- -
- 100%
- +
– В темпе мальчики! – сказал Жан. – В темпе! Я уже закончил, почти. Так…. – он стал посреди кухни. – Соки достать. Уборка потом.
– И нам осталось только подписать. – Сообщил Эд.
– Нарисуй восьмерку и напиши: «Вам от Нас». – предложил Дэн.
– На холсте напишешь и повесишь, где-нибудь, там. А я сам грамотный. – Эд был поглощен своим творением, выводил нечто многословное, с очень умным видом. Дэн подошел сзади, глянул через плечо:
– О, да! Это покруче! – Хохотнул.
Эд, в ответ, одел ему на голову остатки бизе, произнося:
– Вот теперь – остри!
– Слышишь?! – возмутился Дэн, протирая глаза и облизывая палец. – Пересолил!
– Что? – Эд действительно подумал, что попутал соль и сахар, подошел ближе и снял с лица брата немного взбитого крема, а тот, тут же, потерся головой о его лицо, стараясь вымазать как можно больше…
Дети появились первые, Вел дала сигнал «молчания». Взяла Агнию на руки, именно в тот момент, когда Эд облил Дэна. Ния чуть не выдала их, Вел вовремя закрыла ей рот рукой:
– Прогоню!
– Мам, ты снимаешь? – шептала Мира.
– Да! Репортаж: «В замочной скважине»! Тихо, услышат.
Баталии братьев продолжались.
– Ты чего? Красиво же! – Сказал Эд.
– Правда? А так? – Дэн быстрыми движениями выдавил на брата кетчуп.
– Значит ты так?! Тогда… – Эд оглянулся, под рукой оказалась только горчица, направил ее брату в лицо.
– Стоять! Обалдуи! – крикнул Жан. – Марш стол накрывать! И уборка за вами.
– Это еще почему?
– Меньше дурить будите.
– Помыться хоть можно? – Дэн сделал ангельское личико и сложил руки.
– Если не хотите оставлять следов повсюду, то нужно.
Жан еще выдал пару, вполне литературных эпитетов. Тем временем, за дверью, все женщины, забыв о голоде, упивались не выдуманной комедией с предстоящим сюрпризом.
– А что такое «обалдуи»? – шептала Ния на ухо Вел.
– То же, что и дурындочки, только мужского пола.
Эд снял фартук и начал расстегивать брюки. Вел сразу поставила Агнию на пол и развернула Славок.
– После восемнадцати!
– Мы так с голоду умрем. – Не поняли ее девочки, решив, что их кормить будут только вечером.
– Не умрете. Мы их сейчас поторопим. Вы же, как мышки к себе и молчок, что видели и знаете об этом. Мы скоро!
– Мы сделаем вид, что вообще не в курсе. Правда, внучки? – Виен забрала детей и те послушно удалились.
– Прикольнинький праздник. – глаза Ев светились. – Пойдем?
– Постой! – шептала Вел. – Хочу больше снять.
Эд, так и не сняв брюк, зашел в душ, находящийся здесь же, для удобства поваров.
– Жаль! – бросила Ев, подавляя смех.
– Чего тебе жаль?
– Надеялась, он тут разденется.
– Чего ради? – посмотрела на нее Вел, сестра лишь пожала плечами.
Ник быстро наводил порядки, не дожидаясь внуков.
– Дэн! – опять поднял голос Жан. – Что застыл, как игрушечный? Давай мне грязные вещи, отнесу в стирку. Да что вы, в самом деле, время! Быстро вымывайте все свои художества. А то ишь, юлят, чтобы дед за них все сделал.
Оставшись в плавках, Дэн открыл дверь душевой:
– Слышь, подвинься!
– Мог бы минутку и подождать! – смывая пену с головы, проговорил Эд. – Вот блин! Я белье забыл. – и он, выскочил в «предбанник» где заранее была приготовлена чистая одежда, на половину в пене.
– И мое захвати! – Попросил Дэн.
– Размечтайся. – ответил Эд и вернулся назад, не выполнив просьбу брата.
