Кыргызстан на пути к демократии. Трансформация политической системы

Заключение

Современная политология исходит из того, что переход от тоталитаризма к демократии и связанная с ним трансформация политической системы невозможны без переходного периода.

Переходный период в Кыргызской Республике имеет свои особенности, в нем условно можно выделить три этапа.

Начальный этап охватывает первую половину 90-х гг. Это было время либеральных реформ и романтизма, радужных надежд, которым не суждено было сбыться в одночасье. Важнейшими политическими событиями этого этапа было принятие в 1993 г. новой Конституции и нарастание противостояния между Президентом и Жогорку Кенешем. Второй этап охватывает 1996–2002 гг. Важнейшим его политическим событием стало проведение в 1996 г. общенародного референдума, в соответствии с решениями которого в Конституцию были внесены изменения и дополнения, существенно расширившие полномочия, усилившие власть Президента и сократившие полномочия и роль Жогорку Кенеша. Осуществился переход от парламентско-президентской республики к президентской. Внутриполитическая обстановка внешне оставалась стабильной, но усиление исполнительной власти (особенно с 2000 г.) на фоне нищенского положения основной массы населения привело к нарастанию противоречий и политическому кризису 2002 г. В процессе преодоления кризиса в 2003 г. общенародным референдумом принята новая редакция Конституции, которая несколько ограничила властные полномочия Президента и повысила роль представительных органов, что знаменует переход от президентской республики к президентско-парламентской. С принятием новой редакции Конституции в Кыргызстане начался третий этап переходного периода.

Внутриполитическая обстановка в Кыргызской Республике в течение всего периода независимости во многом определялась отношениями между Президентом и Жогорку Кенешем, которые почти всегда были сложными, неоднозначными, а на отдельных этапах и конфронтационными. В свою очередь, это предопределяло сложность и противоречивость трансформационных процессов. Все же за эти годы сделано очень много в осуществлении перехода от тоталитаризма к демократии, что позволяет говорить о поступательном развитии трансформационных процессов. Главным их результатом является изменение общественно-политического строя, имеющее по своей сущности революционный характер. Это изменение носило мирный характер, хотя подчас и сопровождалось острым противостоянием. В результате трансформационных процессов создано новое суверенное государство. По инициативе и под руководством этого государства в республике осуществлены кардинальные преобразования, прежде всего в экономической сфере, которые свелись к структурной перестройке и разгосударствлению, приватизации государственной собственности, в том числе в аграрном секторе, на принципах рыночных отношений. Через соответствующие законы и административноэкономические рычаги государство сократило вмешательство в отношения собственности и создало условия для формирования широкого слоя мелких и средних собственников, независимых от государства. Создана разветвленная сеть тоже независимых от государства финансово-банковских учреждений. Переход в экономике и финансово-банковской системе к рыночным отношениям стал необратимым. Хотя заметим, что политика разгосударствления и приватизации еще не привела к заметному подъему в экономике и улучшению положения в социальной сфере, формирование «среднего класса», особенно в аграрном секторе, идет очень медленно.

В Кыргызской Республике в соответствии с мировой демократической практикой власть в государстве разделена между законодательной, исполнительной и судебной ветвями. На основе принципа разделения властей и в соответствии с процедурами, установленными Конституцией, сформированы новые властные институты: институт президентства, Жогорку Кенеш (кыргызский парламент), исполнительная власть, осуществляется судебно-правовая реформа. Однако в связи с усилением авторитаризма баланс во взаимоотношениях между законодательной и исполнительной ветвями власти (точнее, между Президентом и Жогорку Кенешем) был нарушен, что приводило к противоречиям и противостоянию.

В соответствии с мировой демократической практикой в Кыргызской Республике конституционно провозглашены права и свободы человека и гражданина, гарантирована их судебная защита, но на практике они довольно часто нарушались, что вызывало недовольство действиями властей и обостряло обстановку. Особенно это касалось свободы слова, печати.

