- -
- 100%
- +
Кащей Бессмертный
Холодные залы дворца, спрятанного от глаза путника уходящими ввысь горами, осветились светом факелов, которые несли мертвяки, восставшие из могил и призванные черным колдуном – Царем всех мертвых. Застывшие лица марионеток с остекленевшими белесыми глазами повернулись на звук тяжелых шагов, эхом разносившихся по замку. Выложенный из камня пол дрожал под поступью могучего колдуна. При его приближении мертвяки застыли, устремив невидящий взор в пустоту, раболепно согнув колени и сложив холодные руки на груди.
Черный колдун тем временем спустился по лестнице с верхних этажей и, глядя прямо перед собой, прошел мимо услужников, не удосуживая их своим вниманием. Черный шелковый плащ, усыпанный драгоценными каменьями, сверкал и переливался в свете огня, отбрасываемого от стен факелами. Металлические сапоги, доходящие ему до колен, позвякивали, соприкасаясь при ходьбе. Длинный меч, вставленный в позолоченный ножны, висел с боку. Войдя в залу, окинул ее великан мрачным взгляд и взошел на свой трон, высеченный из черного камня. На спинке трона того сияли рубин, изумруд, сапфир, алмаз и черный бриллиант. Белый и черный кристаллы символизировали слияние начала и конца. Сливаясь, указывали на то, что нет двух алмазов – есть лишь Один изначальный Бриллиант. Земные звезды, украшавшие трон, не имели цены и равных им по чистоте и красоте не было на свете. Но обладать ими мог только тот, кому под силу было обуздать их магию. Если же человек прикасался к камням тем, рожденным в Царстве темном слиянием реки, чьи воды сводили с ума, и огнем, поглощающим души, лишался в тот же миг он и души и разума, оборачиваясь в темное безликое создание, единственной целью которого было служить своему новому повелителю.
Медленно взобравшись на трон, обратился к одному из прислуживавших ему мертвяков громовым голосом:
– Были вести с земли русичей?
Распластавшись на холодном полу, прислужник трижды ударился лбом об пол и сообщил:
– Все идет по плану, повелитель. Гусляр в плену темных чар. Больше он не воин. Княгиня обвенчалась с упырем…
– А что князь? – Прервал его колдун.
– Поехал к Яге.
– Не допустить! Я бы эту ведьму раздавил, – прошипел он, сверкая глазами, – да нужна она пока. Если не удастся дух Добрыни сломить, Яга докончит дело.
– Что с младенцами делать?
– Отдать их моему воеводе. Пусть воинов темного царства из них растит.
– Слушаюсь, повелитель, – ответствовал мертвяк и начал отползать в сторону.
Но не успел он скрыться, как подул ветер пронизывающий. Вихрь черный влетел в залу, где сидел колдун, долетел до самого трона и замер. Рассыпался тот столп на тысячи мелких осколков и поднялся от них густой, зловонный туман. А когда туман рассеялся, перед колдуном предстал упырь. Тот самый, что недавно в покоях княгини Ольги был. Низко поклонившись, упырь провел рукой по лицу своему и обернулся юношей, красоты невиданной. Черные брови прямой дугой сходились над его переносицей. Горящий взор темных глаз завораживал. Холодное лицо его было спокойным и серьезным. Статная фигура облачена в бархатный костюм заморского покроя. Алый плащ расшит золотыми узорами. Несмотря на грозный вид, юноша казался печальным, будто тоска его гложила. Взглянув на колдуна, поморщился брезгливо, но глаз не отвел.
– Поди прочь, – приказал он мертвяку, все еще стоявшему на коленях. Мертвяк шевельнулся и уполз за колонну.
– Чего такой смурной? – Спросил колдун, не сводя холодного взора с упыря.
– А то ты не знаешь? – Прошипел упырь.
– И знать не хочу. Срок твоей службы еще не закончен! – Прогремел голос с трона. – Ты сам ко мне пришел. Чего же теперь удумал?
