Кондотьеры 2. Будь проклято зло. Научно-фантастический роман

Уэйн был удивлен таким теплым приемом. Он ожидал как минимум того, что в него запустят чем-то тяжелым, и даже был готов применить телекинез для предотвращения получения повреждений от какого-нибудь железного утюга. Опасался Уэйн по одной простой причине. Последний раз он видел мать 16 лет назад.

Уэйн ушел из дома в день смерти своего отца. Боясь осуждения со стороны матери и брата, не хотев выглядеть убийцей в их глазах, он предпочел оставить дом и отправиться в «свободное плавание» куда глаза глядят. Поначалу он работал на трех работах, дабы оплатить свое жилье. Правда, работа грузчика не так тяжела, когда ты обладаешь даром телекинеза, а профессия уличного фокусника и вовсе превращается в любимое хобби.

– Где ты был, сынок? – сквозь слезы прошептала Теодора. – Почему не связался с нами?

– Ты знаешь почему – сухо произнес Уэйн, стараясь сдержать слезы, однако у него плохо получалось.

– Мы искали тебя годами. – начала Теодора, вытирая слезы со щеки. – Мы думали, что ты погиб, когда полиция сказала, что розыск официально завершен и не дал результатов.

Уэйн знал, что его искали, но умышленно уклонялся от «преследователей». Будучи юным подростком, он был напуган и убежден, что его ищут с целью его дальнейшего ареста за убийство отца. Уэйн вышел в свет только спустя три года, когда об этой истории уже все забыли, и никто в Олдтаунском университете даже не заметил, что на юридический факультет поступил молодой человек, признанный умершим по документам полиции. А еще через шесть лет, когда Уэйну было 23, он поступил на службу в полицию.

– Прости меня, мама… – беспомощно ответил Уэйн. – Прости за все. За то, что ушел, и за отца…

– Ты не виноват – оборвала его мать. – Это был несчастный случай. Это установлено полицией. Ты был напуган, а твой алкоголик-отец ужасно пьян. Ты непричастен к его смерти, сынок.

Мать крепко обняла сына, еле доставая ростом ему до плеч.

– Где Уинстон? – поинтересовался Уэйн.

Уинстон был младшим братом Уэйна, которому на сегодняшний день было уже 22 года. Это был молодой человек худощавого телосложения, среднего роста, с лицом, покрытым веснушками и с вечно торчащими на макушке каштановыми волосами. А еще это был парень, который все это время находился за дверью соседней комнаты, и слышал абсолютно весь разговор.

– Здравствуй, братишка – неловко улыбнулся Уинстон, не зная, как себя вести.

Уэйн подбежал к брату и крепко его обнял.

– Как же ты вырос! – удивился Уэйн. – Возмужал, стал настоящим мужчиной!

– Да и ты, я смотрю, времени даром не терял – улыбнулся Уинстон.

– Чем занимаешься сейчас? – поинтересовался Уэйн.

– Я веду небольшой собственный бизнес в Олдтауне – пояснил Уинстон. – У меня на этой улице небольшой продуктовый магазин.

– У тебя всегда были задатки настоящего бизнесмена – заметил Уэйн.

Теодора Уэйн никак не могла прекратить рыдать. Оба ее сына подошли к ней и разом обняли ее, чтобы успокоить.

– Садись, Дэнни – предложил Уинстон, указывая на диван. – Думаю, за все эти годы у тебя накопилось много всего рассказать.

Они беседовали около четырех часов. Уэйн не стал рассказывать ни о своих способностях, ни о Кондотьерах, ни о «Зеленом свете». Он соврал семье, что продолжает работать детективом в полиции, что вызвало большую гордость его матери. Большинство времени Уэйн сам расспрашивал о делах семьи, многократно извиняясь за свои ошибки прошлого.

– Позволь не совсем тактичный вопрос, братишка… – начал Уинстон. – При всем уважении, тебя не было столько лет… Что-то ведь побудило тебя вернуться, верно?

– В этом ты прав, мистер проницательность – улыбнулся Уэйн. – Мама, Уинстон, слушайте внимательно. 25 февраля в 12.00 я жду вас в Олдтаунской православной церкви. Я женюсь.

На щеках Теодоры Уэйн выступили слезы радости.

Наступил день свадьбы. Одетый в непривычный для себя черный смокинг Уэйн подошел к православной церкви Олдтауна. Перекрестившись, чтобы снять волнение, он переступил порог и вошел внутрь.

На скрип старой двери обернулись все сидящие в зале. Уэйн увидел всю свою команду, красиво одетых и приведенных в порядок после недавнего мальчишника. Кондотьеры дружно зааплодировали торжественному появлению жениха. В конце зала стоял священник, одетый в красивый белый наряд, богато украшенный драгоценностями, которые, вероятно, были куплены на деньги прихожан.

