Через горы и моря

Ю Хаолян – единственный сын Ю Даляня. Он унаследовал внешность отца, но не унаследовал от него увлечения. Ему не нравится военная форма, но зато нравятся красивые женщины и женские наряды. Когда он учился в старшем классе, он по уши влюбился в У Сяохао и преследовал её, в результате скатился на двойки и даже не смог поступить в университет. Ю Далянь был в ярости настолько, что достал спрятанный в доме пистолет. Он направил дуло пистолета на сына. Но жена встала между ними, закрыв сына собой. Так, сын бесцельно слонялся по дому. Отец, который был заместителем начальник уезда, не выдержал, и замолвил о сыне слово перед начальником общественной безопасности, чтобы его приняли на работу вспомогательным полицейским в дорожную полицию. И что же сделал этот Ю Хаолян? Он, пользуясь служебным положением, превышал свои полномочия. Однажды по дороге спокойно ехала машина, ничего не нарушая, Ю Хаолян её остановил. Потребовал у водителя предъявить права и документы. Водитель усмехнулся и указал на заднее сиденье: «Это автомобиль начальника уезда Вана». Ю Хаолян скривился: «У всех такие начальники уезда».

«У всех такие начальники уезда» – эта фраза тут же разлетелась по всем уезду. Те, кто были знакомы с Ю Хаоляном и знали его прозвище, тут же сделали вывод: «Всё‑таки, у «Ю Глазное Яблоко» нет глазных яблок». Когда вся эта история дошла до отца, он, не долго думая, сильно побил сына, ругая его на чём свет стоит, тем самым сильно оскорбив его. На следующий день сын не вернулся домой, три дня от него не было вестей. Заместитель начальника уезда запросил о нём информацию в Бюро общественной безопасности, они довольно быстро сообщили, что Ю Хаолян уехал в Цзинань.

С этого момента всё в жизни У Сяохао, которая уже как полгода была студенткой университета, кардинально изменилось.

Поступив в университет, она оказалась далеко от дома, теперь и Ю Глазное Яблоко был далеко от неё, и она почувствовала, что, наконец, свободна, и весь мир открыт перед ней. Специальность «История» Шаньдунского университета была известна на всю страну. В 1950‑х годах 20‑го века там преподавали восемь известных учёных, которых называли «Восемь лошадей у одной кормушки». Среди учителей У Сяохао было несколько тех, кто учился у «Восьмёрки». А она и студенты её возраста были уже третьим поколением учащихся у «Восьмёрки». Учителя часто шутливо называли их «маленькими лошадками», и У Сяохао сама чувствовала, что она как жеребёнок, который выпрыгнул из степей Южного Шаньдуна, и теперь пасётся на огромном поле знаний, резвясь и играя. Часто ранним утром или после обеда, когда она сидела в парке у восточного здания историко‑ литературного факультета и делала уроки, она наслаждалась тихим дуновением осеннего ветерка, слушала шелест листьев и была так счастлива, что хотелось плакать. Здание историко‑литературного факультета казалось ей храмом, потому что в первой половине 20‑го века здесь не только на историческом факультете работали «Восемь лошадок», но и на факультете литературы работали «Четыре богатыря‑хранителя», деятели, также гремевшие на всю страну. Среди их учеников тоже есть немало выдающихся работников. Она думала: «Я должна много и усердно работать, чтобы следовать по их стопам и стать их выдающимся последователем». Отец всегда считал меня травинкой, а я стану деревом!»

Недалеко от парка, который находится возле здания историко‑ литературного факультета, есть библиотека. Туда приходит много студентов, часто в ней можно увидеть влюблённые парочки. У Сяохао завидовала им: такая чистая, искренняя любовь в стенах университета. Не то что она: продала себя, чтобы оплатить обучение. Она думала: «Я решилась на это, чтобы он оплатил 8000 юаней за моё обучение. Он, должно быть, доволен, верно? Может, забудет обо мне?». Она мечтала, что после того, как поступит в университет, она порвёт все связи с семьёй Ю и начнёт новую жизнь. В Шаньдунском университете для студентов, которые хорошо учатся, предусмотрена стипендия. Довольно‑таки хорошая сумма, на которую можно спокойно жить и питаться. Шаньдунский университет – это ключевой университет страны, у него достаточно высокий проходной балл, и все, кто поступает сюда, имеют высокий IQ. Каждый раз, когда У Сяохао смотрела на этих умных и в тоже время красивых однокурсников и младшекурсников, её сердце трепетало.

