- -
- 100%
- +
– Наш город расположен в красивейшем месте вдоль небольшой, но крайне полезной речки Дождянки. Наш край с богатой историей,и с большой зоной отдыха.
– Как называется ваш город? – машинально спросила я оглядывая окрестности.
– Кобелёво, – стыдливо опустила глазки собеседница.
– Как интересно! Я тоже жила в Кобелёве, но ничего похожего не видела. Это небесный вариант? – мне вдруг стало интересно, что названия совпадают.
– При чём тут небо? – собеседница растерялась до такой степени, что даже остановилась, отпустила мою руку и озадаченно уставилась на меня в упор.
– Как это причём, я же умерла, и мы гуляем в апартаментах рая? Ну не ада же?
Компаньонка в ответ округлила глаза, немедленно зажала рот рукой и долго хихикала, пряча смех в белоснежную меховую рукавичку. Потом она всё же успокоилась и продолжила разговор:
– Мы не в раю, а ты не умерла. Тебя по какому-то казусу новейших разработок технологий или же капризу госпожи судьбы забросило на сотню лет вперёд. Сейчас на дворе зима 2125 года. Ясненько? Понятненько? – степенно разъясняла ситуацию женщина, а у самой глаза хитрющие прехитрющие. На меня словно снова навалились все мои прожитые трудовые годочки.
– Э-хе! – глотку зажало, еле вздохнула. Значится, живая и в новой эпохе…
В серые дождливые вечера глубокой унылой осенью, когда из заплаканных окон едва видны силуэты голых кустов, я с наслаждением предавалась самоистязанию. Всё, жизнь прожита, дальше только ждут меня болезни и уныние. Почему так? Да потому что я заработала всего лишь нищенскую пенсию и при этом живу одна. Есть большая вероятность, что я сдохну с голоду. Есть другая вероятность, опять же работать до гроба, а значит погибну от непосильного труда. Сын зарабатывает немного, а поэтому содержать меня не сможет, да и садиться на шею пусть даже и собственному сыну мне совесть не позволит. Мне в такие дни становилось грустно и тягостно. Я исподволь готовила себя к тому, что каждый день может стать последним и не надо мелочиться, надо проживать с удовольствием каждое Богом отпущенное мгновение. И вдруг на тебе – сбой программы!
– Бабулечка, Вероничка, ты только не нервничай, успокойся! Я твоя внучка Надюшечка. Ты моя бабулечка Вероничка.
– Как ты меня назвала? Бабулечка? А ты значит моя внученька Надюшечка? И сколько лет моей внученьке? – из меня горохом посыпались вопросы.
– Сколько лет твоей внученьке? Вопрос конечно интересный. Скажем так, полста и ещё чуть-чуть, хвостик такой небольшой из нескольких годочков.
– И велик ли этот хвостик? – живо заинтересовалась я, уж очень хитро она улыбалась.
– Ну это совсем не скромный вопрос. Мне осталось всего лишь два года до процедуры восстановления.
– И во сколько же лет полагается делать эту процедуру? Я уже вообще ничего не понимала. Дама шикарно выглядела, ну максимум на сорок пять лет. За сотню лет научились управлять человеческим телом.
– В хангрет, то есть в столетнем возрасте проводится процедура восстановления или как её ещё называют, глубокого омоложения, – Надюшечка игриво на меня посмотрела, совсем не как на бабушку и энергично притопнула левой ножкой.
– Египетская сила! – только и смогла я вякнуть сдавленным от шокового состояния голосом. Я жива, что тоже имеет значение и состою в качестве бабушки у девицы 98 лет от роду! И эта моя внученька выглядит помоложе меня, значительно помоложе. В башке запахло винегретом, сейчас только маслицем заправлю. Надюшечка снова взяла меня под руку и повела куда-то вдаль. Я машинально переставляла ноги, шагала словно кукла. Мы прогуливались по абсолютно чистому тротуару. «Научились бороться с наледями за сто лет!» – мелькнуло быстро в моём отупевшем мозгу.