В левом ряду сидела Теодора и Уинстон Уэйны. Рядом с ними не переставала аплодировать Хелен Ли, а ее мать – вдова Мэри Ли с маленьким ребенком на руках неловко улыбнулась. Это был полный список гостей. Больше не ожидалось никого. Никого, кроме самой невесты.

Минуты ожидания скрасила команда Уэйна, окружившая новоиспеченного жениха.

– Семейная жизнь… – серьезно начал Оливер – очень ответственный, но безусловно важный шаг в процессе развития личности…

– Кончай нести эту ерунду, Оливер! – улыбнулся Магнус. – У человека праздник, а не похороны!

– Поздравляю тебя – дружелюбно воскликнул Вэйд, протягивая Уэйну руку для рукопожатия.

– Да, Уэйн, с праздником… – замялся чувствующий себя неловко Уилл.

– Это не праздник. – вставил Тони. – Истинная цель, для чего это все делается, это ничто иное, как первая брачная ночь.

– Иисус видит… – добавил Оливер, подняв вверх указательный палец.

Команда дружно рассмеялась. В этот момент гости услышали мягкий скрип тормозных систем автомобиля, что означало прибытие невесты. Кондотьеры дружно ринулись на улицу.

Из белого лимузина выходила Джулия в красивом белом платье, с сияющими от чистоты белыми перчатками на руках и в свадебной фоте невероятной красоты.

– Она просто красавица. – отметил Теодора Уэйн, подошедшая к сыну.

– Я знаю – улыбнулся Уэйн.

Вся компания вернулась в церемониальный зал. Уэйн отправился в конец зала и ожидал невесту. По традиции, к алтарю ее должен был сопровождать отец, но за неимением такового эту почетную функцию выполнял не менее почетный шафер Оливер.

Дойдя до алтаря, Джулия заглянула в глаза Уэйну и расплылась в прекрасной улыбке. Священник, поприветствовав собравшихся в церкви и объявив о сочетающемся браке, представил жениха и невесту. Первой для высказывания своей клятвы дали слово Джулии.

– Я клянусь быть с тобой в радости и печали, болезни и здравии, в богатстве и бедности, любить тебя и оберегать наш союз до конца жизни. – гордо сказала Джулия.

Далее священник предложил сказать свое слово Уэйну.

– А я клянусь во всем, в чем поклялась ты, помноженном стократно. – произнес Уэйн, а гости дружно рассмеялись. – А если серьезно, то, отступив от формальностей, хочу поклясться тебе в верности, в вечной заботе о тебе и в том, что я всегда буду тебя оберегать и защищать.

Далее свое слово говорил священник. Говорил очень долго и нудно, поэтому одаренному шаферу Оливеру пришлось «поторопить» его с помощью известных методов убеждения.

Священник тут же приступил к самому главному.

– Клянешься ли ты, Дэниэл Уэйн, быть примерным супругом, защитником и верным другом для своей жены. – спросил священник.

– Да, клянусь. – гордо ответил Уэйн.

– Берешь ли ты в законные жены Джулию Анкл перед Богом и праведными людьми? – задал свой следующий вопрос священник.

– Да, беру. – решительно воскликнул Уэйн.

– Клянешься ли ты, Джулия Анкл быть приветливой и нежной супругой, жалеть и любить своего мужа до конца своих дней? – твердо спросил священник.

– Да, клянусь – улыбнулась Джулия.

– Берешь ли ты в законные мужья Дэниэла Уэйна перед Богом и праведными людьми? – формалистично спросил священник.

– Да, беру – произнесла Джулия.

– Если в этом зале есть лица, кто знает причины, по которым эти двое не могут быть вместе, пусть скажут здесь и сейчас, либо молчат вечно – объявил священник.

– Господи, да давай уже. – нетерпеливо пробурчал Магнус.

Оливер учел пожелание Магнуса и снова «поторопил» священника.

– Властью, данной мне, объявляю вас мужем и женой. Отныне вы, Дэниэл и Джулия Уэйны, являетесь супругами. Обменяйтесь кольцами – кивнул священник.

Оливер поднес молодоженам красивые золотые кольца в красном, отделанном бархатом футляре. Уэйн и Джулия надели кольца на безымянные пальцы друг друга.

– Жених, можете поцеловать невесту – торжественно воскликнул священник.

– Спасибо, что разрешил – съязвил Тони.

Уэйн подошел к Джулии вплотную, обнял ее и крепко поцеловал. Зал, в котором было меньше дюжины человек, разразился громогласными аплодисментами.

Молодожены и гости сидели, как и задумывалось Уэйном, на крыше самого высокого здания в Олдтауне в ресторане под открытым небом, носящем название «Skyscrapper».

