Проект Икар. Беглец из Альфа-теста

В общем, я отверг идею погрузиться в виртуал как нецелесообразную и пошел спускать пар на тренажеры. Тоже неплохой метод. Прочищает голову, ибо при тяжелых нагрузках думать над чем–либо затруднительно – внимания хватает только на поддержание ритма и дыхания.

***

Поток, похоже, закончился. На взгляд – около полутора тысяч метров. Я на всякий случай сделал еще виток, но подъема не почувствовал. Мысленно хмыкнул: «Понятно», и пошел на переход, в смысле к следующему потоку, который еще поискать придется.

С утра я успел смотаться в поля, поднабрать травы и скинуть все тому же Якубу. От него я вышел не только разжившись несколькими серебрушками, но и полученным достижением «Алхимик 1–го уровня», которым меня наградила система за умение обрабатывать собранную траву так, чтоб она долго не сохла, да и вообще не портилась. Хозяин лавки не обманул, научил меня некоторым премудростям, что системой было, соответственно, учтено.

Разумеется, позавтракал, запасся провизией в дорогу, после чего, вспоминая бабушкину присказку «нищему собраться – только подпоясаться», счел себя вполне подготовленным и, отойдя подальше от города, стартовал.

Погодка малосолнечная и ветреная. В результате первого – слабый прогрев земли, а значит, низкая термическая активность: потоки редкие и слабые. В результате второго даже те, что умудрились сформироваться, сильно прижимались ветром, а то и рвались. Чтобы понять, как это, достаточно посмотреть на дым из трубы.

В такую погоду надо «сдуваться по ветру». В одном потоке можно пролететь несколько километров – знай себе крути, стараясь не выпасть из наклоненного столба нагретого воздуха, и вместе с ним тебя пронесет далеко–далеко.

Но мне не нужно просто сдуться туда, куда несет ветер, у меня цель – Рассветный Утес, к которому я собирался еще в прошлые выходные. Не получилось. Но уж за эту сессию кровь из носу, но вершину возьму!

Курс к нему от Коровьего холла – 85 градусов. А ветер сегодня юго–юго–запад, то есть около 200, что в свою очередь 115–120 градусов к моему курсу. Спасибо, хоть небольшая попутная составляющая есть, но сносит здорово.

Для маршрутного парителя задача не из тривиальных. Во–первых, поиск потока. Кучевки нет, на небе какая–то хмарь, поэтому в верхней трети ориентироваться не по чему. Наземные триггеры тоже плохие подсказчики: потоки наклонены градусов под 60, а то и более.

Во–вторых, удержаться в потоках непросто – они рваные. В–третьих – слабые. Я набрал только полторы тысячи, значит, в запасе около километра. При подобной погоде в реале метров с четырехсот, ну может, с трехсот, я бы уже искал место посадки и строил заход. Здесь у меня есть «чит», я могу включить маховый полет, чтобы подольше продержаться в воздухе и всё–таки зацепиться за поток.

Поставленная самому себе задача интересная, нет слов. При таких метеоусловиях достичь цели – это вызов, это то, за что потом можно себя уважать. Но вот только вымотался я к этому времени изрядно. Растратил почти две трети шкалы, а кроме того, устал, так сказать, ментально – приходилось постоянно удерживать в фокусе внимания кучу факторов: следить за курсом, куда мне надо и куда сносит, постоянно выглядывать на земле потенциальные источники потоков.

Все–таки утомительно вот так летать: сначала долго ищешь поток, потом стараешься не выпасть из сильно наклоненной «сопли», постоянные мысленные метания – крутить эту или, может, рядом есть что–нибудь посильнее? А вдруг бросишь, походишь–походишь, ничего другого не обнаружив, то брошенный поток найти уже не получится. Из–за сильного боковика продвижение вперед очень небыстрое. Если бы писался трек, то выглядеть он должен как пила с длинными и кривыми зубьями: вот снос по ветру в потоке для набора высоты, вот ее размен для компенсации сноса, вот размазанные петли в поиске нового потока. И так снова и снова.

Да и о простой осмотрительности нельзя забывать: места хоть и менее обитаемы, чем окрестности одного из «великих городов», но встретить игроков на земле или даже в воздухе было реально. Я должен заметить их первым и постараться облететь.

Не в моих правилах сожалеть о сделанных подарках, отдал – значит, отдал. Но где–то на границе сознания нет–нет да и мелькало сожаление о просохаченных из–за какой–то глупой сентиментальности денег. Закупившись эликсирами, я мог бы достичь Утеса за один заход и уже сидел бы на его вершине.

