Кто правит миром. Том 1

Женщина в белом покачала головой.

– Тысяча серебряных листьев? – Хэ Сюнь приподнял бровь и спросил снова.

Женщина в белом снова покачала головой.

– Неужели госпожа хочет десять тысяч серебряных листьев? – Хэ Сюнь втянул воздух сквозь зубы. Это же просто грабеж!

– Нет, нет. – Женщина в белом вздохнула и покачала головой.

– Тогда… – Хэ Сюнь уже не знал, сколько она хочет, не может же она затребовать сто тысяч?

– Вот сразу по вам понятно, господин Хэ, что вы торговец. Неужели вы не можете думать ни о чем, кроме золота и серебра? – сказала женщина в белом, поигрывая белой лентой в руке.

– Прошу госпожу прямо сказать, чего она хочет. – Хэ Сюнь устал гадать.

– Эх! – Красавица глубоко вздохнула, словно сожалея, что Хэ Сюнь не понимает ее. – Видите ли, я спала днем, и когда мой сон был в самом разгаре, вы меня разбудили.

Хэ Сюнь смотрел на женщину в белом, не понимая, к чему она клонит, а окружающие уже начали нетерпеливо хмуриться.

– Обычно прерванный сон – не такая уж проблема, но этот сон был таким, что случается раз в тысячу лет! – Внезапно тон ее стал серьезным. – Знаете ли вы, что мне снилось, будто меня пригласила Владычица Запада[8] на гору Куньлуньшань, где я вкушала нектар и эликсиры, наслаждалась танцами небесных дев, и это было так приятно! В конце она даровала мне персик бессмертия из Яочи[9], но как раз когда я собиралась взять его, вы ворвались и прервали мой прекрасный сон. Я не получила персик. Господин Хэ, скажите, это важно или нет?

– Что? Вонючая баба, ты явно издеваешься над нами! – Услышав это, Линь Хуай не сдержался и вновь гневно выругался.

– Ц-ц-ц. – Женщина в белом покачала головой, глядя на Линь Хуая, и на ее лице снова появилась улыбка. – Как я могу издеваться над вами? Я очень серьезна. Знаете, персик бессмертия из Яочи – не просто фрукт. Съев его, можно обрести бессмертие и стать небожителем. Разве не о том мечтают многие? Но из-за вас я его не получила, какая огромная потеря! Поэтому вы, конечно, должны компенсировать мне это!

– Неужели барышня хочет, чтобы мы достали ей персик бессмертия из Яочи? – Лицо Хэ Сюня исказилось в злобе.

– Конечно! – Прелестная особа взмахнула рукой, и белая лента в воздухе обрисовала форму персика. – Как только вы компенсируете мне персик бессмертия из Яочи, я сразу уйду, а этот Янь Инчжоу… – она закатила глаза и посмотрела на бессознательного мужчину, – или какая-то там Сюаньцзи меня совершенно не интересуют.

После этих ее слов все присутствующие заметно переменились в лицах. Теперь они пристально смотрели на нее, не скрывая жажды крови.

– Похоже, госпожа решила вмешаться, – хладнокровно заявил Хэ Сюнь, правой рукой незаметно сжав спрятанное в складках одежды оружие. – Но позвольте мне дать госпоже последний совет: сегодня здесь собрались герои почти всех государств, так что она настроит против себя все шесть областей. Хотя мир и велик, боюсь, госпоже будет негде укрыться в будущем!

– Герои всех государств собрались вместе, я действительно польщена. – Услышав это, женщина в белом продолжила улыбаться: – Только я никогда не умела отличать жемчуг от рыбьих глаз[10], поэтому совершенно не вижу, в чем ваше геройство. Ведете вы себя скорее как шайка неуклюжих медведей.

– Ты!.. – Даже терпеливый Хэ Сюнь не смог сдержать гнев. Он думал, что после его предупреждения, какой бы опытной в боевых искусствах ни была эта женщина, она должна проявить хоть какую-то осторожность. Кто бы мог подумать, что она совершенно не считалась с героями шести областей и даже насмехалась над ними. Видя, что толпа уже кипит от гнева, он перестал тратить слова и потянулся левой рукой к оружию, намереваясь первым нанести удар.

