Инструкция к человеку

Квартира пустовала. Папа приехал, и предложил, если она хочет, пожить в ней. Ничего себе, из комнатки с бабушкой, в собственную трех комнатную квартиру, ещё бы. Да это мечта. Долго думать не пришлось. Квартира была обставлена мебелью, была посуда и всё необходимое. Приезжай и живи. Папа как всегда, превзошел…

Вот почему так. Когда всё хорошо, но в душе плохо?

Стихи, мысли, когда трудно было заснуть и одиноко. Она вспоминала, что в семнадцать ей мечталось найти работу и окончить учебу, а теперь что? Нужны были новые прогрессивные мечты. Столько было учебников по психологии и литературы, которые принуждали к поиску себя, к росту личности, к достижению невероятных целей. Они появлялись отовсюду. Жить простой жизнью, уже было нельзя. Не получалось. Надо было тянуться вверх.

Ну ладно, ничего не поделать. И она стала мечтать. Ей представились времена, когда она станет известной писательницей поэтессой. В один прекрасный день состояться праздничная презентация и громкий выход её книги, о которой узнают все. Она поеден путешествовать по всему свету, и выйдет замуж в Италии, особенно её манил Рим или в Париже. Всё это красочно возникло в голове, явно и медленно испарилось.

Надо будет писать побольше стихов, для книги пока что маловато.

А вот о покупке машине пора как следует задуматься. Начальная сумма была собрана, если что можно было попросить. Права на вождение, продавались, и это никого не удивляло. Продавалось в то время всё. Дипломы, должности, налоговые инспекторы, гаишники, и даже судьи. Такое было время. Крутились все.

Идея о покупке машины распространилась среди всех знакомых. И директор одной из фирм, которых уже было несколько, предложил купить его машину, у него был свой офис, своё производство и автомобили, один из которых можно было с легкостью продать. Фольксваген гольф. Для девушки, то что нужно. Машина была не новой, больше пяти лет, но в прекрасном состоянии. Цена была выгодной, свойской, но накоплений не хватало. Родители добавили и вообще папа был горд. Ему было приятно, что его дочь сама будет ездить за рулем иномарки. Воспринял такую идею он легко. Своя квартира, своя машина, профессия главного бухгалтера, всё говорило о том, что жизнь удалась.

За личную жизнь тоже волноваться не приходилось. Саша никуда не исчез, его трудно было не любить. Даже тот случай с дробовиком, такое впечатление он не помнил, или делал вид, что забыл. У него дела шли тоже хорошо. Он давно поменял машину, и не одну. Они становились всё больше и больше. Когда она еще жила у бабушке, он заезжал по привычке за ней. И в окно бабушка и иногда мама видели, что выходила она и садилась в черный джип, с тонированными стеклами. Понятно было, что человек обеспеченный, а всё остальное ни волновало никого.

Видимость одна, а внутри ощущения другие.

Хотелось прежних друзей и легкого ощущения жизни, а было нелегко. Она как то по старой памяти приехала в родной спортивный комплекс на свою любимую тренировку, где она не появлялась уже пару лет. Тренер был рад. Там всё было родним и знакомым, ничего не изменилось. Они посидели, поговорили душевно. Про всё хотелось рассказать, но с гордостью этого не получалось сделать как хотелось. Во всем звучала внутренняя вина. «Ладно. Хватит. Иди побегай, 15 кругов. Я тебя сейчас погоняю»-сказал тренер, и всё повторилось как и много лет назад. После бега. Тренер предложил на лавочке, закинув руки за голову покачать пресс, закрепив ноги, упражнение знакомое, это выполнялось всегда. «Пятьдесят раз. Не ленись. Поехали.» И она послушно, закинув руки за голову приступила к счету, и сделала ровно столько сколько было нужно. «Молодец. Физика еще в форме.»-похвалил тренер. На следующий день, после такой нагрузки гудели мышцы и трудно было сесть и встать. Но это ничего. Наоборот эти напряжения мышц были знакомым ощущением не раз за несколько прошлых лет постоянных тренировок.

После она покидала мячик в паре с девочкой, которая хорошо ей была знакома. А потом поиграли в команде. Так обычно проходили тренировки. Захотелось спуститься в прокат, к тете Ане. И она была там. Вновь рада, вновь близкая и родная. Жизнь шла где-то там, но останавливалась здесь, ничего не меняя.