Одним прекрасным весенним днём на втором году обучения она по обыкновению сидела в тополиной роще и занималась. Вдруг она услышала какой‑то стук поблизости. Обернувшись, она увидела парня с густыми бровями и большими глазами, он стучал кулаком по стволу дерева, явно волнуясь. Парень тоже посмотрел на неё, затем взмахнул книгой и, показав обложку, спросил: «Эй, ты читала эту книгу?». Видя её непонимающее лицо, он подошёл, сел рядом с ней и сказал: «Столкновение» основано на реальных событиях. Идеологическая эмансипация в современном Китае. Это действительно интересно! Советую почитать». У Сяохао кивнула. Парень представился: он из 96‑й группы, зовут Лю Цзинцзи, родом из Циндао. У Сяохао спросила, почему его назвали Лю Цзинцзи (досл.: Лю экономика)? Грандиозные планы на жизнь? Спасение мира? Лю Цзинцзи захохотал: «Не угадала! В 1978 году состоялось 3‑е пленарное заседание ЦК КПК. Речь шла о том, чтобы направить курс на экономическое строительство. Мой отец работал учителем и в погоне за модой дал мне это имя. Но сейчас у меня действительно зародился план: усердно заниматься, извлечь уроки из истории, хорошенько обдумать некоторые вопросы, через несколько лет занять высокую должность и спасти, наконец, мир!». У Сяохао прониклась его эмоциональным порывом и искренне сказала: «Желаю тебе успехов!». Лю Цзинцзи поблагодарил её и спросил, как её зовут, У Сяохао назвала своё имя. Лю Цзинцзи посмотрел на неё и сказал: «Дай отгадаю, ты из деревни, иначе тебя бы не назвали Сяохао (досл.: маленькая полынь)». У Сяохао сказала: «Пусть будет так. Но: я не хочу быть маленьким стебельком полыни всю свою оставшуюся жизнь, я хочу стать деревом. Ты хочешь спасти мир, то есть стать государственным деятелем. Я же хочу стать большим деревом, просто хочу что‑то делать, а не тратить попусту свою жизнь». Лю Цзинцзи постучал по стволу стоящего рядом тополя и сказал: «Хорошо! Пусть это дерево будет свидетелем, что через 20 лет мы осуществим наши мечты!». У Сяохао кивнула, положила руку на дерево и посмотрела наверх, на его густую крону, слёзы текли по её лицу.

Она сходила в библиотеку и взяла «Столкновение». И действительно, узнала для себя много нового. Автор в 320 000 иероглифов рассказал историю идеологического раскрепощения в течение 20‑ти лет политики реформ и открытости и описал захватывающие противостояния. Когда она читала книгу, она испытывала сильное душевное волнение, она гладила книгу и думала: это наша история, история нашего поколения! Каким будет Китай через 20 лет? Когда я стану взрослой, то смогу ли привнести какой‑то вклад в историю?

Это была весна 1998‑го, У Сяохао было 20 лет, и это была самая прекрасная весна в её жизни. Вместе с Лю Цзинцзи они часто сидели в том парке и разговаривали. Говорили о лекциях, о книгах, которые читали; говорили об истории, говорили о настоящем, иногда могли просидеть и проговорить так целый день. Блеск счастливых глаз, зарождающиеся чувства. Несколько раз они задерживались допоздна, и Лю Цзинцзи провожал её до общежития. Однажды она оглянулась, в глазах Лю Цзинцзи отражался свет фонарей, и ей вдруг захотелось броситься к нему. Но она не посмела, она знала, что недостойна.

Однажды они снова направились в парк для своих, уже ставших привычными, разговоров. Вдруг кто‑то подскочил сзади и ударил Лю Цзинцзи в грудь: «Как ты смеешь гулять с моей женой?». Это был Ю Хаолян. Лю Цзинцзи остановился и с недоумением спросил У Сяохао: «Это твой парень?». У Сяохао не смела взглянуть на него, сильно покраснев, она вцепилась в Ю Хаоляна, чтобы не дать ему причинить вред Лю Цзинцзи. Ю Хаолян снова замахнулся и теперь ударил У Сяохао: «Я оплачиваю твою учёбу, а ты здесь вместо этого крутишь шашни с мужиками!» Вокруг них столпились люди, У Сяохао было неимоверно стыдно, и она поспешно потянула его к выходу с территории университета.

