История нашего времени
- -
- 100%
- +
– Не видела никогда. Мой папа всегда отдавал мне.
– Да тут на всех хватит. Маме на работе постоянно разные шоколадки приносят. Давай коробку какую-нибудь откроем.
– Ой, давай лучше пойдём, я правда беспокоюсь, чтоб успеть на автобус, – отказалась она, представляя, что выгул собак – это дело нескольких часов.
– Я ж сказал, успеем, – строго напомнил он, но сам убрал кружки в раковину и пошёл переодеваться в более свободную одежду. Оказалось, что спортивные штаны тоже на нём смотрятся отлично, обтягивая и подчёркивая мышцы.
Надя надела туфли. Саша надел поводки на собак, и они вышли из квартиры.
– Ну как тебе у меня? – поинтересовался Саша. Надя уже привыкла к собачкам, тем более что они слушались хозяина и крутились только около него.
– Я вообще-то только кухню видела, – улыбнувшись, напомнила она.
– Я обязательно тебе покажу всю квартиру, как я живу. Просто сегодня пришли немного поздно, – оправдывался он.
– Да я всё понимаю, говорила же, лучше завтра. А тебе не терпелось сегодня, – напомнила она, передразнивая его.
– Завтра мы идём в спортзал, – радостно напомнил он, поднимая брови, – ты ещё не передумала?
– Ещё нет, – улыбалась она.
Саша освободил собак от поводков, чтобы они могли быстро сделать свои дела в кустах. А сам взял Надю за руку, и они пошли за дом, где, хоть и не было фонарей, но зато хватало травы, чтобы побегать собачкам.
– Будем завтра тебя учить, как убегать и догонять, – вспомнил он игру, в которую они играли перед домом, и снова дёрнул замок на лифчике, убегая от неё.
Надя, не задумываясь, побежала за ним, чтобы поймать обидчика, а за ней сорвались с места Сашины защитники. Он боковым зрением уловил, как его собаки несутся за ней, и оглушительно заорал: «Место!». Схватив подругу на руки, поднял её как можно выше, но чёрный пес подпрыгнул и цапнул зубами её за туфлю.
– Место! – снова крикнул он. Собаки притихли и сели, послушно глядя на хозяина.
Он взглянул на Надю, которая не успела понять, что произошло, только почувствовала, как клацнули собачьи зубы около её туфель, и поставил её на землю, не сводя глаз с собак. В его груди бешено колотилось сердце, и он попытался оправдаться:
– Я совсем упустил из виду, что они защищают своего хозяина, а ещё и ревнуют. Подожди, я отведу их домой.
Она боялась пошевельнуться и открыть рот, чтобы произнести хоть звук, глядя на его защитников, мысли которых невозможно было угадать. Они поступали так, как их запрограммировал хозяин, который не мог предугадать все возможные ситуации. И она так и не понимала: всё ещё они считают её врагом и могут броситься при любом движении или возгласе или уже присмирели, считая её другом.
Он пристегнул поводки, дёрнул их за собой и строго взглянул на подругу:
– Жди меня здесь. Я быстро!
Он моментально скрылся за углом. Она оглянулась по сторонам. За домом шумели проезжающие машины, один фонарь между домами освещал небольшую территорию двора, вокруг несколько деревьев, пятиэтажки, в которых горел свет, и тишина. Ночная тёплая тишина в самом дворе. Все уже давно со своими семьями дома, отдыхают или спят, как его родители. А она одна здесь, её только что чуть не разорвали собаки, и она бы даже не успела ничего сделать и сказать, если бы не Саша, его сильная хватка, его то ли интуиция, то ли способность улавливать движения. Она не понимала, как он смог почувствовать, что за ней гонятся собаки. Приходя в чувство от перенесённого стресса, она не смогла сдержать слёз. Обхватила себя руками, то ли пытаясь согреть себя, то ли спрятаться, стоя на месте и крутя головой по сторонам в поисках закрытого или защищённого места, где бы ей ничего не угрожало. Сейчас Надя почувствовала себя такой беззащитной и уязвимой, что постепенно ощущала, как тревога заполняет всю её душу.
Быстрые шаги за спиной привели её в чувство, она обернулась, увидела всё ещё раздражённого Сашу и бросилась к нему на шею, вытирая слёзы на щеках.
– Прости! Я не подумал, что такое может произойти. Ты напугалась? – прижал он её к себе, чтобы вселить спокойствие, ладонями помогая осушить щёки.