В этот критический момент молодой военачальник в белом, молчавший с тех пор, как появилась загадочная незнакомка, внезапно подал голос:

– Осмелюсь спросить, вы – отважная воительница Фэн?

Женщина, услышав это, моргнула и обратила к нему взгляд.

– Ты меня знаешь? – Этим она фактически признала, что она та, за кого ее приняли.

Молодой военачальник внимательно посмотрел на ее лоб, где висел изогнутый нефритовый месяц с черной жемчужиной размером с рисовое зерно. Он опустил серебряное копье и почтительно поклонился ей:

– «Белые одежды, снежная луна». Белая Фэнси известна всему миру, не говоря уже обо мне.

Услышав эти слова, все вздрогнули. Особенно Хэ Сюнь, благодарный судьбе за то, что не успел использовать свое скрытое оружие, иначе… этот ядовитый песок непременно бы прилетел в лицо ему самому!

Здесь стоит заметить, что самыми известными людьми в мире боевых искусств тогда были Фэнси и… Фэнси. Поскольку их имена звучали одинаково и их легко было спутать, люди в мире боевых искусств различали их по одежде, называя Белой и Черным, ну а вместе они звались «Белая Фэнси и Черный Фэнси». Они прославились почти десять лет назад и считались одними из лучших мастеров современности. Все думали, что сравнительно молодым героям должно быть не меньше тридцати-сорока лет, но никто не ожидал, что Белая Фэнси окажется такой юной и красивой женщиной – и еще неожиданнее было встретить ее здесь.

– Хи-хи, тебе не нужно быть таким вежливым. Если мне не понравится ваша компенсация, моя белая лента может обвиться вокруг твоей шеи. – Фэнси сидела на ветке, покачивая ногами. – Судя по твоему серебряному копью, ты, должно быть, генерал Пронзающий Облака Жэнь Чуаньюнь из Юнчжоу.

– Да, я Чуаньюнь, – все так же почтительно ответил Жэнь Чуаньюнь, а затем спросил: – Госпожа Фэн тоже интересуется Сюаньцзи?

– Меня не интересует Сюаньцзи, – покачала головой Фэнси. – Просто этот Янь Инчжоу мне очень по душе, и было бы жаль, если бы он погиб здесь. Поэтому я хочу забрать его с собой. – Ее тон был небрежным, словно забрать Янь Инчжоу было так же просто, как поднять камень с дороги, а герои шести областей в ее глазах были ничем.

– Чушь! Ты говоришь, что делаешь это ради Янь Инчжоу, но на самом деле тебе нужна Сюаньцзи! Такими отговорками можно обмануть разве что трехлетнего ребенка, но не меня! – Услышав это, крупный детина с бородой не сдержался и выругался.

Все остальные были здесь ради Сюаньцзи: кто-то хотел получить ее сам, кто-то был нанят за большие деньги, кто-то выполнял приказы своих правителей. Сюаньцзи была высшим сокровищем, и поговорка «тот, кто владеет печатью, владеет миром» заставляла мириады людей стремиться завладеть ей. Даже если сам не можешь править миром, кто из правителей шести областей откажется стать властелином всей империи? Подари или продай Сюаньцзи любому из правителей – и богатство и почести хлынут к тебе рекой.

– Какой вонючий рот! – спокойно сказала Фэнси, и зеленая вспышка понеслась прямо к бородачу. Он вновь видел, как летит лист, и пытался уклониться, но не успел даже пошевелиться, как тот с хлопком прилип к его рту. От внезапной боли ему захотелось кричать, но выходило лишь мычание.

– Мой господин очень хочет получить Сюаньцзи. Не позволит ли госпожа Фэн мне взять ее у Янь Инчжоу? – спросил у Фэнси Жэнь Чуаньюнь, игнорируя происходящее.

– Что, молодой господин Ланьси тоже хочет стать правителем мира? – Фэнси наклонила голову, глядя на него с легкой усмешкой, и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Только Сюаньцзи – это то, что Янь Инчжоу защищал ценой жизни. Я думаю, пусть он оставит ее себе.

