Сон наяву

До нужного места Михаил планировал добраться максимум за неделю. Всего-то чуть меньше двухсот километров. Но для неподготовленного человека, тем более, когда вокруг творится чёрт знает что, это оказалось смелым планом.

Первые трудности начались с выхода на трассу. Поток людей, идущих, едущих, плетущихся кто на чём. Большинство на велосипедах и мопедах. Большие автомобили Михаилу не встречались. Пару раз военные и пожарники на своей технике, разогнав всех, промчались по дороге ничего, не объяснив и не замечая толпы людей.  Михаил шёл в противоположную сторону от потока людей. На него смотрели «косо». Пару раз подходили группы крепкого вида парней с явным видом поживиться с его скарба. В первый раз спугнули военные, а второй раз удалось убежать.

Теперь Михаил шёл не по дороге, а параллельно, на расстоянии примерно километра. Трудность возникала ещё при пересечении рек. На мосты идти не решился. Все или под охраной неизвестных людей с оружием, или разрушены, что вносило свою лепту в продвижении к цели. Приходилось искать брод или лодку. Благо окрестные дома покинуты. Сильные пожары сами собой прекратились. Помог, ливший не переставая тройку дней дождь.

В одном из селений Михаилу пришлось остаться на пару дней. Общее состояние сильно ухудшилось. Вялость, слабость, металлический привкус во рту. Желудок отказывался принимать пищу. Его рвало. Ломило кости, дёсны кровоточили.

До цели оставался день пути. Отлежавшись и собрав последние силы, Михаил двинулся дальше. Он уже не скрывался. Шёл налегке. Встречный поток людей уменьшился. Встречались только такие же больные и обессилевшие. Но Михаил все шёл и шёл, исполняя последнюю волю друга.

С большим трудом, уже на закате дня Михаилу удалось отыскать тот дом, в котором проживали Маша с Димой. Дом покосился, крышу сорвало, но стены устояли. Найдя ключ в условленном месте, Михаил вошёл внутрь. В комнатах беспорядок. Отсутствие света и плохое самочувствие мешали быстро найти то место, где запрятаны тетради. Обнаружив в ящике стола свечи, Михаил обрадовался. Ему удалось отыскать рукопись, но сил не оставалось. Михаил перелистал тетрадь. Нашёл свободные страницы и начал писать. Руки не слушались, огрызок карандаша постоянно норовил выпасть из дрожащих пальцев, но он все писал и писал, иногда проваливаясь в забытьё.

Закончив мысль, Михаил перечитал последние строчки. Больше места в тетради не было. Уставший, но довольный закрыл тетрадь, откинулся на спинку стула и с довольной улыбкой на лице уснул.

Да, он переписал произведение, над которым работал больше месяца, меньше чем за одни сутки. Полностью изменил сюжет и жанр произведения. Теперь это не мрачный, веющий холодом и смертью роман, а навеянное жаждой жизни, любви и счастья произведение, о двух людях: парне и девушке, которые встречаются, влюбляются. Вместе проходят по дороге жизни препятствия, встречающиеся на пути, сохраняя любовь и верность. Хоть объем романа и уменьшился, но смысловая нагрузка не ослабла. Вот теперь Михаил сотворил произведение, достойное называться Романом с большой буквы. Жаль, конечно, что никто не прочтёт. Но Михаил доволен собой… .

***

Как болит голова. Во рту пустыня Сахара. В голове колокольным набатом раздаются отдалённые звуки, которые раздаются сильнее и настойчивее. Открой глаза! Сфокусируй зрение. Оглядись, и пойми, где находишься. Я… дома?! Звонок в дверь. Звонили настойчиво. Михаил открыл дверь, и на пороге оказался почтальон, обычный почтальон, как показывали в старых фильмах с кепкой на голове, с большой сумкой на плече.

– Вам телеграмма – молния. Распишитесь, – сказал почтальон и подсунул Михаилу бланк доставки корреспонденции.

«Телеграмма…», – удивлённо подумал Михаил, ставя закорючку в бланке, – Это уже было. Или у меня с головой, что-то, – уже вслух сказал Михаил, оглядываясь по сторонам, закрывая за почтальоном дверь.

Отправитель телеграммы его крёстный, брат по материнской линии Сергей Фёдорович.

КОНЕЦ.

Примечания