– Я ничего не поняла, – затихала она, – только когда ты ушёл, я сообразила, что произошло. Если бы не ты… – снова обняла она его за шею, благодаря за спасение, а он стал гладить её по спине, успокаивая.
– Всё позади. Не думай уже. Я больше такого не допущу, – обнял он её за плечи.
– Я говорила же, боюсь собак, – напоминала она, когда они уже пошли в сторону остановки.
– Так они это чувствуют. Не бойся никогда. У них слабое место – это нос. Сразу бей в нос – и всё, собака убежит, поджав хвост, – на будущее учил он её, как действовать в таких ситуациях.
– Хорошо, у тебя удар сильный, а у меня? – заулыбалась она. – Она даже не почувствует. Я как комарик…
– Вот завтра и будем отрабатывать удары, – посоветовал Саша, забывая о случившемся и крепко прижимая подругу к себе, чтобы ей стало совсем не страшно. – Да? – игриво задел он её по носу, подбадривая.
– Ну что ты опять, – возмутилась она, улыбаясь.
– Не вешай нос, – объяснил он свой жест. – Вообще, я сам испугался очень. У них смертельная хватка в 200 кг. Во что вцепятся, уже не расцепить, пока не убьёшь. Я сам пробовал: брал палку, пёс подпрыгивал, хватался за неё зубами, и его можно было на ней крутить, пока у самого руки не отпадут. Это добрая порода к тому, кто добр к хозяину, но от врага они защищают хозяина на смерть. Видимо, тебя приняли за врага, раз ты за мной побежала.
– Глупые. Не могут отличить, где враг, а где любимая девушка, – обиженно сказала она, вспоминая, что он влюблён в неё.
А он понял, что она догадалась о его чувствах, и, считая себя после этих слов её мужчиной и защитником, гордо и злобно сказал:
– Я им вечером объясню. Поверь, всыплю им так, что сидеть не смогут месяц.
– Ты чего! Даже не вздумай. Они же тебя защищали. Не надо из-за этого собачек бить. Они тебя так любят.
– Но они должны знать своё место. Чтоб такого не повторилось, всё равно их надо проучить.
Наде, конечно, очень хотелось, чтоб такого не повторилось, но ещё было жалко маленьких беззащитных собачек.
– Давай лучше я больше к тебе домой не пойду, – предложила она.
– Да ты что? Из-за собак? Больше такого не повторится – они с первого раза у меня поймут всё, – гневался он.
На остановке сразу пришёл автобус, они вновь продвинулись в конец салона. Народу опять было много.
– Куда так поздно все могут ехать? – возмущался Саша.
– Туда же, куда и мы – домой, – предположила Надя.
– Так чего не спится-то? Короче, надо покупать машину, – бесила его обстановка, и он принял мысленно решение.
– А какую ты хочешь?
– «Ауди 100».
– Иномарку, что ли?
– Конечно, только иномарку.
– А почему «Ауди»?
– Потому что это германец, с бензиновым двухлитровым двигателем, пятиступенчатой коробкой передач на механике и максимальной скоростью двести двадцать километров в час. Понятно?
– Только про максимальную скорость. Я думаю, что это быстро, – заулыбалась Надя, не совсем улавливая, чем «Ауди» лучше других машин.
– Это очень быстро! Как только я её куплю, так ты первой поедешь на ней.
– Так я не умею водить, – размечталась она, что он хочет ей доверить руль.
– Так пассажиром тоже интересно, – заулыбался Саша. – А почему ты не хочешь научиться водить машину?
– Почему не хочу? Очень даже хочу! Я вообще брежу машинами. У меня в планах на этот год получить права.
– Хорошие планы, и когда собираешься учиться?
– С сентября.
– А на какой машине потом будешь ездить?
– Главное, получить права, а машина найдётся, – сообразила она, потому что все, кого она просила поводить авто, ей не отказывали.
Автобус приближался к остановке, и Саша потихоньку начал Надю продвигать к выходу. Она опять не обращала внимания на происходящее. Зато он был начеку и держал всё под контролем. Он спустился первым по ступенькам и подал ей руку, помогая спрыгнуть и подхватывая как бабочку. Она легко выпорхнула из дверей автобуса, приземляясь на асфальт.
– Ты такой сильный, – ей было приятно ощущать его крепкие руки.
– Это ты лёгкая, – улыбался он, прижимая её к себе.
– А как ты почувствовал, что собаки бегут за мной? – хотелось поверить ей в его сверхъестественные способности.