У тети Ани были перемены. Она выслушала все новости. Очень рада была, что перед ней сидела теперь коллега по профессии, и то, что машина и квартира, и общий успех ей разделить было приятно и легко. «А приезжайте ко мне в гости! Я буду ждать! Поговорим.»– «Конечно, приеду»– пообещала тетя Аня. «Злата, какая ты молодец, как же я за тебя рада.» И всё это было подлинным искренним неподдельным. И грело, вселяя надежду.

10.

На работе всё менялось. Фирмы закрывались, открывались другие. За хорошие рабочие качества, и растущий бесценный опыт Злату ценили директора, и никаких проблем не было. Директор новой очередной фирмы, предложил познакомиться с руководителей крупной организации. У них были намерения открыть несколько новых фирмы, с предложением быть главным бухгалтером и полностью свести учет в них. Директор был действительно серьёзным мужчиной, об этом говорил его огромный кабинет, личный секретарь, богатая мебель и название фирмы связанное с нефтью и газом. Вот это перспектива.

Даже в таких грозных важных учреждениях действовали одни и те же законы существования бизнеса. Фирмы были нужны, чтобы уводить деньги на сторону. Схема была хорошо известна, и работала четко как часы. Всё было вымышленным и условным, кроме денег, которые появлялись на счетах вновь созданных сразу трех фирмах, и уходили без следа. Весь товар, материал, документы, люди, зарплаты и налоги, всё существовало только на бумаге. Были руководители в тени, и два человека, она и условный директор. Молодой мужчина, глуповатый, до этого исполняющий обязанности водителя. Теперь же его по документам проводили как генерального директора, хотя обязанности его оставались теми же. Он привозил и отвозил документы и печати. Изредка приезжал в банк, по необходимости, ставил подпись от имени директора, и четко по инструкции снимал деньги. Всё работа слаженно. Ей как бухгалтером были довольны сверху. Шли разговоры о том, что в скором времени фирмы переведут в Москву, и возьмут её туда. Перспектива работать в Москве в крупнейшей фирме связанной с нефтью и газом, была головокружительна и желанна.

Видимо развитие и рост коснулись всех, и директора-водителя, который часто на свои обязанности реагировал агрессивно. Мог проспать на работу, забыть привезти документы, оставить в другом офисе нужную печать. Деньги получали хорошие, и видимо началась заразная болезнь мании величия.

Начинались между бухгалтером и условным генеральным директорам некоторые стычки. Он хронически забывал о своих обязанностях, за которые ответственна была перед высшим руководством именно она. Его приходилось подгонять и тыкать, но видимо амбиции человека который везде ставит подпись за генерального директора тоже сыграли свою роль. Он начинал хамить, ни как директор, а как простой шофер.

Произошел конфликт, в котором конечно виноваты оба. Один начал с резкого тона, перед поездкой в банк, выяснением сколько он должен ей? На что, был разумный и резкий ответ. «Ты ничего не должен мне. Прости сними и привези деньги.» Он продолжил еще более грубым тоном. «Я здесь директор, поняла.» Она сказала ему, твёрдо и унизительно: «Ты водитель, а директор ты только на бумаге.» Такую обиду он не перенес и ответил прозаически просто: «Да пошла ты на…

Дальше произошли события еще хуже. После этого инцидента, он сразу же побежал к руководству и видимо пожаловался на неё, своими словами, о которых можно было только предполагать.

Волна гнева не давала покоя. Величие мнимое, болезненно, которое сопутствует тем кто добивается некоторого успеха. Оно затмевает ум. Отказываться от таких больших перспектив было глупо. Проще всего было бы забыть, заниматься своими делами и не обращать никакого внимания на этого водилу. Именно игнорирование всяких его придирок было бы логично и правильно, но именно важность должности и мысли несущие вверх увели всякую разумную почву из под ног.

«Ищите себе другую. Пока он не извиниться, ноги моей там не будет» И хуже решения трудно найти, но именно таким оно и было. Состоялся разговор с главным. Речь была правильной, о том что надо не обращать внимания, забыть и плюнуть на всё. Это работа, с людьми бывает разное. Этот водитель не стоит того, чтобы принимать его всерьез и делать такой шаг.

