Становление кыргызской государственности в переходный период

Введение

Кыргызская Республика – это молодое государство, возникшее вследствие распада СССР. И хотя распад СССР явился логическим завершением объективных внутренних и внешних процессов, сам факт независимости стал для Кыргызстана во многом неожиданным. Президент Кыргызской Республики А. Акаев отмечал: «В современном Кыргызстане государственная независимость в полном смысле слова свалилась на общество, на его граждан, на политическую элиту. Причем значительная часть общества и не стремилась к этому новому положению, даже не задумывалась о нем, а тем более – никак не добивалась этого».

Неготовность кыргызского общества к независимости объяснялась многими причинами.

Прежде всего следует отметить, что за годы советской власти республика добилась заметных успехов в экономической, социальной и культурной сферах. Несмотря на все издержки, а порой и трагедии тоталитарного периода, многочисленные жертвы, особенно в период Гражданской войны и в 1930-е гг., а затем застойные явления, Кыргызстан в целом развивался динамично. Например, в течение 1965–1985 гг. национальный доход республики вырос почти в 3 раза, а производство электроэнергии – в 5 раз, были введены в строй свыше 150 промышленных предприятий. Заметно росли цветная металлургия, производство сурьмы, ртути, редкоземельных металлов, развивалось машиностроение, строительная индустрия, пищевая промышленность. Несмотря на низкую эффективность сельского хозяйства, республика обеспечивала себя многими видами продуктов питания, расширялось производство хлопка, сахарной свеклы, табака. Кыргызстан получал ощутимую материальную и финансовую помощь от союзного центра. Поэтому кыргызское общество связывало свою дальнейшую судьбу с совершенствованием существующего общественно-политического строя, даже не помышляя о независимости.

Очень важным было то, что советская власть предоставила разрозненным прежде кыргызским племенам возможность объединения в рамках одного государства, кыргызы полностью перешли к оседлости, поголовно стали грамотными, приобщились к знаниям, кыргызский язык приобрел форму письменно-печатной речи, сформировались многие отрасли науки и почти все виды профессионального искусства, кыргызы сохранились как нация.

За годы советской власти в Кыргызстане сложилась и соответствующая политическая система, которая, не будучи по своей сущности тоталитарной, обеспечивала управление политическими, экономическими, социальными и другими процессами и в условиях информационной блокады и идеологического прессинга представлялась многим единственно справедливой и высокоэффективной. Следует иметь в виду и неразвитость или отсутствие демократических политических институтов, низкий уровень политической культуры, информированность гражданского общества, засилье официальной идеологии.

В силу названных и некоторых других причин Кыргызстан ни политически, ни экономически, ни психологически не был готов к независимости. Это предопределило и серьезные трудности, с которыми встретился Кыргызстан на путях создания новой государственности.

Обретение независимости и провозглашение перехода от тоталитаризма к демократии проходило мирно, изменение социально-политического строя, имевшее по своей сущности революционный характер, не сопровождалось уничтожением существовавшей государственной машины, насильственной ломкой общественных отношений. Вследствие этого в первые годы независимости в Кыргызстане сложилось уникальное соединение элементов парламентской республики, президентского правления и советской власти. Такой симбиоз не мог быть жизнеспособным. Было очевидным, что смешение разнообразных форм правления приведет к недееспособности государства, его дискредитации в глазах народа и в конечном итоге может привести к потере государственности. Со всей остротой и очевидностью встал вопрос о наполнении идеи государственной независимости новым содержанием, соответствующим новым политическим, экономическим, социальным и идеологическим реалиям. Другими словами, речь шла о коренном преобразовании кыргызской государственности, о реформировании всех государственных институтов. По существу, речь шла о создании новой государственности, при этом имелось в виду, что сложившиеся при советской власти государственные институты и властные отношения могут быть в той или иной мере формально сохранены, если они отвечают концепции суверенного, демократического и правового государства, при условии их радикального реформирования.

