Друзья по несчастью. Часть первая

В сердцах выругавшись, поднялся с кровати, принял душ, оделся. Чувство голода не покидало, но помнил, что завтрак включён в проживание. Спустился вниз.

«Сколько же я проспал?» – ни часов, никакой информации о времени, когда спускался вниз не заметил. Тем более из «живых» так никто и не встретился! Догадался подойти к терминалу. Благо чему-чему, а языкам кенгиры обучили. Набрал интересующий запрос и понял, что проспал до одиннадцати дня по местному времени. На запрос, где мой завтрак, получил ответ, что получить могу в том самом кафетерии, где вчера с Норисом пил напиток, напоминающий кофе.

– Ладно, делать нечего, – дожёвывая приятную на вкус булочку, говорил сам с собой, – надо идти регистрироваться, а то деньги закончатся и что потом?

Терминал так и стоял на привычном месте в холле. Запросив информацию, где регистрироваться, опрометчиво для себя решил самостоятельно добраться до пункта назначения, предполагая, что язык до Киева доведёт, но выйдя из холла гостиницы, посмотрев по сторонам, вернулся назад.

Лень и апатия захватили всё существо. Делать ничего не хотелось и недолго думая отложил поход на завтра, успокоив себя тем, что Норис советовал день-другой подождать, когда вернётся с праздников рабочий персонал станции.

Вернувшись в номер, принялся изучать информацию по Альянсу, любезно предоставленную инфопанелью, которую сразу и не заметил.

***

Стационарная станция «Затунга» вращалась по эллиптической орбите вокруг одинокого светила без планет, что являлось редкостью в Галактике. Тем самым заслужив своё право называться Перекрёстной, что само по себе давало немало плюсов. Перекрёстные станции, которых в Галактике насчитывалось всего лишь двенадцать являлись основными перевалочными пунктами, где космические корабли Альянса пополняли запас топлива, получаемого от светила, выполняли мелкий ремонт, а экипаж спокойно отдыхал и в случае надобности имел возможность связаться с любой точкой Галактики. Отсутствие планет вокруг светила гарантировало ничейность пространства и опасения не бояться возможных претензий со стороны аборигенов звёздной системы.

Обслуживанием станций такого типа занимались представители всех рас, входящих в Альянс. Разделённая, исходя из физиологических особенностей на сектора «Затунга», представляла собой рукотворную планету со своими законами, укладом жизни, приспособленном к одной цели – обслуживание транзитных кораблей. Персонал – это в большей части потомки строителей станции. Осевшие, ассимилированные новым порядком. Примерно треть – прикомандированные, работающие по контракту или прибывшие на станцию, но так и оставшиеся на неопределённый срок.

Альянс из семнадцати рас образовался по принятому летоисчислению четыреста пятьдесят лет назад, что являлось отправной точкой отсчёта шкалы лет. Таким образом, в этом году Альянс праздновал юбилей. Не углубляясь в запутанную политическую систему, перешёл к животрепещущему вопросу – работа!

Но с данной проблемой оказалось сложнее. С моим уровнем образования, как оказалось третий класс являлся, как и все другие, узкоспециализированным и не означал порядок ступень, как в школе, а имелась в виду категория полученного образования. Под третий класс подпадали служащие: военные, полиция и прира́вненные к ним службы и подразделения. После полученной информации расстроился. Желания идти в армию никакого не было. Будучи на Земле всеми правдами и неправдами избегал призыва в армию и справку получил, что язва желудка, и с присвоенной категорией «В» в военном билете со спокойной душой зачислен в запас.

В Альянсе первичное обучение бесплатно и проходит аналогичным способом в ложементе во время гипнотического сна. Перед обучением проводится тест на умственные способности, который проходили все жители как граждане, так и не граждане Альянса, желающие получить работу. Повторный тест на умственные способности можно сдать не ранее чем через двадцать лет по единому исчислению, которое соответствовало примерно тридцати четырём годам привычных земных лет3.

Углубившись в изучение армейской специфики, на удивление обнаружил, что базовые знания: структура, воинские звания, Устав службы, всплывает в памяти без каких-то напрягов. Удалось процитировать на память один из параграфов, наугад найденный в свободном доступе. Структура Вооружённых Сил сначала смутила – отсутствовали как таковые рода войск. Отсутствовал Верховный главнокомандующий. Командование осуществлялось из единого центра Генерального Штаба с коллегиальным органом управления. Задача армии – отражение внешней агрессии. Последние лет сорок Альянсу никто не угрожал, а вспыхивающие бунты оказывается были и несогласные с политическим устройством Альянса подавлялись полицией или тушились дипломатами.

