- -
- 100%
- +
В отличие от Иры, всерьез занимавшейся боевой рукопашкой, Сонечка никакого отпора недругам дать не могла.
– Мог бы купить машинку поприличнее, – усаживаясь на вытертое сидение хорошо потрепанного жизнью джипа бурчала Дина для порядка, точно зная что напарник все деньги вкладывает в строительство дома. Не потому, что так уж любит загородную жизнь, просто с его профессией удобнее и надежнее.
– Куплю когда-нибудь гелик, – мечтательно вздохнул Дима, внимательно следя за дорогой – и повезу тебя в лес.
– И там забудешь, – в тон добавила она, – чтоб не портила тебе картину всеобщего обожания.
– Ведьма, – беззлобно огрызнулся сыщик, выруливая на стоянку, – приехали.
Магазин Алисы Геннадьевны ничем не отличался от сотен таких же, переделанных из квартир первого этажа. Крылечко на фасадной стороне, окна за мощными решетками, замершие над ними жалюзи и кованые перила. Дина поднялась по ступенькам, обнаружила табличку – перерыв и привычно прислушалась к эмоциям. А через миг ринулась назад.
– Куда? – Успел спросить шедший за нею Дмитрий, но тут же вник в неординарность ситуации, сделал выводы и помчался вперед, обгоняя спутницу.
Все же не зря он считался лучшим в своем деле.
– Идиот! – Шипела Дина, легко снова обходя сыщика, – он тебя по стенке размажет!
– Кто? – затормозил Дима.
– Колдун дикий.
– Ты уверена? – Сыщик выхватил из кармана подвеску на цепочке и на ходу нацепил на шею.
– Штраф возьму, идиот, – снова разозлилась она, – сколько раз говорить, к голой коже!
Они дружно, как пара рысаков вылетели из-за угла и так же дружно на миг замерли, изучая обстановку. Двор как двор, полоска газончика под окнами, подъездная дорожка, дальше детская площадка. У второго подъезда, куда выходит дверь нужной им квартиры, стоит новенький черный внедорожник с поднятой багажной дверцей, и кудрявый брюнет засовывает в него какой-то ящик. Потом разворачивается и почти бегом несется в подъезд.
– Торопится, гад, – мигом сделал выводы Дима.
Интересно почему? – задумалась экстрасенс, и показав напарнику кулак шагнула вперед. И пока шла, неторопливо, как обычные прохожие, успела приготовить оружие и построить пару версий. Главным вопросом, вокруг которых они закручивались, разумеется была цель колдуна… Ради чего дикий провернул такую сложную интригу, если хотел просто уйти и прихватить кучку денег? Мог бы перевести их на свой счет в любом отделении банка, тут же обналичить и потеряться в туманной дали. Ведь новые документы и новая легенда у него уже были, раз он так легко сжег поддельного Олега.
Но дикий предпочел устроить аварию, потом начал шантажировать бывшую жену, пытаясь вынудить… к чему? Что ему от нее требовалось? Чтобы куда-то на время переехала из квартиры? Или вообще решила отдохнуть где-нибудь на солнечном пляже? Но он мог отправить ее туда и пока был мужем.
Или все же не мог? Или пытался, но только вызвал подозрения? Так вот почему она озаботилась новой борсеткой! А он сразу все просек… и резко повернул колесо событий. И сумел уйти чистым… не оставив никакого повода даже для обвинений, не то что для доказательств.
И в таком случае Дина знает только одну причину, по которой мнимый «грузин» так остервенело таскает сейчас в багажник ящики.
Сокровища, иного повода просто нет. Вечная головная боль и забота всех диких колдунов. Хранить деньги на счетах банков они не могут, не зная, кем станут завтра. Конечно, бывают безымянные вклады, но банки относятся к ним подозрительно и открывают неохотно. Никому не хочется ввязаться в отмывание грязных денег. Тем более, если вклад очень большой… а у колдунов они не просто велики… громадны. За долгие годы подпольной жизни пронырливые дельцы скапливают кучи золота и драгоценностей, денег и ценных бумаг, прибирая к рукам все, что попадается на глаза. И с каждым годом все острее становится вопрос, где хранить, и как не навести на собранные сокровища других любителей поживиться?