В ту ночь она не вернулась в общежитие. Ю Глазное Яблоко сказал, что нашёл работу в Цзинани и останется там на длительное время. Он так же будет работать во вспомогательной полиции, сказал, что старый знакомый его отца посодействовал этому. У Сяохао сказала, что в университете строгая дисциплина, и она не может жить вне университета. Ю Глазное Яблоко сказал: нет, у меня здесь своя дисциплина, каждый вечер ты будешь являться сюда и отчитываться, иначе я тебя попорчу!

«Попорчу тебя» – на южношаньдунском диалекте это означает «изобью», «сделаю тебя калекой».

У Сяохао, зная характер Ю: сказал‑сделал, каждый вечер старалась незаметно покинуть университетский городок и ехала к нему в частный дом в районе Дяньлю. С тех пор У Сяохао приходилось терпеливо сносить пересуды своих соседок по комнате за её спиной и страдать от того, что она больше не могла встречаться с Лю Цзинцзи. Однажды Лю Цзинцзи увидел её после уроков, отозвал в сторонку и спросил, почему она не сказала ему, что у неё уже есть парень. У Сяохао прошептала: «Прости», и убежала. Найдя укромное местечко в студенческом городке, она заплакала. И даже не смогла прийти на урок к учителю Фан Чжимину. Учитель Фан потом спросил её, почему её не было на уроке. У Сяохао подумала, что учителю Фану можно доверять, поэтому она написала длинное письмо, в котором подробно написала обо всём, что происходит сейчас в её жизни, и передала ему. В конце своего письма она написала: «У худой лошади шерсть длинная, у бедняка желания короткие, и я этому пример. Учитель, Вы должны презирать меня!» На следующий день учитель Фан остановил её после уроков и, найдя пустой класс, долго беседовал с ней. Он сказал: «Сяохао, спасибо за доверие ко мне. Как я могу презирать тебя? Я тоже приехал из деревни, и поэтому очень хорошо понимаю твоё чувство безысходности и тяжёлое положение. Лучше умереть стоя, чем жить на коленях – это, безусловно, достойно уважения; терпеть унижения, чтобы строить планы на будущее, разве это не мудрость жизни? Если бы Гоу Цзянь, Хань Синь, Сыма Цянь не знали слова «терпеть», то не было бы столько захватывающих историй о них, не вошли бы они в учебники по истории. За эти годы я повидал немало студентов‑бедняков, и все они, в конечном счёте, смогли преодолеть трудности и окончить учёбу. Все они стали полноценными членами общества. Если они оглянутся и посмотрят на пройденный путь и спросят себя, почему они смогли всё преодолеть, многие, несомненно, подумают о словах «терпеть унижение». Но…», – учитель Фан сделал паузу, внимательно посмотрел на У Сяохао, и продолжил: «Терпеть унижение – это лишь один из способов преодолеть трудности, сопротивляться – вот ещё один способ, чтобы преодолеть себя. Так что, товарищ Сяохао, я торжественно заявляю: если ты выберешь сопротивляться и решишь окончательно избавиться от своего парня, я поддержу тебя в моральном плане, но также смогу поддержать тебя и материально».

У Сяохао расплакалась и долго не могла говорить, потом, наконец, произнесла: «Мне довольно и этих слов, учитель… Со своей ситуацией я сама разберусь, я не хочу Вас утруждать своим проблемами…»

Но У Сяохао никак не могла «разобраться» со своей проблемой, не могла она избавиться от Ю Глазное Яблоко. Он поставил перед ней ультиматум: либо живём вместе, и всё у всех хорошо и спокойно, либо в Шаньдунском университете прольётся кровь. Услышав это, У Сяохао задрожала, ей ничего не оставалось, как выбрать «терпеть унижение». Таким образом, она терпела до окончания учёбы, затем они переехали в Юйчэн и зарегистрировали брак. В первый день Нового 2013 года они сыграли шикарную свадьбу в гостевом доме уездного управления Пинчжоу. Тамада попросил жениха рассказать его секреты успешных отношений. Хао Лян прищурился и гордо ответил: «При одной только мысли, что красивая девушка, окончившая университет, станет моей женой, у меня появлялся неиссякаемый заряд сил и неисчерпаемая энергия!»

В этот момент У Сяохао будто резанула мысль: неиссякаемый позор, неисчерпаемая боль.

9

Наконец, У Сяохао написала объяснительную. Затем вынула из выдвижного ящика стола книгу с твёрдой обложкой толщиной в кирпич и пролистала её до 29 августа. Под «Важными событиями в стране и за рубежом» она написала «2012 год – впервые написала объяснительную». Она внимательно посмотрела на запись и рассмеялась.