– По-моему мы дождемся нечто интересное! – Ев подняла брови. – Эд наверняка выкинет нечто несуразное. Уж больно его мордень загадочный.
– Скорее Дэн. – отозвалась Вел.
– Поспорим?
– А давай!
– На что?
– Да хоть на бутылку, самую дорогую, мне все равно.
– Не. Выпивка не интересна. Давай так, если Эд – ты готовишь первое апреля. Ну и на оборот!
– Идет!
Эд смыл с себя всю пену, быстренько выскользнул из душа и умыкнув все вещи брата, оставил ему только полотенце, вышел через другую дверь, таким образом, девушки могли лицезреть картину дальше, не будучи разоблаченными.
– Пронесло! – неоднозначно сказала Вел.
– Ну и ладно! Пойдем.
– Не а, самое интересное впереди! – Вел получала удовольствие от происходящего. Ев посмотрела на нее, усмехнулась:
– Ну, ну! Я-то, придумаю. Только ты, потом, не иди на попятную. – сестра несдержанно махнула рукой и Ев снова повернулась к стеклу: – Сейчас же, я займусь, этим субчиком….
Дэн вышел из душевой, не без помощи отца и Ника, постоянно дергающих его.
– Не понял? Слышь, Эд, ты не переигрываешь? Мне что в таком виде сервировать и поздравлять?! – Эд не подавал и звука. Дэн сбросил мокрое полотенце, выставив напоказ свой подтянутый зад, обмотался сухим полотенцем. – Догоню, убью! Никто не поможет.
– А теперь мой выход! – Сказала Ев и выпорхнула в ту же дверь, в какую и пришла. Вел не выключая мобильного, только опустив его так, чтобы не сразу бросался в глаза, пошла за ней. Ев оглянулась, торопясь не попасться мужьям на глаза раньше времени, добавила. – Если уж проигрывать, так хоть с наслаждением!
Эд одевался на ходу, пытаясь убежать от Дэна, соблюдая при этом, полную тишину. Дэн несся за ним. Запрыгнул на спину и зажал шею.
– Все, все! – Эд стоял в расстегнутой рубашке и одной брючине. – Ты чего носишься как угорелый и в таком виде.
– Эд! Отдай вещи, по-хорошему.
– Да нет их у меня! Они там.
– Где это там? – Отпустил его Дэн и поправил полотенце.
– На двери! Балбес! Давай быстрей, время!
– Я это тебе припомню, обещаю, в самый неподходящий момент!
– А что это тут происходит? – Ев внезапно появилась в проходе. – И что ты тут делаешь в таком виде?
– Дорогая! – вздрогнул от неожиданности Дэн.
– Ясно! Уволишь сам, или мне просить Жана?
– Я, это! Мы… Ев! Ты все не так поняла!
– Странно. А ты знаешь, как я поняла? – Щеки ее горели, глаза сверкали, но Дэн не понял, что это от смеха, он решил, что Ев злится и по понятной, казалось бы, на первый взгляд, причине.
– Эд! – крикнул он, – Ну скажи ей, что это все ты.
– Ага! – вышла из —за угла Вел, держа руки на груди в замке: – А я-то думаю, где муж пропал…. Где завтрак…. Столько времени, дети есть хотят. Хорошо, что спустилась сама!
Эд пытался застегнуться и заправить рубашку. Неудобно всунулся в штанину, брюки перекосились. Нервничал. Дэн же застыл, одной рукой держа полотенце, второй поправляя мокрые волосы и стирая капли воды с лица.
– Прости, я не думала, что ты так буквально примешь мою просьбу. – Вел подняла руку, прося мужа не перебивать: – Не спешите, поздравляйте. Мы отвезем детей в кафе. Думаю, мы тоже заслужили немного праздника! – взяла сестру за руку, уводя.
– Вел! Родная! Ев! Девочки! – Наконец подал голос Эд. – Все не так! Здесь Ник, он подтвердит!
Обе замерли и медленно повернули головы, надевая маски обиды:
– Вот только Ника не втягивайте!
Дэн, успел метнуться назад и босиком, держа в руке все вещи, несся обратно.