– Значит, госпожа Фэн не хочет, чтобы я забрал Сюаньцзи? – Глаза Жэнь Чуаньюня слегка сузились, и рука, сжимающая серебряное копье, невольно напряглась.

– Что? Ты хочешь забрать ее силой? – Фэнси холодно взглянула на Жэнь Чуаньюня.

Она не двигалась, но белая лента в ее руке внезапно ожила и начала танцевать в воздухе. Она извивалась, словно белый дракон. В тот же миг все почувствовали, как на них, словно горный обвал, навалилась невидимая сила, сковывая движения. Невольно противясь, они сконцентрировали свою внутреннюю энергию, но с каждым движением «белого дракона» давление росло. Воины стиснули зубы, сопротивляясь, поскольку понимали, что, поддавшись этому давлению, они если и не погибнут, то потеряют половину жизненной силы.

Жэнь Чуаньюнь выставил серебряное копье перед собой острием вверх, направляя его. Не моргая, он следил за танцующей в воздухе лентой, сосредоточив всю силу в руках. Но по мере того, как давление усиливалось, наконечник копья начал дрожать, руки, сжимающие копье, онемели от боли, ноги затряслись, и он едва не рухнул на землю…

Внезапно белая лента свернулась и мягко опустилась. Люди ощутили облегчение и наконец смогли выдохнуть, но вслед за этим пришла полная слабость, словно все силы покинули их тела – хотелось просто упасть и заснуть.

Когда давление исчезло, Жэнь Чуаньюнь почувствовал, как рот наполнился кровью, но быстро проглотил ее, понимая, что хоть этого и не было видно, но травму ему нанесли. Кто бы мог подумать, что эта Белая Фэнси, такая молодая, обладает столь великой мощью? Даже не вступая в бой, она смогла подавить всех присутствующих. Единственное, что его утешало, – это то, что она проявила милосердие и не лишила его жизни.

– Я хочу забрать Янь Инчжоу, вы согласны? – снова раздался спокойный голос Фэнси.

Все в душе были против, но, подавленные ее мастерством, не осмеливались возражать.

– Госпожа Фэн, пожалуйста. – Жэнь Чуаньюнь выровнял дыхание, убрал серебряное копье и вместе со своими спутниками отступил за пределы круга.

– Как? Больше не пытаешься забрать Сюаньцзи? – Фэнси с улыбкой посмотрела на него, ее яркие глаза, казалось, проникали в его душу, видя все его мысли.

Жэнь Чуаньюнь тоже слегка улыбнулся и сказал:

– Мой господин однажды сказал, что если встретим Белую Фэнси, Черного Фэнси, молодого господина Юй Уюаня, молодого господина из рода Хуан из Цзичжоу или госпожу Сиюнь из Цинчжоу, то независимо от исхода уйти целыми уже будет заслугой.

– Вот как? – Фэнси взмахнула рукой, и длинная белая лента вернулась в ее рукав. – Молодой господин Ланьси так высоко нас ценит?

– Мой господин сказал, что только эти пятеро достойны быть его друзьями или врагами. – Жэнь Чуаньюнь посмотрел на Фэнси, а затем с многозначительной улыбкой добавил: – Если госпожа Фэн когда-нибудь посетит Юнчжоу, мой господин непременно встретит ее «десятью ли парчи».

На Великом Востоке «десять ли парчи» – это самый торжественный ритуал при встречах и проводах между ванами. Но какой бы опытной в боевых искусствах ни была Фэнси, какой бы известной ни слыла, она все же оставалась простолюдинкой, и ей никак не полагалась такая честь от наследника княжества. Очевидно, слова Жэнь Чуаньюня были просто вежливостью.

– Десять ли парчи? Боюсь, это может превратиться в десять ли мечей. – Фэнси осталась невозмутимой, ее лицо было спокойным. – А ты, если бы не попробовал свои силы раньше, сейчас не думал бы о том, чтобы просто «уйти целым», не так ли?

