Человек никогда не знает, где опасность его ожидает

© Аркадий Чудновский, 2025

ISBN 978-5-0068-8054-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга посвящена памяти

родителей и жены автора

ПРЕДИСЛОВИЕ

Каждый человек в течение своей жизни переживает события, которые представляют для него какую-либо опасность.

Возникла идея написать о таких событиях в жизни автора, которому сегодня 97 лет.

Появилась мысль написать книгу о драматических происшествиях, происходивших с автором на протяжении первых 30 лет жизни.

Утонуть можно в любом водоёме

Мне два года, 1930 год

Моего будущего папу Рувима Дашевского-Чудновского послали по работе в Западную Сибирь курировать экспортные поставки различных товаров.

14 декабря 1926 года появилась новая красивая семья Чудновских. Рувиму на тот момент было 25 лет, а его красавице жене Росе Вязовской – 22 года.

Семьи Дашевских и Вязовских породнились.

В будущем, я восстановил схему родственных связей (генеалогическое древо) моей семьи. В ней приведено 228 родственников со стороны мамы и 68 со стороны папы. И это ещё не все. Схема охватывает период до 2005 года.

Следствием появления новой семьи является продолжение рода в моём лице.

Моему будущему отцу приходилось по работе переезжать из города в город: Новосибирск, Омск, Томск, Барабинск, Канск и т. д.

В итоге я родился в городе Тара 26 января 1928 года.

Тара – патриархальный, маленький, тихий городок на берегу реки Иртыш.

По рассказам мамы, в один из обычных дней, когда мне было уже 2 года, произошло событие, которое могло закончиться драматически.

А дело было так: перед сном мама, как обычно, налила воду в ванну и поставила меня туда. Она отвернулась на 10—15 секунд взять мыло, а за это время я упал и уже лежал на дне ванны. Видимо поскользнулся.

Эта ситуация представляла реальную опасность, которую я пережил в раннем детстве.

Собаки иногда кусаются

Мне три года, 1931 год

Мы уже живём в Новосибирске в съёмной квартире.

У соседей была большая собака по кличке Казан – немецкий дог. Это был добродушный пёс, и ко мне он относился снисходительно. Однажды, ведомый странной идеей, я стал бить его игрушечной лошадкой по животу… Казан на это не реагировал, пока я не ударил его куда не следовало. Пёс слегка огрызнулся.

Я стоял вплотную к животному, и одно резкое движение его раскрытой пасти привело к тому, что нижняя челюсть собаки оказалась у меня во рту и клыком поранила нёбо, а верхняя челюсть прокусила щёку.

Конечно, крику было на весь двор, а папа отвёз меня в скорую помощь.

К счастью, всё зажило быстро и без последствий.

Я благополучно пережил и эту опасность, а мог остаться на всю жизнь с уродливым шрамом на лице.

Петь на крыше опасно

Мне три года, 1931 год

Мы продолжаем жить в Новосибирске.

Во дворе к крыше деревянного двухэтажного дома приставлена высокая лестница.

Соседка кричит маме, чтобы она посмотрела куда я залез. А я по этой лестнице вскарабкался на самую верхнюю перекладину, до самой крыши. Стоял так, бил ладонями по крыше и пел.

Маму от этого «зрелища» чуть удар не хватил. Она стала ласково уговаривать меня спуститься. Я благополучно слез. После чего, конечно, получил по попе.

И в этот раз удалось избежать трагедии, ведь была опасность убиться или остаться калекой.

Из окна поезда можно выпасть

Мне четыре года, 1932 год

Мы всё ещё в Новосибирске. Как-то я полез на стол, не удержался и упал. В результате пострадал голеностопный сустав. А вследствие перелома в нём возник туберкулёз.

Я как-то на стол полез,

Упал – сустав голеностопный пострадал.

В нём возник туберкулез.

В итоге, цель залезть на стол не оправдал.

Мне доктор гипс на ногу наложил.

Так как врачи рекомендовали ехать к морю, чтобы лечить меня, мы в 1932 году собрались в дорогу. Путь наш лежал в Одессу.

Мы укладывали вещи в чемоданы очень плотно. Папа с трудом закрывал замки, а потом ещё перетягивал каждый чемодан ремнями.

Вокзал в Новосибирске был небольшим строением. К своим поездам люди пробирались через рельсы, под вагонами стоящих на путях поездов, не выпуская из рук узлы и чемоданы.

Мы сели в поезд. В железнодорожных вагонах тех времён чтобы открыть окно, нужно было его опустить вниз. С помощью защёлки оно открывалось только наполовину.

Чтобы мне было хорошо видно в окно, мама подняла меня с пола и поставила на столик, а окно приоткрыла наполовину.

Я положил руки на приоткрытую раму и нечаянно на неё надавил. Рама полностью ушла вниз, а я стал выпадать наружу.

Мама схватила меня за одежду и успела втянуть внутрь вагона.

Благодаря молниеносной реакции мамы, меня миновала и эта опасность, и я остался в живых.

С розеткой играть опасно

Мне четыре года, 1932 год

Приехав из Новосибирска, мы остановились у маминого брата.

Обследуя комнату дяди Изи, я обнаружил над диваном электрическую розетку и протянул к ней пальцы.

Дядя как раз был дома. Увидев, что я задумал, он быстро подошёл и отвёл мою руку от неё. Затем отскочил от дивана, схватил второй рукой руку, которая якобы была в розетке. И стал кричать: «Ой…! Ой…! Ай…! Больно!».

А потом показал мне руку, на которой два пальца были короче, и сказал: «Видишь, у меня сгорели в розетке два пальца». На самом деле, по одной фаланге на пальцах он потерял на работе. Он сказал, что я мог потерять пальцы.

Я поверил и долгое время, пока был маленьким, к электрическим розеткам не подходил.

Опасное соревнование

Мне семь лет, 1935 год

Мы живём в городе Сокол Вологодской области. Друг отца пригласил его работать на завод на должность зам. директора завода молочных консервов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.