Скажи, что не любишь

– Наша цивилизация давно переросла религиозные веяния. Может, у нас на планете давно выветрилась магия? – Растерянно спросил Перун.

– За работу, друзья мои, за работу! Не будем забивать головы тем, что нам не подвластно для понимания, – прервал нескончаемые дебаты Зевс.

Алёнушка в то второе утро народившегося года проснулась поздно из-за новогоднего костра и по настоянию матушки после плотного завтрака из кулебяки с капустой и ягодников отправилась с подружками в лес по грибы. Как всем известно, собирать грибы на Новый год – святое дело. Да и лес рядом, далеко бегать не надобно. Глазом не успеешь моргнуть, как за ближайшим кустом уже выглядывают из-за начинающей жухнуть травы грибочки.

Подружки в лесу собирали грибочки и немного сплетничали. Под сенью высоченных, как свечки деревьев было немного сумеречно и поэтому не совсем уютно, но не для грибов. Нынче уродилось много грибочков и надо спешно их собрать и переработать в заготовки на зиму: сушить, засолить, замариновать, ну и просто полакомиться. Пироги с грибами тоже будут кстати на праздничном столе. Вкусняшки скрасят осеннее настроение.

– Б-р-р! Ф-р-р! – Мощно раскатились по округе пугающие звуки. Не то гром грянул бойко не по сезону, не то вековое дерево рухнуло под собственным весом на землю.

– Что там грохнуло? Вдруг дракон прилетел? – Вполне реально испугалась Светозара.

– Не, – авторитетно заявила Наташа. – Это ящер пукнул, я знаю!

– Мы же далеко от стоянки динозавров! – Удивилась Алёнушка.

– Ну и что, что далеко, а пукают они не только громко, но и вонько, – продолжила со знанием дела Наташа.

– Фу, травой гнилой запахло, – заныла Светозара. – Неподалёку ящера выгуливают.

– А драконы правда существуют? – Заинтересовалась Наташа спустя некоторое время.

– Существуют, только обитают они за стеной в том, другом мире. Мне тятенька сказывал, что они с матушкой видели дракона, когда были совсем юными, – подтвердила Светозара.

– Твой тятенька был за стеной? Вот это круто! – Наташа давно бредила тем миром, что располагался за Великой каменной стеной. Наташа мечтательно закатила глаза к небу и живо представила себя пробирающейся по чаще леса где-то там за Великой стеной. Ну и пусть этот мир кишит всякими чудовищами! Наташа видела себя в мечтах великой ворожеей страшной и непобедимой.

– Не был мой тятенька за Великой стеной. Он брешь в стене починял вместе с другими мужиками из посёлка. Заглянул он чуть-чуть в дырочку, а там драконы по небу летают и пламя изрыгают. Ух страшно было!

– О чём базарим, девы красные? – Неслышно подошла к подружкам Алёнушка. Она задержалась на опушке лесной, семейство грибное нашла знатное, вот и поотстала.

– О драконах. Как ты думаешь, они и вправду очень ужасные? – Отозвалась Наташа.

– Да говорят, что все драконы уже вымерли, во всяком случае здесь в Гиперборее, – засмеялась Алёнушка.

– Так таки все и вымерли? – Не поверила Наташа.

– Кто тебе такое поведал? – Засомневалась Светозара.

– Бабуля Елизавета, а она всё про всех знает, должность у неё такая.

– Ха, должность! Ведьма она такая! – Засмеялась Светозара заливисто, и подружки подхватили её смешинку. Смеялись девчонки долго, аж до слёз, потом разом притихли. Негоже в лесу громкие звуки издавать, не принято у борейцев так делать. Лесных обитателей надо уважать и лишний раз их не тревожить попусту.

Аполлон разглядывал на мониторе результаты исследования образцов почвы. Заметил вошедшего в лабораторию Зевса, доложил по установленной форме:

– Я отрегулировал универсальный переводчик и поговорил немного с местными жителями. Аборигены снова приходили на поляну и снова спокойно прошли через силовое поле, хотя я накануне включил усиленную защиту. Да что за люди такие! Моё дежурство, я и общался с ними. Подтверждаю, планету они называют Земля, свою страну Гиперборея, а себя именуют борейцами. Кстати, нашу планету борейцы называют в честь какого-то бога войны Марсом, а нас зовут марсианами. Марсианин – звучит глупо.

– Почему глупо? Для них мы с кровавой красной планеты и очень даже воинствующее племя, и не так давно мы перестали быть этим воинстствующим племенем, – о чём-то своим задумался Зевс и вдруг опомнился:

– Ты, друг мой, так быстро и полностью настроил переводчик? Мы правильно понимаем их речь?

– Никаких проблем со связью и с синхронным переводом не обнаружено.