После этих слов Жэнь Чуаньюнь слегка изменился в лице, но быстро вернул себе спокойствие:

– Чуаньюнь часто слышал от господина о пяти выдающихся мастерах, но никогда не имел чести встретиться с ними. Сегодня мне посчастливилось встретить госпожу Фэн, и я, конечно, хотел получить пару уроков. Если я обидел вас, прошу прощения.

– Правда? – Фэнси слегка усмехнулась, затем легко подпрыгнула и встала на ветке. Все внизу напряглись.

Фэнси окинула взглядом присутствующих, на ее губах появилась легкая улыбка. Она посмотрела на Жэнь Чуаньюня:

– Если бы не та толика уважения, которую ты все же проявил к Янь Инчжоу, то за твое желание воспользоваться ситуацией я бы одарила тебя чем-то большим, чем всего «пара уроков».

– Чуаньюнь благодарит госпожу Фэн за милосердие. – Жэнь Чуаньюнь склонил голову, невольно крепче сжимая серебряное копье.

– Ха-ха… Если ты так силен, то можно только догадываться, каков твой господин. Если судьба предоставит возможность, я непременно лично попрошу наставлений у молодого господина Ланьси. – Внезапно Фэнси подхватила Янь Инчжоу и взлетела, вмиг исчезнув из виду. Лишь ее голос донесся издалека:

– Сегодня я вас покидаю, а если кто-то хочет получить Сюаньцзи, пусть следует за мной!

Видя, что Фэнси удаляется, несколько подчиненных, стоявших за спиной Жэнь Чуаньюня, спросили:

– Генерал, мы так и оставим все как есть?

Жэнь Чуаньюнь жестом остановил их:

– С Белой Фэнси нам не справиться. Сначала вернемся и доложим господину.

– Да.

– Уходим. – Даже не прощаясь с остальными, Жэнь Чуаньюнь повел своих людей прочь.

После ухода Жэнь Чуаньюня оставшиеся в лесу переглянулись, не зная, разойтись им или преследовать Фэнси.

Наконец Хэ Сюнь сложил руки в уважительном жесте:

– Господа, я откланиваюсь. Сможем ли мы отобрать Сюаньцзи у Белой Фэнси – это зависит от удачи каждого.

Сказав это, он развернулся и ушел. Остальные, видя его уход, вскоре тоже торопливо разошлись, бросив в лесу несколько трупов и бессознательного Цзэн Фу с отрубленными руками.

Солнце встало и зашло, наступил новый день.

Рассветное небо едва начало светлеть, на небосводе еще висела бледная луна, утратившая все свое сияние. В слабом утреннем свете легкий туман окутывал вершину горы Сюаньшань, похожую на острие кисти, придавая горному пейзажу живописную безмятежность.

В пещере на северном склоне горы Сюаньшань раздался тихий стон. Мужчина, издавший этот слабый звук, открыл глаза, сначала осмотрелся вокруг, затем попытался подняться, но едва опершись на руки, вскрикнул от боли.

– Ты проснулся, – раздался звонкий, но слегка ленивый женский голос.

Мужчина обернулся на звук и увидел у входа в пещеру сидящую фигуру. Обращенная лицом наружу, она расчесывала длинные черные волосы. В тусклом свете гребень скользил по волосам, и они будто испускали темно-синее сияние.

– Кто ты? – спросил мужчина и, заговорив, обнаружил, что его голос охрип, в горле пересохло.

– Янь Инчжоу, разве так обращаются со спасительницей? – Женщина у входа встала, повернулась и направилась к нему, держа в руке деревянный гребень, не прекращая расчесывать прядь волос.

– Ты спасла меня? – переспросил Янь Инчжоу, затем вспомнил серебряное копье, пронзившее воздух незадолго до потери сознания, – и тут же пришли воспоминания о более важном деле. Он поспешно ощупал свою спину, но ничего не нашел, лишь разбередил раны, вызвав приступ боли. Только сейчас он заметил, что почти обнажен: на нем остались только подштанники.