– Профессионально. У боксёров зрение развито почти вкруг, для того чтобы не пропустить удар. Тот, кто бьёт – об этом не предупреждает, – засмеялся он. – Ты должен чувствовать и предугадывать по глазам его намерения.
– Ничего себе. Как мне с тобой сегодня повезло. Нужная вещь, пригодилась, – размышляла Надя.
Они опять шли мимо школы, только сегодня уже было темно и редкие фонари освещали их тропинку. Как сейчас ей спокойно от того, что рядом с ней идёт такой сильный защитник, который видит «почти вкруг».
– А ты, может, ещё и в темноте видишь? – хотелось ей узнавать о его способностях, которые он получил, занимаясь боксом, и которые пригождались ему в жизни.
– Только если включить фонарь, – засмеялся он, имея в виду, что фонарь можно ещё под глаз поставить.
Она поняла его шутку и рассмеялась.
– У тебя очень приятный голос, такой успокаивающий и родной, – прижимал он её крепче к себе, потому что вокруг ничего не было видно. Они проходили самый опасный участок, который освещался только лампами из окон редких квартир, в которых не спали.
– Спасибо. А моей учительнице по музыке он не нравился, – вспомнила она.
– Почему?
– Слишком тихий и глухой. Она меня постоянно терроризировала, чтоб я пела громче и звонче. И никогда не слышала, когда я пела в хоре. Другие голоса меня всегда заглушали, – рассказывала она о своих студийных мучениях.
– Ну, там хватало голосов, что ей не нравилось? Зато мне очень нравится, – улыбнулся он, и она увидела его улыбку, когда они завернули за угол дома, выходя на освещённую местность.
У подъезда стояла её мама, и Надя сразу испуганно убрала Сашину руку со своей талии и сжала в кулаке:
– Это моя мама стоит, – кивнула она ему в сторону женщины невысокого роста, сразу насторожившись.
– Надя, ну где ты, бессовестная, так долго ходишь? – закричала она громко, только заметив дочь и, не дождавшись ответа, продолжала: – Я беспокоюсь, места себе не нахожу, а ты неизвестно с кем шляешься по тёмным улицам.
– Добрый вечер. Я тоже за неё беспокоюсь, поэтому и проводил до дома, – быстро сообразил, что ответить, Саша, отпуская её руку и передавая маме.
– А вы кто? – не унималась мама, прищурившись, глядя на неизвестного парня.
– Мама, пойдём. Я тебе дома всё объясню, – взяла Надя мать за руку и кивнула Саше, чтоб тот уходил.
– Нет, я хочу знать здесь и сейчас, – настаивала она на удовлетворении своего интереса, но Саша уже развернулся, чтоб идти, понимая подругу.
– Мам, у него тоже родители беспокоятся. Пусть идёт. А мы дома поговорим, – сообразила Надя, беря мать за руку и заводя в подъезд. Так и не успев нормально попрощаться с Сашей.
Вечер был испорчен материнскими нравоучениями и мыслями о смертельной опасности, которая подстерегает дочь на каждом углу. Всем мужикам от неё нужен секс, а она безголовая дурочка, которая не знает, чего хочет:
– И вообще, звонил Лёша и спрашивал, когда ты будешь дома. А я не знала, что ответить.
Саша удачно добрался до дома и спокойно лёг спать, когда все его домочадцы уже смотрели сны. От усталости и пережитых эмоций голова отключилась сразу, как только почувствовала подушку. А Надя долго не могла уснуть, оттого что ей было неудобно перед Сашей за сцену, утроенную матерью, оттого, что наслушалась о себе разных неприятных высказываний и оттого, что почти поверила, что она такая тварь, что играет на два фронта. Потому что когда услышала от мамы, что ей звонил Лёша, сразу вспомнила о нём, что, может, сейчас наконец-то через ревность в нём проснётся любовь к ней. Но в это уже слабо верилось, да и не хотелось, чтоб что-то в нём просыпалось. Ей было хорошо и спокойно с Сашей, и она видела своё хотя бы недалёкое будущее с ним: совместные походы в тренажёрный зал и вечерние прогулки.
«Да не на два фронта я играю, – объясняла она себе. – Вот если бы с обоими секс был – тогда да. Но с Лёшей мы даже видимся редко, а Саша для меня пока только друг, и ему совершенно не надо от меня секса. А если надо было бы, то он уж давно бы добился, с его постоянными подарками и сюрпризами. Любая бы ещё вчера отдалась».