Снег больше не падал. Вдруг что-то гуднуло сзади и вдобавое раздался негромкий. но чёткий окрик:
– Па-а-берегись! – что-то гуднуло сзади ещё разочек, мы поторопились освободить территорию. По тротуару медленно, но планомерно двигался небольших размеров агрегат с мигалкой на крыше. «Ходячая щётка» собирала лёгкий снежок и засасывала его вовнутрь на манер пылесоса. Старо, как мир, но эффективно. Мне стало вдруг смешно, вспомнилась детская песенка:
– До чего дошёл прогресс, до невиданных чудес,
опустился на глубины и поднялся до небес!
Позабыты хлопоты, остановлен бег,
вкалывают роботы, счастлив человек!
Я захохотала вслух и очень громко. По ходу дела, у меня начиналась истерика. Надюшечка с подозрением воззрилась на меня:
– Верунчик! – позвало меня существо, что представилось моей внученькой.
– Не называй меня так! – неожиданно агрессивно ответила я и сама устыдилась своей резкости.
– Бабулечка Верочка!
– Терпеть не могу Верочку! – помягче, но вышло всё ещё сердито.
– Ну бабулечка! – плаксиво заканючила дама.
– Не называй меня так! Во-первых, я тебе не бабулечка, и я младше тебя на 48 лет! – отчеканила не задумываясь о последствиях я.
– Уговорила, ты мне не бабулечка, и зваться будешь Никки! – Надюшечка заметила мою реакцию и тут же скороговоркой добавила: – И не спорь, модно у нас так называться без излишеств и даже без фамилий.
– Ну Никки, так Никки. Всё лучше, чем Верусенька или бабусенька, – уступила я ворчливо моде 22 века.
– Ворчишь, как вековая бабка, – сделала мне замечание Надюшечка. Я крепко призадумалась и решила покапризничать:
– Решено, если я Никки, то ты, внученька моя любезная, будешь зваться Надюшечка – Дюшечка – Душечка, и пусть даже просто Душечка! Как по вашему стильненько модненько?
– А я согласна, – неожиданно быстро сдалась бойкая бабенция.
И в этот момент мы заключили перемирие, и к полной радости обеих сторон, я отправилась шляться по окрестностям, конечно в сопровождении нечаянно обретённой новой родственницы. Я немного успокоилась, расслабилась, огляделась. Чистая уютная улочка, но только уже другая. Дома небольшие в два или три этажа и такие же ухоженные и чистенькие в морозный солнечный денёк радовали глаз неяркими приятными расцветками. В уютных двориках кусты и деревья были украшены разноцветными огоньками и что удивительно, эти огоньки не терялись на фоне сияющего солнца. И как это они делают? У некоторых домиков видимо у особенно продвинутых горожан вдоль дорожек эффектно смотрелись длинные клумбы из явно искусственных нежных цветочков. Подснежники стройными рядами выглядывали из невысоких сугробов. Вся клумбочка красовалась в одной гамме нежной расцветки: лиловой, розовой или солнечно – жёлтой. Ну модно в этом далёком 2125 году выставлять коврики из стойких на морозе материалов в виде цветочков! А вдруг они живые? Да не может быть! Хотя… Я почему-то не решилась спросить про цветы у этой хитрющей дамы Надюшечки – Душечки. Может и зря. За сотню лет много чего могли навыдумывать и претворить в жизнь. Попался на глаза магазинчик небольшой приземистый и даже с вывеской, где крупными буквами было написано «магазин». Естественно, как истинные представительницы слабого пола, мы заглянули во внутрь, ну хотя бы поглазеть. Я как-то не задумывалась, какие денежные знаки сейчас действуют в стране. Боженьки-боженьки, я даже не спросила у родственницы, изменилось ли название у нашей страны! Как-то к слову не пришлось. А вот в магазин меня ноженьки понесли прямым ходом, а всё говорят, что любопытство не порок. Магазин, как магазин, мало чем отличался от осевших в моей памяти стандартов прошлого века. Продавалось здесь всё при чём от еды, одежды и до сувениров. Я с наслаждением рассматривала товары и трогала пыталась определить качество. С последним у меня совсем не клеилось.