– Ты ищешь это? – Женщина указала рукой слева от героя, там лежала куча разорванной ткани, испачканной засохшей кровью, а рядом с ней – сверток. – Не волнуйся, я не выбросила ее и не трогала, – добавила она, словно прочтя его мысли.

Услышав это, Янь Инчжоу поднял голову и посмотрел на нее. Только сейчас он заметил, что женщина необычайно красива. На ее лбу висел нефритовый полумесяц, она была в просторной белой одежде, а длинные черные волосы свободно ниспадали, не собранные в прическу. Вся ее фигура излучала непринужденность и свободу.

– Белая Фэнси? – Янь Инчжоу посмотрел на нефритовый полумесяц на ее лбу.

– А не Черный Фэнси. – Фэнси кивнула с улыбкой. – Все четыре генерала Цзичжоу – Ветер, Иней, Снег и Дождь – такие же бесстрашные перед лицом смерти, как ты? Вчера вечером я посчитала: исключая старые шрамы, на твоем теле всего тридцать восемь ран. Обычный человек если бы не умер, то пролежал бы без сознания три-пять дней. А ты не только не умер, но и проснулся всего через одну ночь и выглядишь неплохо.

– Ты… считала шрамы? – спросил Янь Инчжоу со странным выражением лица, внезапно вспомнив, как сейчас одет.

– Да, а ты как хотел? – Фэнси убрала гребень и теперь с интересом наблюдала за его выражением лица. – Знаешь ли, на тебе живого места не было, а мне нужно было остановить кровотечение и нанести лекарство, так что я, конечно, видела все эти шрамы и заодно посчитала их. К тому же твоя одежда превратилась в кучу лохмотьев, поэтому я взяла на себя смелость раздеть тебя, чтобы вылечить.

Не успела она закончить, как кровь прилила к лицу Янь Инчжоу, и его щеки запылали.

– Ой, а что это ты вдруг так покраснел? У тебя жар? – с притворным удивлением воскликнула Фэнси, глядя на Янь Инчжоу, и даже потрогала его лоб.

Как только ее прохладная рука коснулась его, Янь Инчжоу отпрянул испуганно:

– Не трогай меня!

– Хм? – Фэнси наклонила голову, глядя на него. – Может, у тебя не жар, а ты просто покраснел? Покраснел от смущения? Смущен, потому что я видела и трогала все твое тело?

Услышав это, Янь Инчжоу почувствовал, как вся кровь прилила к его лицу. Глядя на улыбку Фэнси, он не нашел слов и лишь спустя время с раздражением произнес:

– Ты, женщина… как ты можешь быть такой… такой… – Он запнулся, не в силах закончить фразу.

– Ха-ха-ха… – Услышав это, Фэнси громко рассмеялась без присущей женщинам мягкости и сдержанности, но так естественно и свободно. – Какой? Ха-ха… Ты, наверное, никогда не встречал такую женщину, как я.

Раздраженный ее громким смехом, Янь Инчжоу не сдержался:

– Если бы все женщины в мире были такими, как ты… – но снова проглотил остаток фразы. По природе он не был красноречив, а будучи прямым и честным человеком, не мог грубо ответить той, кто спасла ему жизнь.

– А что, если бы все были, как я? – В глазах Фэнси светился смех, а на лице появилось игривое выражение. – На самом деле я тоже редко встречаю таких мужчин, как ты. Так нервничаешь. А тебе ведь ничего не стоило то, что я видела и трогала тебя, к тому же я делала это не нарочно, ведь это было для твоего спасения.

Раздраженный тем, что Фэнси постоянно упоминала, как она «видела» и «трогала» его, Янь Инчжоу, чье лицо только начало обретать нормальный цвет, снова залился краской.

– Ой-ой, ты опять покраснел! – воскликнула Фэнси, словно обнаружив что-то забавное. – Неужели… – она закатила глаза, улыбаясь очень странно, – неужели тебя никогда не видела и не трогала женщина? Ой, лицо еще краснее! Неужели я угадала? Ай-яй-яй, не могу поверить! Подумать только, ты, генерал Яростного Ветра, такой знаменитый герой, тебе, должно быть, уже почти тридцать лет? И ты еще не был с женщиной? Ц-ц-ц, это действительно открытие!