– Обманул ты меня…
– Обманул?! – Вскричал колдун, поднимаясь во весь свой гигантский рост. – Условия договора были тебе известны. Надо было раньше думать. Когда пришел ты ко мне и просил о помощи, разве не помог я тебе? Но последствия тебя тогда не особенно волновали. Сам помнишь, чего хотел? Победить пришедших в твои земли и великим князем остаться.
Юноша сжал кулаки, борясь с желание выхватить меч из ножен и заколоть колдуна. Но сдержался.
– Пока ты мне служишь верно, – немного успокоившись продолжал колдун, – и я свое слово держу.
– Дай мне увидеть ее.
Задумчиво смотрел на юношу с трона злодей, вертя в руках черный хрустальный шар.
– Отчего же не дать, – ответил он. – Проводят тебя к ней.
Сердце в груди князя забилось с прежней силой, как тогда, когда был он человеком, а не стал еще проклятым.
– Отведите князя к Хрустальной горе! – Гаркнул Кащей. – Пусть побудет там. Но не долго.
Откуда-то из дальнего угла зала появился другой упырь. Вот только облик человеческий он уже давно утратил и теперь походил больше на зверя, заросшего всклокоченной шерстью, покрывавшей почти всю его голову и руки.
– Следуйте за мной, великий князь, – ехидно произнес тот и обернулся летучей мышью.
Молодой князь поклонился Кащею, ударил ногой оземь и, сменив облик, вылетел следом за провожатым.
Кикиморы
Князь Владимир вскочил на Твердомира и, пришпорив, пронесся к городским воротам. Как тени следовали за ним его дружинники во главе с Драгомиром. Миновав ворота, выехали они на тропу, ведущую в лес. Луна светила в спину путникам, словно подгоняя их. Все дальше и дальше продвигались они по лесной чаще. Но вдруг остановились кони и начали бить копытами, фыркали и отказывались идти дальше.
– Да что такое? – Не понимал Драгомир, тыча в бока своего коня пятками.
– Оставь его, – приказал князь и похлопал Твердомира по шее. – Нечистую чуют. Хотят остановить нас.
Владимир вынул меч, готовый сразиться с нечистью, если понадобится. Меч его, как и мечи других воинов, были наделены силой рода, способной одолеть магию и разогнать чары колдовские.
В те времена мечи ковались кузнецами одной семьи. Хранили они в тайне процесс изготовления оружия. Говорили, что когда кузнец начинает ковать меч, прилетает к нему посланник от Перуна – Бога грома и молнии – и вкладывает частичку божественного начала в раскаленный металл. После того как меч готов и остужен в ледяной водице, относят его на могилу самого первого воина, втыкают в курган и оставляют так на три дня и три ночи, чтобы древний род передал и свои силы мечу. Во время первого сражения меч испытывает своего владельца. Если воин отважен и благороден, меч становится не только оружием в руках своего хозяина, но и оберегом. Пропитываясь кровью вражеской, набирает он силу, давая жизненные силы и воину, сражающемуся с его помощью. Поэтому такие мечи передавались из поколения в поколение и, в случае гибели бойца, умирали вместе с ним, коли некому было передать их дальше в руки.
– Достать мечи! – Скомандовал Владимир. Твердомир, заслышав волевой голос князя, склонил голову и двинулся вперед. Остальные кони пошли за ним.
– Глядите! – Вскрикнул один из дружинников и указал рукой в сторону. Князь натянул поводья и обернулся.
– Что это? – Начали перешептываться молодцы.
Между стволов деревьев показались обнаженные фигуры девиц. Их стройные тела светились белизной, заманчиво изгибаясь в лунном свете. По земле поплыл туман, поднимаясь все выше, окутывая всадников с головой. И тут до них донеслось пение. Голоса были прекрасны и полны неги и томы. Они влекли к себе, задурманивая рассудом.