– Жан тоже с нами! – Его слова, как удар грома, сделали свое дело.
– Что? И Жан?! – Ев уже побледнела, не в силах больше сдерживать смех, стала задыхаться, говорить всхлипами. Замахала руками, останавливая попытку мужа подойти. Вел продолжила, обняв ее и таким образом, переместив мобильный:
– Бедная мамочка! Ев, маму надо оградить, она тот раз с трудом пережила его непонятный уход, а теперь… Я боюсь.
– Да, ты права. Она так его любит! – Ев снова всхлипнула.
– Значит так! – заговорила Вел: – Только ради мамы, я…. Нет! Мы, сделаем вид, что ничего этого не видели и не знаем. При всем моем понимании, что все женщины должны получить свой кусочек счастья, хотя бы в восьмое марта. Но…. Но такого, я понять не могу! Чтобы к вечеру духа, тех …, в доме не было! Или к утру, вы забудете о нас и девочках. Причину, как подать маме, мы найдем.
– Девочки! – опять попытался взять слово Эд. – Там нет уже никого!
– Спасибо хоть на этом! Мы сейчас уйдем. А вы, – она вкладывала в голос столько боли, что не один мужчина бы не смог устоять, что уж говорить об Эдгаре, обожающем ее и дочерей. – Вы только, попросите, накормить детей. Я сюда спустилась исключительно из-за того, что ни один телефон не отвечал. И, оденьтесь по человечески. – Эд опять открыл рот, собираясь, наконец, все доступно пояснить. – Не говори со мной сейчас! – воскликнул она сорвавшимся голосом.
– Ев! – твердо сказал Дэн.
– Без слов! – смахнула слезу и пошла к лестнице.
Дэн, что было сил, врезал в плечо Эда, тот только вздохнул.
– Спасибо, брат. Хороший праздник им преподнесли.
– Ну, на пустом же месте! Даже слушать не стали! Что теперь?
– Да иди ты… Теперь! – Дэн бросил вещи на скамью в фойе и не спеша оделся.
– С Виен надо поговорить. Она поможет.
– Ага! Ты еще Ев попроси погулять по твоим мозгам. Может легче станет!
– Что вы тут орали, как скаженные? – Жан, хотел уточнить за стол, но смолк, видя их лица.
– Девочки застали нас, простите за прямоту, голыми в коридоре! – отчаянно махнув рукой, ответил Эд: – Ну и…
– Сделали выводы! – Добавил Эд.
– Без паники! Приводите себя в надлежащий вид. И делаем все, как задумали.
– Они, скорее всего уже в детской, собираются в кафе. – сказал Эдгар отцу.
– Ничего, пусть наряжаются. Вы главное не начните оправдываться.
– Поздно. – Дэн глянул в зеркало – щеки пылали. Эд потер горящие уши и, поправив рукой волосы, махнул своему отражению и удалился.
В игровой стоял шум и смех. Когда Ник открыл дверь, все, как ни в чем не бывало, пили чай.
– Дорогие мои! – начал Жан. – Простите, что так поздно. С праздником!
– Спасибо, родной! – поднялась Виен. – Чуть не сказала, и тебя тоже!
– А нас уже хорошенько поздравили! – улыбнулась Ев, подставляя свекру щеку. Будучи уверенной, что он все знает.
– Ну, знаешь ли, милая, поздравлений много не бывает! Пойдем со мной, там вас ждет сюрприз.
– Еще?! – хохотнула Вел, но поднялась. – Это здорово! И куда идти?
– За мной! – Жан пропустил их из комнаты вперед, но сразу обогнал и повел к большой столовой. Распахнул дверь, склонил голову, предлагая войти.
Мужчины, в парадный костюмах, с полотенцами через руку, выстроились в ряд и наблюдали за их реакцией. Жан продолжил:
– Милые, родные! Простите за задержку. Мы так старались! Спешили, правда, спешили к завтраку и поняли, что не все в наших руках ладится.
– Правда? – приподняв брови, уточнила Вел. – Тогда к шутам все диеты, кормите, мы ужасно голодные!