А так все равно придется делать остановку, чтобы восстановиться, да и просто передохнуть. Не люблю оставаться без резерва: мало ли что, второй встречи с кем–то вроде медведей мне точно не надо. То, что прошлый раз меня так кстати выручили, – это случайность. Рассчитывать на случайности не наш метод, в дельтапланеризме такие долго не живут.

Нащупал взглядом возвышающуюся впереди гору. Пока далековато, зато я теперь вполне различал, что отроги более обширны, чем на карте, – целая небольшая горная система, и один хребетик так удачно протянулся в мою сторону. Вот до него я мог попытаться дотянуть.

Смотрю вниз на проплывающие подо мной перелески. Высота медленно, но уверенно расходовалась, мир cнизу как бы поднимался ко мне.

Зафиксировал взглядом скальную «башню», замыкающую отрог. Несмотря на то, что головой я был развернут градусов на тридцать правее (что для неподготовленного наблюдателя выглядело, как будто я летел сильно южнее), скала безо всяких смещений вправо–влево приближалась Такой он, снос ветром! И при этом слегка поднималась относительно линии взгляда. Не долетаю. Вот блин! Придется покружить немного в поисках очередного потока либо помахать крыльями.

Впрочем, пришлось делать и то, и другое. Когда до земли оставалось около шестисот метров, а никаких плюсов по пути так и не попалось, я довернул на юг еще силнее. По направлению к хребту перспективы поиска термиков вообще отсутствовали, зато чуть впереди и здорово южнее виднелось поле, засеянное чем–то желтоватым. Если это какие–то злаковые, с него может хорошо «пыхать». Ветер должен сильно наклонить поток в мою сторону, так что искать зону подъема надо не доходя самого поля. Но как только я развернулся против ветра, мое продвижение вперед замедлилось еще сильнее: ветер, судя по всему, усилился. Земля внизу двигалась еле–еле, несмотря на то что встречный поток продолжал все с той же силой выдувать из меня тепло. Обратил внимание, что начал подмерзать в довесок к голоду и усталости.

Наконец, когда сгибающиеся под порывами ветра вершины деревьев замаячили опасно близко, ожидания оправдались, и я все–таки воткнулся в поток. Сначала появился запах люцерны. Потом ощутил «мордометром» (лицом, конечно), что набегающий воздух стал более теплым. И только потом некая сила бережно подхватила меня под крылья, а приближение деревьев остановилось. Левый крен и встречный ветер швырнул мое тельце назад. Продолжил разворот, а когда прошел отметку 180 градусов, уменьшил крен, протягивая против ветра. Оценил высоту – вроде отыграл пару–тройку метров. Еще спираль. Показалось, что в южной части спирали подъем почти прекращался, наверно, излишне протягиваю. На следующем витке чуть дольше позволил ветру снести «по» и меньше протягивать «против». Теперь, похоже, вываливаюсь по ветру. Так и не нащупав ядра потока, двигаясь то по ветру, то против, набрал километр. Хребет за это время сместился относительно меня здорово к югу. Теперь для компенсации сноса надо было целиться почти на 45 градусов левее того места, куда хочу.

Вся эта чехарда меня все же вымотала, и я, в итоге плюнув на экономию «махового ресурса», минут пять–семь работал крыльями. Наконец возвышавшийся над лесом скальный отрог приблизился достаточно, чтобы планировать посадку. Ветер значительно усилился, посадка на склон с наветренной южной стороны представлялась опасной: на фоне усталости можно влегкую проморгать момент торможения и оказаться размазанным об скалы. Приземляться в лес, чтоб потом карабкаться по камням наверх, совсем не хотелось. Западная стенка отрога была достаточно крутая. Кроме того, вдоль нее сила ветра должна была усилиться раза в полтора или больше.

Я планировал провернуть трюк, на который в реале никогда бы не решился. Северная подветренная сторона хребта формировала роторную зону – то место, где ветер, перевалив через препятствие и закручиваясь, обрушивался вниз. Именно ротор убил дракона в достопамятной схватке. Туда мне соваться совсем не с руки. Я не дракон, меня не только прихлопнет – крылья еще в воздухе поотрывает. Но под самой стенкой должен быть штиль – ветровая тень. Вопрос, как туда попасть: идея была прошмыгнуть сбоку, надо только прошить зону усиления вдоль западной стенки.