Душечка вдруг вознамерилась сделать мне приятное и самолично выбрала платье и с гордостью оплатила покупку на выходе в автоматической кассе. Продавцов нигде не наблюдалось, товар выкладывали механизмы. Ну этого и следовало ожидать в продвинутом веке! Надюшечка вся светилась от счастья, так ей понравилось делать для меня подарки. Я решила не портить девице настроения, и примерила платье и даже согласилась с её мнением, что оно мне идёт. В конце концов я здесь гостья. Однако, здесь не небеса, деньги существуют и мне придётся с этим как-то жить и научиться их добывать. Погуляли ещё немного, а потом неспешно прошествовали в гостиницу, где я обитала и там пообедали в кафе на первом этаже. Душечка с воодушевлением поглощала низкокалорийный салат, видимо следила за фигурой, она хитро на меня поглядывала и вдруг подняв стакан апельсинового сока провозгласила тост:
– За знакомство! Ура! Сегодня в честь твоего появления состоится бал, – она явно гордилась собой. Душечка сморщила носик, глазки скосила в сторонку и, вот хитрюга, добавила уже совсем честно:
– Ну не совсем в твою честь бал ожидается, просто так совпало. Сегодня состоится ежегодный грандиознейший Святочный бал, и я озаботилась и зарезервировала нам места. Отказываться от участия в таком мероприятии у нас не принято, заодно и платье выгуляешь. Сейчас доедим и сбеганём в ещё одно местечко, где туфельки подберём. Признаться честно, давненько уже никто обо мне так не заботился, а тут бал, платье нарядное, туфельки! Некому было потакать моим прихотям да и некогда. У сына давно своя жизнь, он посвятил себя молодой жене, что и понятно. А я как всегда была предоставлена сама себе. Да и пока был жив муж за решением бытовых проблем редко проглядывало дружеское понимание. Большинство мужчин воспринимают женщину по статусу чуть выше прислуги и это факт основанный на личном наблюдении. Моему же супругу дорогому и горячо любимому не хватало душевной чуткости, ну и денежных средств баловать меня красивой одеждой и тем более украшениями.
Мою Душечку, родственницу поневоле так и распирало от восторга:
– Мы будем танцевать всю ночь!
– Смотри не лопни от счастья, внученька моя названная, Душечка! – мне стало как-то не по себе, не люблю я шумных сборищ, а тут ещё и в чужом мире.
– Я сделаю из тебя красавицу! Замуж выдам, на свадебке погудим, покуралесим, – Надюшечка словно девчонка – малолетка заподпрыгивала от предвкушения зрелищ. Моя компаньонка развеселилась, а я призадумалась. Живо вспомнилась собственная деревенская свадьба. Меня в тот самый ответственный день обрядили в длинное красивое белое платье, была и фата классическая и тоненькая как паутинка. Молодой супруг смотрелся очень даже солидно в новеньком коричневого цвета костюме в строгом классическом стиле по моде тех лет. На высокого и стройного парня заглядывались девчонки. Тогда мы с ним были весёлые и полные надежд на долгую и счастливую совместную жизнь и смело глядели в будущее. Нам казалось наше будущее предрешено, и нас ожидает сплошная удача как в личной так и в трудовой жизни. Нам же повезло родиться в огромной могучей и очень богатой стране, и никаких катаклизмов не должно было случиться. О боже, как я любила мужа! Моя душа, как гармошка разворачивалась и разворачивалась от избытка чувств и казалась нет предела этим самым чувствам. Не скажу, чтобы мы потом жили душа в душу, но после его гибели я двенадцать лет берегла обручальное золотое колечко, а потом в самый-самый чёрный день отнесла его в ломбард. То тоненькое колечко напоминало мне о крушении больших надежд, о рухнувшем в одночасье счастье в том далёком 1991 году, когда официально объявили о роспуске Советского Союза. На тот период это был самый страшный, самый мрачный день в моей жизни. А потом через несколько лет умерла мать, за ней покинул наш бренный мир мой супруг. Я так и осталась вдовой, так и не встретила больше никого или не хотела никого встретить. Когда мной интересовался очередной неприкаянный кавалер, сердце почему-то болезненно сжималось. Я не могла через себя перешагнуть и сразу обрывала едва наметившие отношения. Перегорело моё сердечко, как лампочка, из эмоций исчезло слово «любовь».