После дюжины тостов, Жан взял гитару, спел для них, без уговора сыновей или женщин, а они подтянулись к нему ближе и подпевали, прекрасные песни прошлого столетии. Поглядывали друг на друга и ждали развязки. Агния, уплетая очередной кусок торта, выпалила:
– Папуля! А ты был такой аппетитный, в креме!
– Что? – Дэн замер, проглотив ком застрявший в горле, посмотрел на жену. А она, показала ему язык и отвернулась, смеясь с Жаном, словно и не было тех пяти минут, там, в служебном блоке. – Не постижимые женщины! – произнес он. – Ни умом, не фантазией. – Усадил дочь на колено, расцеловал, приговаривая. – Мое сокровище! Как же я тебя обожаю! – затем посмотрел на брата и сразу понял, что тот не в курсе. – Ага! – подумал он. – Пришло мое время…. Мучайся! Я тебе, ничего не скажу!
– Папа! – теребила его дочь. – Я не маленькая!
– Зато удаленькая! – похвалил Дэн дочку. – Значит, тебе понравился торт?
– Ага!
– Я его специально для тебя делал.
– Вот зачем обманывать! Мы же видели – это Эд готовил.
– Ты путаешь.
– А вот и нет!
– И свидетели у тебя есть?
– Еще бы. Все! А знаешь, остальное было тоже вкусно, особенно салатик и рыбка! – она погладила себя по животику и облизала губки.
– Мамина дочка! – щелкнул ее по носику. – А как думаешь, маме понравилось?
– Еда или как готовил?
– И то, и другое.
Она поднялась, обняла его за шею и по секрету прошептала:
– Как готовил – очень! Я точно знаю.
Ев часто поглядывала на них, не задумываясь о беседе…
Глава 11
Жан развлекал всех и по возможности пытался негласно наладить отношения детей, которые внезапно, да еще на пустом месте, могли дать трещину.
– Дорогие! – произнес он громко: – У кого, какие, имеются желания на вечер, говорите, не стесняйтесь, все сделаем. Мы сегодня, для вас, золотые рыбки!
– Ну, на рыбок вы не похожи! – Вел улыбнулась свекру, повернулась к мужу, глядела на него «уничтожительно». – Скорее коты, мартовские!
– Вел! – Эд смотрел на нее полными любви глазами, не собираясь больше оправдываться или доказывать свою правоту, просто взывал к пониманию и вере всего ранее сказанного. А она продолжала:
– Такие… «чеширские», улыбчивые, даже когда вас нет!
– Вел! – Эд решился и взял ее за руку. – Что мне сделать, чтобы ты подумала, сопоставила все и поверила?
– Не говори так опрометчиво. – Вел перестала улыбаться. – Желание может быть жестоким.
– Простите, что прерываю вашу милую беседу. – подошел к ним Жан. – Мы едем развлекаться. Вы с нами?
– Лично я – естественно! – заявила Вел. – И куда?
– Решили начать с «запоместья», а далее, проехаться по «хочу»!
Вел насупила брови, стараясь понять сказанное.
– Да не морочь ты себе голову. – смеялась каверзам дочки, выкрикнула Ев. – Гуляем везде, где глаз увидит, душа захочет.
– Теперь понятно. Коль так, тем более поеду. – Поднялась, не дав Эду придержать стул и, решительно направилась к себе, по дороге пошептавшись со Славками, получив их одобрительные кивки, последовала дальше. Зайдя в свои комнаты, первым делом поставила диск, на который закачала утреннюю съемку. Эд задержался минут на пять – наводя порядок в столовой. Открыв дверь и, не заметив жену, поставил ее букет в вазу и подошел к спальне. Она не повернулась, занимаясь макияжем.
– Вел! – начал он размеренно и тихо: – Я не собираюсь оправдываться и выяснять отношения. Хочу сказать только одно: в доме, сегодня, кроме семьи – никого!
– Оп-рав-ды-ва-ешь-ся! – по слогам произнесла она, рассматривая себя в зеркале.