– Беда-а. От чего бежал к тому вернулся, – откинувшись на кровать, говорил сам с собой, – и посоветоваться не с кем. Может завтра попросить Нориса отвезти в административный центр? Всё равно сам не доберусь, а по пути посоветуюсь.

Утро следующего дня изменило впечатление о станции. Как только спустился вниз, в холл гостиницы, так сразу попал под прицел обслуживающего персонала, вышедшего на работу. Несколько раз подходили, интересовались о продлении заказанного номера, спрашивали потребности, просили оставить благодарственную запись в терминале. Отмахнувшись от назойливых инопланетян… Хотя, какие они инопланетяне? Это я самый что ни на есть инопланетянин, тем более, неизвестно откуда. С мутным прошлым, гуманоид человеческой расы, прилетевший на кенгирском корабле с временным паспортом, означавшим работу по найму.

Достал карточку-ключ и связался через терминал с Норисом. Тот подъехал на удивление быстро. Поздоровавшись с, пожалуй, единственным знакомым на этой станции, рассказал куда и зачем необходимо ехать и двинулись в путь. Всю дорогу Норис говорил без умолка, делясь последними новостями станции, но на вопрос как поступить советовать отказался, сославшись, что это его не касается. Сам должен принять решение, пусть и неоднозначное, но сам.

***

Дверь административного центра распахнулась. Озираясь по сторонам, вошёл внутрь. Как посоветовал Норис, лучше общаться не с автоматом, а с живым «человеком». Стойка с помощником-распорядителем, сидящим и откровенно скучающим от безделья, располагалась в противоположном углу помещения, до которого требовалось пересечь уставленное терминалами пространство с толпящимися вокруг страждущими. Картина напоминала один из известных банков во время оплаты коммунальных услуг, но отличие всё же было – около единственного «кассира», как для себя обозвал сотрудника, никого не было.

– Добрый день, – обратился на общепринятом в Альянсе языке. От неожиданности Верисван, как указано на его светящимся бейджике подпрыгнул, сидя на месте. Потом вскочил и вытянулся в струнку.

– Добрый день, что необходимо гостю станции «Затунга», – выпалил на одном дыхании заученную фразу Верисван.

– Необходимо зарегистрироваться и получить гражданство Альянса по временному удостоверению личности.

– Ваш документ, пожалуйста.

Передав временный паспорт, с удивлением наблюдал за изменившимся лицом Верисвана. Распорядитель – человекоподобный гуманоид: руки-ноги, голова, всё как у людей. Только кожа светлая, скорее всего никогда не видевшая солнечного света. Зрачки глаз Верисвана после помещения документа в считывающее устройство расширились, кожа побледнела, стала белоснежной, а рот открылся от удивления.

– У вас кенгирский временный паспорт, выданный после выполнения миссии на планете, которая не состоит в Альянсе или ином союзе. Указан только код планеты… Вы разумный?

Тупее вопроса не ожидал, но что ответить? Разумный… или пошутить и сказать, что только вчера с дерева спустился. Подобрал палку и отогнал бешеных белок, окруживших инопланетный корабль, тем самым, спас несчастный, уже отчаявшийся экипаж…

– Разумный. Разве не видно. Говорить умею, язык знаю, обучаем и внешний вид, если присмотритесь, не отличается.

– Да, но… за всю историю, которая в базе инфосети это первый случай, когда кенгиры добровольно выдали кому-либо документ, предоставляющий право на гражданство в Альянсе, тем более с прохождением предварительной подготовки по системе обучения, принятой в Альянсе.

– Значит такой я ценный кадр! – ответил с самодовольным видом, придавая выражению лица важность и напыщенность, что оказалось было излишним.

– Понимаю, понимаю. Запрос на предоставление гражданства отправлен. Подождите десять-пятнадцать минут, как придёт ответ, я вас позову, а пока пройдите в зал ожидания, – и Верисван указал на дверь, плавно раскрывшуюся словно створки лифта позади распорядителя.