Владимир тряхнул головой, отгоняя чары и прокричал: – Не поддавайтесь на колдовство, братцы! Рубите их со всей руки!
Взмахнул он мечом и рубанул по воздуху, прорезая острым клинком туман. Тут же спала перед ним пелена и увидел он вместо прекрасных дев, страшных кикимор с гниющими телами и спутанными волосами. Оказавшийся рядом с ним Драгомир последовал его примеру.
Когда выбрались они на опушку, не досчитались двоих дружинников. Уволокли их страшилища, задурманив разум, в болота.
– Держаться всем вместе. Иначе не выберемся, – произнес Владимир, переводя дух.
Оставшиеся дружинники были напуганы. Драгомир отвесил каждому крепкий подзатыльник, чтобы привести в чувства и повторил приказ князя.
– Ежели опять что привидится, жгите себя огнем, – посоветовал он, вспомнив рассказы отца о встрече с лесными чертовками.
Спрыгнул с коня, достал из-за пазухи кресало и кремень, разжег огонь. Выдал каждому дружиннику светоч, один из которых поджег и сказал:
– Как только прогорит, поджигай второй.
Двинулись они дальше по узкой тропе, ведущей к дому Бабы-Яги.
Златослав и чары гуслей
Очнулся Златослав в пещере незнакомой, когда забрезжил утренний свет, пробивавшийся сквозь щели в сводах горы и увидел, что лежит он на земле, а рядом с ним гусли черные. Опомнившись, вскочил на ноги и огляделся по сторонам, но ни алтаря, ни драгоценных камней на стенах было. Отошел он от гуслей, манивших его своей силой невиданной, вспомнил свои лебедушки разбитые и сжалось сердце его. Стал искать он выход из пещеры, но никак не мог найти. И тогда услышал голос девичий, просивший его сыграть на гуслях, чтобы тоску разогнать.
Повинуясь голосу, поднял Златослав гусли с земли, хотел было заиграть, но не сделал этого. Вспомнились ему давние дни, когда он и нынешний князь Владимир отправились впервые землю родную защищать. Сражались они с пришлым войском, превосходящим их троекратно. Владимир и отец его, стояли плечом к плечу, рубя головы вражеские. Посланная твердой рукой лучника стрела попала в ногу молодому княжичу, но он, не обращая на нее никакого внимания, продолжал сражаться, размахивая мечом и откидывая противника щитом. И тогда Златослав услышал голос своих гуслей, которые сказали ему: «Стрелу выпустили во Владимира. Пробьет его сердце стрела».
В то же мгновенье бросился Златослав наперерез той стреле и закрыл Владимира собой. Пронзила стрела его плечо. Повалился он наземь. А гусли снова пропели: «Вставай, Златослав, сражение еще не окончено. В землице отлеживаться – удел мертвых».
И поднялся он на ноги, не чувствуя боли, переломил стрелу, выхватил меч из ножен и пошел за своим князем в бой.
– Жив? – Услышал он голос Владимира подле себя и улыбнулся.
– Раз на ногах стою, значит жив!
И сражался он еще три дня. А когда окончилась битва, обнял его Владимир, прижав к горячему сердце и сказал:
– Век не забуду, что ты мою жизнь спас.
Горькая слеза скатилась по щеке гусляра. Предал он доверие князя своего. Поддался черной магии. Предал весь род свой. Неужели нет пути назад? И донесся до него голос отца из далекого прошлого:
– Сынок, добро со злом всегда будут биться. Так заведено в этом мире. Оступиться немудрено. С каждым бывает. Но ежели ты, оступившись, продолжишь противостоять злу, а не поддашься на его посулы, значит, ничего еще не потеряно. Вернувшиеся из тьмы к свету, обретают двойную силу и прощение.
Забилось сердце в груди Златослава, тряхнул он головой и расправил плечи широкие.
– Спасибо, отец, за слова твои мудрые. Лучше сгину сам, но не дам нечисти завладеть душой моей. Не предам доверия князя. Не посрамлю наш род.