Извиняться никто не стал. С работой в этой фирме было покончено.

Это было худшее, что вообще могло произойти. И тут же звездная болезнь пропала. Было жаль, обидно за сделанную опрометчивую глупость. Назад пути не было. Осадок остался. Это тоже опыт.

Всё шло хуже не куда. Мама сообщила, что бабушка сильно больна. У неё уже случались микроинсульты, которые она переносила можно сказать легко. Ей было уже за восемьдесят. Теперь у неё еще и воспаление легких, не известно как её могло продуть, ведь она не выходила из дома. К бабушке нужно было срочно ехать.

Собралась вся семья. У каждого было своё личное отношения с бабушкой. Она болела, ей сильно не здоровилось, но она разговаривала, сидела на стуле и вроде бы ничего серьезного её болезнь не обещала.

«Бабулечка. Ну чо ты?» Она скучала без внучки. С тех пор как она уехала, что-то словно оборвалось. Пусть она почти и не бывала дома, редко разговаривала со своей бабушкой, как раньше, но всё равно, ощущение что она здесь живет и рядом а теперь её нет, как будто убило.

Мама, почему то сказала, что бабушка наверное умрет, что болезнь серьезная. В это не хотелось верить.

«Бабуль, ты что больше не хочешь жить? Зачем ты сдаешься?» -Да, моя милая. Я устала жить и больше не хочу» сказала бабушка совершенно спокойно. «Но ведь ты оставишь меня одну, мне будет не хватать тебя, мне будет больно» -обнимая говорила внучка. «Нет, я не оставлю тебя. Я всегда буду рядом, даже когда умру.» слова бабушки были похоже на слова их сказки, которые в детстве она так часто читала маленькой девочке.

«Бабуля, не надо! Пожалуйста, не надо!» Потом с бабушкой разговаривала мама. Злата ночевала вновь в своей комнате этой ночью, чтобы если что сразу быть с бабушкой рядом, если ей понадобиться помощь.

Бабушка легла спать, всё было спокойно. Как всегда. Все дома, всё хорошо. Утром она не встала, у неё не было сил, она лежала в своей кровати. Рядом сидели всё утро внучка, потом по очереди мама, принося то в чашке питьё и еду. Она оказывалась. И просто тихонечко лежала.

Пока Злата была в своей комнате, размышляя о последних событиях, сильно расстроенная и опечаленная. Приоткрыв дверь зашла мама. Закрыла за собой дверь. Села на кресло. Тяжело вдохнула и сказала. Бабушка умерла.

Внутри всё замерло. Мир остановился. Голова и всё тело наполнилось чем то тяжелым. Утратой. Не верилось. Не может быть.

Да. Только что, я сидела с ней рядом, сказала мама. Она лежала с закрытыми глазами. Потом сделала глубокий выдох. И умерла. Иди, посмотри сама.

Было страшно. Они обе зашли в комнату. Бабушка лежала на кровати, и было сразу понятно, что жизнь покинула её.

Они закрыли двери в её комнате. Дедушка сидел на диване, опустив голову и молчал.

Надо звонить в похоронное бюро. Они приедут и всё сделают. Потекли слезы. Сами. Их невозможно было сдержать.

11

Следующие несколько дней прошли как в дыму. Никто не оставался наедине, это было невыносимо страшно. Все держались вместе, их объединяли хлопоты связанные с уходом бабушки. Но потом надо было вернуться к себе. Остаться со своим горем один на один и справиться с ним. По крайней мере поискать в себе силы.

Когда появилась машина, Саша уже не заезжал, а она приезжала к нему в дом сама. Это по прежнему были редкие встречи, непонятных друг другу людей. Словно волей судьбы столкнувшиеся друг с другом, для чего и зачем не ясно. По-прежнему разговоры длились часами иногда до полуночи, так же после невыносима была близость, которую, как расплату нужно было перетерпеть, не выдавая истинного отвращения. Но этого можно было и не замечать. Он не думал и не знал никогда об этом. Наоборот, наверное, ему именно это и было нужно, а ей другое.

Саша не умещался в границах понимания добра и зла, хорошего и плохого, его невозможно было причислить к какой то определенной цене. К нему тянуло. Он был нужен. Но иногда о нем хотелось забыть. И эти размытые границы, эти долгие перерывы в общении были удобны и ему и ей.

