Жаркая зима для двоих

Clare Connelly

Bound by Their Christmas Baby

Bound by Their Christmas Baby © 2018 by Clare Connelly

«Жаркая зима для двоих» © «Центрполиграф», 2019

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2019

Глава 1

Гейб скучал. Так бывало всегда на этих проклятых мероприятиях, которые являлись неотъемлемой частью его жизни. Работа была для него всем. И он не привык пасовать перед трудностями.

Ной – его деловой партнер и лучший друг, даже не собирался присутствовать на сегодняшнем ужине с инвесторами. Если бы планировалась клубная вечеринка, то Ной, конечно же, заявился бы на нее не задумываясь. А вот на ужине приходится торчать Гейбу. Он оглядел стол, мило улыбаясь и задаваясь вопросом, сколько еще ему придется терпеть, прежде чем он найдет подходящий предлог, чтобы уйти.

У него была тысяча лучших способов провести вечер.

Он не был в Нью-Йорке уже год. Прошлый его визит сюда стал настоящей катастрофой. Неудивительно, что Гейб сторонится этого города как чумы. Дело в том, что на Рождество он часто грустит. Он позволяет себе тосковать и жалеть себя. Вот поэтому он сглупил в прошлый раз и поддался на женскую уловку.

– «Калипсо» установит новые правила игры на рынке, – уверенно сказал Бертрам Файнс. – Вы снова добились успеха.

Гейб проигнорировал его лесть. Люди старались хвалить его и Ноя с тех пор, как они основали передовую технологическую компанию. Когда все начиналось, у них не было друзей и денег, но компания быстро стала процветать, благодаря их настойчивости и решимости. Гейб потянулся за своим бокалом. Тот был пуст. Он поднял руку, подзывая официанта.

– Это результат многих инноваций и исследований. «Калипсо» не просто смартфон, а образ жизни, – сказал Гейб, подняв плечи. «Калипсо» – необычное устройство. Оно намного технологичнее и безопаснее и гарантирует своим пользователям больше конфиденциальности.

Гейб выпрямился, вспомнив, что год назад проект «Калипсо» едва не сорвался. Разработками смартфона чуть не завладел его конкурент.

Но Гейб постарался, чтобы этого не произошло. Его глаза злобно сверкнули, он хищно улыбнулся.

– Чем я могу вам помочь, сэр? – Слева от него появилась женщина. Ярко-рыжие волосы, красивая фигура и самоуверенная улыбка. Когда-то Гейб улыбнулся бы ей в ответ. Нет, он сделал бы гораздо больше: он спросил бы, в котором часу заканчивается ее смена, а потом соблазнил. Он купил бы ей выпить, покатал на лимузине, а затем пригласил бы в свой гостиничный номер.

Но в прошлый раз, действуя в подобном стиле, он получил ценный урок. Он больше не пригласит к себе в кровать волка в овечьей шкуре – женщину, одетую как искусительница, которая пришла его обворовать. До встречи с Эбигейл Ховард он не представлял себе, что проведет хотя бы месяц без красивой женщины, но воздерживался от отношений уже год. И ему было на это наплевать.

Он назвал марку одного из лучших вин, не улыбаясь, и снова посмотрел на гостей за столом. Разговор переключился на стоимость недвижимости в центре города. Гейб откинулся на спинку стула, делая вид, что слушает, и оперся подбородком на руки.

Ресторан постепенно пустел. Это было одно из старейших и престижных мест Манхэттена. Было уже поздно – около полуночи, и консервативные богачи, посещающие такого рода заведения, начинали расходиться.

Гейб лениво оглядел зал. Здесь все было роскошным, начиная со сверкающих люстр, бордовых бархатных штор на окнах и заканчивая меню и винной картой.

Официантка принесла вино, и он попросил, чтобы она наполнила бокалы его гостей. Гейб редко выпивал, и уж точно не с мужчинами, которых едва знал. Благоразумие превыше всего. Это был один урок, который он усвоил год назад. Хотя нет. Он помнил о благоразумии всю свою жизнь, пока не встретил Эбигейл.

Он взглянул в сторону кухни, скрытой за большими белыми дверями, которые тихо хлопали, когда через них проходили официанты. На кухне царил хаос, несмотря на спокойную безмятежность зала ресторана. Двери кухни снова распахнулись, и на мгновение Гейбу показалось, что он увидел ее.

Белокурые волосы, миниатюрная фигура, бледная кожа.

Он с силой сжал пальцами ножку бокала и замер, как хищник перед нападением.

Это не она.

Что ей делать на кухне с тряпкой в руке?

Он вернулся к разговору за столом. Он смеялся над шутками, кивал, говорил, но каждые несколько минут поглядывал на двери кухни.