– Спасибо, но я здесь постою, – заходить внутрь не хотелось, неизвестно, чего ожидать после такой реакции на временный паспорт. Может проверять начнут, а если кенгиры что напортачили и не убежишь…

– Не волнуйтесь, – словно понимая о чём думаю, быстро заговорил Верисван, – здесь, – он обвёл рукой зал, уставленный терминалами, – претендентов на получение гражданства больше нет, а вы у нас сегодня, да и как посмотрел за последние пять лет первый претендент на гражданство с такими выдающимися показателями. Так что, прошу воспользоваться гостеприимством и пройти в зал ожидания.

Последние фразы Верисвана пролетели мимо ушей, а зря… Как же я ошибался в добропорядочности кенгиров, но кто же знал… Поддавшись на уговоры, вошёл внутрь. Проходная комната, в которой вдоль стен диваны, журнальный столик с терминалами и что привлекло внимание – аппарат приготовления еды. Ожидание затягивалось. Посчитав в уме наличность, двинулся к аппарату. Половина дня прошла, а я как позавтракал в кафетерии, так больше ничего и не ел. Изучив меню, выбрал на вид аппетитный бутерброд обильно присыпанный крупицами, как думал, протёртого сыра.

«Самое главное забыл! Спросить о трудоустройстве! – пришла мысль, когда доставал из аппарата бутерброд, но успокоившись придумал, – ладно, сначала поем и схожу к этому… Верисвану».

Не успел откусить первый кусочек как в комнату зашли двое: Верисван и ещё кто-то в военной форме, как сразу понял в чине лейтенанта. Не полицейский, а именно военный.

– Поздравляю Павел Кенгирский. Пришёл ответ и Вам одобрено гражданство Альянса, – и Верисван вместо того чтобы передать мне идентификатор, отдал браслет лейтенанту и поспешно удалился.

– Сми-иррно-о! Курсант! С офицером разговариваешь! – неожиданно рявкнул лейтенант, что бутерброд упал на пол, а из фальшпанели стены выехал робот-уборщик и принялся жужжать, убирая распластавшийся на полу, наверно, вкусный бутерброд.

– С сего дня и часа, ты, – продолжал лейтенант, указывая на ничего не понимающего меня, – являешься курсантом Военной Академии Альянса. Твоё счастье, что не придётся самостоятельно добираться до расположения. Документы останутся у меня. По прибытию выдадут военный образец идентификатора. Следуй за мной!

Сказать, что офигел от услышанного, значит выразиться не точно, но в языке Альянса не нашёл подходящего идиоматического оборота и выругавшись на русском земном языке потребовал объяснить, что этот, в моём понимании цирк, значит.

Офицер сначала стоял молча, а потом разразился такой тирадой4, что полученное при помощи гипносна знание языка оказалось бесполезным.

Стоя и хлопая непонимающими глазами на офицера, лихорадочно искал выход из ситуации. Вырубить военного, отобрать браслет и убежать, но со станции деться некуда. Рано или поздно найдут. Тем более, наличных денег считай нет, а пользоваться идентификатором – равносильно сдаться полиции и не факт, что гражданской, а сразу можно загреметь под трибунал, как вовремя подсказал всплывший в памяти Устав военной службы Альянса. Из ступора вывел успокоившийся голос лейтенанта.

– Курсант, присядь, – усевшись напротив лицом к лицу лейтенант продолжил, – из-за тебя мой вылет задержали. Я ж не штабной офицер или рекрутёр какой. Не знаю, что в твоём деле указано, но… – он жестом указал на идентификатор, – получил приказ доставить тебя в целости и сохранности на военно-тренировочную базу Академии и передать лично дежурному офицеру. Так что поехали на причал. Корабль ждёт и так из графика выбился.

Ситуация получалась неприятная, но делать нечего. Не думал, что опытный капитан Ускус подставится и укажет что-то такое невообразимое, во что невозможно поверить или объяснить логически. Взглянуть бы на эти данные…

– Понимаю лейтенант. Как к вам обращаться? – вставая с места, задал напрашивающийся вопрос.

– Лейтенант Турисан. Этого достаточно.

– Могу изучить личное дело? – сделал попытку ознакомиться с информацией, зафиксированной в документах, находящихся у лейтенанта.

– Только по прибытию на базу. На корабле отсутствует необходимое оборудование. Но по личному опыту, не вся информация из личного дела доступна для изучения. Но время идёт. Выдвигаемся на корабль! Мобиль ждёт у входа.