Глава 6
Откровенные темы
Утром она собрала вещи для тренировок. Спокойно проработала весь день, уверенная в том, что вечером они вместе пойдут в спортзал. Приходящим на склад сотрудникам легко удавалось её занять. И к концу рабочего дня Саша позвонил по внутреннему телефону и напомнил:
– Я жду тебя. Можешь приходить.
Надя быстро собралась и отправилась к уже знакомому зданию. По дороге ей встречались спешащие домой люди. Они с улыбкой кивали при встрече – то приветствуя, то прощаясь. И она легко отвечала, уверенная, что никто ничего не скажет ей больше об отношениях с Сашей.
В здании ей встретилось несколько мужчин, которые улыбались так, словно знали, зачем, к кому и куда она пришла. Но никто не проронил ни слова. Саша в спортивных штанах, сидящих по его фигуре, и обтягивающей чёрной футболке уже сбегал к ней по ступенькам со второго этажа. По разгорячённому лицу было видно, что он занимался в спортзале.
– Привет, – взял он её за руку, – пойдём, я тебе покажу, где раздевалка. Она, конечно, мужская, но последние мужики ушли. Ты их видела.
– У вас нет женщин в коллективе?
– Только технологи, но им не надо переодеваться.
– А в раздевалку уже никто не зайдёт?
– Уже нет. Ты после тренировки пойдёшь в сауну?
– В сауну? – она даже об этом не думала.
– Если да, то я её включу, чтоб она нагрелась.
– А можно? – ей хотелось, но она не решалась. Ей так до конца и не верилось, что он за такой маленький срок стал хозяином всего этого здания.
– Полотенце, тапочки и банное могу тебе дать. Если не пойдёшь в сауну, то в душ-то всё равно надо. Ну… хотя как работать, конечно, – всё расставил он по полочкам.
– Ты можешь включить. Я вообще не отказалась бы погреться. Но вот решусь или нет, – задумалась она, ведь страшновато и неудобно с малознакомым мужчиной совершать глупости и необдуманные поступки.
Но он не давал ей времени подумать, давно разглядев в ней маленькую неуверенную девочку с большим потенциалом, готовую для открытий и познания всего интересного. Рядом с ней ему хотелось быть уверенным и сильным мужчиной, который готов был совершать любые поступки и исполнять её прихоти, чтобы доказать, как он нуждается в ней и хочет видеть её своей избранницей. Он сам удивлялся, как его захлестнула волна любви и желания к этой маленькой доброй и лёгкой во всех отношениях девчонке.
Пока она переодевалась в мужской серо-голубой раздевалке с деревянными шкафчиками, Саша быстро включил несколько кнопок, чтобы сауна начала нагреваться. Они встретились в коридоре, на том же месте, где расстались, и зашли в спортзал.
– Ну что, значит, ты хотела ноги накачать? – вспомнил он вчерашний разговор.
– Да, это обязательно. Но можно ещё что-нибудь придумать, чтобы я была стройная и красивая, – заулыбалась кокетливо она, и Саша понял намёк.
– Ты стройная и красивая. У тебя пластичная и лёгкая походка, – успел оценить он за время их встреч, ему было приятно, что рядом с ним теперь всегда будет такая девушка. – Я бы просто посоветовал тебе подтянуть все мышцы, чтобы выглядеть сногсшибательной. Ещё и самооценка поднимется, может, меньше страхов будет. Тебе сюда, – показал он на скамейку и помог начать работать на тренажёре, держа её ноги. – Раз десять сделаешь. Будет хорошо!
Надя начала повторять движения и прервала молчание:
– Ты меня так мало знаешь, а уже определил, что у меня проблемы с самооценкой и куча страхов. Ты психолог, что ли?
– Не психолог. Трудно не заметить твою неуверенность в себе. А надо быть более твёрдой в своих решениях. Тогда и жизнь изменится.
Они переходили от одного снаряда к другому, выполняя различные движения на разные группы мышц, а она внимательно слушала все его слова и воспринимала их как советы старшего брата. Ей нравилось, что он был в неё влюблён, что хотел поддержать её в стремлении изменить внутренний мир и внешность. А ещё – он хотел изменить весь её окружающий мир: увлечения, вечера, мысли, занятия, и, похоже, это было далеко не всё. Потому что чем больше он её узнавал, тем больше входил в её мир со своими сформировавшимися устоями, мыслями и знаниями.