В связи с демократизацией общественной жизни появилось множество новых общественных объединений, которые не только способствуют удовлетворению интересов и потребностей людей, но в действительности вовлекают их в активную общественную жизнь. Реальной стала многопартийность, хотя партии пока еще остаются малочисленными и не играют заметной роли в политической жизни. В Кыргызстане утверждается идеологический плюрализм. Созданы определенные условия для формирования развитого гражданского общества. Важным фактором оживления общественной жизни стало, хотя и не столь заметное, улучшение материальных условий жизни.

Таким образом, трансформация политической системы Кыргызской Республики идет сложно и противоречиво. В ходе осуществления преобразований и в связи с усилением исполнительной власти допущено немало ошибок и даже нарушений демократических принципов. Все же отметим, что за годы независимости сделано немало, все ведущие элементы политической системы Кыргызской Республики претерпели изменения, подверглись трансформации. Сформировались (или находятся на разных этапах формирования) качественно новые подсистемы, составляющие политическую систему современного Кыргызстана.

В институциональной подсистеме тоталитарное государство, полученное в наследие от советской власти, трансформировалось в государство переходного типа; совершился переход от однопартийной системы к многопартийности; возникло множество новых общественных организаций; появились независимые средства массовой информации.

Изменения в нормативной подсистеме обозначены принятием новой Конституции, нового законодательства, на законодательном уровне унормирована деятельность партий, общественных организаций, средств массовой информации, возрождаются прогрессивные народные традиции и обычаи (в частности, на основе заповедей Манаса).

В функциональной подсистеме усилилась и в триаде властей вышла на первое место исполнительная власть во главе с Президентом, что ознаменовало формирование президентской республики. Однако возвышение Президента вызвало общественный протест и политический конфликт. Новая редакция Конституции более сбалансированно определяет взаимоотношения в треугольнике Президент – Жогорку Кенеш – Правительство.

В коммуникативной подсистеме претерпели изменения отношения и взаимодействия между индивидами, социальными группами, слоями, нациями. Обозначилась поступательная тенденция в формировании «среднего класса».

В культурной подсистеме изменились политические представления населения, его ценностные ориентации, возрождается национальная культура, расширяется (хотя и очень медленно) сфера функционирования кыргызского языка, повышается национальное сознание.

Коль скоро, в соответствии с системным подходом, трансформировались элементы политической системы, ее подсистемы, то правомерно вести речь о трансформации всей политической системы Кыргызской Республики. Она структурно значительно расширилась и пополнилась новыми институтами, правовыми нормами, связями, отношениями. Существовавшие прежде и сохранившиеся институты изменились, их деятельность наполнилась новым содержанием. Но это сравнительно молодая система, не имеющая достаточно сильных традиций и опыта самостоятельного функционирования. События 2002 г. показали, что политическая система Кыргызстана недостаточно устойчива, ее стабильность легко может быть нарушена из-за политических, социальных и других конфликтов, противоречий между ветвями власти, различными кланами, центром и регионами. Ей присущи сравнительно низкие темпы социальных процессов и недостаточная восприимчивость социальных новаций. Она не обеспечивает всех необходимых условий для нормального функционирования современного цивилизованного общества. Большинство населения не связано с процессами решения современных общественных проблем. Некоторые функции обозначены лишь благодаря формальному созданию соответствующих политических структур, реальное функционирование которых не в полной мере отвечает их предназначению (например, политические партии).

Поэтому политическую систему Кыргызской Республики можно характеризовать как переходную, «смешанную», здесь до конца не преодолены элементы тоталитаризма, коммунизма и имеются элементы либерализма, а элементы гуманистического типа общественного развития представлены еще слишком слабо.

Политическая система Кыргызской Республики является переходной к плюрализму при наличии относительного множества форм и ограниченного содержания реального плюрализма. Другими словами, имеет место плюрализм форм с невысоким общим уровнем знаний о разнообразных существующих и возможных политических моделях и их конкретных институционально-процессуальных компонентах.

Говоря об особенностях переходного характера политической системы Кыргызской Республики, представляется обоснованным отметить ее своеобразие в наличии пережитков кыргызского традиционализма. Поэтому главная проблема современного кыргызского общества состоит не только в ускорении процессов демократизации, а и в преодолении пережитков традиционности. Хотя, отметим, их преодоление и привнесение ценностей западной цивилизации потребует больших усилий и более длительного времени, чем, например, создание демократических институтов.