Она вновь приехала, чтобы найти в нем утешении своей недавней боли. Саша выслушал, потом подбодрил по дружески. «Злата, ну хватит как маленькая. Бабушки, они такие. Иногда они умирают. Так бывает. Хватит. Хватит.»– потом продолжил рассказывать о своих недавних неприятностях, которые оказались настолько серьезными и невероятными, что затмили действительно последние события.

Саша редко делился своими проблемами по работе. Она даже не знала, какими делами он занимался после той фирмы, где начинала работать тогда. Он рассказал, что недавно ему пригнали новый джип, мерседес. Он поездил на нем совсем не много, и даже не успел застраховать, как это бывает обычно с дорогими машинами. И вот недавно, он оставил его на стоянке, где и раньше оставлял свои машины, отдал ключи мальчишке охраннику, которого хорошо знал и относился к нему по-дружески, а сам уехал на машине вместе со своим приятелем, они поехали в тот вечер в загул, как это бывает. Выпивать где-то, сначала в ресторане, потом в сауне, или еще где-нибудь. На утро его разыскивала полиция. Оказалось, что тот мальчишка, которому доверяли машины и ключи, в ту ночь был именинником. Ему исполнилось двадцать лет. И он выпив прилично на работе, на этой самой стоянке. Взял ключи от Сашиного джипа, и поехал покататься. Видно алкоголь совсем отключил его ум. Он набрал максимальную скорость, не справился с управлением и врезался в другой автомобиль встречного движения. На месте аварии было месиво. Несколько трупов. Насмерть разбился этот мальчишка. Погибли двое в машине, в которую на полном ходу он врезался. Два автомобиля в лепешку, и восстановлению не подлежат. Уголовное дело заведено на Сашу, так как по документам он числиться владельцем мерседеса.

Когда он рассказал эту ужасающую историю, стало видно, как сильно он расстроен. Новую машину уже не вернешь, и мальчишку жалко, хороший парень, такой молодой. И те тоже не за что, ни про что насмерть разбились.

Размеры неприятностей были не равны. Каждому своё.

Почему так? Если в чем-то повезло, то и неприятности наступают крупные. В этом мире для справедливости есть весы. Отмеряя добро, получаешь столько же горя. Это совершенно верно и главное справедливо.

Мысли в голове были мрачными. Работы пока не было. На сердце не спокойно. Появилась тетя Аня, словно ангел с небес. Оказалось, в этом же подъезде, где жила в папиной квартире Злата, жили и соседи тети Ани по дачному участку. А она была председателем дачного кооператива, по делам заходила к ним, тут же вспомнила про Злату, и зашла в гости.

От тети Ани как всегда веяло теплом и добротой. Встреча с ней была приятной. Они пили чай на кухне и беседовали о наболевшем, было о чем. Тетя Аня на удивление была увлечена религией, хотя раньше такого за ней не замечалось. Если бы не знать её раньше, можно было подумать, что она агитатор, которые часто ходили по квартирам и навязывали книги о Христе. Свидетели Еговы.

Она была не такой. Её вера была искренней и не навязчивой, больше напоминало просто рассказы из жизни, о том что начиная каждый день с молитвы, даже самой простой, которую все знают «Отче наш» день складывается успешно. У неё действительно дела шли хорошо. Такой характер, она брала в свои руки всё, что только можно, и ей это удавалось.

Это правда, когда никто не может помочь, только Бог приходит на помощь. Думать о спасении души через Господа Бога правильно и легко. Не зависимо от веры, каждый хочет помощи высших сил. Просто название им дается разное. Кто-то называет это судьбой, кто-то Христом Богом, а кто-то Высшими силами управляющими миром или как-то еще.

Хороший совет задуматься. А еще тетя Аня обещала взять её в следующий раз с собой. Она в последнее время, находила для себя радость и увлечение совершая путешествуя по разным знаменательным местам и храмам. Она уверяла, что именно там открывается особая сила, которая помогает и укрепляет веру. Надо обязательно тоже поехать. Почему бы и нет.

Было трудно засыпать последнее время, и после слов тети Ани, на ночь она тоже советовала повторять в уме Отче Наш, много раз подряд, пока не уснешь. Это намного лучше, чем те мысли, которые мешали жить.