– Нет! И скажу больше. Мне все равно, что ты думаешь обо мне, перед собой я чист. Я тебя люблю, любил и буду любить. Хотя мне и не нравятся твои, скоропалительные выводы, но это другое. А кроме тебя у меня только дочери. Это все, что я хотел сказать, а дальше – думай, как хочешь. Я сказал все, что хотел.
– Что, совсем, совсем не интересно, что я думаю, мое мнение, мои чувства, об увиденном собственными глазами? – Эд переодевался молча. – Ну и ладно! Решил быть твердым – имеешь права! – замолчала, сложила все в баульчик, подержала достаточную паузу, чтобы муж понервничал. А он нервничал, она это знала. Сидя, развернулась к нему, наблюдая за его размеренными действиями. Подошла, совсем близко и, дыша, практически в затылок, продолжила: – А мне так хотелось сказать, что торт очень вкусный, что люблю тебя не меньше, а может и еще сильней, чем ты, или чем я, в первые наши годы. Но нет, так нет…. – ушла сразу, присела на подлокотник кресла в гостиной, стала играть дистанционкой. Эд подошел сразу, присел у ее ног:
– Что ты сказала? – Не веря собственным ушам, переспросил он. Вел поцеловала его, как ребенка, в макушку.
– Я сказала, что жизнь с юристом, очень многому учит. В том числе и апеллировать вескими доказательствами, уликами, или предоставить алиби. У тебя это есть? – не дав ему открыть рта, закончила: – А у меня есть – весомые улики! – и нажала кнопку пуска. Немного шипения, приглушенные голоса и Эд, очень медленно, развернулся к экрану, не поменяв своего положения, просмотрев пару кадров, сделанных через стекло, опустил голову, хлопнул себя по лбу и вернулся к ней:
– Развели, как детей! – Вел сбросила маску серьезности, рассмеялась от души и обняла его крепко. – А ведь я поверил. Сидел, обдумывал, как тебе пояснить, что сделать, что бы ты, через пелену недопонимания, увидела правду? Какие слова подобрать… Жесть!
– Зато тебе со мной не скучно!
– Это точно и без сомнений. Голова седеет, от веселья…. Я уж молчу, что постарел и похудел!
– И это ты мне говоришь?! Я его реабилитировала, в собственных глазах, а он еще бурчит! И зачем мне такой старик нужен? Но это мы потом выясним. У меня остался один, маленький вопросик.
– Я даже боюсь предположить…. Но, давай!
– Готов?
– На все сто!
– Ага! Так что ты там говорил, на счет женщин?
– Миленькая, любименькая, непредсказуемая, неповторимая! Как же я люблю тебя и дочечек!
– Хоть что-то услышали в свой адрес! – сказала Влада, зайдя к ним. Мира кивала, улыбаясь.
– Ах, вы, мои проказницы! – Эд уселся на пол, приходя в себя после «праздничной» встряски: – Ну хоть бы кто был на моей стороне. Чего замерли? Целуйте вашего отца и мужа!
– Нет! Это же надо! – всплеснула руками Влада: – Они тут любезничают, все их ждут, так еще и поцелуи требуют. Мы внизу, подтягивайтесь! – Закрыли двери и умчались громко смеясь.
– Поехали! – Вел щелкнула пультом, взяла куртку и пошла к двери. Эд удержал ее, обняв за талию. Расцеловав шею, плечи и обе щеки, спросил:
– Дэн в курсе?
– Чего?
– Развода.
– А они уже разводятся?
– Дорогая, неперекручивай, ты прекрасно знаешь, в чем вопрос…
– Возможно. – она пожала плечами. – Достоверно не знаю. Почему спрашиваешь?
– Да так… – отмахнулся Эдгар.
Вел весело рассмеялась:
– Дети! Сотню лет прожили, а все ребячество играет.
– Солнышко мое, у настоящего мужчины – ребенок живет в крови до последних дней!
– Не спорю.
– Может мне начать взрослеть? Ну, с пивом на диване, делать вид, что увлекаюсь футболом и, почесывая обрюзглый животик, пахнуть потом и перегаром? – она прищурила глаза. – Не нравится?