– Черт, – потрясенно охнула про себя уже подходившая к машине Дина, – а ведь в ордене положена награда не только за поимку дикого колдуна, но и за обнаружение его тайников. Интересно… сколько процентов?
Колдун, как раз поставивший очередной ящичек, искоса смерил бредущих по дороге людей и вдруг насторожился. Неизвестно, чем они себя выдали, но что раскрыты – Дина поняла сразу, по колючей волне плеснувшей в мозг чужой ненависти.
И ударила первой, не ожидая ни нападения, ни разговоров. Все правила и законы в случае встречи с дикими теряют силу, кроме одного – кто промедлит – тот проиграл. И хорошо если на кону будет всего лишь эта встреча, чаще оказывается жизнь.
Ментальный удар скрутил лже-грузина словно острый приступ диареи, он даже упал на колени в чуть подмерзшую грязь, и торопливо зашарил по карманам, пытаясь достать амулет. Но Дина ждать не стала. Ударила еще и еще, бормоча для напарника:
– Как плохо-то человеку… приступ, наверное. Поднимай, чего стоишь? Клади на скамью, да руки-ноги вяжи, а то сам себя покалечит. Я врача вызову, ты покарауль.
И пока Дмитрий ловко связывал колдуна и заматывал от любопытных глаз в прихваченный из машины плед, белкой взлетела на крыльцо и помчалась в сторону неплотно прикрытой железной двери. Сначала требовалось убедиться в целости своей работницы.
Ирана нашлась в небольшом складе, бывшей кухне. Сидела прикрученная к стулу банальным скотчем и сверкала сердитым взглядом. Во рту у нее предсказуемо торчал кляп из пыльной тряпки.
– Жива? Тсс! – Дина выдернула кляп и оглянулась, – а где эта?
– Барахло пакует, – хрипло шепнула помощница.
– Посиди еще немного, я ее возьму, – приказала хозяйка и выскользнула в полутемный коридорчик. В проеме ведущей в торговый зал двери приостановилась, оглядываясь и обнаружила у кучки растерзанных коробок и распахнутых расписных ларцов жилистую девицу, поспешно складывавшую в небольшие ящики крепкие мешочки из плотной ткани.
Вот ее ментальный удар уложил как хорошая дубина, значит ни собственных способностей, ни амулета «племянница» колдуна не имела. И, следовательно, никаких шансов на совместное с ним путешествие, а скорее всего и вообще на жизнь – тоже. Дина огорченно вздохнула, крути как хочешь, но самой ей расхлебывать это дело дальше не по статусу. Хорошо хоть прибылью пахнет… и судя по всему немалой.
Женщина достала телефон и, выбрав номер, нехотя нажала вызов.
– Добрый день, Дина, – почти сразу раздался знакомый до зубного скрежета мужской голос.
Она несчастно скривилась, однако ответила вежливо и очень спокойно.
– Можно узнать, какая в этом году премия за обнаружение дикаря?
– Пять миллионов, – так же ровно ответил он.
– А если дикарь замшелый?
– Тридцать.
– А за поимку замшелого?
– Еще столько же, – ответил он и ровно осведомился, – пора ехать?
– Сначала скажи… а за сведения о сокровищах сколько?
– В зависимости от величины. За приличные – двадцать.
– А если сокровища очень… хорошие, разве не полагается процент?
– Только если они уже найдены.
– И даже в машину погружены, – кротко добавила Дина.
– До пятидесяти процентов.
– А за раскрытие убийства?
– За все получишь, – теряя терпение рявкнул магистр, – не трать зря время.