Реформирование существовавших государственных институтов и создание новой государственности – процесс не только трудный, но и сравнительно длительный, тем более при отсутствии более или менее четкой концепции государственного строительства, как это было в первые годы независимости. При этом надо иметь в виду, что опыт других государств не может быть слепо перенесен на кыргызскую почву, хотя некоторые политики, не вникая глубоко в сущность происходивших процессов, ратовали чуть ли не за механическое перенесение в Кыргызстан западных или японских ценностей или институтов в той же системе, в которой они действуют там. Предостерегая против такого подхода, Президент А. Акаев еще в 1994 г. говорил, что «с учетом нашей экономической и социальной специфики, нашей культуры и ментальности – демократические приоритеты и последовательность их внедрения у нас иные, чем на Западе». Поэтому нам представляется не всегда оправданным имеющее место некоторое увлечение копированием опыта мощных соседей (например, Российской Федерации, Казахстана), к тому же сводящееся преимущественно к внешним признакам.

Опыт государственного строительства других стран может, конечно, быть использован в Кыргызстане, но скорее в концептуальном, методологическом, а не в узкоприкладном аспекте. Кыргызстан должен сам, с учетом своего исторического опыта, уровня политической культуры населения, политических и экономических особенностей, традиций и других факторов, определять цели и задачи государственного строительства, роль и место государственных институтов в системе властных и других отношений, пути и средства достижения поставленных целей.

На темпах, объеме и содержании государственного строительства отрицательно сказался глубокий экономический кризис, поразивший в начале 1990-х гг. Кыргызстан, как и другие постсоветские государства. В условиях разрыва сложившихся в течение многих десятилетий хозяйственных связей с другими бывшими советскими республиками, перехода во внешнеэкономической деятельности на мировые цены, многократного сокращения производства, инфляции и роста безработицы, обнищания широких масс населения государство должно было безотлагательно решать экономические и социальные задачи. Вопросы государственного строительства как бы отошли на второй план. Но вскоре выяснилось, что решить экономические и социальные вопросы без реформирования государственных институтов, трансформации всей государственной системы невозможно. Поэтому вполне закономерным был пересмотр роли Президента и его места во властных отношениях, реформирование Жогорку Кенеша, совершенствование системы исполнительной власти, определенные шаги по проведению судебно-правовой реформы и реформированию местного самоуправления. Проведение реформ в области государственного строительства положительно сказалось и на состоянии дел в экономике, в социальной сфере.

Трудности в государственном строительстве в Кыргызстане обуславливались и сопротивлением старой политической элиты. Бывшая партийная и хозяйственная номенклатура – многочисленное чиновничество – с провозглашением независимости не утратила своей власти, прежде всего экономической, и упорно сопротивлялась политике реформ, провозглашенной Президентом А. Акаевым и поддержанной представителями демократической общественности. Необходимо было лишить старую номенклатуру права распоряжаться собственностью и политической властью. Первая задача решалась путем разгосударствления собственности, проведения приватизации, создания класса реальных собственников. С проведением земельной реформы и введением права частной собственности на землю лишается власти и сельскохозяйственная номенклатура. Что касается политической власти, то с внедрением в общественную и государственную жизнь принципов демократии, повышением политической культуры и политической активности масс она от бывшей партийной и хозяйственной номенклатуры стала переходить в руки народа.

С момента обретения Кыргызстаном независимости прошло не так много времени. Эти годы были для молодого государства трудными. Но за это время благодаря политической воле, проявленной прежде всего Президентом А. Акаевым при поддержке демократически настроенной общественности и широких масс населения, удалось решить безотлагательные задачи создания новой государственности, наладить деятельность ведущих государственных институтов, заложить необходимую базу для экономического подъема и улучшения материального положения населения. Экономика республики прочно встала на рельсы рыночных отношений, складывается многопартийная система, формируется гражданское общество, государство все в большей мере соответствует демократическим принципам, возлагаемым на него задачам.

Кыргызская политология не оставляет без своего внимания процессы становления современной кыргызской государственности. Об этом свидетельствуют, в частности, книги таких авторов, как Т. Койчуев и А. Брудный («Независимый Кыргызстан: третий путь»), Т. Ожукеева («Политические процессы в странах Центральной Азии. Принципы разделения властей. Книга 1. Политические процессы в Кыргызстане»), А. Эркебаев («1990 год: приход к власти А. Акаева»), У. Чотонов («Суверенный Кыргызстан: выбор исторического пути»), М. Укушев и Ж. Бокоев («Президент Кыргызской Республики»), К. Жумалиев и Т. Ожукеева («XXI век: институт президентства в Кыргызской Республике», «Государственные системы современности: сравнительный анализ») и др., а также ряд изданий, посвященных объективному, свободному от идеологических штампов освещению истории кыргызского народа и в определенной степени затрагивающих вопросы государственного строительства в Кыргызстане (работы Дж. Малабаева, Т. Койчуева, Т. Ожукеевой, В. Плоских, В. Мокрынина, Т. Усубалиева и др.).