Опыт Кыргызской Республики подтверждает, что трансформация политической системы постсоветского общества не может сводиться лишь к принятию новой Конституции и нового законодательства, провозглашению приверженности принципам демократии, созданию новых политических институтов, перераспределению власти между государственными институтами и другим мероприятиям преимущественно организационного характера, хотя все они имеют чрезвычайно важное значение. Речь должна идти, помимо сказанного, о формировании нового открытого, демократического общества, которое из объекта политики превращается в ее субъект. Такая трансформация требует не только определенного времени, но и создания необходимых условий, соответствующего уровня политической зрелости общества в рамках формирования зрелого гражданского общества. И если исходить из закономерностей перехода к демократии в полном объеме, то такой переход может осуществиться при наличии ряда определенных предпосылок. Речь идет, в частности, о таких предпосылках, как высокий уровень экономического развития и высокая степень урбанизации; развитость массовых коммуникаций; совершенствование системы политических прав и свобод, причастность масс к государственным делам и их широкое участие в осуществлении государственной власти; завершение реформы судебно-правовой системы; повышение роли политических партий в осуществлении власти, формирование правительства на партийной основе; относительно высокий уровень благосостояния населения, сглаживание социального неравенства; высокий уровень политической культуры, самосознания и ответственности общества и личности и др. Завершение перехода к демократии может осуществиться также при наличии политической воли со стороны государства, политических партий, общественных организаций, средств массовой информации, политической элиты и в конечном счете – всего общества.

Анализ политических процессов в Кыргызстане позволяет с определенным оптимизмом оценивать перспективы завершения трансформации его политической системы. Вместе с тем для оптимизации трансформационных процессов нам представляется целесообразным обеспечить их научное сопровождение, чего в современном Кыргызстане, по большому счету, нет. Речь идет не только об активизации и расширении политических исследований, но и об определенных мероприятиях. Например, при Президенте или в структуре Академии наук можно было бы создать Центр политических исследований, возложив на него изучение позитивного мирового опыта политической трансформации с целью его использования в Кыргызстане; анализ текущей политической обстановки в стране, прогнозирование ее развития и выработку соответствующих рекомендаций властным институтам; прогнозирование последствий принимаемых политических решений и т. п.

Соединение усилий государства, общественных институтов, науки, поддержка всего общества обеспечат завершение перехода Кыргызстана к демократии в полном объеме, формирование нового общества, отвечающего высоким целям, провозглашенным Конституцией.

Улукбек Кожомжарович Чиналиев родился в 1946 г. в с. Ленин-Джол Ленинского р-на Ошской обл. Киргизской ССР. В 1971 г. окончил Московское высшее техническое училище им. Н.Э. Баумана. В настоящее время работает Чрезвычайным и Полномочным Послом Кыргызской Республики в Республике Узбекистан.

У. К. Чиналиев – академик Международной Калифорнийской академии наук (США), чл. – кор. Международной кадровой академии (Украина), д-р полит. наук. Автор монографий «Кыргызстан и Украина: общее и особенное в развитии политических структур» (1997), «Реализация принципа разделения властей в современном Кыргызстане» (1998), «Политические партии Кыргызстана» (1999), «Становление кыргызской государственности в переходный период» (2000), «Особенности формирования гражданского общества в Кыргызской Республике» (2001).

В данной монографии впервые в кыргызской науке в комплексе исследуются процессы трансформации политической системы Кыргызстана на этапе его перехода от тоталитаризма к демократии. Главное внимание уделяется анализу трансформации институтов государства и гражданского общества. Анализ политических процессов, оценки и выводы опираются на широкую документальную базу. Для политологов и политиков, студентов и аспирантов, а также всех, кто интересуется политической жизнью в Кыргызской Республике.

1

Акаев А. Раздумья на судьбоносном этапе: Сб. Бишкек, 1994. С. 16.