Глава 3 .Да здравствует Святочный бал!
За десертом Душечка так безудержно хихикала, так порывисто размахивала руками, что вся перемазалась лёгким одуряюще вкусно пахнущим кремом от низкокалорийных пирожных. В качестве официантки нас обслуживала улыбчивая миловидная девушка. Мне она очень понравилась, но я не удивлюсь, если ей вдруг окажется лет этак восемьдесят. Чудеса омоложения и в моё время уже были не в диковинку, а теперь видимо доступны и массовому населению. А моей Надюшечке похоже нечаянно с телом ещё и мозги омолодили.
После обеда мы помчались в заведение с непонятной для меня вывеской «сигазин». Это заведение больше напоминало склад. На множестве полок красовалось огромное количество коробок с обувью и все они были совершенно прозрачные, я имею в виду коробки и настолько незаметные, что прекрасно виделась сама обувь. Вот здесь я оторвалась, перемерила пар двадцать туфелек. Большинство перемерянного мне приглянулось и будь моя воля, я бы всё утащила с собой. Что удивительно, на ноге вся обувка сидела как влитая, и было очень приятно ноге в туфле. Но Душечка только отрицательно мотала головой, она искала для меня что-то необыкновенное. Нас обслуживал обаятельный мужчина с красивой спортивной фигурой, которую невозможно было спрятать за униформу обычного продавца-консультанта. Я устала изображать Золушку и выбрала неброские лодочки под цвет нового только что подаренного платья. Молодой человек торжественно уложил их в коробочку, перевязал атласной лентой и с поклоном подал мне в руки. Вот это сервис! Потом мы погуляли немного разглядывая новогодние украшения на зданиях, а когда ноженьки наши подустали, Душечка вызвала повозку с запряжённой в неё лошадкой. Как она это сделала, я так и не поняла, а приставать с вопросами не хотелось, ладно потом разберусь. Я старалась ничему не удивляться, как никак сто лет для меня является достаточно большим сроком для глобальных преобразований в обществе. Кибитка с лошадью, да легко! Я взгромоздилась и в неё, не без помощи Душечки, но вполне себе самостоятельно залезла. Надюшечка легко впрыгнула и с изяществом совершенно не подобающим для её преклонного возраста, уселась рядом. И мы покатили поглядывая на заснеженный город и легко обгоняя редких прохожих.
Внученька решила осчастливить меня глобальной экскурсией по родному городу нового столетия. Поначалу я усиленно вертела головой стремясь посмотреть на всё, что мы проезжали мимо. Дома по прежнему преобладали невысокие чаще по два или три этажа, но становились всё наряднее и богаче в оформлении. Видимо мы приближались к центру города. Территорию вокруг зданий украшали резные по виду чугунные ограды, а также плотные зелёные посадки. В некоторых двориках виднелись деревца с кремовыми стволами, тёмно-зелёными листочками и круглыми величиной со среднее яблоко бардовыми плодами. Однако, селекция тоже шагнула вперёд! Архитектура зданий поражала обилием вычурных балкончиков и разнообразием лепнины. Великолепие всяческих крылечек и верандочек захватило моё воображение. Жилище с годами стало не только моим домом – моей крепостью, но и отрадой душевной. А уж как меня обрадовало подтверждение моей же догадки в том, что сиденье в кабриолете было с подогревом! Не высказать словами.
