Цвет победы
- -
- 100%
- +
– Кто же тебя воспитывает в таком случае? – ещё возмущённо выговаривала Слава, но больше уже не сердилась. – Кстати, объясни-ка, почему ты зовёшь меня почкой?
Рассказчиком унс оказался превосходным, Слава даже забыла на полчаса о том, куда шла. Она выяснила кучу интересных и полезных вещей и попыталась с помощью унса научиться видеть злополучные ауры, о которых так запросто говорили её дети. И вот тут её ожидало совершенное разочарование. Та самая способность, которая так надёжно оберегала землянку от всяких ментальных воздействий, теперь упорно вызывала головную боль, едва унс пытался передать Ярославе собственное видение окружающей фауны.
– Ты не способна к контакту, почка! – наконец подвёл неутешительный итог Шайо. – Я потратил на тебя столько сил, а ты не увидела даже мышку, которая сидит под этой бочкой.
Ярослава инстинктивно немного отодвинулась от бочки, рядом с которой сидела на низком пуфике. Нет, мышек она не боялась, но и не любила и потому видеть вовсе не желала. А вот слушать снисходительное обращение от маленького ментала как-то надоело.
– Слушай внимательно, мелочь глазастая, два раза повторять не буду! Это я тут самый старший экземпляр, а Стан, Конс и все прочие – мои почки! – Слава немного подумала над неправильностью получившегося утверждения и поправилась: – Вернее, когда-то ими были. Теперь они выросли. Слушай, а ты не сможешь проверить, внизу отперта дверь на первый этаж дома?
Идти самой, как и возвращаться назад, ей почему-то не хотелось. Смешно будет напороться на детей, если Тин с Юной решат вернуться в комнаты. Может, они просто ходили за водой или сладостями, сразу Ярославе такое простое объяснение их прогулки почему-то не пришло в голову.
– Отперта, – важно сообщил Шайо и вдруг вывернулся из ладоней Славы, ловко перебрался на плечо и просительно заглянул ей в глаза, – а можно мне жить с тобой? Ты много знаешь, и энергия у тебя хорошая. Раньше меня носил за пазухой Стан, но теперь там тесно, у Чудика растёт почка. А у Майки мне скучно, она только и рассказывает, какой Конс хороший.
– А разве он плохой? – мгновенно насторожилась женщина, готовая встать на защиту сына даже от этого милого существа.
– Хороший, – как-то уныло согласился унс, – но спать в шкафу мне холодно и скучно… а вылезать он не разрешает.
– Понятно, – невольно фыркнула Слава, – а если Стан не разрешит?
– Я же всё равно слежу за всеми, когда моя очередь, – заторопился унс, – а Майку могу всё время держать под контролем, вот сейчас она спит… на правом боку.
– Ладно, я поговорю со Станом, а пока пойдём вниз, а то становится совсем темно.
Что унс самый лучший из навигаторов, Ярослава убедилась уже через пять минут, он беспрестанно бубнил ей в ухо, предупреждая каждый шаг. Так они дошли до площадки между первым и вторым этажами башни, и даже прошли несколько ступенек вниз, как вдруг унс притих, начал говорить почти шёпотом.
– В чём дело? – заволновалась Слава.
– Нехорошие эмоции… сердитые, – прошипел Шайо, – люди хотят бить друг друга… это неправильно.
– Они враги?
– Нет, они из нашего отряда. – Судя по унылому голоску, маленький разведчик был потрясён нелогичностью человеческих поступков.
Теперь и Слава слышала приглушённые сердитые голоса и, как ей показалось, даже узнала, кому они принадлежат.
– Ты хорошо слышишь, о чём там говорят? – торопливо шепнула женщина унсу. – Повторяй мне.
– Слышу… – гордо сообщил унс и забормотал, старательно повторяя интонацию и подражая чужим голосам:
– …Говорю последний раз, держи от неё подальше свои наглые лапы.
– …Да кто ты такой, чтобы мной командовать?
– …Я человек, который точно знает, ты для неё не сможешь сделать ничего хорошего, а боли ей и без тебя хватило в жизни.
– …А с чего ты взял, будто я собираюсь причинять кому-то боль?
– …С того, что ничего другого ещё ни один из вас человеческим женщинам не принёс. Запомни, я тебя предупредил, второго раза не будет.