Схватил он черные гусли и хотел разбить их о стены пещеры, но что-то остановило его. Глянул на них еще раз и почувствовал, что живые они. Такие же, как и его прежние гусли.
– Если кто-то вас зачоравал, значит есть способ исправить это.
И начал Злотослав играть на гуслях черных. Не слушались они его сначала, взывая к темному Царству и освобождая демонов и проклятые души. Кружили они над гусляром, устрашали, насылали на него видения разные. Просили играть как следует и подумать о друзьях своих и родичах. Но не слушал гусляр силы темные, вспоминая, что еще отец говорил: «Злотослав, не гусли на гусляре играют, а гусляр на гуслях. Мелодию выводит умелая рука и чистая душа».
Внял словам отца гусляр и заиграл не только руками, но и сердцем. И тогда демоны взмолились, прося его остановиться, а взамен обещали повиноваться ему, когда призовет их.
Тайна хрустальной горы
Хрустальная гора была невидима для обычного человека, так как лежали на ней чары. Только прочитав заклинание можно было открыть вход и войти внутрь. Когда-то давно построил эту гору белый колдун. Души умерших могли обитать в ней, возвращаясь на землю, чтобы свидеться со своими родными, находящимися в мире живых. Но однажды пропал волшебник и гора пропала, скрывшись от глаз людских, а души, что обитали там, оказались заточенными в ней. Забрал эти души Кащей. Те, кто согласились служить ему, перешли в темное царство, а те, кто отказался, так и остались в плену хрусталя.
– Ну что, князь, – язвительно произнес упырь, прочитав заклинание.
Оглядывая Хрустальную гору, сверкавшую тысячами огней, князь подошел к открывшемуся проходу.
– Не ходи за мной, – холодно произнес он.
– Как скажешь. Долго не задерживайся, а то останешься здесь.
– Что с того? – Угрюмо промолвил юноша.
Упырь вытаращил пустые глаза и облизнулся: – Не вынести таким как ты сияния чистого хрусталя. Испепелит он тебя. А тебя не станет, Кащей разбудит твою невесту и своей сделает.
Содрогнулся князь при одной мысли об этом. «На что же я тебя обрек, душа моя? На муки вечные. Надо было тебя послушать», – подумал он и вошел в гору.
– Ступай за огнями! – Прорычал ему в след упырь и, упав на землю, зарылся в песок.
Когда князь оказался внутри горы, вход в нее сомкнулся за ним. Пошел он вперед по узкому коридору, щурясь от невыносимого сверкания хрусталя. Миновав коридор, очутился посреди большой залы. Вышел он на середину и ненароком посмотрел себе под ноги. Сквозь хрустальный пол смотрели на него сотни лиц, покрытых инеем. Но не были те лица безжизненными. Заметил он с ужасом, что глаза двигались, следя за каждым его движением. Мороз пробежал у него по коже. Поднялся он, решив не обращать на них внимания. Из залы шли коридоры, уводящие в разные стороны. В какой идти ему, не знал князь.
– И где же огни, о которых говорил упырь?
Только спросил, как увидел в одном из коридоров летающих по кругу светлячков, отбрасывающих слабое голубое свечение. Подойдя ближе, понял, что никакие это не светлячки, а души, охраняющие эту обитель.
– Ведите, – промолвил он и последовал за огнями, которые уводили его все дальше и дальше, в самую глубь горы. Чтобы не отставать от проводников, князю приходилось бежать, преодолевая один коридор за другим. Коридоры петляли, резко сворачивая то влево, то вправо. В какой-то момент ему показалось, что его водят по кругу. Наконец, огни остановились перед входом в комнату, в которой стоял хрустальный гроб. Медленно ступая, подошел князь к гробу и увидел в нем свою возлюбленную. Девушка лежала на шелковой подушке, укутанная одеялом и спала. Легкий румянец играл на ее щеках. Алые губы улыбались. Она казалась безмятежной и счастливой. Не сдержался князь, разрыдался, проклиная себя. Хотел дотронуться до волос ее светлых, но не смог. Оказалось, что девушка находится внутри гроба, крышка которого закрыта и скреплена печатью Кащеевой, снять которую никто не мог.
