразу же накрывает адская головная боль.

Вот и сейчас, стоило мне поднапрячь мозг, чтобы вспомнить вчерашние события (или позавчерашние? Я даже не знаю, сколько дней провела в отключке!), как в голову впились болезненные иголочки, не давая сосредоточиться.

- Давай мы с тобой сейчас снова выпьем воды, и ты отправишься отдыхать дальше, набираться сил. – Демон пошел за стаканом воды, разговаривая со мной при этом, как доктор с психиатрическими больными – медленно и растягивая слова. А мне хотелось вопить: «Да отдохнула я! Выспалась на тысячу лет вперед! Выпустите меня отсюда-а! Ахтунг!»

В реальности же это выглядело так – я продолжала лежать бревном в постели (благо не на брачном ложе), и единственное, что у меня неистово вращалось от злости на этот мир и нелюдей, - это зрачки!

- Я понимаю твои эмоции. – Вот ни черта ты не понимаешь, Демон! Если бы понимал, то не был бы таким непрошибаемым, словно скала! Бальтазар снова присел рядом и наклонил к моим губам стакан с водой. – Пей.

Я послушалась, потому что действительно очень хотела пить. Но с каждым глотком воды, старалась придать глазам еще более злобное выражение. В какой-то момент, не выдержав, мужчина убрал недопитый стакан на прикроватную тумбочку и расхохотался.

- Ты похожа на взъерошенного въорёбьйа. – Исковеркал земное слово Демон, имея в виду «воробья». Я постаралась задействовать все свои мимические мышцы на лице, чтобы передать ту гамму эмоций, что я испытала при искореженном бедняге «въорёбьйэ». Мама дорогая, мне даже мысленно трудно это выговорить. Нарочно и не скажешь.

- Ладно, пошутили и хватит. – Постепенно его смех сошел на «нет», но на губах еще блуждала улыбка. – Тебе пора отдыхать.

Вот ведь заладил! Недаром говорят «бойтесь своих желаний»… Захотела отпуска, как у его родителей, хотела не работать, а отдыхать – на тебе, Карина, хоть заотдыхайся! И попробуй только пожаловаться. А, точно, ты ведь теперь немая! Ха-ха-ха! Смешная шутка восьмидесятого лэвэла от тётушки Жизни.

- У-у-у! – Вырвалось у меня. Бальтазар аж отсел немного подальше, искоса на меня поглядывая.

- Ну, я, пожалуй, пойду..? – Получилось вопросительно, а не твердо, мужчина даже сам нахмурился от неожиданности, мол «чего это я?». – Да, я пойду. – Повторил еще раз более убедительнее, скорее, сам для себя. - В следующий раз ты уже прекрасно сможешь разговаривать и головой по сторонам вертеть. – Обнадежил Демон и намылился свалить.

«Стой! Куда пошел?!» – хотела я сказать, но вырвалось только невнятное «мычание».

Протирая длинным Императорским нарядом полы Дворца, Бальтазар обернулся у самой двери и сказал:

- Я сожалею, что мы не встретились раньше, Ка-Ринна. – В синих глазах промелькнула грусть, и, подняв руку вверх, он щелкнул пальцами, а мой мир погрузился во тьму, не позволив обдумать сказанные Демоном слова.

***

Я задумчиво шел вдоль коридоров Замка, заложив руки за спину. Слуги, шедшие мимо, то и дело кланялись своему Императору, но я практически не замечал этого. Все мои мысли занимала Ка-Ринна, и это было весьма и весьма странным.

Последние десять лет постоянной жительницей в моей голове была только Элисса, её единственный нежный взгляд в мою сторону, когда я был гостем в Вечном Городе, почти поцелуй той ночью, белая кожа, бархатная на ощупь…

Все это мучило меня. Я каждый раз думаю, а если бы Лексинар не похитил её, как бы сложились наши отношения? Я бы определенно влюбился, да и она, судя по всему, тоже. Что-то в ней могло перерасти в нечто большее, чем просто дружба. Но я потерял ее, дважды. Сначала своей самоуверенностью, что она никуда не денется, потому что Избранная, а потом – глупостью.

Да, та самая прекрасная ночь в моей жизни, когда она почти ответила мне взаимностью, стала глупой ошибкой для меня. Я своими же руками еще больше укрепил их с Лексинаром связь, когда она выпрыгнула из окна Дворца, чтобы брат отвлекся от жажды убийства одного глупого Демона. Жалею ли я об этом? И да, и нет. Жалею, потому что, как бы там ни было, я не хотел разрушать счастье брата и Элиссы. И одновременно не жалею, потому что это стало единственным светлым воспоминанием за последние десять лет.