Однако считать тему исчерпанной ни в коей мере нельзя. Во-первых, многие аспекты государственного строительства в современном Кыргызстане остались за рамками имеющихся политологических изданий. Во-вторых, кыргызская политология, раскрывая процессы становления государственности, страдает, по нашему мнению, некоторой прямолинейностью, она подчас обходит молчанием трудности и упущения в государственном строительстве, недостаточно критично оценивает деятельность отдельных государственных институтов. В-третьих, кыргызские политологические издания недостаточно полно раскрывают динамику трансформаций в системе государственных институтов. Независимый Кыргызстан получил в наследие от советской власти сложившуюся систему государственных институтов, которая благодаря значительным усилиям подверглась реформированию. Прослеживание процессов реформирования нам представляется весьма важным и в познавательном, и в практическом плане, ибо в ходе реформирования изменялись статус, функции и полномочия, вся деятельность органов государственной власти. И, в-четвертых, есть еще одно обстоятельство, заслуживающее самого пристального внимания. Политология исследует политические процессы в их историческом развитии, уделяя главное внимание анализу их современного состояния. Но не менее важной является прогностическая роль политологии. На основе анализа и оценки политических процессов, деятельности политических институтов политология призвана составлять прогноз и вырабатывать аргументированные рекомендации практическим политикам.

Работая над предлагаемой книгой, автор стремился учесть все названные обстоятельства.

Естественно, автор не претендует на истину в последней инстанции и будет признателен за любые замечания и предложения, направленные на объективный и глубокий анализ процессов становления современной кыргызской государственности.

1. Что такое государство?

Каждое цивилизованное общество характеризуется определенным общественным строем, т. е. такой организацией общества, которая обуславливается определенным уровнем производства, распределения и обмена продуктов, особенностями общественного сознания и традициями взаимодействия людей в разных сферах жизни и охраняется государством и правом.

В структурном отношении общественный строй представляет собой интегративное единство четырех подсистем, которые сами представляют собой системы общественных отношений в соответствующих сферах жизни общества. Такими подсистемами являются:

а) экономические отношения;

б) социальные отношения (в узком смысле);

в) духовно-культурные отношения;

г) политические отношения.

Эта классификация является в некоторой степени условной, ибо не всегда представляется возможным провести четкую грань между подсистемами, например между экономическими и социальными отношениями, а политический момент присутствует если не во всех, то в большинстве общественных отношений. В то же время имеется такой общественный институт, который в большей или меньшей степени связывает все подсистемы, – это государство. Будучи ведущим компонентом политической системы общества, государство в силу своей роли не может стоять и не стоит в стороне ни от экономических, ни от социальных, ни от духовно-культурных, а тем более политических отношений, поскольку оно является основным средством осуществления политической власти.

Хотя государство как базовый политический институт возникло несколько тысячелетий назад, современная наука не выработала единой концепции происхождения государства (1). Одна из них, имевшая заметное распространение в XIX в., исходила из идеи географического детерминизма (И. Мечников, Э. Хантингтон и др.). Определенные сугубо географические характеристики (климат, ландшафт, природные ресурсы и т. п.) считались определяющими, от них выводилась зависимость темпов и направления общественно-политической эволюции, в том числе и возникновение государства. Современная наука не считает природные условия решающим фактором общественного развития, но признает их влияние на общество, ибо все общественно-политические процессы происходят в определенной природной среде.

Другая концепция – демографическая – исходила из идей Т. Мальтуса, полагавшего, что главная причина едва ли не всех общественных процессов, в том числе и возникновения государства, – рост народонаселения. Естественно, численность населения, темпы его роста влияют на общественную жизнь, но это влияние не является определяющим. Более того, демографические показатели, в свою очередь, зависят от общего состояния общества и характера происходящих в нем процессов. Поэтому демографический фактор не может считаться причиной возникновения государства.