Закричал князь, что было мочи. И крик этот походил на вой раненого зверя. Вспомнил он, как продал свою душу черному колдуну, в обмен на победу над врагом. Давно это было. С тех пор прошло больше ста лет.
– Князь Владислав! Враг у ворот! – Раздался среди ночи крик воеводы. – Предали нас. Поднимайся!
Выскочил князь из теплой постели, оделся в то, что под руку попалось, схватил меч и побежал на крик.
– Враг в городе!
Город охвачен был огнем. Со всех сторон раздавались вопли и мольбы людей: – Спаси нас, князь! Не убивайте!
Мимо него проскакали всадники. Чужаки. Их лица закрывали черные тряпицы. Сабли с изогнутым лезвием рубили простой люд направо и налево, не жалея ни женщин, ни детей, ни стариков.
– Коня! – Завопил Владислав, озаряемый пожарищем, перекинувшимся на крышу конюшни.
Рядом с собой услышал он ржание Божидара, вскочил на него и поскакал за удаляющимися всадниками. Быстро нагнал их князь и обезглавил одним ударом. Видел он своих солдат, сражающихся с врагом. Видел мертвые тела и много крови. Она была повсюду.
Когда пришло утро и развеялась тьма, оголяя события прошлой ночи, понял князь, что выстояли они, защитили город, но урон нанесен был немалый. А сколько люду погибло.
– Ты как, князь? – Спросил воевода, еле держась на ногах.
Владислав перевел на него взгляд. Лицо Мешко было в крови. Вместо правого глаза зияла пустая глазница. Нога перевязана тряпицей в том месте, где торчал конец стрелы.
– Где моя Ягенка? – Вцепился князь в крепкое плечо воеводы.
– Успели увести.
– Хорошо. Много наших полегло?
– Будет еще больше, – ответил Мешко.
– Что?
– Несметное полчище на подходе. Не справимся.
– Выводите оставшихся людей из города и близлежащих сел. Пусть бегут за речку к моему брату…
– Князь! – Перебил его воевода. – Твой брат привел то войско к городу.
Предал Владислава брат кровный. Позарился на земли его и красавицу невесту. Договорился с заморским ханом, что в случае победы поделят земли и заключат договор между собой, чтобы вместе совершать набеги и на другие княжества, с которыми князь Владислав в мире жил и торговлю вел.
Как узнал он, что счету нет врагам, стоявшим на земле его, обезумел и, чтобы защитить своих людей и княжества соседние, находящиеся под его защитой, пошел к черному колдуну Кащею просить сил волшебных, чтобы с их помощью одолеть врага. Да только не знал он, что Кащей одурманил его брата речами сладкими, забрал душу и утащил в свое темное царство. Не знал Владислав, что войско то принадлежало не хану, а Кащею. Были это мертвяки и демоны, которых призвал колдун, чтобы с их помощью заполучить не только земли, но и самого князя. Чтобы насытиться его чистой душой и получить силы немеренные.
– Такая душа тысячи стоит, – сказал Кащей, когда дошли до него слухи о подвигах князя Владислава. – Хочу получить его любой ценой.
Знал Кащей о слабостях человеческих. И названия им – жадность, зависть, тщеславие. Задень одно и другие потянутся. Воспользовался колдун слабостью младшего брата Владислава и подкупил его, посулив выгоду. Но обманул. Как только обернул князя упырем, убил брата его.
– Прости меня, Ягенка, – прошептал Владислав. Никогда не стереть ему из памяти, как пришел он с ней проститься перед сражением. Увидев его, она сразу поняла, что что-то не ладное произошло.
– На тебе лица нет, князь. Скажи, что удумал? Сердцем чувствую, беду ты навлек.