- Бальтазар. – Рэнай появился передо мной в незастекленной арочной выемке коридора, паря на своем неизменном средстве передвижения – туманной повозке. – У меня плохие новости.

- Последнее время ты только и делаешь, что их приносишь. Причем в буквальном смысле. – Поджал губы, вспоминая, как Лис появился в моем кабинете с бледной девушкой на руках. Хранитель давно привык ко мне, поэтому на мое недовольство не обратил никакого внимания.

- Сообщения об убийствах теперь появляются и из Имперского Города. Похоже, убийцы совсем потеряли страх, перебравшись из Приимперского Города сюда, и убивая прямо у нас под носом. – Прошипел Рэнай, а шерсть на его хвосте и ушах вздыбилась. – Их нужно срочно поймать.

- Почему убийц до сих пор не выследили? – Я почувствовал, как глаза от негодования наполняются Первозданной Тьмой – силой, которая дана всем Асурам от рождения самим Богом Тьмы. Рэнай не отвечал несколько секунд, ожидая, когда первый гнев Императора пройдет.

- Я предполагаю, что у них есть влиятельная защита, кто-то из высшего общества. Возможно, кто-то из Замка. – Выудив веер из рукава, он взмахнул им, рассекая воздух, и передо мной появилось проецируемое воспоминание совсем недавнего прошлого. – Все убитые – молодые девушки. – Лис сопровождал рассказ подтверждающими картинами воспоминаний. - Также, моим шпионам удалось выяснить, что это не простые убийства. Зацепки указывают на то, что это – организация, или же культ.

- Культ? Ты имеешь в виду Жрецов? – Жрецы на Идеоне – одни из самых миролюбивых жителей, поэтому я решил уточнить.

- Нет, Бальтазар. Тут работает культ совсем иного рода. Мы пока понятия не имеем, для чего они одних похищают, а других просто убивают, но между этим всем определенно есть какая-то взаимосвязь, последовательность. – Прикрыв веером рот, Лис когтями размыл застывшее в воздухе воспоминание не просто убитых, а жестоко растерзанных женщин, которых он видел на месте убийства.

- Нужно немедленно этим заняться, пусти в ход хоть все силы Империи, но разберись с ними, сотри с лица Идеона эту чернь. – Прорычал я. – Нет, как только найдешь главного, оставь его мне на десерт. Я хочу узнать, чем он руководствовался.

- Слушаюсь, господин. – Поклонился Хранитель, и взмыл в небо, отправляясь исполнять приказ немедленно.

Последние десять лет ничего не происходило, словно затишье перед бурей, но стоило родителям и Элиссе с Лексинаром отправиться на Землю, а моей второй Избранной найтись, как все самые ужасные слои Идеона начали выползать наружу. И где их, спрашивается, раньше носило? Или же в этом как раз-таки и есть та самая взаимосвязь, которую ищет Рэнай? Позже стоит обсудить с ним это предположение.

Вздохнув, отправился на Совет Магов, чтобы вынести на обсуждение убийства и их возможную связь с культом. А чуть позже, снова навещу Ка-Ринну. За ней нужен глаз да глаз, ибо Фэйтар ее так просто в покое не оставит, и даже выставленная вокруг комнаты защита долго не выдержит, стоит духу надавить на неё посильнее.

***

В третий раз я проснулась уже только с одной единственной мыслью – встать с этой кровати, во что бы то ни стало. Даже (или особенно?) если мне придется заставить Демона таскать меня на руках.

За окном было темно, и я в которой раз посетовала на тему того, что в этом мире нет часов. Это ужасно, просыпаться и понимать, что ты понятия не имеешь, сколько сейчас времени, и в довесок ко всему его еще и негде посмотреть. Хоть бы песочные часы изобрели, ну ей богу.

Попытавшись сжать руку в кулак, проверила, могу ли двигаться. И, о чудо, мое тело послушно выполнило команду! Вот только отлеживание боков не прошло для меня даром - нужно было сделать усилие, чтобы выполнить то или иное движение. Но я радовалась и этому.

С горем пополам поднявшись с постели, накинула шелковый халатик, висящий на вешалке рядом с кроватью, и первым делом пошарила по комнате глазами на предмет еды, которой и не пахло. Я серьезно. Они что, решили меня на диету лечебную посадить? Не-не-не, мы так не договаривались! Водную диету пусть Бальтазар сам соблюдает, если хочет. Кстати, о воде.