В конце XIX в. среди довольно заметного числа исследователей утвердилась теория насилия (Л. Гумплович, Ф. Оппенгеймер и др.), в соответствии с которой государство возникло в результате внешних завоеваний и политического насилия. Английский теолог и этнолог Дж. Фрезер выдвинул теорию сакрального (магического) происхождения власти, а следовательно, и государства. По его мнению, фундамент любой власти есть вера людей в магическую силу ее носителей, первыми из которых были колдуны, жрецы, маги. Эта вера объединяла людей в общности, из религиозных ритуалов возникали определенные организационные структуры, положившие начало первым государствам. Существуют еще теократические, патриархальные, антропологические, психологические, рациональные, эмоциональные и другие теории происхождения государства. Широкое распространение получили т. н. креативные концепции, считающие государство исключительно предметом творческих, креативных (созидательных) усилий человека. Примером такой концепции является теория общественного договора. Еще Т. Гоббс понимал государство как искусственную конструкцию, специально созданную людьми из страха перед агрессией со стороны других людей. По его мнению, государство – это результат договора между людьми, положившего конец естественному состоянию «войны всех против всех». Дж. Локк, разделяя в общем теорию общественного договора, на первый план ставит веру человека в то, что государство способно лучше обеспечить естественные права человека, чем традиционные, догосударственные формы общежития. Дальнейшее развитие теория общественного договора получила в работах Ж.-Ж. Руссо.

В конце XIX – первой половине XX в. теоретически обосновывалась и практически использовалась классовая концепция происхождения государства. Еще Т. Мор утверждал, что государство есть заговор богатых против бедных. Классовую концепцию отстаивали и развивали К. Маркс, Ф. Энгельс, В. Ленин. Они исходили из того, что государство появилось в результате возникновения частной собственности, разделения общества на антагонистические классы. Правда, уже К. Маркс признавал, что государство есть не только диктатура, машина принуждения и подавления, оно отвечает и за выполнение общих дел, вытекающих из природы любого общества: строительство дорог, оросительных систем, защита границ, поддержание порядка и т. п. Современные научные теории не отрицают важного влияния экономических и социально-классовых отношений на формирование государственности, но и не абсолютизируют роль частной собственности и классов.

Очевидно, не следует однозначно отвергать и другие теории происхождения государства. Исповедуемые ими факторы не могли не влиять на развитие общества, в том числе и на возникновение государственности. Вместе с тем современная политология предлагает свой взгляд на происхождение государства и при этом исходит из того, что государство возникло в результате определенных процессов, происходивших внутри первобытно-общинного общества, и связано прежде всего с развитием общественного производства (2). По данным науки, прежде всего археологии, 10–12 тысяч лет тому назад начался переход от собирательства к производству (скотоводству и земледелию), а поскольку этот переход произошел в период позднего неолита, то он получил название неолитической революции.

Главным следствием неолитической революции явился рост богатства. На этой основе возникает регулярный обмен между племенами. Излишек продукта создавал возможность привлечения дополнительной рабочей силы, требующейся для содержания скота и обработки земли. Такую рабочую силу доставляла прежде всего война – военнопленных стали обращать в рабов, вследствие чего возникло разделение общества на господ и рабов. Хотя в некоторых ранних государствах институт рабства не получил классического развития, там применялись другие (в том числе и экономические) рычаги принуждения.

Вследствие развития производства, обмена, необходимости защиты своих территорий и населения от агрессивных устремлений соседних племен появляются аппарат управляющих производством, купцы, воины, а позже – ремесленники. Таким образом, производящее хозяйство вело к общественному разделению труда.

Другим важным социальным следствием неолитической революции явился переход от родовой общины к соседской. В родовой общине наиболее важные вопросы решались общим собранием ее членов. Собрание избирало старейшину, военных вождей, предводителей охоты. Власть старейшин и вождей базировалась исключительно на авторитете старших членов рода. Споры между членами общины разрешались теми, кого они касались. Принуждение было сравнительно редким, крайней формой наказания являлось изгнание из общины. Род давал своим членам защиту от внешних врагов как военной силой, так и обычаем кровной мести за сородичей. Все эти функции общественной власти не требовали существования особого аппарата управления, выделенного из общества. Не было и особого аппарата принуждения, ведения войн. Все это позволяет характеризовать общественную власть при родовом строе как первобытную общинную демократию, не знавшую еще ни классовых или иных различий, ни государственно-политических форм. Это была потестарная (по этнографической терминологии), а не политическая власть.