Ещё в университете У Сяохао полюбила «Этот день в истории». В конце первого семестра они закончили курс «Древней истории Китая (часть 1)» и курс «Древнейшей истории человечества». Она собиралась писать эссе по окончанию семестра. В тот день она искала справочные материалы в библиотеке и вдруг увидела книгу под названием «Этот день в истории». Раньше она видела такую рубрику в газете, но как‑то не придавала значения, Но когда эта книга оказалась в её руках, она неожиданно для себя увидела историю с другой стороны. История в учебниках построена линейно, но в этой книге история не была линейной. В учебниках история описывает реальные события, но в этой книге история приобрела какой‑то фантастический колорит. Тысячи лет истории превратились в ней в лес, состоящий из 365 огромных деревьев. Нет, даже 365+, потому что есть ещё 29 февраля каждые четыре года. Каждое дерево огромно, доходит до самого неба, не видать у него ни начала, ни конца. Каждое дерево – это один день, на котором растут плоды. Есть и сладкие, и кислые, и горькие, и острые плоды; они либо приятны для глаз, либо с них течёт кровь и они пугают. Посмотришь на одно дерево, как вдруг возвращаешься в прошлое, перепрыгиваешь в настоящее, оказываешься в другой стране, и снова возвращаешься в Китай – эта мощная сила даёт читателю ощущение мимолетности бытия. Закончив чтение этой книги, ей вдруг захотелось написать статью о том, что она чувствовала, когда читала эту книгу, и озаглавить её «История в другом свете – Мои впечатления от прочитанной книги “Этот день в истории”». Написав статью, она отдала её своим двум учителям. Профессор Кан Увэй, преподававший у неё историю древнего мира, раскритиковал её, заявив, что она свернула не на ту дорожку, пошла кривым путем и даже утратила связь с реальностью. История – это наука, а науку приукрашивать не стоит. А что более серьёзно, так это то, что товарищ У Сяохао допустила логическую ошибку: в истории нет сегодня, история – это всегда вчера и только вчера. У Сяохао не понравились слова учителя, она подумала: учитель, Вы подменяете понятия. «Сегодня» в этой книге – это просто дата в истории, а не текущий день, как Вы говорите. К счастью, профессор Фан Чжимин, преподававший древнюю историю Китая, похвалил её статью, сказав: «Я всегда говорю своим ученикам: не сковывайте себя рамками учебников, не загоняйте себя в рамки слов учителя». Учитель Фан даже отправил её статью в редакцию молодёжной газеты и вскоре её опубликовали, благодаря чему однокурсники У Сяохао взглянули на неё по‑другому.

После того, как статья была опубликована, У Сяохао вернула книгу «Этот день в истории» в библиотеку, пошла в магазин, купила себе эту книгу и перечитывала её снова и снова. Когда она читала о том, что в какой‑то день произошло какое‑либо историческое событие, она неизменно находила дополнительный материал, чтобы изучить данное событие со всех сторон, а затем выяснить его влияние на ход истории и его роль в историческом процессе. Всё это помогало ей в учёбе, а потому училась она на «отлично».

Однажды У Сяохао пришла в голову идея: записывать события из личной жизни в этой книге. Всякий раз, когда происходило что‑то важное в её жизни, она находила в книге этот день и делала запись на свободном месте. Делать такие записи намного интереснее, чем вести дневник. Например, на 3‑м курсе в конце апреля они всей группой сели на поезд и отправились на экскурсию в Цюйфу, где они погрузились в конфуцианскую культуру. По возвращении в Цзинань она сделала запись в «Этот день в истории» за 20 апреля: «Вместе с учителем ездили в Цюйфу, посетили Три конфуцианские святыни». Затем просмотрела записанные в книге важные события, произошедшие в Китае и других странах в этот день: «429 год – День рождения Цзу Чунчжи», «1934 год – ЦК КПК принял «Программу антияпонской борьбы и национальной реконструкции», «1981 год – обнаружены руины селения первобытного родового общества в Тунчжэне, Чжэцзян», «1930 год—Антибританское восстание в Пешаваре, Индия», «1972 год— американский космический корабль «Аполлон‑16» совершил посадку на поверхность Луны», «1996 год – саммит «Большой восьмёрки» по ядерной безопасности» и так далее.