Увидев стакан с жидкостью, я чуть ли не залпом проглотила живительный напиток. В пустом животе после моего необдуманного поступка вода начала неприятно переливаться из стороны в сторону, создавая дискомфорт и бульканье. Поморщившись, решила не обращать на это внимания. Сейчас первым делом нужно вспомнить дорогу до кухни, а там мы быстро исправим эту досадную оплошность.

Поискав глазами зеркало, отправилась туда, чтобы осмотреть свой внешний вид. Не выйду же я на люди, словно кикимора болотная. Но стоило мне увидеть свое отражение в зеркале, как глаза полезли на лоб от шока. Мать моя – женщина! В моей выкрашенной в ярко рыжий цвет шевелюре с едва отросшими русыми корнями появилась прядь седых волос! И это в восемнадцать лет! Это чем же нужно было меня так довести, что я поседела от испуга?

Выудив из копны волос седую прядь приличного размера, покрутила ее из стороны в сторону, все еще не веря своим глазам. Найду Бальтазара, заставлю его собственными руками закрашивать это безобразие!

- Ка-Ринна, рад видеть, что ты можешь свободно передвигаться. – Я шарахнулась в сторону от зеркала, испугавшись внезапно раздавшегося позади голоса, задев при этом ногой край ковра, и полетела вниз. Приготовившись к боли от столкновения с твердой поверхностью, не сразу поняла, что меня держат. – Поймал. – Демон расплылся в улыбке, которая могла растопить ледники, и я мигом забыла, что только что угрожала ему мысленно. Ладно, за спасение моей тушки, его можно считать прощенным. Сама потом чем-нибудь закрашу.

Я растерянно смотрела на Бальтазара, находясь в его уютных объятиях, и в какой-то момент поняла, что не хочу, чтобы он меня отпускал. Наши лица были так близко, что я чувствовала запах его тела, оказавшийся невероятно притягательным. Он пах первым снегом, первым холодом, приятно и освежающе.

Бальтазар все это время напряженно смотрел на меня, держа на руках. Не понимая, что делаю, я слегка склонилась к нему, едва касаясь своими губами губ мужчины. И тут Демон будто пришел в себя, а его темные брови сошлись на переносице.

- Договор, Ка-Ринна. – Негромко, но от этого не менее холодно, напомнил Бальтазар. И в этот момент все очарование его поступка растворилось, оставив после себя неприятное послевкусие.

Я сглотнула ком обиды, и попросила его опустить меня на ноги, одновременно с просьбой пытаясь высвободиться. Мужчина не стал меня удерживать, но помог принять вертикальное положение, слегка придерживая при этом за плечи.

- Как ты себя чувствуешь? – Начав разговор первым, после недолгого и неловкого молчания, Бальтазар сразу же отпустил меня, когда увидел, что я могу стоять самостоятельно без его помощи.

- Чувствую, что сейчас отгрызу тебе руку, ибо помираю с голода. – Упрекнула его, огрызаясь, и украдкой поглядывая в зеркало, чтобы посмотреть, как я выгляжу, а то я слишком увлеклась седой прядью, забыв осмотреть себя в принципе. Почему-то мне не хотелось выглядеть при Демоне неухоженной страшилкой.

Честно говоря, я не выглядела больной, даже наоборот, ушли темные круги под глазами – мои вечные спутники на Земле, улучшился цвет лица, губы стали розовее, насыщеннее, а серый цвет глаз заменил насыщенно бирюзовый, который смотрелся неестественно для человека. Волосы, несмотря на то, что я только что встала с постели, смотрелись так, словно я вышла из дорогущего салона красоты, где мне только что сделали укладку и ботокс. В общем, выглядели они так, как обычно у Бальтазара.

По итогу, результат осмотра своей внешности меня порадовал, а вот Демон наоборот разочаровал.

- Тебе нельзя пока есть, только пить воду, - «обрадовал» меня чудесной новостью. Что ж, в своих предположениях я оказалась не так и далека от истины. Будут морить голодом бедную меня.

- Признайся честно, - прищурилась и скрестила руки на груди, - ты смерти моей хочешь?

- Твое тело поддерживает магия Целителей. Так что не строй нелогичные предположения. – Демон был явно не в духе. Похоже, я начинаю подмечать перемены его настроения, сквозь маску «морда-кирпич», которую он носит каждый раз, когда находится рядом со мной.

- Что же они тогда своей магией чувство голода забыли убрать? - Продолжала скофнить, кушая мозг Демона ложечкой. - У нас вот врачи умеют кормить через кровеносные сосуды, в вену иглу вставили, систему подключили и вуаля – ты сыт. Парентеральное питание называется, между прочим. – Сумничав, задрала подбородок вверх и состроив умные глазки.