– Видел бы ты свое лицо, когда этот священник сказал про «жалеть своего мужа» – рассмеялся Магнус, допивая свой бокал шампанского.

– Извини, я не каждый день женюсь – улыбнулся Уэйн.

– Господа, позвольте тост. – торжественно встал Оливер.

– Это было бы честью для меня, дружище. – гордо ответил Уэйн.

– Я знаю эту пару достаточно давно. – начал Оливер. – Я стоял практически у истоков их отношений, и могу сказать следующее: никто в этом мире так сильно не подходит друг другу, как они. Я хочу пожелать вам семейного благополучия, взаимопонимания, любви и заботы друг о друге, а также просто человеческого счастья.

– Забыл пожелать побольше детишек в доме – улыбнулся Вэйд.

– Да черт с ним, про деньги ничего не сказал! – вставил Магнус.

Компания гостей громко рассмеялась.

– В честь этого знаменательного события… – продолжил Оливер, – я, от лица всех твоих друзей и себя в том числе, хочу вручить тебе наш подарок в честь вашего бракосочетания.

С этими словами Оливер вытащил из кармана пиджака позвякивающий железный предмет и бросил его в руки Уэйну.

Лицо Уэйна расплылось в счастливой улыбке.

– Смотри на запад, Уэйн. На 10 часов – добавил Уилл.

Уэйн подбежал к заграждению у самого края крыши и осмотрелся. В западной стороне по направлению 10 часов внизу стоял роскошный черный автомобиль. Ford Mustang Shelby GT 500, а в руках Уэйн крепко сжимал ключи от него.

– Спасибо большое, друзья – восторженно воскликнул Уэйн и кинулся обнимать каждого члена своей команды.

– Благодарим вас, мальчики. – добавила Джулия. – Правда, не стоило.

– Еще как стоило! – возразил Магнус. – Ты даже не представляешь, сколько стоило!

– Иисус видит… – сказал Оливер, поднимая вверх указательный палец.

Толпа гостей вновь дружно рассмеялась.

Затем из толпы гостей встала Теодора Уэйн, а за ней и Уинстон.

– Сынок, для меня как для матери нет большего счастья, чем видеть тебя счастливым – начала Теодора. – Поэтому я желаю тебе всегда оставаться таким же счастливым, каким ты являешься сейчас.

– Твое возвращение стало для нас подарком судьбы – добавил Уинстон. – Прими же и ты наш подарок.

С этими словами Уинстон протянул брату какой-то документ. Опустив глаза, Уэйн убедился, что это ничто иное, как сертификат на свадебное путешествие в Испанию. Джулия, увидев это, иронично рассмеялась.

– Благодарю вас – сказал Уэйн и обнял свою семью.

– Позволь тогда и нам сказать свое слово – вставила Мэри Ли. – Я знаю тебя не так уж давно, Дэниэл Уэйн, но могу сказать, что ты действительно справедливый и достойный человек, для которого мораль и нравственность всегда будут превыше корысти и эгоизма.

В этот момент лицо Уилла скривилось в неприятной гримасе, но никто, кроме Оливера, читавшего мысли, не обратил на это внимания.

– В связи с этим мы с моей дочерью и моим маленьким сыном хотим тебя от всей души поздравить с этим счастливым днем и пожелать вам всего самого наилучшего в вашей семейной жизни. – улыбнулась Мэри и протянула Уэйну белый конверт, содержимое которого ни для кого не являлось загадкой.

– А теперь, когда традиционные формальности опущены… – начал Тони, – объявляется танец молодоженов.

Тони щелкнул пальцами, и музыкальный оператор включил красивую медленную песню под названием «My direction», которую исполняла любимая группа Уэйна «Same mistakes». Тони выбрал эту песню не случайно, так как этот же трек был любимым и Джулии. Это была их песня. Гимн их пары.

Уэйн галантно подошел к невесте, протянул ей руку. Джулия приняла его приглашение, элегантно встала и закружилась в красивом вальсе со своим возлюбленным.

Теодора Уэйн не могла смотреть на это милое зрелище без слез. Уинстон Уэйн улыбался во весь рот, радуясь за брата.

Оливер пригласил на танец Мэри Ли, как только прочитал в ее мыслях желание потанцевать с ним. Вэйд, чувствовавший себя уже более уверенно после мальчишника, отважился пригласить на танец Хелен, но получил отказ, так как Хелен должна была присматривать за ее младшим братом Луисом.

Тони снимал на видеокамеру все происходящее, в то время как Магнус решительно пожирал остатки своего любимого салата. Только Уилл сидел хмурый, и пытался отвлечься пристальным взглядом в небо. Небо было синим, и казалось безоблачным, но Уилл все же приметил на горизонте небольшие темные тучи, означающие приближающийся шторм.

Примечания