Однажды её соседка по комнате увидела её записи и спросила: ты что, хочешь увековечить своё имя в анналах истории? У Сяохао сказала: у меня и мыслей таких нет. Но я думаю, что история человечества складывается из личных историй каждого человека. Хотя вся моя жизнь незначительна, так же, как и моё имя, она похожа на неприметный стебелёк полыни, но записи событий, которые происходят в моей жизни, тоже отражают особенности эпохи, которые складываются в историю.

Итак, она продолжала следовать этой привычке.

У Сяохао была одержима книгой «Этот день в истории», и так же сильно была одержима историей, записанной в учебниках. Она размышляла: я пришла в этот мир, я освободилась от лап чудовища‑отца и выжилапусть моя жизнь коротка. Пусть это будет всего несколько десятилетий, но я смогу изучить историю, смогу пройти эти пять тысяч лет, смогу разглядеть изменения, через которые прошло человечество, исследую культуру, которую оно создавало, ошибки, которые совершило, а затем буду размышлять о его достижениях и потерях, изучать закономерности вещей, чтобы будущие поколения могли извлечь из этого уроки. Это ли не счастье!

Профессор Фан побуждал её поступать в магистратуру на профиль Археология и даже предложил ей быть в числе своих студентов, что очень тронуло её. На последнем семестре она усердно училась, днём и ночью, планируя успешно сдать вступительные экзамены и стать учеником учителя Фана. Однако Ю Хаолян решительно выступил против её поступления в магистратуру, заявив, что родители ждут их возвращения, что они нуждаются в уходе. Его отец позвонил У Сяохао, сказал, что она будет преподавать в средней школе № 1 в Пинчжоу. Но У Сяохао знала, что как только она вернётся туда, она снова окажется в ловушке, сотканной семьёй Ю, и будет скромной снохой их семейства, которой они будут помыкать. Когда она думала про свёкра, который с утра до вечера ходит с рассерженным лицом, словно желая всегда и всюду всем указывать, что и как делать, у неё не было никакого желания возвращаться.

Как‑то вечером Ю Хаолян, указывая на угол стены в доме, который они арендовали, спросил её: «Ты же хочешь заниматься археологическими раскопками? Если не будешь меня слушаться, то я позову сюда людей, пусть занимаются здесь раскопками». У Сяохао спросила в недоумении: «Ты о чём?» Ю Хаолян яростно прошипел: «Закопаю тебя глубоко в земле, пусть будущие поколения выкопают и посмотрят, какой династии этот скелет!»

У Сяохао потеряла сознание. Когда она очнулась, то лежала на кровати обнажённой, Ю Хаолян склонился над ней, чтобы повторить старый урок. Она хотела оттолкнуть его, на глаза навернулись слёзы, но Ю Хаолян прижал её и сказал: «Если бы не поддержка моей семьи, смогла бы ты, У Сяохао, поступить в университет? Где же твоя благодарность? Закончила учёбу и не хочешь возвращаться, собралась в магистратуру поступать? Ты – неблагодарная тварь! Твоя мечта – это бред!»

У Сяохао горько проплакала всю ночь и решила пойти на компромисс. Она сказала Ю Хаоляну, что не будет поступать в магистратуру, а подаст заявление на государственную службу в Юйчэн. Город находится недалеко от уездного центра Пинчжоу, и ей будет удобно навещать пожилых родителей. Ю Хаолян посовещался со своей семьёй и пошёл ей навстречу, согласившись с У Сяохао поехать в Юйчэн. У Сяохао понимала, что для свёкра работа в Юйчэне – это похоже на работу в городе, и он, известный своим тщеславием, несомненно, обрадовался, узнав, что его невестка будет там работать, это может принести известность его семье.

Тогда, под датой 26 февраля в книге «Этот день в истории» она сделала такую запись:

2002 год – регистрация в НПКСК городского района Юйчэн.

10

Днём на территории уездной администрации всегда много людей, только к вечеру здесь становится поспокойней. Хотя у секретаря есть комната в общежитии, обычно после работы он сразу уезжает в город. Говорят, что у его жены депрессия, а сын учится в школе и за ним нужен присмотр. Глава уездного комитета живёт в Цзепо, но его квартира находится далеко от уездной администрации. И ещё у десяти человек семьи живут также в городе, некоторые из них ездят на автобусе, кого‑то подвозят на своей машине друзья. Их называют «приходящими» сотрудниками. У Сяохао не хотелось мотаться туда‑сюда, всё‑таки ездить туда 60 км и обратно 60 км каждый день очень утомительно. В отделе инспекции безопасности имеется небольшой фургон, на нём каждый день ездит в город Ли Яньми. Он приглашал У Сяохао ездить с ним, но У Сяохао отказалась. Она объяснила это тем, что это служебный автомобиль, а она хоть и ответственная за безопасность, но это не повод пользоваться служебным транспортом.