Душечка не замечая моего состояния, без умолку тарахтела рассказывая про новые возможности для жителей и их традиции, про мэра города, снятые фильмы и отыгранные спектакли, научные открытия по всему миру, технические достижения. Поток информации не иссякал и казалось Душечка никогда не устанет глаголить. По улицам слонялись праздные парочки. Иногда цокали копытами лошадки, запряжённые в маленькие кареты, но чаще попадались одиноко скачущие всадники. К моему великому удовольствию, как по расписанию в пять часов по полудни мы уселись в кафе пить чай. Надо сказать, кафешка была забита до отказа посетителями. За столиками возбуждённо переговаривались и как мне послышалось, на разных языках. Я и по русски не всё понимала, так много новых слов витало вокруг меня в последнее время. Прогресс не стоял на месте и активно развивался, также активно «великий и могучий» пополнялся новыми названиями и определениями явлений. Столики в кафе казалось были сделаны из неведомого мне шершавого материала коричневого, нет скорее шоколадного цвета с круглыми столешницами и все почему-то сервированы на троих, вокруг каждого столика размещалось ещё и по три тоже шоколадного цвета изящных красиво изогнутых стула. Перед входом в зал мы как и полагается приличным людям сдали в гардероб пальто, небрежно подав их многорукому серебристому роботу. У робота имелась полноценная голова, и он улыбался посетителям резиновыми губами, мигал голубыми стеклянными глазками и постоянно вещал: «Добро пожаловать в наше модное заведение», – на нескольких языках. Полумрак зала разгоняли настоящие восковые свечи в витиеватых серебряного вида подсвечниках. Одна свеча стояла и на нашем столике. От свечи исходил лёгкий аромат ландыша и едва уловимое тепло от языка пламени. Как всё мило, по домашнему! Меню плыло бегущей строкой по кругу столешницы напечатанное крупными буквами и повторялось на семи языках. Здорово! Достаточно было ткнуть пальчиком в название блюда и «о-ля-ля!» его доставят сей момент. Для Душечки – Надюшечки всё происходящее являлось ничем иным, как серой обыденностью и поэтому добиться от неё какого либо вразумительного объяснения оказалось сложновато. Дама не понимала, что могло меня так заинтересовать. Ничего прорвёмся! Например, на вопрос о посетителях за соседним столиком активно работающих челюстями:
– Кто это такие?
– Туристы, – весьма лаконично ответила внученька и принялась описывать шествие летнего карнавала в честь дня создания городка Кобелёво. Признаюсь честно, я совершенно не поняла из её дальнейшей речи, какие балы устраивались в городе, кто пел и почему в этот день квас не подавали. Я то и дело отвлекалась на снующих между столиками ярко раскрашенных роботов, и сновали они не просто так, а разнося заказы клиентам. Мы с Душечкой засели в кафе основательно и пили чай долго и с наслаждением с большим количеством выпечки и фруктов. Я очень уважаю и люблю процедуру чаепития, и от неё не смогла даже отвлечь Душечкина болтовня. Из кафе, как потом я добилась от Надюшечки, название которого было ни много ни мало, а «На троих» красноречиво объясняло количество стульев за столиками, мы отправились в гостиницу. Отправились тем самым путём, каким я попала туда в первый раз, а именно «велкнули», ну или попали через комнату контакта. Душечка явно устала от цоканья копыт и изобилия свежего воздуха.
– А где наши покупки? – полюбопытствовала я.
– Да их уже доставили в наши номера, ещё когда мы чай пили в кафе, – скучным голосом константировала неоспоримый факт Душечка.
– Оперативно, – одобрила я сервис нового века.