Он нашёл интересующуюся всем девушку, которая слушала и слышала каждое его слово. У них постоянно происходил диалог, в котором оба получали всё, чего желали. Ему нравились её глупые и странные вопросы, он чувствовал себя умным и уверенным, отвечая на них. Его трогала её наивность и сдержанность от строгого и правильного воспитания властной и требовательной матери, с которой он вчера познакомился. И ему захотелось её оберегать, баловать, учить, как противостоять трудностям жизни. Потому что он сам рос в семье, где были частые скандалы между родителями, непонимание, ссоры из-за властного характера матери. Постоянно противостоял ему старший брат, не считаясь с его мнением и не слушая его. Но он увлёкся боксом, нашёл безбашенных друзей, которые в любые трудные моменты жизни всегда были рядом с ним. Она хоть и казалась глупенькой, но обладала качествами, которые он в ней открывал каждый день. И его безумно тянуло к ней, иногда даже так, что невозможно было сдержаться.
– Может, на сегодня хватит? – отдыхала она, лёжа на скамейке, на которой закончила качать пресс с поворотами. – У меня это всё-таки в первый раз. Я завтра не встану.
– Хорошо, давай закончим, – присел он рядом с ней на корточки, – ты и так сегодня много сделала. Думаю, завтра уже почувствуешь результат.
Надя слегка улыбнулась.
– Ты такая красивая. А после занятия ещё и довольная и счастливая, – гладил он её розовые щёки, подбородок и лоб.
– Так я действительно довольна и счастлива, что наконец-то нашла место и человека, которые помогут мне измениться в лучшую сторону, – медленно и устало сказала она, обхватывая ладонями пальцы его руки и останавливая движения, стараясь почувствовать их тепло и нежность. Он сразу приблизился к ней, восприняв этот жест как согласие на поцелуй. Она почувствовала на своём лице тёплое дыхание и посмотрела вопросительно в его глаза. Желание и страх одновременно пробежали по её телу, а он прочитал всё в её глазах, собрался с силами, чтоб не навредить ей и не оттолкнуть от себя, нежно поцеловал её руку и ещё раз взглянул в глаза, ища подтверждение верному решению. Увидев, как она успокоилась, понял, что всё сделал правильно, и она ещё не готова с ним сблизиться.
– Отдохнула? А теперь сделаем растяжку, чтобы мышцы не забились, и пойдём в душ или сауну, – поднял он её легко со скамейки, не придавая значения произошедшему.
– Хорошо, – послушно встала она, ещё находясь в счастливом открытии, которое только что сделала для себя.
Это полная уверенность в том, что он никогда не переступит границы дозволенного без её согласия, а значит, не причинит страданий и не заставит испытать дискомфорт. Его тонкая душа и умение читать мысли и желания других по глазам только что сейчас это продемонстрировали. Она видела, что он понял, как в ней борются страх и желание, и оставил ей право выбора. Она была безумно благодарна ему за предоставленное право!
Саша показал последовательно упражнения на растяжку, а сам отправился к боксёрскому мешку. С силой, безжалостно, стремительно, словно невидимого противника, которого он разглядел на материале, избивал он мешок крепко сжатыми кулаками. Он видел только его и ничего вокруг.
Удар за ударом разносились по залу звуки, а тяжёлый мешок взлетал с лёгкостью вверх и возвращался. И он не давал ему остановиться, ловя его в полёте из любого положения. А потом такой же сильный удар ногой сбоку, и медленно, в стойке на одной ноге, он заставил его остановиться, а себя успокоиться. Стряхнув руки и покрутив запястьями и головой, как это делают спортсмены, чтобы расслабиться, пошёл к затихшей девушке, усевшейся на полу и в ужасе наблюдавшей за происходящим. Она боялась открыть рот, не понимая, что за затмение на него нашло и что сейчас у него в голове.
– Ну, так-то лучше, – улыбался он, приближаясь. – Ты уже закончила с растяжкой? – подал он ей руку, чтобы помочь встать.
– Да, – тихо ответила она и послушно пошла за ним, находясь под впечатлением, но держась за его руку.
– Вот тебе полотенце и тапочки. Если надумаешь, приходи в сауну. Я сейчас всё закрою и присоединюсь, – он протянул ей приготовленные вещи.
– А сауна где?
– Из раздевалки пройдёшь за шкафчики, мимо душа и увидишь деревянную дверь сауны.
– Хорошо. Я буду ждать тебя в сауне. Что-то я действительно устала сегодня, – решилась она, и он вышел из раздевалки.