Наступал следующий день, и нужно было находить решения. Как было просто раньше. Сергей давал ей денег просто так. Разыскивать его теперь по той же причине не хотелось. После той встречи в кафе, он больше никогда не искал встречи с ней. И хорошо. Деньги были нужны. Просить их у папы, было неудобно. Даже стыдно. Это бы означало, что она неудачница и не может сама решить своих проблем. Нет. Только не это.

Попросить у Саши. Мысль не самая удачная. У него конечно сейчас проблемы, но он так богат, а ей нужна небольшая сумма, и скоро работа найдется обязательно, какое-то время надо потерпеть. Не с голоду же умирать.

Решено поехать к нему. Но просить так не хотелось. Внутри ломало от предстоящего разговора, который был неприятен, но необходим.

Саша сразу согласился встретиться. Она приехала, как обычно на своей машине. По-хозяйски открыла двери, привычно зашла, сняла куртку в гардеробной перед холлом. Они встречались у камина, на этом большом диване и разговаривали там, ночью поднимаясь наверх в спальню. Она поздоровалась, виновата крутив пальцы рук, тихим тоном, не зная как начать разговор, выбирала нужные слова. Это было заметно. Она никогда так себя не вела.

«Саша, мне нужны деньги, дай мне. Он стоял и неожиданно обернулся и посмотрел на неё. «У меня сейчас нет.» -холодно и спокойно ответил он. Такой ответ она предполагала, и готова была всё равно просить под другими предлогами. Перед ней не просто обычный парень, а очень богатый человек. Это так.

«У тебя нет денег?»– уже повышенным тоном повторила она.

«И что мне делать? Пойти работать проституткой?»– почему то именно такая фраза вырвалась у неё.

Не ожидая ничего подобного, она через секунду почувствовала сильный удар по лицу. Он ударил её так, что она отлетела в сторону и упала на диван. Боли она не чувствовала, но обида в ту же секунду наполнила её с головы до ног. Он никогда такого себе не позволял.

Да, от него можно было всё что угодно ожидать, только не это.

Она встала с дивана. Выпрямилась, повернулась и вышла, не проронив ни одного слова. В этом пространстве гнева словам не было места. Он молчал, так же стоя. Она не видела ни его, ни привычной дороги до машины. Просто переместилась в пространстве, завела мотор и уехала. В этот раз навсегда.

Некоторое время было туго. Стыдно признаться, но денег на еду не было. Машина стояла возле дома. Пришлось заложить в ломбарде золотое кольцо, подарок папы. Кажется, он никогда о нем не вспоминал. Это было гладкое массивное золотое кольцо от бабушки. Оно было большого размера, но у ювелира укатали его, уменьшив до нужного. Таких массивных колец трудно себе представить. Было жалко с ним расставаться, это еще одни глупый поступок. И далеко не последний, чего от неё стоило ожидать.

Гордость глупая гордость. Почему не попросить помощи у родителей тогда? Что это значит стать взрослой? Неужели тебе уже никто не может ничем помочь?

Мысли были всякие. Разрыв с Сашей, неприятности, хотелось понять, что это может значить. Слова тети Ани о молитвах и испытаниях, которые посылает нам Бог. Денег едва хватало на скромную еду. Впереди был Великий пост. Самое время испытать свою волю. Всё сошлось. Пристрастий в еде у неё не было. Она не была зациклена, как некоторые на разнообразных блюдах. Наоборот, спортивный режим в прошлом, напряженная работа, сформировали простые потребности в пищи. Чем скромнее была еда, тем она полезнее. Следить за фигурой было обязательно, а в этом деле еда имеет главное значение. Жить одной было просто. Два килограмма геркулеса, гречневой крупы, а дальше, что Бог пошлет то и ладно.

Семь недель поста, они ведь о другом. Не о том, как сэкономить. Важно выдержать. Ни для кого-то, а для самой себя. Доказать, смогу или нет. И вообще интересно, к чему это приводит?

Работа вскоре нашлась. Первый месяц до зарплаты пришлось потерпеть. Это ли не чудо?

Впервые пасха была такой праздничной. Обычно ничего особенного, день как день, а после 7 недель скромной пищи и воздержания, радость усиливалась. Да и оказалось, что поститься интересно и увлекательно. Правда, другие сильно удивлялись, в этом-то ей как раз не привыкать.