– Я и не трачу… вы же меня засекли? И уже небось едете.
– Только выехали, – огрызнулся он, и словно мельком справился, – ты там одна?
– С напарником и помощницей, но она еще связана скотчем, – теперь можно было говорить все откровенно, и сами через несколько минут увидят, – Пойду распутывать.
– Не нужно… – посоветовал он тихо, – ей компенсация за нападение не помешает.
И отключился. Дина согласно кивнула, усмехнулась и побрела к выходу из магазина, но вдруг остановилась, метнулась к зеркалу. Торопливо стащила и отбросила шапочку, поправила волосы и провела ладонью по лицу, снимая очки и усталость. Не так часто они теперь встречаются… чтобы предстать совсем уж золушкой.
Магистры приехали втроем, быстро и уверенно выскочили из машины, подскочили к колдуну, которого для вида заботливо придерживал Дима. Мгновенно что-то для себя определили, и двое потащили пленника в свою машину, а третий шагнул мимо настороженно замершего сыщика на крыльцо.
– Привет. Молодец… крупную рыбку поймала. А где… – Знакомые темно-серые глаза смотрели внимательно и чуть насторожено.
Словно проверяя, та ли это девушка, не слишком ли изменила ее жизнь и не пересмотрела ли она своих принципов.
– В багажнике, – показала Дина взглядом на внедорожник, – остальное еще в магазине. Там его помощница… упаковывала… а я ее того… положила отдохнуть.
– Идем, посмотрим, – мягко потянул ее в подъезд Руслан, – потом решим, куда грузить. Это же его машина?
Он дернул подбородком в сторону внедорожника, но в мозгу экстрасенса уже сияла путеводной звездой новая идея.
– Вообще-то машину я уже пообещала сыщику… – сказала она нарочито громко, зная что идущий следом Димыч ни за что не пропустит подсказки, – но можете и сами ее подарить… за то, что держал колдуна, рискуя жизнью.
И последние слова ни грана не были преувеличением. Случалось иногда и такое. Попав в западню, колдуны от отчаяния сходили с ума, и, собрав последние силы, взрывали себя, сжигая заодно, как напалмом и всех окружающих.
– Хорошо, – не стал спорить магистр, – сейчас дадим доверенность, завтра подъедет – оформим.
Ну еще, бы, тайком усмехнулась Дина, это же так удобно, быть добреньким, когда тебе преподнесли на блюде кучу сокровищ.
– Но в следующий раз так не рискуй, – словно услыхав ее мысли, строго предупредил Руслан, – сразу вызывай помощь. Поверь, на твоей премии это не отразится.
Она отвернулась и обиженно поджала губы, легко ему так говорить, словно ей дикари каждый день встречаются не по одному разу! А на самом деле этот – второй, за двенадцать лет. И первого она упустила, не сумев просчитать ход его больных мыслей.
Через четверть часа, перебрав коробки с аляповатыми шкатулками и убедившись, что ничего ценного в них больше нет, магистры перегрузили сокровища в свою машину и уехали, оставив сыщиков упаковывать разбросанный товар и убирать по местам. Вызванная Диной хозяйка должна была прийти с минуты на минуту.
– Теперь я понимаю, – вздыхала Ирина, – зачем они увели меня в склад. Не хотели, чтобы я увидела их тайные запасы.
– Он спешил, – поправила Дина, ставя в угол последнюю коробку, – но об этом поговорим потом. Я сейчас буду вешать лапшу… а вы помалкиваете.
– Что тут произошло? – влетела в магазин Алиса.
– Ваша продавщица оказалась мошенницей. Пыталась унести кассу и самые ценные предметы… но Ирина помешала. Тогда Таня ее оглушила, оттащила в склад и примотала к стулу. Не знаю, что она собиралась сделать с пленницей, мы пришли как раз вовремя… Но преступница сбежала, бросив и ключи и кассу. Мы составили акт и сложили товары на место… теперь этим делом пускай занимается полиция.