– …Думаешь, именно ты можешь сделать её счастливой? Или просто продолжаешь выполнять приказ старого лиса, отправившего тебя с тайным заданием? Не удивляйся так, в то, что ты добровольно покинул обожаемую родину, поверили лишь те, кто ничего про тебя не знает.
– …А вот это точно не твоё дело и никакого отношения к ней не имеет, ты, самое главное, не забудь моих слов. Если жизнь дорога.
Где-то внизу хлопнула дверь, и Ярослава обессиленно опустилась на ступеньку, пытаясь сдержать истеричный смешок. И как, интересно, нужно понимать всё услышанное? А самое главное, к кому относятся эти предупреждения, к Юне или… Нет, прочие предположения – просто бред.
Но в любом случае нужно будет присмотреться к обоим повнимательнее, через несколько минут приняла твёрдое решение Слава, очень уж странным был случайно подслушанный спор о судьбе неизвестной женщины… и неважно, кто именно причина этого спора. И несомненно, объект интереса довольно привлекательных мужчин, кривить душой перед самой собой Ярослава не собиралась.
Таш, конечно, обидел её во время путешествия своим чисто мужским высокомерным отношением. За годы работы участковым врачом Слава как-то привыкла к уважительному отношению окружающих мужчин. И коллеги, и пациенты внимательно прислушивались к её советам и считались с мнением Ярославы, и недоверие охранника не могло её не задеть. Но не могла она и не понимать, что это не личное мнение Таша о ней как о блондинке, а выработанная годами привычка полностью отвечать за подопечных.
Зато во всём остальном заниец был, как говорила старшая медсестра Анжела Павловна, особо ценным экземпляром. Чуть выше среднего роста, крепкий и подтянутый, с цепким и проницательным взглядом бледно-голубых глаз и мускулистыми, умелыми руками. И никаких дурных привычек за время путешествия Ярослава за ним не заметила. Таш не проявил ни малейшего интереса ни к вину, которое матросы торопились допить до прихода в порт Дилла, ни к игре в кости, занимавшей всё свободное время экипажа. А кроме того, умел делать просто невероятное количество самых разнообразных бытовых дел. И в дороге не отказывался ни от готовки еды, ни от стирки и починки одежды, ни от ремонта дверей в одной из харчевен. Про его профессиональные умения и речи не шло, и ежу ясно, что сопровождать любимую дочь наместник отправил самого надёжного и ловкого из своих тайных агентов.
Как ни странно, но и Васта многоопытная Анжела Павловна тоже отнесла бы к тому же элитному отряду редких мужчин, хотя внешне он ничем не походил на агента Зорденса. Гибкий и изящный анлезиец был выше Таша почти на полголовы, а в торсе тоньше того едва ли не вполовину. Хотя шириной плеч почти равнялся с соперником. Да и офицером он явно был из лучших, иначе адмирал вряд ли назначил бы его командовать охраной королевы. И не зря блондин так гордился своей красотой; присмотревшись, Ярослава вынуждена была признать, с лица анлезийца действительно можно писать портреты если не ангелов, то воителей света точно. И вовсе не по вине блондина его внешность не подействовала на Ярославу согласно привычным представлениям анлезийцев. Просто землянка в своё время приняла такую порцию любовного яда, что иммунитета теперь должно хватить на всю оставшуюся жизнь.
Несомненно, противостояние таких достойных поклонников польстило бы любой местной и земной девушке, только не Славе. Она давно поставила на себе крест, раз и навсегда назначив сорокалетие подходящим возрастом для избавления от девичьих мечтаний о том единственном и неповторимом, кого тайно или явно ждут все особы женского пола.
Некоторое время внизу было тихо, и Ярослава, решив, что спорщики ушли вдвоём, собралась было спускаться дальше, но тут из темноты внезапно раздался какой-то странный звук, не то вой, не то плач… или то была шаманская молитва?!
Этого землянка не поняла, но от тоски, обиды и отчаяния, звучавшего в монотонных причитаниях, у неё поползли по спине холодные мурашки.
– Шайо, веди меня наверх, – шепнула Ярослава, приняв показавшееся ей самым верным решение и, приподняв юбку, почти бегом ринулась назад, к выходу.
Несколько раз она в спешке оступалась и, не будь с ней унса, вполне могла бы покатиться вниз, но Шайо был начеку. А когда землянка уже взялась за ручку двери, в которую так неосмотрительно вошла меньше часа назад, постепенно стихавшее пение вдруг смолкло и в нос резко ударил насыщенный аромат цветов. Слава оглянулась и в изумлении едва не выдала себя вскриком – все растения оранжереи прямо на глазах стремительно выбрасывали чуть светящиеся в полумраке пышные кисти распускающихся цветов.