Лицо Янь Инчжоу стало краснее утренней зари. Помолчав, он наконец выдавил:

– Так вот какая она, Белая Фэнси? – Как могла эта знаменитая героиня боевых искусств быть такой бесцеремонной в словах и поступках?

– Да, я такая, – кивнула Фэнси, затем приблизилась к нему: – Разочарован, генерал?

Янь Инчжоу, увидев, что она приближается, отступил, но это движение потревожило его раны.

– Цсс! – От боли он не смог сдержать резкий вдох.

– Не двигайся! – Фэнси быстро удержала его. – Я использовала все свои лекарства, чтобы остановить твое кровотечение, а теперь смотри, рана снова открылась. – Ее взгляд скользнул по его телу и остановился на ребрах, где железный веер Гун Уду оставил глубокую рану, из которой сейчас сочилась черная кровь.

– На веере Гун Уду был яд. Хотя вчера я высосала много отравленной крови, но похоже, часть яда в тебе все же осталась. У нас обоих нет противоядия, что же делать? – Фэнси нахмурилась.

– Ты высасывала отравленную кровь? – Услышав это, Янь Инчжоу снова остолбенел. Взглянув на ее губы, он вдруг почувствовал, что рана на ребрах горит, словно объятая пламенем.

– Если бы я не высосала яд, ты, вероятно, умер бы вчера вечером. – Фэнси не заметила его смятения и вернулась ко входу в пещеру, принесла бурдюк с водой и несколько диких фруктов. – Ты, должно быть, тоже голоден. Сначала съешь немного фруктов, чтобы утолить голод, а я спущусь с горы, чтобы найти тебе лекарства и заодно раздобыть одежду. – Она передала ему бурдюк и фрукты, затем добавила: – Те люди вчера наверняка не оставили мысль о Сюаньцзи и, возможно, все еще рыскают на этой горе. Не уходи далеко, если они придут, сначала спрячься, я найду тебя.

Видя, что силуэт Фэнси вот-вот исчезнет у выхода из пещеры, Янь Инчжоу не удержался и позвал:

– Подожди!

Фэнси остановилась и повернулась:

– Что еще?

– Ты… ты… я… хм… – Янь Инчжоу мычал долгое время, но так ничего и не сказал, его лицо покраснело от напряжения.

– Ты хочешь поблагодарить меня? Попросить меня быть осторожнее? – предположила Фэнси, глядя на него и едва сдерживая смех. – Янь Инчжоу, как ты стал генералом Яростного Ветра с таким сложным характером? Эй, я спасла тебя и видела все твое тело, не хочешь ли ты, чтобы я теперь, как порядочный человек, повела тебя под венец? Не хочешь ли ты предложить себя в благодарность за спасение жизни?

– Ты… – Янь Инчжоу уставился на Фэнси, не в силах вымолвить ни слова.

Молчалив и немногословен от природы, он прославился еще в юности. Серьезный и правильный, в Цзичжоу он был первым среди четырех генералов, наследный принц очень ценил его, коллеги глубоко уважали, подчиненные слушались беспрекословно. Где ему встретить такую бесцеремонную девушку, как Фэнси?

– Ха-ха-ха… Великий генерал Яростного Ветра… Это так забавно! – Фэнси снова разразилась смехом. – Все ваши четыре генерала Ветер, Иней, Снег и Дождь такие же забавные, как ты? Тогда я обязательно должна однажды посетить Цзичжоу. – Она смеялась, направляясь прочь из пещеры, но у выхода внезапно обернулась и посмотрела на него. Ее улыбка была ярче, чем только что взошедшее солнце, и от блеска утренней зари за ее спиной у Янь Инчжоу на мгновение закружилась голова. – Янь Инчжоу, напоследок скажу тебе еще кое-что… Хотя на твоем теле много шрамов, но фигура у тебя весьма ничего! Ха-ха-ха…

Сказав это, она смеясь ушла, оставив в пещере великого генерала Яня с красным лицом и горящими ушами, готового провалиться сквозь землю.