2

См.: Політологічний енциклопедичний словник: Навч. посібник. К., 1997. С. 208.

3

Дарендорф Р. Дорога к свободе: демократизация и ее проблемы в Восточной Европе // Вопр. философии. 1990. № 9.

4

Гельман В.Я. «Transition» по-русски: концепции переходного периода и политическая трансформация в России // Общественные науки и современность. 1997. № 4.

5

См.: Бабкин В., Селиванов В. Народ и власть. К., 1996; Горбатенко В.П. Стратегія модернізації суспільства: Україна і світ на зламі тисячоліть. К., 1999; Кремень В.Г., Табачник Д.В., Ткаченко В.М. Україна: альтернативи поступу (критика історичного досвіду). К., 1996; Литвин В. Украина: политика, политики, власть. К., 1997; Пахарев А.Д. Политическое лидерство и лидеры. К., 2001; Рудич Ф.М. Много ли власти нужно власти? (Украина в контексте трансформации политических систем в странах СНГ, Балтии, Центральной и Восточной Европы). 2-е изд. К., 1999; Шаповал В. Зарубіжний парламентаризм. К., 1993; Якушик В.М. Государство переходного типа (вопросы теории). К., 1991. См. также: Політична система сучасної України: особливості становлення, тенденції розвитку / Редкол.: Ф.М. Рудич (голова) та ін. К., 1998; Політичні партії України / За ред. В.М. Якушика. К., 1996; Політичні структури та процеси в сучасній Україні. Політологічний аналіз / Колл. авт.: Ф.М. Рудич (керівник) та ін. К., 1995; Політологія посткомунізму: Політичний аналіз посткомуністичних суспільств / Кер. авт. кол. В. Полохало. К., 1995; Соціально-політична трансформація України: реальність, міфологеми, проблеми вибору. К., 1997.

6

Каримов И.А. Узбекистан на пороге XXI века: угрозы безопасности, условия и гарантии прогресса. Т., 1997; Он же. Узбекистан: национальная независимость, экономика, политика, идеология. Т. 1. Т., 1996; Он же. Свое будущее мы строим своими руками. Т. 7. Т., 1999; Азизходжаев А. Мустакиллик: курашлар, истироблар, кувончлар. Т., 2001; Он же. Демократия-халк хокимияти демактдир. Т., 1996; Бегматов А., Бекмурадов М.Б. Миллий менталитет ва рахбар маданияти. Т.: Адолат, 2003; Жумаев Р. Политическая система Республики Узбекистан: становление и развитие. Т., 1996; Жураев Н. Янгиланишлар концепцияси: яратилиши, эволюцияси ва амалиёти. Т., 2002; Жураев С. Гражданское общество: теория и практика. Т., 2003; Шарифходжаев М. Формирование открытого гражданского общества в Узбекистане. Т., 2002; Шарифходжаев М., Рахимов Ф. Человек, определивший эпоху. М., 2004; Саидов А.Х. Политическая система Республики Узбекистан. Т., 1992; Узбекистан на пути к гражданскому обществу: Сб. ст. // Отв. ред. Р. Алимов.

7

Боконтаев К. Посткоммунистические реформы: инстинкт, разум, воля. Бишкек, 1997.

8

Реформа государственного управления и государственной службы в переходный период / Под общ. ред. М. Джангарачевой. Бишкек, 2000; Функциональный анализ органов исполнительной власти в Кыргызстане / Под общ. ред. М. Джангарачевой. Бишкек, 2002.

9

Жумалиев К., Ожукеева Т. XX век: Институт президентства в Кыргызской Республике. Бишкек, 1998; Государственные системы современности: сравнительный анализ / Авт. – сост. К. Жумалиев, Т. Ожукеева. Бишкек, 1998.

10

Койчуев Т., Брудный А. Независимый Кыргызстан: третий путь. Бишкек, 1993; Койчуев Т. Кыргызская Республика на пороге XXI века // Общество и экономика. 1999. № 7–8; Койчуев Т. Уже история и сегодня // Реформа. 1999. № 1.

11

Нусупов Ч. Национальная идеология и современность. Бишкек, 1997.