Развитие производства вело к тому, что ведение скотоводства и земледелия стало возможным не всем родам, а отдельным семьям. Общественная собственность рода постепенно переходит в частную собственность отдельных семей, ставших самостоятельными хозяйственными единицами. В большой семье общения господство переходит к старшему в семье мужчине, имущество и власть передаются по наследству старшему сыну. Тем самым закреплялись частная собственность патриархальной семьи – общины и неравенство ее членов. На смену родовой общине пришла соседская, хотя за ней сохранились некоторые прежние функции организации общих дел – вырубка леса, орошение и т. п., но уже не община, а отдельные семьи выступали собственниками орудий и продуктов труда. На территории соседской общины могли проживать не только кровные родственники, но и чужаки – купцы, ремесленники, мореплаватели и др. Новые условия требовали и новой территориальной организации, охватывающей права и обязанности этого населения, включая и т. н. чужаков.

В период неолитической революции возросло значение войн, которые, по Ф. Энгельсу, сделались средством постоянного обогащения за счет захвата стад и рабов (3). Войны велись также и для защиты своих территорий и своего имущества, которое приобретало формы частной собственности.

Существенное влияние на объединение отдельных родов и племен в единые народы, на процесс государствообразования оказала религия. Если в первобытном обществе каждый род поклонялся своим богам, то в период объединения племен новые властители стремились утвердить и общие религиозные каноны. Религия утверждала, что вожди, правители получают власть от бога, оправдывала передачу ее по наследству.

Таким образом, развитие производительных сил и общественное разделение труда, социальная дифференциация, распад родовой общины и ее преобразования в соседскую, переход к территориальной организации населения, учащение войн, усиление военной организаций племен, воздействие религии содействовали разложению первобытно-общинного строя и преобразованию родо-племенной власти в государство (4).

Что же собой представляет государство? Сразу же оговоримся, что в понимании сущности государства в научной литературе имеется несколько подходов. Так, нормативный подход рассматривает государство как совокупность норм, регулирующих поведение граждан, политические отношения. Институциональный подход понимает государство как институт власти, имеющий сложную природу и существующий в форме иерархической структуры. Социологический подход рассматривает государство с позиций социальной дифференциации общества, классовых отношений, где оно выступает орудием классового господства. Юридический подход видит основание государства в правах народов и связывает власть с правами человека, а само государство рассматривает как правовую форму организации и функционирования политической власти (5).

По нашему мнению, чтобы понять сущность государства, необходимо определить его признаки. Обобщая имеющиеся в политологической, юридической, исторической литературе классификации признаков государства, их можно свести к следующим.

1. Государство объединяет своей властью и защитой всех людей, населяющих его территорию. Постоянное население данной территории имеет, как правило, устойчивую связь с государством в виде подданства или гражданства и пользуется его защитой как внутри страны, так и за ее пределами.

Заметим сразу же, что в политологии имеется и несколько иная точка зрения относительно населения. Опираясь на юридическое понимание сущности государства и признавая население одним из его признаков, она полагает, что речь должна идти не вообще о населении как таковом, а о народе как этнической общности, как нации, имеющей право на политическое самоопределение (6). Думается, что здесь мы имеем дело с определенным осовремениванием понятий. Очевидно, это правомерно по отношению к современным этносам, осознавшим себя как нация и стремящихся к самоопределению. Но если смотреть на эти понятия в исторической ретроспективе, когда государства только складывались, то вести речь о политической нации, о ее праве на самоопределение считаем не совсем корректным.

2. Государство существует на определенной территории, на которую распространяется его юрисдикция, а власть и законы имеют обязательный характер для всех граждан и институтов. Территорию государства определяют границы с другими государствами, устанавливаемые на основе двусторонних и многосторонних договоров.

3. Государство обладает суверенитетом, т. е. высшей и неограниченной властью по отношению к внутренним субъектам. Этот суверенитет должны уважать и другие государства.