– В нашем городе самая быстрая доставка во всей стране! – Душечка почти раздувалась от распираемой её гордости. Вот уж не ожидала от неё такого явного патриотизма. Я решила польстить ей немного:
– И в заведении было очень уютно и вкусно накормили пирогами и напоили горячим чаем за что тебе, Душечка, огромное спасибо!
– То ли ещё будет! Наши балы ты ещё пока не посещала, – Душечка улыбнулась многообещающе. Поднялись в номера, Надюшечка как и ожидалось оказалась моей соседкой. Душечка тут же принялась командовать и незамедлительно прогнала меня в душ. Едва я выбралась из душа, как на меня накинулся бравый парикмахер, потом стилист и наконец, я обрядилась в праздничное платье. Всё это великолепие смотрелось на мне очень даже неплохо, только меня пугало количество бус, навешанных на меня как на новогоднюю ёлку в далёкие советские времена. Однако мода стала причудливей. Я смотрела на себя в большое в пол зеркало и наслаждалась триумфом. Надо сказать, то голубое просторное платье мне шло необычайно. И последний штрих к образу, Надюшечка прикрыла моё личико блестящей полумаской. В зеркале я увидела себя, но помолодевшую на десяток лет, настроение взлетело к потолку. Ах, где мои семнадцать лет? Я ужасно трусила, никогда раньше не была на балу, не довелось. Разве можно считать балом школьный выпускной вечер? По иронии судьбы тогда давным – давно на мне тоже было небесно – голубое платье в талию и с поясочком. Мама заказала его пошив в местном ателье, а ткань купила по случаю в Эстонии в магазине для новобрачных. Мама тогда ездила в Эстонию навестить родственников и попутно прошлась по магазинам. Платье сшили по выкройке из свежего модного журнала, и оно поднимало настроение уже тем, что было дорогое и присутствовало в моём гардеробе. Тогда в том платье я чувствовала себя принцессой и ощущала себя самой счастливой девицей на свете. Восторг от вступления во взрослую жизнь не омрачали даже предстоящие вступительные экзамены в институт. Жизнь бежит по кругу, а вернее планомерно двигается по спирали, и снова голубое праздничное платье бередит мне душу. Вот только полумаска кажется лишней.
– Зачем мне маска?
– Как это зачем? Мы отправляемся на Святочный бал, а ты изображаешь фею, – вещала Душечка тоном не выносящих пререканий.
– А ты кто? – Я в полном недоумении разглядывала родственницу.
– Принцесса, конечно! – Пока я вертелась перед большим зеркалом, Надюшечка сгоняла в свой номер и явилась оттуда совершенной красавицей. Она умудрилась в пять секунд радикально преобразиться и вбежала уже в розовом расшитом атласными розами наряде с пышным кринолином. На её голове покоился белоснежный парик, зачесанный в высокую причёску с миниатюрной золотистой короной. Не удивлюсь, если корона выполнена из чистого золота высочайшей пробы. Глаза девушки возбуждённо блестели. Душечка схватила меня за руку и с чувством произнесла со страстным придыханием:
– Быстрее, Никки! Мы опаздываем!
Душечка не дала мне опомниться, она потащила в чём есть прямо в холл. Но на улице же холодно, мороз! Девица открыла дверь «welcom» и втолкнула меня внутрь, мы сразу очутились в огромном зале. К нам тут же подскочил высокий робот в переливающемся голубом фраке с алой бабочкой на белоснежной рубашке. Обслуживающий механизм вклинился между нами с Душечкой, подхватил обеих под ручки и отбуксировал в сторонку, что бы мы не мешали другим прибывающим. При этом железный дружочек – пирожочек не только цепко держал мою руку, но и пел басом:"Добро пожаловать на бал!" Спел сначала по русски, потом на английском языке, отпустил нас и спешно удалился встречать следующих прибывающих гостей. Однако, сервис на высоте! На площадке для прибытия постоянно появлялись новые люди, а возможно и не только люди. Их подхватывали «железные дровосеки» в переливающейся униформе. Я огляделась, мы стояли у огромного окна. Вместо штор порхали бабочки и огромные ажурные снежинки. Вдоль стены стройным рядком красовались двухметровые голубые ели. Рождество на дворе! Ели были увешаны блестящими гирляндами и оригинальными матовыми шарами. Сказочный лес, да и только.