12

Ожукеева Т.О. Политические процессы в странах Центральной Азии. Принцип разделения властей. Ч. 1–2. Бишкек, 1995.

13

Укушев М., Бокоев Ж. Президент Кыргызской Республики. Бишкек, 1997.

14

Чотонов У. Суверенный Кыргызстан: выбор исторического пути. Бишкек, 1995.

15

Эркебаев А. 1990 год: приход к власти А. Акаева. Бишкек, 1997.

16

Бектанова А.К. Институционализация гражданского общества в Кыргызстане: Автореф. дис… канд. политол. наук. Бишкек, 2001.

17

Мирсайитов И.Э. Политическая культура Кыргызстана в переходный период: опыт системного анализа: Автореф. дис… канд. политол. наук. Бишкек, 2002.

18

Технологии политической власти. Зарубежный опыт / В.М. Иванов, В.Я. Матвиенко и др. К., 1994. С. 28–29.

19

Общая и прикладная политология / Под ред. В.И. Жукова, Б.И. Краснова. М., 1997. С. 298–299.

20

Там же. С. 301.

21

Технологии политической власти… С. 37–38.

22

Основы политологии: Курс лекций. М., 1992. С. 181.

23

См.: Білоус А.О. Політико-правові системи: світ і Україна. К., 1997; Бурлацкий Ф.М., Галкин А.А. Современный Левиафан. М., 1985; Введение в теорию политических систем / С.В. Решетников, В.В. Ровдо и др. Мн., 1995; Власть: Очерки современной политической философии Запада. М., 1989; Емельянов Н.А. Государство и власть: через самоуправление к народовластию. Тула, 1997; Матусевич А.В. Политическая система. Мн., 1992; Політична система сучасної України: особливості становлення, тенденції розвитку / За ред. Ф.М. Рудича; Навч. посібник для студентів вищих закладів освіти. К., 2002.; Рудич Ф.М. Много ли власти нужно власти? (Украина в контексте трансформации политических систем в странах СНГ, Балтии, Центральной и Восточной Европы). 2-е изд. К., 1999.

24

Панарин А.С. Политология. М., 1997. С. 42.

25

Бебик В.М. Політологія: теорія, методологія, практика. К., 1997. С. 86.

26

Мельник В.А. Политология. 2-е изд. Мн., 1997. С. 136.

27

Там же. С. 137.

28

Білоус А.О. Указ. соч. С. 11.

29

Рудич Ф.М. Україна і Австрія: політичні структури // Віче. 1995. № 10. С. 101.

30

Політичні структури та процеси в сучасній Україні: Політологічний аналіз // Ф.М. Рудич (керівник авт. кол.) та ін. К., 1995. С. 14.

31

Пугачев В.П., Соловьев А.И. Введение в политологию. М., 1995. С. 183–184.

32

Бебик В.М. Указ. произв. С. 86.

33

Политология: Курс лекций / Н.П. Денисюк, Т.Г. Соловей, Л.В. Старовойтова и др. 2-е изд. Мн., 1996. С. 147–148.

34

Общая и прикладная политология… С. 304.

35

Государство, демократия, парламентаризм / С.А. Глотов, Е.В. Макаренков и др. Краснодар, 1997. С. 66.

36

Мельник В.А. Указ. соч. С. 139.

37

Маркс К., Энгельс Ф. Из ранних произведений. М., 1956. С. 589.

38

Ирхин Ю.В. Политология. 2-е изд. М., 1996. С. 82.

39

Основы политических знаний. М., 1995. Ч. 2. С. 90–92.

40

Мельник В.А. Указ. соч. С. 146–147.

41

Бердяев Н.А. Судьбы России. М., 1990. С. 329–331.

42

Пугачев В.П., Соловьев А.И. Указ. соч. С. 188–189.

43

Государство, демократия, парламентаризм… С. 78; Пугачев В.П., Соловьев А.И. Указ. соч. С. 240–245.

44

Технологии политической власти: Зарубежный опыт / B. М. Иванов, В.Я. Матвиенко и др. К., 1994. С. 28–29.

45