– Да зачем она мне нужна, – окидывая опытным взглядом витрины, отмахнулась Алиса, – слава богу, что вы тут были. А меня кто-то запер… и вставил снаружи ключ. Пока дозвонилась консьержу, пока он пришел…
– Это ее подельник, – уверенно объявила Дина, – но теперь вы можете не переживать, раз операция сорвалась он заляжет на дно. Ну, все в порядке? Тогда мы поехали.
На крыльце она немного постояла, любуясь на блаженную улыбку Димы, хлопавшего дверями нового приобретения, потом повернулась к Ирине и спросила:
– Ну, где твоя ауди?
– Вон, возле дорожки, – кивнула помощница на машину, – а поесть дома осталось?
– Осталось, но сегодня мы идем в ресторан. Только переоденемся и Сонечку возьмем. Я должна запить стресс.
– Такой стресс запить будет очень не просто, – загадочно ухмыльнулась Ира, – одни глаза чего стоят… про плечи я уже молчу.
– В мужчинах главное не плечи… а гармоничное сочетание ума и характера, – хмуро возразила Дина, – жаль, встречается такая диковинка крайне редко.
О том, что ресторан отменяется, она догадалась, едва открыв дверь в квартиру. Горечь и боль смертельной обиды носилась в воздухе как дым осеннего костра и Дина побежала на ее источник как по стрелке компаса, сбрасывая по пути сапожки и куртку.
– Сонечка, что случилось? – налетев на безжизненно замершую у кухонного окна девушку, затормошила ее, закрутила, пытаясь пробудить хоть какие-то эмоции.
– Он влюбился… – хрипловато прошептала та, пряча щелочки опухших от слез глаз.
– Вот сволочь! – припечатала Ира.
– Возьми карточку, иди в магазин, – выставила ее Дина, – и ни в чем себе не отказывай.
– Понял, – мгновенно успокоилась та, – а вывеску на двери повесить?
– Ну да, по техническим причинам. – Дина мягко обняла девушку, усадила на стул и, достав из холодильника бутылку, плеснула немного коньяка в крошечную рюмку. – Пей, это лекарство… больше не дам.
– От этого лекарства нет… – горько всхлипнула Сонечка.
– Есть… от всего есть. Очень простое и действенное, наш рассудок, – уверенно заявила хозяйка, помня о приверженности девушки к логичным объяснениям и примерам. – Вот представь, свою любовь, такую прекрасную и сладкую чем-нибудь материальным. Допустим шоколадными конфетами или пирожными.
– Зефиром в шоколаде, – печально усмехнулась блондинка.
– Отлично. И вот идешь ты однажды и находишь огромную бочку, почти цистерну этого зефира. Начинаешь есть – ах как хорошо! И главное – много, можно не волноваться, его хватит тебе на всю жизнь. Ешь день, два, год, три года – а он все не кончается и твоя жизнь просто прекрасна.
– Так и было, – всхлипнула Соня.
– Но однажды ты открываешь свою бочку, снимаешь бумажку и видишь, что зефир испортился. Стал совершенно несъедобным, зеленым, гадким… ну что же, бывает и так. Но о чем тут плакать? Ведь целых три года ты ела совершенно свежий, прекрасный зефир и была абсолютно счастлива. Разве от того, что остальной зефир протух, уже съеденный стал хоть чуточку хуже? Главное – он у тебя был, а ведь многим так и не удается найти бочку с любимым лакомством. Им иногда перепадает маленькая коробочка… но они ведь не рыдают и не считают жизнь пропащей?
– Но это не равнозначно, – задумалась девушка, – там просто конфеты, а у меня – человеческие чувства.
– А суть одна. Они перегорели, испортились и тебе больше не подходят, ядовиты. Значит выброси, как гнилой зефир и не вспоминай больше. Живи свободно дальше, возможно впереди у тебя встреча с новым лакомством.
