Реальность нереальности

1 – Наш дед по материнской линии, оказывается, коренной сибиряк, а не белорус и в Белоруссии ни разу не был.

2 – Наш фирменный черёмуховый торт никто в родне никогда не пёк.

3 – Сестра не помнит случая, чтобы я жаловалась на головные боли.

Мне казалось, что от избытка информации у меня взорвётся мозг.

Особенно поразил дед. Всю жизнь он мечтал вернуться на родину, в Минскую область, но бабушка не соглашалась. Несколько раз он ездил подбирать дом, но бабушку ни один вариант не устроил. Всё это много раз обсуждалось в семье. Фамилия его тоже чисто белорусская. И вот вам здрасте, сибиряк он теперь! В смысле не дед, он уже умер давно, а его биография изменилась до неузнаваемости.

И торт мой любимый не пекли на каждый праздник. Странно. А голова не болит. Пожалуй, ради здоровой головы я согласна и на отсутствие торта и на появление Карпуши. Но всё же, как это возможно?

Я почувствовала себя актрисой плохого театра, в котором не особо заботятся о том, чтобы актёры действовали по сценарию, главное, чтобы от основного сюжета далеко не отходили.

Чувствуя, что с меня на сегодня достаточно размышлений и потрясений я решила пойти проветриться и заодно вынести мусор. Вряд ли на мусорке я обнаружу что-то необычное.

На лавочке снова сидела полосатая кошка. Выбросив мусор, и подсев к кошке, я уже собиралась её погладить, как меня окликнула соседка, высунувшаяся из окна первого этажа:

– Ты руками-то её не трогай! Видишь, вся в лишаях!

Я внимательно посмотрела на кошку. Действительно, только шикарный пушистый хвост выглядит нормально, всё туловище в пролысинах. И как я этого вчера не заметила?

– Сейчас сын приедет, отвезёт её в ветеринарку, я уже договорилась, – сообщила соседка.

– Да необязательно везти, и так можно вылечить, я могу сейчас за мазью сходить, – предложила я.

– И кто её лечить будет? – удивилась соседка, – она же бездомная. Проще усыпить, мороки меньше.

– Так он её в ветеринарку повезёт усыплять? – возмутилась я.

– Ну конечно. У меня там знакомая работает, недорого берёт.

Я схватила кошку и, злобно проворчав: «Себя усыпите, злыдни», пошла к мусорным бакам.

Спохватившись, что мусор я уже выбросила, а кошку выкидывать не собираюсь, я побежала домой, под крики соседки, что я теперь тоже заразная и мне надо срочно в больницу.

Кошка оказалась редкой умницей. Выслушав моё объяснение об опасности заражения дочки, она согласилась временно поселиться на балконе, попила водички, съела кусочек мяса и улеглась спать, довольно мурча.

Я не была согласна с утверждением о том, что лишай лечится долго и сложно. За свою жизнь я подобрала не меньше двух десятков котов, кошек и котят, половина из которых были с блохами и лишаями. Покой, хорошее питание и минимум лекарств, вот и всё, что спасало моих подопечных. Иногда хватало только хорошей еды и полного покоя. Кошки удивительно живучи и сами себя прекрасно вылечат травками, при условии свободного выгула, конечно. Ко мне лишай тоже больше не приставал, один раз в детстве я покрылась им почти полностью, заразившись от первого спасённого котёнка, и видимо сразу выполнив норму заражённости на 100%.