И едва представив, какой насыщенный аромат сейчас обрушится на её аллергию, женщина проворно выскочила в коридор и трясущимися руками задвинула засов.
– Нафик, нафик, – бормотала Слава любимую присказку Костика, почти бегом спускаясь на первый этаж по центральной лестнице, – не нужно мне такого счастья. Да где же тут у них кухня, наконец?!
Глава 5
Однако до кухни она так и не добралась, хотя Шайо, облюбовавший себе место на её голове, в складках банта, сообщил точно, сколько раз и куда нужно свернуть.
Внезапно выскочили откуда-то Стан и Конс, бросились к матери, подхватили под локти и почти на руках утащили в гостиную, где к тому времени кроме них осталась только моряна.
– Что случилось? – Стан спрашивал так требовательно, как никогда не умел раньше, и в его лице и голосе Слава с внезапной ясностью узнала черты Александра.
Несмотря на легкомысленное отношение к супружеской верности и непробиваемый эгоизм в бытовых вопросах, отец Костика был очень хорошим хирургом и умел не только мгновенно разбираться в возникавших внештатных ситуациях, но и беспрекословно подчинять своей воле всю операционную бригаду. И вот именно таким, проницательным и беспощадным в своём понимании обстоятельств, взглядом и смотрел на неё сейчас сын.
– Сбавь обороты, чего ты так орёшь? – моментально ощетинился Конс и, обхватив Славу за плечи, крепко прижал к груди.
– Не тупи, Кость! – раздражённо фыркнул старший. – Я же не на мать ору… а хочу узнать, кто её так напугал?!
– Когда хотят спросить напуганного человека, не разговаривают с ним таким тоном, – не уступал средний.
– Ма… – почувствовав молчаливое согласие матери с этим заявлением, устало заглянул в её глаза Стан, – извини. Просто устал… и вдруг ты бежишь вся в панике… Сорвался. Думал, кто-то напал.
– Кто тут может напасть, если унсы следят и Васт везде своих охранников натолкал, в туалет спокойно не пройдёшь, – усаживая Ярославу на диванчик, примирительно бурчал Конс. – Ма, ты как?
– Васт… – вспомнив цветочный взрыв в оранжерее, иронично фыркнула мать и нервно захихикала, – да никаких врагов не нужно с таким охранником…
– Расскажи подробно. – В какой момент молчавшая в своём углу моряна очутилась рядом, Слава не успела понять, ощутила только мягкие пальцы на плечах и вновь почувствовала знакомое неприятие.
– Не нужно, – вежливо отстраняясь, просительно буркнула землянка, – не идёт мне ваша магия. Шайо сказал…
– Где ты видела Шайо? – изумился Конс.
– Шайо тут… – вылез из волос Славы унс, – старший экземпляр разрешил жить с ним. Если командир согласится. – Малыш опасливо покосился на Стана.
– О, кстати, – припомнила способности унса Ярослава, – он же был со мной! Пусть покажет вам всё с самого начала.
Сама землянка ничего не увидела, как позже выяснилось, унс и не стал тратить на неё энергию, но все трое её собеседников посмотрели информацию очень внимательно.
– А зачем ты убегала-то? – озадаченно поинтересовался Конс. – Цветочки были очень впечатляющие… пойти, что ли, Майке нарвать.
– Не вздумай, – встревожилась мать, – там аромат такой насыщенности, хоть ножом режь, как кисель, натуральная газовая атака.
– Вот, кстати! Киселя тут тоже нет! – обиженно пожаловался средний и задумчиво оглянулся на брата. – Ну и как мы с ним поступим?
– С кем? – прикинувшись непонимающей, поинтересовалась моряна.
– С Вастом, разумеется. – Стан рассматривал повелительницу очень подозрительно. – Или мы всё не так поняли?
– Вот именно, – довольно подтвердила русалка, – как раз с анлезийцем в ближайшее время не должно быть никаких проблем. Он решился повзрослеть на один цикл… и теперь будет спокойным, рассудительным и хладнокровным.
– Как интересно… – В глазах клонов зажглись огоньки безудержного любопытства, да и сама Ярослава подалась ближе к моряне, не желая пропустить ни одного слова из грядущего объяснения.