– Надо квартиру искать… – снова сникла Соня, – ту мы вместе снимали.
– А почему уходить должна ты? – нахмурилась Дина, – а не он?
– Мне одной дорого платить, – резонно заявила помощница, – и вообще буду искать комнату поближе, чтобы не ездить на метро.
– Тогда так… – задумалась хозяйка, – сейчас мы пьем чай за успешное завершение дела… а как отпразднуем, поедем за твоими вещами. Пока поживешь здесь, я сама займусь поиском квартиры. Кстати, ты еще не знаешь… нашей Ирине сегодня тоже перепало. Привязали скотчем к стулу… в рот кляп сунули… вовремя мы с Димой приехали.
– Вот гады, – мгновенно забыла про свои обиды Сонечка, – но вы их поймали?
– Сдали куда следует, – туманно намекнула экстрасенс, – а хозяйке навешали лапши. Некрасиво, конечно… но она не в убытке, а лишние сведения ей вовсе не нужны.
Загрузив помощницу моральными проблемами, Дина со спокойной совестью поставила чайник и отправилась переодеваться, вздыхая втихомолку. Почему-то чужие проблемы всегда кажутся проще своих, и решаются не в пример легче.
Глава 3
В поход за вещами Сонечки решено было выдвинуться всей командой, и в боевом облике. Конечно, сподвиг на это коньячок, скрасивший девушкам огорчения прошедшего дня, хотя его было всего по паре рюмок. Зато не забыли вызвать Саню, владельца расположенного неподалеку агентства по прокату автомобилей. Дина как-то помогла ему найти работавшую на конкурентов крысу и теперь он считался ее другом и искренне обижался, если экстрасенс заказывала такси, а не звала его на помощь.
Он прибыл на огромном внедорожнике, с удовольствием подсадил в него нарядных и разрумянившихся девушек и включил им веселую музыку, полагая, что издательство едет отдыхать.
– Убавь, – попросила Дина, – нам договориться нужно. Запомни, Соня, ты молчишь, как рыба об лед. Быстро собираешь вещи, а Ира тебе помогает. Я сама с ним поговорю. Саня будет группой поддержки.
– А что стряслось? – вмиг насторожился мужчина.
– Ничего особого… развод дело житейское. Но нужно решить некоторые детали, а скандала не хочется. Поэтому я поговорю тихонько, по – семейному, и уйдем.
Санек понимающе кивнул, а что тут скажешь? Все когда-то женятся, и многие вскоре разводятся, разочаровавшись в избранниках при ближайшем рассмотрении.
Но у Дины сложилось иное мнение. Вернее, сначала оно сложилось у дотошной Иры. Раскрутив Сонечку на подробный рассказ о ее семейном быте, личная помощница экстрасенса ушла к своему компу, что-то там печатала и наконец вытащила из принтера три листа.
– Вот, – заявила гордо, выдавая всем по экземпляру, – ознакомьтесь.
– Я этого просить не буду, – возмутилась Сонечка, едва взглянув на столбик цифр, – это мелочно.
Ира посчитала все долги ее бывшего сожителя и записала их четко, как менеджер банка. Набралась довольно весомая сумма, Роман второй месяц не отдавал Соне свою долю за квартиру. Да и в остальные расходы давненько не вкладывался, объясняя задержкой выплат. Парень сдавал в аренду какие-то склады.
– Посмотрим на него, – изучив документ, решила Дина, – давайте сюда, обещаю… если пойму, что он по-настоящему сожалеет о случившемся, переживает за Соню и хочет расстаться по-доброму – то прощу.
Дверь Соня попыталась открыть своим ключом и растерянно отступила.
– Не идет.
– Пропусти, – выдвинулся вперед Санек и нажал до упора кнопку звонка.
– Наверное хватит? – заволновалась Сонечка через минуту, но мужчина лишь подмигнул ей, успокаивая.