– А самому как?
– Не очень. Ох, и трудно же быть… неотразимым!
– Эд, прекрати! Сегодня восьмое марта! Хвалится он, я задумаюсь…
– Только не сильно, первое скоро.
– Знаешь что, не намекай, ты же меня знаешь, я могу начать все заново. Поискать лучшее.
– Не помню, кто сказал: «Лучшая жизнь, должна где-то начинаться. Так почему не там, где ты и я?»
****
Дэн ничего не говорил жене, не проронил ни слова – ни за столом, ни в собственных комнатах. Холодно, быстро собрались. Она выжидала, прекрасно зная, что он не будет скулить и упрашивать. Он найдет момент и выложит правду. Однако, Ев поглядывала на него искоса, уж больно ей хотелось видеть, как он мучается, как ищет компромисс. А он, как ни странно, был совершенно спокоен. И лишь у двери, взял ее за руку и, повернув к себе, просто сказал:
– Один – ноль, в твою пользу!
– Уверен?
– На все сто! И даже не спросишь, в чем выиграла?
– Я и так знаю – во всем! Только, на такой расклад не согласна. Пять – ноль, вот это то, что есть!
– «Аргентина – Ямайка! Пять – ноль!» – пропел Дэн, пританцовывая. – Согласен! Что же ждать к апрелю? Или готовить самому ответ? Фору же, я тебе дал.
– Попробуй! Я посмотрю!
Ни одного вопроса: «как догадался? Откуда узнал?» Он и она – полный противовес и полное взаимопонимание. Они настолько знали друг друга, что поворот головы, прищур глаз, сдвиг бровей – был целой речью. Ев немного наклонила голову, томно приподняла глаза. Скривила губки в ленной улыбке и ждала. А он, сильней притянул ее к себе. Горячая рука обжигала талию. Пальцы второй скользили по ее шее и плечу. С минуту просто смотрел ей в глаза, затем наклонился, но не спешил продолжить. Дыхание согревало ухо. Он тянул, поджидая импульса из ее глубин. Не слов, а маленького, первого вздрагивания. И вот, почувствовал, как спина напряглась, как по коже побежали мурашки. Нашел губами мочку уха, прикусил и, отпустив, произнес:
– Ну, ну! Смотри….. Меня это только заводит.
– Хам! – Так же тихо выговорила Ев, не сдвигаясь с места.
– Вовсе нет. Просто – смелый мальчик.
– Ой! Мужчинка, песок не сыплется?!
– Хочешь проверить, или оставишь на ужин?
– А тебя хватит только «на» или на «или»?
Его объятья стали еще сильней:
– Отложу до возвращения, растяну, собственное удовольствие. Да и Агнию не могу заставлять ждать, демонстрируя тебе свои способности.
– Не боишься, что я проигнорирую?
– Убежден, что нет!…
– Я же…, такая…., непредсказуемая!
– А я уверен, в себе…. Так мы идем?
– Конечно…. – но с места не сдвинулись, ни на дюйм.
– Чего стоишь?
– Тебя жду.
– Женщины вперед.
– Там драконов нет. – Ев откинула голову на дверь, щеки горели, глаза искрились, коготки гуляли по его предплечьям, нарочно раззадоривая его.
Дэн не отводил взгляда от ее глаз и когда ногтики жены вонзились чуть сильней, усмехнулся:
– А потом скажешь, что незнакомка оставила.
– Блондинка.
– Не люблю!
– Меня?
– Блондинок!
– А под чепчиком видно?
– С детьми не сплю.
– Ах, вы перешли на более взрослых, сер…
– Со вкусом полыни.
– Сам ты кактус! Идем, дочь твоя сопит, шествуя к двери.
Его рука скользнула к дверному замку, щелкнула им и вернулась назад, тут же губы обожгли страстным поцелуем. А в дверь уже тарабанили пяткой и орали что есть мочи:
– Родители! Это я пришлепала! Или вы выходите, или я разнесу дом!