– Но должна предупредить: рассказывать об этом никому нельзя, анлезийцы своими секретами не делятся ни с кем.
Услышав это предостережение, Слава невольно оглянулась на дверь, и старший немедленно угадал её опасения.
– Не переживай, я его издали почувствую. И ещё… раз уже к тебе примазался Шайо, дай ему задание предупреждать о приближении всех, кого не хотела бы встретить внезапно. А Майке я всё объясню сам. Закат говорил, иногда почки сами выбирают себе напарников, и это наиболее плодотворный вариант сотрудничества.
– Только имечко у него слишком… японское, – вздохнула Слава, – по мне так лучше, если бы он был обыкновенным Шариком.
– Шайо согласен быть Шариком.
Конс не выдержал и хихикнул, маленький найдёныш явно окончательно решил остаться с Ярославой и ради этого готов был называться кем угодно.
– Я ей сам всё объясню, Майка не обидится, – убеждённо объявил он и повернулся к моряне: – Так что это за циклы?
– Анлезийцы живут много больше людей, и потому по примеру ваальтов считают свой возраст не оборотами мира вокруг светила, это для них слишком мелкие и невнятные отрезки жизни, а этапами взросления, или возмужания. И называют их циклами, как принято у растений. Первый цикл длится довольно долго, это время, когда анлезиец чувствует себя ребёнком. Один из немногих побывавших на Анлезии людей рассказывал, что встречал там женатых мужчин, так и не решившихся перейти во второй цикл. Но Ливастаэр не мог иметь меньше чем третий, только перейдя этот рубеж, анлезиец получает законное право отправиться в путешествие по человеческим землям.
– Чётко, – задумчиво протянул Стан, – не по-нашему, конечно, зато сразу понятно, чего ждать от человека. И как он теперь будет выглядеть? Ну, в смысле изменится в нём хоть что-нибудь или нет?
– Внешне Васт скорее всего останется прежним, зато, возможно, проявится новая манера разговора или поведения, – чуть заметно пожала покатыми плечами моряна, – зато уровень способностей наверняка возрастёт. Я не знаю точно, как именно они определяют свою готовность стать взрослее, но когда анлезиец решается перейти на новый цикл, он при помощи особого ритуала усиливает собственные эмоции до самого высшего уровня. А затем, собрав воедино всю имеющуюся в его распоряжении энергию, выплёскивает в мгновенном созидательном выбросе, одновременно расширяя собственные возможности и избавляясь от прошлых переживаний и сомнений.
– Удобно, – усмехнулась Ярослава, – хотела бы я так научиться.
Признаваться не только сыновьям, но даже самой себе, какой досадой отозвалось в её душе принятое Вастом решение так кардинально разобраться с возникшей проблемой, землянка вовсе не собиралась. Мало ли бывает в жизни мелких недоразумений и неприятностей, если на все реагировать, то и жить не захочется.
– По крайней мере, враждовать с Ташем у него больше не будет причин, – ровно констатировала моряна и, бдительно оглядев землян, вдруг заявила: – Впрочем, их отношения никогда и не были самой важной проблемой.
– А в чём тогда важная проблема?! – моментально сделал стойку Стан.
– В Ярославе, – не стала юлить повелительница, – вернее, в её способностях.
– И какая с ними проблема? – Теперь на моряну с тревожным недоумением глядели все трое.
– Должна признаться, я сама не сразу поняла, в чём дело, и специально съездила к одному мудрому старичку, которому известны все сведения, собранные в нашем мире об особых способностях пришельцев из дальних миров. – Моряна достала из потайного кошеля небольшую книгу и протянула Славе: – Лучше тебе всё внимательно прочесть самой. Вкратце могу сказать, почему на тебя никогда не подействует ни очарование, ни целительство, ни порча, ни иллюзия. Ты источник, чрезвычайно редкий вид способностей, и оттого ничью чужую энергию не принимаешь.
Каждый раз, как кто-нибудь попытается на тебя подействовать или ты так испугаешься, как сейчас, эта способность будет понемногу расти. Придётся тебе учиться лечить себя самой, а заодно и многим другим вещам. Например, закрывать энергию от вампиров и опустошённых одарённых, ставить щиты на эмоции и распознавать тех, кто попытается их сломать. Я помогу чем могу, ну и твои дети, разумеется, тоже. Эту учёбу нельзя откладывать и нужно держать в тайне от всех. Сами понимаете, иметь под рукой нескончаемый источник энергии – мечта каждого, у кого есть хоть какие-то способности.