- Ты хочешь обратно? – Невинно уточнил Бальтазар, присев в кресло, стоявшее рядом с кроватью.

- Вот что ты за нелюдь? – Цокнула языком и тоже прошла к кровати, чтобы присесть, ноги едва держали, отчасти от того, что еще не расходилась, отчасти от фантомного ощущения близости Демона и его дыхания на своих губах, которое и не думало проходить даже после того, как Бальтазар отстранился.

- Моя раса - Асур. Вроде бы, я тебе об этом уже говорил. – Это его хобби, наверное, отвечать на риторические вопросы. Впрочем, я уже не удивляюсь. В первый раз было смешно, второй раз – удивляешься, что снова отвечает на то, что не нужно, а в третий раз – это уже патология.

- Почему я ничего не помню? – Перевела тему, смотря на то, как гладкие и блестящие белоснежные волосы Бальтазара идеально лежат на спинке кресла. М-да уж, девчонки с колледжа бы обзавидовались, там каждая вторая ходит в дорогущие салоны или к косметологу, чтобы добиться такого эффекта.

- Потому что Целители сочли последние события травматичными для твоей психики, и приняли решение немного очистить твою память. – Ответил Демон с видом «да нет в этом ничего такого, обычное дело».

- А меня они спросить, как погляжу, забыли. – На эмоциях зло хлопнула руками по кровати с обеих сторон от себя. – В следующий раз, дорогой жених, только попробуйте не спросить того, чего хочу я! – Бальтазар на мою гневную тираду только расплылся в улыбке. Создавалось впечатление, что ему даже нравится подобное поведение с моей стороны. Хотя, если учесть, что до меня все перед ним пресмыкались, не удивительно. Мужик, наконец, почувствовал вкус строптивой женщины.

- Хорошо, в следующий раз мы обязательно спросим твоего разрешения, прежде чем сделать то, что необходимо. – Сыронизировал Демон, пробегая изучающим взглядом по мне.

- Так что произошло? – Решила стоять на своем до последнего. Никому не позволю что-то у меня отбирать.

- Ты, правда, хочешь это знать?

- Я знала, пока у меня это не отобрали насильно. – Еще раз с нажимом повторила я, твердо глядя в его синие глаза.

- Рэнай предложил тебе прогуляться по берегу моря. – Сдался Бальтазар, первым отводя взгляд, тем самым признавая свое поражение.

Да, я помню, что Лис соблазнил меня походом к морю, помню, как мы гуляли по рынку, помню, как впервые увидела синюю гладь воды, почувствовала свежий бриз, а дальше память обрывается. Что такого могло случиться?

- Это я помню, что было дальше? – Испытывая легкое раздражение, начала постукивать ногой об пол. Любой другой на месте Демона уже бы психанул, и сказал мне перестать, как это делали воспитательницы в приюте, но ему было хоть бы хны. Вот это пофигизм, я даже начинаю завидовать.

- Всё было хорошо, Рэнай наблюдал за тобой, как ты с визгами вбегаешь в море, пару секунд смотришь на волну, идущую на тебя, а потом исчезаешь. – С каждым его словом, стертые детали по крупицам возвращались, восстанавливая насильно забытые события прошлого. И вот я снова переживаю эти страшные мгновения, когда воздух покинул мои легкие, страх смерти, а затем перед внутренним взором появилось странное существо, спасшее меня. И это точно был не Рэнай.

Я поморщилась. Вернулась головная боль.

- Дай я помогу. – Мягко предложил Демон, вставая с кресла.

- Не нужно. – Не хочу принимать помощь от того, кто без зазрения совести может согласиться, чтобы почти жене стерли память. Пусть лучше вон Целителей своих позовет, от них это хотя бы ожидаешь.

- Не упрямься. – Легонько щелкнув меня по носу, мужчина присел передо мной так, чтобы наши лица были на одном уровне. И протянул руки к вискам. От его прикосновения к коже разлилось приятное чувство прохлады, успокаивая головную боль. – Я не Целитель, но кое-что умею. – Мягко улыбнулся Демон, а я залюбовалась этой улыбкой. – Вот так, теперь будешь как новенькая. И, кстати, на самом деле, память нельзя стереть до конца, только притупить воспоминания. Если бы я или Рэнай тебе не напоминали, ты бы забыла этот неприятный момент из своей жизни, но ты оказалась прямой. – Довольно хмыкнул Демон, потрепав меня рукой по макушке, как ребенка.