– Странно, я думал они на много веков отстают от нас в развитии. Аборигены живут в избушках. Быт, питание, одежда – всё натуральное. Со стороны кажется, что у них полное единение с природой.

– Если и отстают эти борейцы от нас, то только в путешествиях по космосу, да и то я сомневаюсь, что они в данном вопросе некомпетентны. Старейшины сегодня мне поведали не таясь, что Гиперборея связана с другой Галактикой порталом. Они не летают так, как мы, им и не нужно летать, нет такой необходимости. У аборигенов имеется дверь в другой мир, – Аполлон закончил свой доклад.

– Это всё меняет, меняет наше представление об этом диком мире, меняет наше отношение к старейшинам, а также к остальным борейцам.

Где-то вдалеке сипло гуднул крупный ящер. «Самок что ли подзывает?» – Подумалось Алёнушке. И такая её тут тоска взяла, что хоть вой. Даже динозавры тусуются парами, а у неё всё никак не получается суженого найти. Боги не навсегда пришли на Землю, рано или поздно они её покинут, а значит и нет у девки суженого, сердцем притянутого из числа пришельцев, и быть не может. Снова она одна, всегда одна. Да и долго ли радовалась появлению любимки, сердцем хранимого парня? Да и радовалась ли вообще? Любовь – это когда сердце бешено колотится в груди. Любовь – это когда в ушах берёзоньки шумят своими кронами на ветру. Вообще любовь – это прекрасное светлое чувство, прозрачное, как роса, сверкающая под первыми лучами восходящего солнца. А что у неё? А у Алёнушки не любовь, а сплошное разочарование. Вот почему ей так горько и одиноко. Всё так получилось наверное потому, что он бог, а не человек. Он очарователен, он из другого мира, он ей не ровня. В его мире много всяческих механизмов, а ещё марсиане давно летают к звёздам. Вон там недалеко отсюда, сразу за посёлком стоит их корабль, их временный дом. Алёнушка сбегала туда, сердце девичье не выдержало неизвестности. Отбилась Алёнушка от подружек пока те грибочки в траве искали и добежала до заветной полянки, спряталась за стволом берёзы и наблюдала за богами издалека. Марсиане смешные, они ползали по поляне на четвереньках и собирали в коробочки листики, травинки, кусочки землицы. Всё-то их интересовало! Старейшины всем жителям сообщили, что что пришельцы знакомятся с нашим миром. Что будет плохого, если девушка выманит бога наружу и поговорит с ним? Только поговорит и ничего больше. Ой боязно, да и бабулечка-красатулечка не одобрит сеё деяние.

Ночное приключение остудило сердце Алёнушки, но не надолго, только до полудня. Девушка увидела марсианина в солнечный день, хоть и издалека и мимолётно, но только подогрела страсть, та разгоралась с ещё большей силой. Парень из другого мира выделялся среди местных людей необычайной грацией и невозмутимостью чувств. Алёнушкин избранник к любой внештатной ситуации подходил логически, и девица это ощущала. Девушка не спускала с парня глаз и восхищалась каждым движением его тела. Ей не составило бы труда приворожить парня, тем более она слышала, как его называли друзья соратники. Ворожба на имя самая надёжная и потому распространённая. Имя такое красивое небычное – Ахиллес. Добиваться таким способом любви ей не хотелось. Ложная любовь не приносит счастья, а обман всегда высовывается из тумана, то есть всегда раскрывается. Это она и без бабули усвоила. Это знание пришло само и сразу, из воздуха что ли. Пришло и другое знание о том, что любовь к богу не покинет её сердечко никогда, как и то, что им не суждено создать полноценную настоящую семью. Горькое щемящее сердце чувство тоски захлестнуло девушку. Её эмоции были настолько сильны, что над посёлком пролился дождь. «Дождик помогает мне плакать», – подумалось Алёнушке, она слабо улыбнулась мокрым незабудкам, и незамедлительно выглянуло солнышко из-за туч. Как тучи быстро набежали, также быстро и рассеялись, разбежались по ослепительно голубому небу. Ветер шумел где-то там высоко-высоко в кронах деревьев. Ветер шумел, запутывая ветки деревьев и рассеивая все горести и печали Алёнушки. А ещё где-то у самой Великой стены снова протрубил ящер, захотелось ему видите ли поорать!

Алёнушка пришла в себя, стряхнула с кончиков ресниц грёзы. Надо собирать грибочки, вон их сколько повылазило из земли, видимо-невидимо. Взрослеть и так трудно, а тут ещё и первая любовь случилась, самая хрупкая, самая отчаянная. А грибов Алёнушка в тот раз много набрала, да и дождик тот «слепой» солнечный ей вреда не принёс да и подружкам тоже не нанёс урона, даже не промокли. Они только повеселились, посмеялись над лёгкой моросой. Осень, что с неё возьмёшь?