– Сюда идёт адмирал, – предупреждение Шайо, правильно понявшего слова командира, нарушило водворившееся тяжкое молчание.
Земляне, до сих пор ничего не слышавшие ни о каких источниках, пытались сообразить, чем им может грозить свалившаяся на них новая напасть и как с ней справляться, а моряна терпеливо ждала, пока они немного свыкнутся с неожиданной новостью.
– Выходит, я теперь для всех, как лампочка, издали видна? – первой опомнилась Ярослава, бдительно поглядывая на дверь.
– Не для всех, лишь самые сильные одарённые почувствуют, и то не сразу, – успокоила моряна, – мы вот тоже не сразу разобрались. А сегодня я убедилась в правильности своей догадки. Пока ты сидела с нами – никто из наделённых способностями не испытывал усталости и нехватки в энергии. Но стоило тебе уйти, как меньше чем через осьмушку все заметно сникли. Я сама почувствовала, насколько медленнее пополняется энергия, ведь на просмотр эмоций я по привычке постоянно трачу силы. Стало быть, я тоже тянула из тебя, даже не замечая. Такова особая структура источника. Мы все берём в случае опустошения резерва энергию из окружающего мира, но пополнив её, как бы отсоединяемся. А ты берёшь постоянно, собираешь, как ручей мелкие струйки, и так же беспрерывно изливаешь. И именно поэтому нужно немедленно принимать меры предосторожности, такая способность не может не расти.
– Вот счастье-то привалило, – огорчилась землянка, – и, как всегда, неожиданно.
– С этим я тоже не могу согласиться. – Моряна смотрела на подданных очень уверенно. – Внезапно такая способность не даётся. В книге ясно написано: вероятность стать источником бывает только у тех иномирян, кто в своём мире обладал особым даром. Даже если там он был неосознан или неразвит – перенос его выявил и раскрыл. Вспомни, не исполнялись ли неожиданно пожелания, высказанные тобой от всей души? Или ты внезапно отказывалась от собственных планов, а после выяснялось, что это было самое верное решение? Или ты предугадывала приход гостей и врагов? Уверена, нечто подобное обязательно припомнится. А теперь поговорим на другую тему, адмирал уже у двери.
Глава 6
Адмирал принёс плохие новости, все поняли это, едва рассмотрев Бенедли. Инвард за последний час стал ещё мрачнее, и его голубые проницательные глаза запали глубже.
– Я рад… – без прежней подчёркнутой аристократичности плюхнувшись за стол и внимательно оглядев союзников, заявил он внезапно, – что заключил с вами договор за несколько часов до того, как узнал про истинное положение дел. Иначе сейчас у меня не хватило бы ни полномочий, ни совести вовлечь вас в такое опасное мероприятие.
– Что произошло? – В моменты, когда нужно было решать особо важные проблемы, правительница разговаривала очень властно и кратко.
– Вчера вечером командиры всех шести частей, расположенных в предместьях Дилла, получили приказ прибыть вместе с помощниками во дворец советника для получения королевского указа о новых, повышенных в связи с военным временем жалованьях.
– Они не вернулись? – мгновенно догадался Стан.
– Ни один… все там, кроме двоих. У командира третьей части тяжело заболел отец, и он уехал ещё с утра. А его помощник не решился вскрыть послание от советника по финансам… в уверенности, что ничего хорошего оттуда ждать не стоит, а потому лучше не проявлять излишней инициативы. Ну а командир шестой части после обеда подвернул ногу, оступился во время тренировочного боя. И по такому случаю лекарь выдал ему обезболивающее… запрещённое законом королевства. А помощник у него ушёл в отставку, и новый ещё не принял дела.
– В итоге в заложниках у Урдежиса восемь человек, – подсчитал Конс.
– Девять, мой личный заместитель тоже получил приказ.
– И предатель шантажирует тебя жизнями этих заложников? – встревоженно уставилась на адмирала Ярослава, ничуть не сомневаясь в собственной правоте.
– Отправленные на разведку гвардейцы сообщили, что во все войска утром пришёл ещё один приказ, будто бы от имени их командиров. В нём было секретное сообщение о гибели адмирала и предписание не верить никаким самозванцам. Якобы командирам предоставили достоверные сведения, что моё место собирается занять двойник.