Новая работа была, полный восторг. Немецкая компания Фольксваген центр. Это даже не работа, это мечта!

Стандартно уже для бизнеса юридических лица, а значит фирмы, в одной компании было две. Её сначала пригласили на собеседование. Чтобы найти работу можно было разместить объявление о поиске вакансии, и работодатели сами выбирали себе сотрудников. Это было удобно и просто.

Если вдруг, вы соберетесь пойти на такую встречу в поисках работы, нужно не полениться, и выглядеть хорошо. Каждая мелочь может сыграть роль. Так и случилось. Здесь требовался помощник главного бухгалтера, и выбирала себе новую сотрудницу молодая женщина, со собственному вкусу. В первую очередь, это она рассказывала сама, уже позже, её интересовал внешний вид. Фигура, одежда, и прическа. Особенно прическа! Это может показаться очень смешно, но среди соискателей работы были разные дамы, и если девушка, не снимала головной убор, это например, говорило о том, что ей лень сделать себе прическу. Скорее всего, что бы скрыть грязные не уложенные волосы, шапка служила роль прикрытия и создавала аккуратный вид, но только не для главного бухгалтера фольксваген центра. Кристина Николаевна была придирчива ко всему и разоблачала каждую деталь, чувствуя сразу подвох. Она так и сказала, что ей сразу понравились хорошо уложенные распущенные волосы, и они были главным аргументом, что бы пригласить на работу именно её. Таким образом, кандидатура была одобрена.

В своем собственном образе она олицетворяла эталон женственности, элегантности, и тщательного полного ухода за собой. Она была безупречно очаровательна. С ней хотелось не только работать, но и дружить.

Остальной коллектив был мужской, который можно было назвать командой. Всё работало складно, отточено, весело и четко, на первый взгляд.

Для галочки и ради пополнения бюджета на первое время, подойдет. А там видно будет. Сначала было интересно, и всё было поглощено и заполнено работой. А после окончания рабочего дня, было ощущение, что выходя из здания, попадаешь в какую-то глубокую яму. И там на дне, о чем-то грустном и печальном размышляешь, углубляясь всё дальше и глубже, не находя выхода.

Невозможно вычеркнуть человека из своей жизни одним разом. Можно решить, что пора о нем забыть. Пока наш ум в сознании, пока у него есть способность воспроизводить вновь и вновь прошедшие события из жизни, он напоминает нам и возвращает назад к тому, от чего нам хочется сбежать. Только бы не думать.

Это была не любовь, а болезнь. Она понимала, но потом оставалась одна. Хотела начать новую жизнь, но сама не понимаю, почему наступает на старые грабли. Творческим людям, просто необходимо страдать. Либо творчество рождает страдания, либо страдания дают вдохновение для творчества.

Всегда надо оставлять шанс, на то, что все глупо ошибаются, особенно в тех вещах, в которых считают себя мудрее других. Собственное убеждение в своей правоте, штука хорошая, но случаются промахи. Ничего, жизнь, она мудрее!

Интересно, по каким признакам люди определяют для себя любовь?

Эмоции. Впечатления. Мысли. Чем сильные эмоции возникают на действия другого человека, чем сильнее боль расставания, радость встречи, смех, слезы, восторг и даже ненависть, тем скорее мы думаем, что в нас живет любовь. Остальное мы дорисовываем сами в своем сознании, даже то что вряд ли произойдет. Что же случилось с ней? Она как будто вышла из комы. Почти три года в своей жизни, не могла разобраться, что это с ней. Зачем?

Жизнь сама вдруг наталкивала на мысль, что не стоит серьезно воспринимать, всё что происходит. Взрослые люди, живут, совершая ответственные поступки до тех пор, пока это их естественный выбор. А когда, это под предлогом, чего либо, это уже глупо и само по себе ошибочно. Всему своё время! Эта тишина одиночество, как отречение, ей казалось, будто вышла из себя, и смотрела на всё другими глазами. Смотрела со стороны, на прошлое.

Почему то так всегда. Будущее мы совершенно не видим. Мы слепы глядя вперед. Всё покрыто туманом. А прошлое такое четкое, подробное, детальное, но окаменелое, его нельзя изменить. Чужие беды нам понятны, можем всегда с легкостью давать советы другим, но однажды вынуждены дать совет самому себе. Это трудно!