– Еще одна, «или» явилась. – проговорила Ев, как только губы ее стали свободны.
– Уже выходим! – не отворачиваясь от лица жены, ответил Дэн дочери и потянул руку к двери. Страстный поцелуй жены задержал его. Агния упражнялась в дверной «чечетки», пока руки отца не подхватили ее и не посадили себе на шею.
– Добровольно! – усмехнулась Ев.
– Не понял? – Обняв ее и ведя вперед, спросил Дэн.
– Шею отдал, а она, умница, мамина доченька, ножки-то, свесила!
– Не завидуй! На тебя меня, в любом случае, хватит…
Глава 12
Март уносил непогоду. Солнечные, жаркие дни уступали место холодным и дождливым ночам, но лишь на несколько часов. Природа наполнялась песнями перелетных птиц и потрескиванием почек на деревьях. Земля оживала после зимней спячки.
Двадцать девятого у Вел зазвонил мобильный, она тут же открыла ноутбук и лицо ее помрачнело. Эдгар невольно уловил натянутые нотки в голосе жены и поглядывал на нее весь разговор, терпеливо ожидая. Как только она отключилась, спросил:
– С редакции? Что-то не так?
– Похоже, надо ехать. – она все еще держала трубку у лица, осмысливая все услышанное.
– Значит, не теряем время и разберемся на месте. – подошел, сжал плечо.
– Ты со мной? – все чувства смешались в ее душе, поэтому Эдгар не сразу понял, удивление звучит в ее голосе, или что-то еще:
– Было когда-то иначе, или не хочешь?
– Что за глупости? – Вел поднялась, от растерянности не осталась и следа, во всем ее облике была только решительность горы проблем вершить, но тут же она глянула на мужа, сомкнув брови: – Просто, школа у Славок…..
– Они уже взрослые! Нянек полный дом. Немного побудут без нашего контроля. Да и мне, давно пора, проверить дела на фирме.
– Только, давай отправимся рано утром.
– Как скажешь! Так я собираю сумки?
– А я предупрежу всех. – Вел выскользнула из комнаты.
А на рассвете Ев помахала ей рукой и снова улеглась в кровать.
– Не понял! – Дэн смотрел на нее и улыбался.
– Что тут непонятного? Досмотрю сон, такой хороший… – зевнула.
– А детей в школу собирать?
– Милый, ты для чего у меня? – сладко потянулась и, отвернувшись, укуталась.
– Лодырюга! Ну, братец, ну угодил! Подает тут мне пример… – шутя, бурчал Дэн, поцеловал ее плечико, взъерошил волосы и, посмотрев на часы, пошел бриться. Проводил детей, заварил кофе.
– Да! – ответил на звонок, чуть не обжегся сбегающей пенкой, услышав в трубку голос Влада.
«Привет! Это я.»
– Вижу и слышу! Я чуть кофе на себя не вылил…. Чего так рано?
«Ты не мог бы приехать?»
– Блин! Что за срочность? И почему вчера позвонить не мог? Эд только выехал, на мне дом!
«Ну, извини! Не знал».
Друг как-то странно смолк, но то, что не отключился, Дэн понял по тяжелому дыханию в трубочку, именно это и пробудило его любопытство. Он не стал наливать напиток в чашку, оставил все на столе и отойдя к окну, произнес:
– Давай, поясняй!
«По телефону? Дэн! Я что, звонил когда-то по пустякам?!»
– ХОРОШО! Узнаю, есть ли на сегодня билеты и сообщу.
– Не пожар. Можешь нормально выехать машиной.
Дэн буркнул ему в ответ нечленораздельно, вздохнул пару раз, успокаиваясь, чтобы не нагрубить и добавил:
– Приеду!
В ответ тишина, да он и не ждал продолжения. Спешно, без настроения, выпил кофе и пошел в спальню:
– Зая! – присел рядом, принялся будить, поглаживая по ноге: – Зайчонок!
– Уууу! – не отрывая глаз, произнесла Ев, поморщила носик, внюхиваясь в долетевший аромат. – Вкусно…