Для начала сделал проход на удалении, дабы визуально оценить аэрологию места, где планировал свой «цирк без зрителей». Нужно присмотреть на западном склоне место максимально ламинарного обтекания (не турбулентного), иначе в турбуляке от какого–нибудь валуна могу потеряться на секунду–другую. За это время меня потоком как раз и выбросит под ротор. В принципе вон тот участок с широкой сыпухой почти посредине склона вполне отвечал моим требованиям. А вот та небольшая полочка на северном склоне очень подходила для моей тушки. Пусть немного выше, чем зона, где собираюсь прошить поток, но туда я выскочу за счет инерции.

Встал против ветра чуть в стороне от горы. Распушил крылья, замедляя свое продвижение вперед до почти полной остановки, взглядом и мысленно пробежался по всем отрезкам пути. Ну что, готов? Поехали!

В несколько взмахов разогнался. В ушах засвистел ветер, из глаз привычно стало выбивать слезу. Крылья чуть поджать: «я не складываю крылья, а меняю стреловидность» . Держу взглядом склон. Приготовиться, сейчас воткнусь в сильный боковик, нужно скомпенсировать.

В этот момент, когда нервы напряжены, а в мозгу, как в вычислительном центре, «щелкает»: высота – скорость – угол – снос, в «кадр» вползла рука. Вползла, ухватилась за камень, подтянула за собой голову и плечи. По склону карабкался человек, и я спустя пару ударов сердца проскочу как раз над ним!

Отворот вправо! Затрещали суставы, выворачиваемые вместе с крыльями. В глазах потемнело от перегрузки. Я воткнулся в стремнину.

Вот блин! Сколько раз говорили: принял решение – выполняй, а не меняй в процессе! Мой спонтанный отворот из–под возможного взгляда привел в усиление вдоль западного склона, как будто влетел в водопад. Меня скомкало и закрутило, на секунду–другую потерял ориентировку. Перед глазами беспорядочно мелькали: небо, лес, гора, небо, лес, гора. Наконец, зацепившись взглядом за стенку скалы и сообразив, в какую сторону земля, выровнялся. Три взмаха, и я в относительно спокойном воздухе.

Шкала выносливости мигала, заполненная буквально на волосок, – у меня считаные секунды, после чего, согласно игровой механике, крылья бессильно обвиснут. Вернее, их вывернет ветром вверх, а я сломанной куклой упаду на лес. Этого будет достаточно!

Сложив крылья, засвистел вниз, – тут уж не до выбора места приземления. Последний процент выносливости ушел на выравнивание–торможение над самыми вершинами деревьев, после чего рухнул, проламывая макушки, сквозь ветки, хлеставшие по лицу.

Пальцы ног поймали относительно толстую ветвь и вцепились в нее мертвой хваткой. Не удержав равновесие, маятником прокрутился вокруг ветви, глубоко взрезая ее кору когтями, и завис вниз головой. Я же не летучая мышь! Подтянувшись на ногах, схватился руками за корявый сук, перехватил и наконец устроился. Можно отдышаться.

Ну я и нуб, так лохануться! Зачем я вообще ломанулся от этого скалолаза?! Судя по той стенке, где он поднимался, ему было не до любования окрестностями. Даже брось он взгляд в мою сторону, что бы разглядел? Нечто с крыльями, сзади лапы? Подумаешь, летающая живность, мало ли таких по ФанВирту шастает! Просвистел бы над ним, он ничего и не понял. Зато я оказался бы в ветровой тени, а там – хоть на присмотренную полочку, хоть дальше протянуть.

Правильно говорил мой приятель Саня, «моторный» пилот: «После четвертого друзей нет»! Были и в моей практике случаи. Строишь заход на поле, развернулся против ветра, уже и «шасси» выпустил, в вертикальное положение перешел, а тут какой–нибудь парапланерист решил на понравившемся ему месте купол поднять, наземной подготовкой позаниматься. Или вообще некий пилот посчитал, что успеет приземлиться раньше тебя. Ну, как говорится, извини. Мне отворачивать или оттормаживаться – прямой путь в больницу. Если повезет. У той поговорки продолжение есть: «путь от дальнего привода к торцу полосы устлан костями». Вот и мои могли сейчас валяться там на склоне, если бы не получилось отвернуть. Или здесь, под деревьями, если бы выносливость кончилась раньше.

Фух, вроде отдышался, да и от пережитого отпускало помаленьку. Сеанс самоедства пора заканчивать и думать, как выбираться. Впрочем, вариантов немного. Я плюхнулся под самой горой. Поросший лесом склон уже достигал градусов тридцати. Мне наверх, там я видел небольшую, свободную от растительности площадку. Оттуда и стартую.