– Надюшечка, что это? – я воззрилась я на соратницу, которая в это время раскланивалась со своими знакомыми налево и направо.
– Бал, куда мы и собирались, – рассеянно ответила Душечка, кивая кому-то в сторону.
– Что за здание такое непонятное? – я всё больше поражалась грандиозным габаритам зала.
– Так то вокзал, – отмахнулась девица.
– Как вокзал? Зачем вокзал?
– Я застолбила два места на Святочный бал и что же тут непонятного? На вокзале проходят самые замечательные шоу! – Душечка начала потихоньку сердиться, ей не терпелось идти танцевать, а тут я с дурацкими вопросами.
– А поезда где? – для меня всегда вокзал ассоциировался с поездами, со стуком вагонных колёс, с мощными гудками.
– Зачем нам поезда, если мы передвигаемся пешком или на лошадках по городу.
– А если быстро надо?
– Так телепортируемся! – как маленькому неразумному ребёнку разъясняла Душечка. – Как сегодня «велкнемся» и всё в порядке! Усекла?
По всему было видно, что моя родственница начинала «закипать» от моей бестолковости.
– Усекла, – я машинально кивнула Надюшечке с трудом соображая о предмете нашего спора. Моя голова уже крутилась, как на шарнирах, хотелось всё увидеть, попробовать, а если и не попробовать, то хотя бы понюхать. И тут я увидала сцену, которая была на возвышении в центре круглого зала, и туда уже выскочили ведущие с поздравлениями и шутками. О чём шутили, я не поняла, но все вокруг смеялись, и я из вежливости, ну и что бы не выглядеть белой вороной, поулыбалась на всякий случай. Потом вышла певица и завела какую-то арию из оперы, оркестр подхватил с соответствующей музыкой, пары заскользили в диковинном танце. Надюшечку тут же пригласил кавалер в бордовом смокинге, и они влились в узор танцующих. Песня, а также сопровождающая её музыка ласкали слух, но этого языка я не знала, да я кроме родного русского и так ничего не знала. О чём певица пела можно было только догадываться, и я решила, что о любви. Когда-то в детстве в школе я целых пять лет изучала классический английский язык, но так его до конца и не освоила, наверное из-за того, что мало практиковалась. По периметру огромного круглого зала располагался широкий балкон, на балконе в определённом порядке стояли столики и кресла. Я присела за самый удалённый столик, остальные уже были заняты. Пожалуй, столик на двоих нам с Душечкой вполне подойдёт для уютной семейной вечеринки. Я понадеялась, что внученька напляшется и поможет престарелой бабулечке освоить меню. Я плюхнулсь в кресло, а меню не проявилось, не засветилось в уголке столешницы, странно однако. Я привстала и снова уселась основательно поелозив по сиденью кресла пятой точкой. Но нет, ничего не изменилось, на столешнице не возникла бегущая строка да и перед глазами не распечатался плакат с яркими красочными буквами и образами вкусняшек, специально приготовленных на праздник. Я остро ощутила дискомфорт. Что может ощущать динозавр, попавший на Кремлёвскую площадь возле мавзолея Ленину? Вот я то самое чувство и испытала, при чём с полной её остротой. Одинокая чужая и никому не нужная я сидела и скучала за пустым столиком. К хорошему быстро привыкаешь, и мне уже не хватало молниеносного ненавязчивого сервиса, вышколенного или правильно сказать, запрограммированного металлического обслуживающего персонала. Ну нет меню, пусть будет экспромт! Я перестала дуть капризно губки и подняла глаза.