– Ну сколько можно, – раздраженно пробурчали за дверью, звякнули запором, и она распахнулась. – Я же сказал, придешь в воскресенье!
– А я хочу сейчас! – Саня как танк вдвинулся в прихожую, сминая попытку сопротивления и направился прямиком в комнату, – и с какой стати ты тут вообще командуешь? Если нашел другую, то и иди к ней. Или еще куда, будь мужчиной.
– Но эту квартиру снимаю я, – зло сверкнул почти белыми глазами тощий белобрысый парень с рожей хорька.
– А платит Софья, – доставая листок, ледяным тоном веско сообщила Дина, мгновенно позабыв про намерение договариваться тихо и мирно. – Уже два месяца. И за еду – тоже. Поэтому все права на квартиру у нее. Но если ты рассчитаешься сразу – я никого не буду подключать.
– А мы уже подключились, – хищно ухмыльнулся Саня, ловко выхватив у нее из рук калькуляцию Ирины, – у меня личные счеты со всякими жиголо.
– Не смейте его оскорблять, – проснулась вдруг чернобровая девица в цветастой блузке, до этого тихонько сидевшая в уголке дивана, – а то я полицию вызову.
– Пиу, Пиу, Пиу, – дурашливо прогудел Саня и, ехидно прищурившись, достал из кармана удостоверение, – кому тут потребовалась полиция? Вам, девушка? А вы где, собственно прописаны? Покажите паспорт.
– Это неважно, – занервничала она.
Ирина, помогавшая накрепко стиснувшей губы Сонечке бросать в сумки все подряд, язвительно хихикнула.
– Тут все важно, – не отступал Саня, – Но, если не желаете показать документы, придется проехать в отделение.
– Мне пора, – вскочила девица и ринулась в коридор.
– А разве вы не поможете вашему другу расплатиться с долгами? – ехидно бросила ей вслед Ирина. – Ведь он на вас так рассчитывал!
– Да что вы все взъелись? – взвыл Рома, – отдам я деньги! Завтра у ребят займу и отдам!
– Вот и ключи получишь завтра, – жестко обрезал Саня, – а пока освобождай помещение.
– Но мне некуда идти…
– Тогда пиши расписку. – смерив его презрительным взором, постановил Саня, – на мое имя. Я отдам девушке деньги, чтобы ей больше не смотреть на твою подлую рожу. И учти, ты очень пожалеешь, если завтра не перечислишь все до копейки вот на эту карточку.
Саня написал на калькуляции номер и бросил ее на стол. Потом подхватил самые большие сумки и, пропустив девушек вперед, вышел из квартиры, даже не подумав захлопнуть за собой дверь.
– Ненавижу таких жмотов, – рычал он, заводя машину, – просто до звона в ушах. Он ведь юлить из-за денег начал, нашел подружку повыгоднее. И не вздумай плакать о нем, София! Он гнилой по сути… все равно когда-нибудь бы предал. Не сегодня – так завтра. Но чем дальше, тем обиднее… я точно знаю.
Пока они добрались до дома, на город прочно и надолго легла ночная мгла, и Дину неудержимо потянуло в домашнее тепло и уют. Хотя фонари и вывески немного спасали от ощущения тоски и одиночества, непременных спутников всех эмпатов в такое время суток и в такую погоду, но эмоции бегущих мимо усталых и замёрзших горожан неумолимо складывались в невидимую копилку, начиная все сильнее превалировать над всеми остальными.
Саня ловко вписал машину в крошечное свободное пространство перед подъездом, велел пассажИрам сидеть и отправился собственноручно высаживать их на чистый тротуар. Потом так же споро выгрузил сумки и прихватив самые увесистые, направился в подъезд. Девушки потянулись за ним а Дина все стояла, вслушиваясь в обнаружившийся внезапно яркий след так хорошо знакомых эмоций. И хотя привычно пыталась определить, чего в них больше, тоски, отчаяния или безумной надежды, все равно наслаждалась неизменностью направленности на себя. Той самой, что вспыхнув когда-то, принесла с собой море счастья и бездну боли, не утихнувшей и до сих пор.