Придя домой Алёнушка долго и кропотливо чистила грибы, поставила их в воду вымачиваться. Ей бабуля дала задание – пирогов с грибочками поутру напечь. Празднества по причине рождения года продолжались и хотелось что-нибудь вкусненького. Девица перебирала грибы, мыла их, нарезала, а у самой перед глазами всё мерещился силуэт прекрасного иноземца. Поздно вечером, чтобы никто её не видел, Алёнушка сделала куклу из соломы и лоскута ткани и довольная собой принялась баюкать куколку совсем, как в детстве. Словно в каком-то забытьи девушка приговаривала:

– Любый мой, солнышко моё ненаглядное! Ты же бог, ты всё можешь. Полюби меня, мой бог.

Алёнушка прижала к груди соломенную куклу, закрыла глаза и с блаженной улыбкой на устах послала совершенно нечаянно мощный энергетический импульс богу.

Ахиллес сидевший в этот самый момент за работой с бортовым компьютером, сбился с мысли, замер и вдруг обмяк, потерялся во времени и пространстве. Он ощутил себя голым и почему-то в объятиях юной девы с Земли. Девчонка пылко целовала его в грудь, в шею, в уста сахарные, то есть в губы. Обалдевший, разомлевший от неожиданной ласки парень был не в состоянии оттолкнуть девку. Кажется, никогда он не чувствовал такой неги, такой всепоглощающей эйфории. Вдруг всё внезапно закончилось как и началось. Ахиллес открыл глаза, обвёл лабораторию мутным непонимающим взглядом. Он полулежал в удобном кресле, его била нервная дрожь, а под комбинезоном он был весь мокрый от пота и выжатый морально, как лимон от пережитого потрясения. От пережитого у парня на губах остался привкус беззаботного детства не то кисло-сладкий, не то пряный. Работать парень больше не смог, бросил всё, что изучил за день и выпив успокоительного средства отправился подремать в свою каюту.

Утро было туманным и ленивым, но не для Алёнушки. Та бегом покормила кудахтов, собрала свежие яички, дала сена ездовым шипунам, и довольная собой поставила опару на пироги. Большая печь для приготовления пищи требовала много дров. Девица была явно в ударе, она в рекордные сроки натаскала дров, воды и принялась за пироги. Грибы для начинки уже просолились. Ещё с вечера лохань с грибочками была поставлена на лавку и заботливо накрыта чистой выбеленной тряпицей. Одним словом, пироги удались. Тесто для пирогов вовремя поднялось, пирожки быстренько слепилось и неплохо пропеклись. Процессу приготовления праздничных пирогов не помешало даже романтическое настроение девицы. Родные были в восторге, пироги получились восхитительными, о чём свидетельствовали быстро опустевшие тарелки. Алёнушка после завтрака отвела бабулю в сторону и умоляюще заглянула ей в глаза. Мялась, мялась, но так и не смогла озвучить свою просьбу.

– Милая Алёнушка, не буравь меня своими очами бездонными! Я вижу, тебе что-то от меня нужно. Не томи, выкладывай уже свою просьбу.

– Ты сегодня идёшь с другими старейшинами на беседу с пришельцами?

– Иду, всё то ты знаешь. И что из этого? Не тяни, говори!

– Можно, я с вами пойду к марсианам?

– Зачем тебе это? Юные девушки не интересуются подобными вещами.

– Мне хочется как следует разглядеть пришельцев, познакомиться с ними. Они такие необычные, одежды у них странные.

– Это ты у нас необычная, а марсиане по менталитету и обычаям ничем не отличаются от других человекообразных.

– И много человекообразных ты знавала, бабуля?

– Не начинай, пожалуйста, станешь постарше и получишь доступ к информации, а пока просто живи.

Алёнушка скорчила такую умильную рожицу, что бабуля рассмеялась и сказала:

– Ну ладно, пойдёшь с нами, но только чур не высовываться, к инопланетянам не приставать!

– Слушаюсь и повинуюсь, моя госпожа! – Радостно взвизгнула Алёнушка и помчалась вон из столовой.

– Ты куда, егоза?

– Сарафан понаряднее надеть! – Уже издали крикнула девица. Спустя минуту она копалась в вышитых праздничных нарядах и не знала, в котором будет выглядеть краше.

И вот процессия из пяти старейшин и одной молодухи в лице Алёнушки, чинно благородно шествовала к временному пристанищу иноземцев. А вот и заветная полянка. Добрались до невидимого барьера, то есть до силового поля, бабуля Алёнушки взмахнула рукой, и завеса спала. И как это она делает? Да это же бабуля! Для неё нет ничего невозможного. Пришельцы выдвинулись навстречу и замерли в полупоклоне, приветствуя коренных жительниц.