Она разделась и обернулась широким полотенцем, мысленно благодаря его за предусмотрительность, и отправилась в сауну. Три ряда широких полок, очень просторная комната, в которой было не душно и не сыро, но достаточно жарко. Чувствовалась большая разница между первой и третьей полками. На первой можно было просто сидеть и болтать долго-долго, на второй – прогреться. А на третьей жарило и обжигало лицо и волосы. Она сразу вспомнила о питьевой воде, которая сейчас бы оказалась в самый раз. Открылась дверь, и Саша зашёл в сауну, завёрнутый по торс полотенцем. Он держал в руке воду, но она обратила внимание на его тело, оценивая сверху вниз. Оно было безупречно, благодаря постоянным физическим нагрузкам, привлекательно и желанно.
Ничего лишнего, всё подтянуто и рельефно и практически естественно для здорового молодого мужчины. Трудно было сохранять уравновешенность и сдержанность рядом с таким мужчиной, и поэтому у неё снова промелькнула в голове мысль, что он с кем-то встречается, кроме неё, просто об этом не говорит.
– Ты чего, на третьей полке будешь сидеть? – улыбнулся он, зная особенности этой сауны. – Так долго не просидишь, – залез он на третью полку, подавая ей бутылку с водой.
– Спасибо. Да я уже поняла, что лучше на первой или второй, – сразу спустилась она и начала пить. – Ты как знал, что я пить хочу.
– Да тут все пить хотят, – засмеялся он своим мягким басом. – Я выключил нагреватели, чтоб сауна потихоньку остужалась и нам долго не задерживаться.
Надя вспомнила про вчерашнюю выходку мамы, и ей стало немного стыдно перед ним. Он тоже об этом вспомнил, когда выключал сауну. Ему не хотелось, чтоб она с кем-то ссорилась и ругалась из-за того, что в её жизни происходят изменения. Ему хотелось, чтобы всё происходящее её только радовало. Чтобы она постоянно с ним и без него чувствовала себя счастливой. И чтобы ничто не омрачало её жизнь, пока он ведёт девушку по пути, когда она самостоятельно сможет сделать выбор и решиться остаться с ним навсегда. Ему нужен был с ней только один вариант – любимой и жены, о котором ему подсказало бешено заколотившееся сердце в тот миг, когда он её только увидел. И поэтому он постоянно улавливал её мысли, взгляд, движения, мимику, чтобы не ошибиться на пути к счастью. Он медленно и верно изучал всю её жизнь, желания, потребности, мечты и старался угодить, чтобы стать частью её души.
Они молчали, глядя друг на друга, опершись на стенки и расслабляясь после тренировки. Мысли постепенно исчезали, голова становилась тяжёлой. Всё тело прогревалось, и внутри становилось хорошо, тепло и спокойно. Она начинала ощущать свои мышцы, твёрдые доски, на которых сидела, запах дерева от светлой новой сауны. Смотрела на Сашу и видела, что он уже весь покрылся капельками пота, как лепестки розы под утренней росой. Ей снова захотелось пить и ополоснуться.
– Я больше не могу. Мне жарко. Я в душ, – спустив ноги со ступенек, медленно двинулась она к выходу.
– Ты больше не придёшь?
Она от неожиданности развернулась и посмотрела в его глаза, чувствуя сердцем, что он ещё хочет с ней посидеть вместе. В спокойном и расслабленном состоянии сердце ей подсказывало о его любви, преданности и о том, что он не причинит ей ничего плохого, пока она с ним.
– Приду, – спокойно ответила она и вышла. Прохладный душ сразу освежил горячее тело, она даже ртом ловила капельки воды, чтобы напиться и полностью смыть с себя усталость, груз, грязь, фальшь, прилипшую к ней за день от взглядов сотрудников, чтоб стать чистой и душой, и телом и начать чувствовать, а не думать.
Она понимала, что другие знают о нём то, чего не знает она. Зато чувствовала с ним то, что другим было не дано пережить рядом с ним. Она предполагала, что у него есть или была девушка, с которой он или в ссоре, или просто расстался после встречи с ней. Она чувствовала, что его к ней тянет, но он настолько силён духом и твёрд в своём выборе, что не будет спешить, пока этого не захочет она. Но и стоять на месте и ждать он не будет, ведь он знает, что у неё есть тот, которого она любит. А это означало, что сердце занято, но оно умело любить, становясь дорогим и желанным для влюблённого человека. Не каждому было дано умение любить, но каждый хотел испытать его действие на себе.