Ну вот что ему еще нужно, зачем снова тревожит едва зажившие раны? Ведь сам резко и решительно оборвал все нити, и, что обиднее всего, в самый неожиданный момент, даже не соизволив объяснить свой поступок ни одним словом. Дина наконец отмерла, горько усмехнулась и, тяжело шагая направилась к крыльцу. Наверняка девушки уже разгрузили лифт и можно будет им воспользоваться. Идти наверх по лестнице у нее почему-то не было никаких сил.
– Мы можем поговорить? – Руслан возник за плечом как призрак, но Диана даже не вздрогнула.
Связь эмоций упорно не хотела рваться, и она прекрасно чувствовала все его перемещения.
– Сегодня? – непритворно изумилась экстрасенс, – это плохая идея. Лучше в другой день.
– Нет… – категорично отказал он, – сейчас. Загляни в двадцать вторую… там будет открыто.
Развернулся и торопливо побежал вверх по ступенькам. Дина огорченно пожала плечами, вздохнула и нажала кнопку вызова. Все в мире могло меняться, только не самоуверенность этого магистра тайного ордена.
– Все на месте, – отчитался Саня, едва она вышла из лифта, – я домой, а завтра пришлю парня… мебель подвинуть. Хороший, умный и честный паренек.
– И главное, специалист по мебели, – серьезно поддакнула Дина. – а тебе не кажется, что это мой хлеб?
– Ты такими мелочами не занимаешься, – убежденно заявил жулик, – и кандидатуры подходящей у тебя нет. А у меня на одну головную боль меньше станет, там к нему одна фифа клинья бьет, но не по себе кусок урвать решила.
– Да разве я против? – устало вздохнула женщина, протягивая ему купюры.
– Не за деньги я туда ездил, – обиделся Саня, – вот врежу ему завтра по морде и будем в расчёте.
Шагнул в лифт и уехал, а Дина с тоской глянула на новенькую металлическую дверь двадцать второй квартиры. Там недавно делали ремонт… она еще подивилась деликатности и аккуратности строителей, даже хотела телефон взять, на всякий случай. По подъезду они передвигались почти бесшумно, работали точно с девяти до восьми, не курили из всех окон и не сверлили стены до одурения. И даже строительные материалы и мебель поднимали в квартиру на подъемнике, занося через лоджии.
Интересно… сам собой всплыл вопрос, а когда он начался, этот ремонт? Вроде сразу после нового года… или еще раньше?
– Дина ты идешь? – позвала в приоткрытую дверь Ира.
– Позвоню и приду, – отозвалась хозяйка и, озаренная догадкой, предложила, – а ты не хочешь сегодня остаться? Постелешь себе на диване. Куда сейчас ехать?
– Ладно, – сразу согласилась та и дверь закрылась.
– Только не верь ничему и не сдавайся, Диана, – мысленно сердито предупредила себя экстрасенс и неохотно шагнула ко входу в соседнюю квартиру.
Других, кроме ее собственной, на площадке просто не было.
Тяжелая на вид стальная дверь распахнулось совершенно невесомо, а вторая, деревянная, была открыта изначально. И за ней, в глубине прихожей, в мягком сиянии светодиодного светильника сразу нашлась высокая мужская фигура. Руслан стоял, с кажущейся небрежностью прислонясь плечом к стене и вроде бы безразлично смотрел на входящую женщину.
Одновременно точно зная – не может она не ощущать сумасшедшего фонтана эмоций, плеснувшегося из его души, едва приоткрылась дверь. Дикой смеси неизбывной боли и вины, отчаяния и нежности, горьковатой как полынь, надежды и бог его знает, чего еще. Всего, что накопилось за эти нестерпимо долгие месяцы, прошедшие с весны.