Рассказал он ей все, как на духу, умолчав лишь о том, что позволил упырю укусить себя, чтобы получить силу непобедимую. Заплакала Ягенка, закрыв белое лицо руками.
– Что же ты натворил, глупый? Теперь вовек не расплатишься с колдуном.
Попытался он успокоить ее, говоря, что обещал Кащей помощь в обмен на службу у него.
– Службу? – Вскричала Ягенка и синие глаза ее широко раскрылись. – В своем ли ты уме?
– Если не он, поляжем все. За себя не страшно. Я воин и мой век недолог. Но людей, которые мне доверились, кто защитит от неминуемой гибели?
Посмотрела она на него недоверчиво:
– Отмени договор. Лучше смерть, чем в услужении у колдуна.
Баба-Яга
Дом Яги стоял на двух крепких подпорах, похожих на курьи ножки. Бревенчатая изба совсем покосилась и износилась. Вокруг нее не росло ни травинки. Даже птицы не залетали туда. Жуки не ползли. Зверь стороной обходил. Огорожена изба была частоколом, на котором висели черепа животных. Спешившись у скрипучих ворот, Владимир приказал дожидаться его там. Внутрь не ходить, чтобы ни случилось. В отличие от других, не боялся он Бабы-Яги. Еще отец его говорил, что нельзя доверять наветам людским, пока сам с человеком пуд соли не съешь.
– Знаешь, Владимир, люди порой сами верят в свои россказни. Из белого черное сделать немудрено. Так что ты уж научись слушать свое сердце, а не чужие рты. И всегда смотри в глаза человеку. Они никогда не соврут.
Передал Владимир поводья коня своего Драгомиру, поправил рубаху на себе и вошел в избу.
– Яга! – Позвал он ведьму.
Вышла к нему шаркая старуха одноглазая, с длинным носом и торчащими клыками. Седые волосы торчали в разные стороны из под завязанного вокруг головы платка. Мохнатые брови сдвинулись к переносице при виде князя. Единственный глаз сверкнул.
– Пришел. Заждалась тебя, князь, – пробурчала ведьма. – Заходи. Проголодался?
– Накормишь?
– А то. И напою, и накормлю и в баньке могу попарить. И спать уложу на печи.
– Некогда мне, Яга. Не время еще для этого.
– Как скажешь, – пробормотала старуха и провела князя в дом, усадив за стол. Налила ему березовицы. Достала из печи горшок с кашей. Положила горячую кашу в плошку, поставила на стол перед гостем.
– Поешь сперва. Утомился, никак? – Спросила она заботливо и, не дождавшись, пока тот ответит, продолжила. – Слышала я пение бесстыжих чертовок. Но смотрю, ты цел-невредим.
Владимир посмотрел на старуху и поблагодарил за угощение. Насытившись, стали они разговор вести.
– Меч тебя давно ждет. Зовет. А ты все не идешь, – отругала она князя. – Али сам не видишь, что кругом творится?
– Княгиня моя …
– Знаю, – перебила его старуха. – Не утерял перо, которое тебе Феникс подарила?
Удивился князь, что Яга знает об этом.
– Не утерял.
– Обладает оно волшебным свойством исцелять. Не сказала она тебе, когда передала его?
Владимир потупил взор и сердце его разгоряченно забилось при упоминании о Фениксе.
– Не до того было тогда.
Яга тихонько засмеялась и погладила Владимира по руке.
– До сих пор болит сердце? Не унялось за все годы?
Вскинул князь голову, посмотрел на старуху и почудилось ему, что перед ним сидит девушка красоты неописуемой. Вместо седых патл – волосы рыжие. И глаза светятся огнем зеленым. А еще показалось ему, будто хвост лисий у нее за спиной вырос. Закрыл глаза князь, а когда открыл, исчезло видение. И как и прежде, сидела перед ним Баба-Яга – старая, седая, безобразная старуха. Правда глаз у бабки был добрый и печальный.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.