– Но это же бред… и вы можете легко доказать свою подлинность. Знакомые воины, воспоминания, о которых не может знать ни один двойник, да куча подобных способов! Или я чего-то не понимаю?
– На это нужно время, собрать судей, представителей от знати и духовенства… а он пока прочно закрепит на троне своего сыночка, – тяжело вздохнул Инвард, – но если я отправлюсь, как он требует, во дворец…
– То это будет самым величайшим идиотизмом, – не выдержал Стан, – ни один заговорщик и ни один шантажист, выдвигая такие требования, даже близко не задумывается о том, как их выполнять. Вас просто уничтожат… и предъявят тело как доказательство прежнего объявления о вашей гибели. Ну а потом расправятся и с двойником… думаю, такой уже сидит где-нибудь в тайной камере. После этого Урдежису останется только назначить главнокомандующим своего человека.
– Но бросить своих воинов в такой ситуации я тоже не могу! – Глаза адмирала сверкнули благородным негодованием.
– Никто не предлагает бросать, – отрезал Стан. – Мать-моряна, как твои люди?
– Почти готовы, думаю, к утру можно будет начать штурм.
– Неправильно всё это, – скептически разглядывая сообщников, решительно заявила Ярослава, – прямые пути хороши только в общении с друзьями и честными людьми. А ваш советник не зря так долго готовился и наверняка продумал все возможности отражения штурмов. Знаете, у нас на Земле было не меньше сотни таких ситуаций, и самые быстрые победы – это те, где не лезли на стены с мечами, а действовали хитростью. Например, троянский конь, птицы Ольги, отравленные источники, подкопы и многое другое. Мне трудно предлагать варианты, досконально не зная деталей обороны, но вы-то можете? Могу лишь назвать те, которые приходят на ум мне самой: тайные ходы, десант с хотомара или как-то задействовать морянские зелья.
– Да мы, в общем-то, и не собирались лезть напрямик с мечами, – осторожно буркнула моряна, – а как ты предлагаешь использовать зелья?
– Ну, например, разбрызгать с хотомара. Если он пролетит на достаточной высоте, чтобы не достали лучники, то сможет побрызгать всех… у нас так по весне вредителей на полях травят.
– А чтобы они все во двор выскочили, можно чём-нибудь привлечь… например музыкой, – оживился Конс.
– Это хорошая мысль… насчёт отвлекающего манёвра, даже если без снадобий, – одобрил Стан, – раз на армию мы не можем рассчитывать, то будем действовать именно так. Только нужно уточнить некоторые детали…
– Армию совсем сбрасывать со счетов не стоит, – вступился за своих подчинённых Инвард, – я отправил послания старым друзьям, тем, кто знает мой почерк и в ком я уверен. У них у всех тоже есть надёжные товарищи… думаю, к обеду во главе частей встанут мои люди. Но срок, отпущенный мне советником для добровольной сдачи, истекает с началом второго периода.
– Значит, нужно начать операцию как можно раньше… и лучше перед рассветом, – категорично постановил Стан, – именно в это время люди особенно расслаблены и не ждут никаких нападений. Не удалось уточнить, сколько у советника личной охраны и наёмников?
– Как оказалось, я знал его план заранее, – горько усмехнулся Инвард, не поднимая глаз от вытканных на коврике дворцов, – и с каждой сороковиной всё больше убеждаюсь, что стал слишком наивен и доверчив для своей должности. Это я сам подписал пропуск ватаге установщиков светильников. Урдежис ещё весной отлично сыграл скрягу, который не желает расставаться с доверенными ему монетами… но зато теперь я почти уверен в сговоре с ним Ральдиса. Трудно случайно так удачно подыграть советнику в том споре. Позавчера вечером, ради того, чтобы закончить работу за сутки, пока королева отдыхает в приюте, в замок въехало почти полсотни крепких мужчин, которые должны были заменить во всех комнатах старинные бра на световые цилиндры. Ещё – хутамщики и подручные. Оружие они провезли в корзинах, под цилиндрами, но оно наёмникам почти не понадобилось. Они и без оружия за несколько минут согнали испуганных служанок и кухарок в конюшню и заперли на втором этаже в комнатах для погонщиков пангов. А едва прибывшие в замок старшие офицеры оказались в руках советника, охране предоставили право выбора: сложить оружие и уйти или отправиться вместе с командирами в подвал. Несколько человек пошли в подвал, и те, кто решил уйти, уверяют, что сделали они это не по глупости, а специально.