На самом же деле, она не ездила в город, а оставалась в Цзепо, чтобы насладиться чувством свободы. Начиная со средней школы, Ю Хаолян прилип к ней как банный лист, он не отходил от неё ни на шаг, пока, в конце концов, не заполучил её. После свадьбы у них были постоянные ссоры на почве разницы во взглядах. Ю Хаолян официально нигде не работал. Он зарегистрировал одну фирму, арендовал помещение в городе, повесил вывеску, и придумывал всевозможные спекуляции, надеясь на отцовские связи. В городе и в районе жили бывшие подчинённые отца, Ю Хаолян нашёл их и самым наглым образом заставил их быть его посредниками в согласовании одного проекта. Когда проект был согласован, он заключил договор с другими людьми. Приглашая гостей, Ю Хаолян часто принуждал У Сяохао сопровождать его и обслуживать чиновников и бизнесменов. Некоторые видя, что У Сяохао красива, выпьют для храбрости и начинают нести бред. К примеру, был один начальник управления, он на 20 лет старше У Сяохао, и вдруг стал называть её «сестрёнкой». А некоторые считали, что раз Ю Хаолян организовал такой проект, то его жена должна всегда быть весёлой и восторженной. Но У Сяохао не радовалась, обычно она сидела с недовольным видом, из‑за чего настроение присутствующих быстро становилось напряжённым. Однажды вернувшись домой после очередного банкета, Ю Хаолян накричал на У Сяохао, сказав, что она не может нормально поддержать мужа, сидит, задрав нос, и что не хочет благополучия их семье и ребёнку. У Сяохао сказала: «Я работаю и получаю зарплату, разве это не забота о семье и ребёнке? У меня такая благородная должность – госслужащий, как я могу быть девкой по вызову!». Услышав это, Ю Хаолян пришёл в ярость и жестоко избил её. Оказавшись в безвыходном положении, У Сяохао пришлось снова сопровождать его на банкете, но теперь она много говорила, улыбалась. Но, вернувшись домой, Ю Хаолян был снова недоволен, обозвав её «потаскухой», и снова избил её.

Переехав в Цзепо, она почувствовала спокойствие. Днём работаешь, вечером возвращаешься, а дома тихо и спокойно. Можно почитать книгу, зайти в интернет, пробежаться по ленте новостей, поболтать с друзьями. Ну и конечно, каждый день она звонила дочке, чтобы узнать, как у неё дела и выразить ей свою любовь.

В этот день, поужинав, она увидела, что на улице ещё светло и решила съездить на «Холм, где висят сердца».

Она вышла с территории уездной администрации, свернула направо, прошла около ста метров по улице Дунсицзе и снова повернула направо, в промежутке между двумя зданиями «Крестьянского подворья» уже виднелся «Холм, где висят сердца». Проходя мимо одного дома, она увидела, что тот телёнок по‑прежнему стоит на 6‑м этаже, высунувшись в окно. Она крикнула ему «братишка телёнок!», как Го Мо, «братишка телёнок» вдруг посмотрел вниз на неё, и, вытянув голову, протяжно замычал.

Ей показалось, что в его мычании скрыт колоссальный объём смыслов: это и гнетущая тоска от стеснённых обстоятельств, и страстное желание оказаться в горах Циншань. Она ещё раз посмотрела на него, ей стало грустно.

Миновав «Крестьянское подворье», она оказалась на окраине Цзепо. Здесь, кроме посевов, росло несколько старых и серых тополей. Она представила, какой, должно быть, здесь был величественный вид, когда здесь росли те мощные фисташковые деревья. И как жаль, что их все вырубили 60 лет назад!

Она прошла ещё дальше и, наконец, подошла к подножию Холма. Она шла по песчаной дороге, оставляя позади себя сосны, как вдруг перед ней открылось море.

В трёх километрах от неё виднелось бескрайнее море, а в нём будто плыл остров Сайдао, по форме напоминающий корову. Она села на плоский камень, посмотрела на остров и подумала: Ли Дачжао и Дунфэн Данцзы, вы уже поужинали? А мой племянник Чутоу, он сейчас на острове? Если нет, то где в бескрайнем море он ловит рыбу?