Гейб не привык полагаться на случай. Он пережил немало прихотей судьбы и знал, что его уже ничто не удивит.

Тем не менее она удивила его той ночью. Что за женщина увлекла его? Она была прекрасна, но Гейб не из тех, кто увлекается внешностью. Он гордился тем, что больше интересуется умными женщинами.

Их встреча оказалась тщательно запланированной. Он заставил себя сосредоточиться на гостях, но его мысли снова вернулись к той давней ночи, которую он старался не помнить. Ночь, которую он никогда не забудет. Не потому, что она была чудесной, а потому, что она многому его научила.

Он понял, что может доверять только Ною…

Когда инвесторы уехали, Гейб подозвал метрдотеля.

– Как прошел вечер, мистер Арантини? – спросил мужчина с благоговейным поклоном.

Гейб вырос в нищете, но теперь был поразительно богат; он привык к такому явному почтению. И даже находил его забавным.

Гейб не ответил на вопрос. Если бы вечер прошел неудачно, метрдотель узнал бы об этом давным-давно.

– Я хочу поговорить с Реми, – шутливо произнес Гейб.

– Шеф-повар?

Гейб поднял бровь:

– А сколько Реми сегодня работает?

Метрдотель рассмеялся немного застенчиво:

– Только один, сэр.

– Тогда я пройду на кухню. – Он встал, повернулся на каблуках и направился к дверям, не дожидаясь ответа метрдотеля.

В дверях он задержался на секунду, готовясь к возможной встрече.

Он не понимал, почему так беспокоится.

Если он хотел снова увидеться с Эбигейл Ховард, у него для этого были неограниченные возможности. Она непрестанно названивала ему, отчаянно пытаясь извиниться за участие в мошенничестве. Желая увидеться с ним и исправить ситуацию. Вероятно, она не понимала, насколько бесполезны ее усилия. Гейб никогда не простит ей предательства! Он откровенно дал ей понять, как к ней относится, когда она появилась в его римском офисе.

Это было шесть месяцев назад. Через полгода после того, как она отдала ему свою невинность, чтобы взглянуть на совершенно секретные разработки «Калипсо» по просьбе своего отца. При воспоминании об этом в жилах Гейба по-прежнему стыла кровь.

Он знавал немало манипуляторов, но ни один из них не был таким отвратительным, как она.

Он испытал огромное удовлетворение, когда служба безопасности выпроводила Эбигейл из его офиса. Она приехала в Рим, чтобы увидеться с Гейбом, а он постарался сделать так, чтобы этого не произошло.

А что он делает сейчас? Торчит у дверей ресторанной кухни, потому что подумал, будто мельком увидел Эбигейл. Странно, что он узнал ее. Хотя невозможно не узнать ее грациозную походку, элегантный наклон головы и волосы, похожие на облака, светящиеся в лучах закатного солнца.

Отлично.

Он становится поэтом из-за женщины, которая соблазнила его с единственным намерением уничтожить.

Расправив плечи, Гейб вошел на кухню. Ужин закончился, и повара готовились к завтрашнему дню: кто-то прибирался, а кто-то просто стоял и разговаривал. Он оглядел кухню, и ему стало не по себе.

Эбигейл здесь нет. На кухне были только мужчины. Подобный подбор персонала был просто неприемлем для Гейба. В его компании «Брайт спарк инкорпорейтид», которой он владел вместе с Ноем, всегда было равное количество мужчин и женщин среди сотрудников.

– Реми? – мягко сказал он, шагая по кухне.

– Ах, Арантини! – Шеф-повар улыбнулся. – Тебе понравился твой ужин?

– Отличная еда. – Гейб кивнул, досадуя на то, что пришел на кухню и не нашел женщину, которую хотел найти.

– Ты заказывал лобстер?

– Конечно.

– Это твое любимое блюдо, – усмехнулся Реми.

Гейб кивнул, и тут дверь подсобки открылась, и появилась женщина. Она шла, опустив голову, но он узнал бы ее тело в любом месте, в любое время и в любой одежде.

Правда, в ту ночь, когда они встретились, она носила одежду от-кутюр. Сейчас на ней были простые джинсы, черная футболка и черно-белый фартук, повязанный на тонкой талии. Ее волосы были затянуты в тугой пучок, а на лице не было макияжа.

Гейб почувствовал страстное желание.

Она была его в постели. Не только из-за «Калипсо». Она хотела его. Она отдала ему свою девственность, и он воспринял это как подарок. Он никогда не был первым ни у одной женщины.

Поставив контейнеры на скамейку, Эбигейл подняла глаза и посмотрела на часы над дверями. Она не видела Гейба, и он обрадовался этому. У него появилась возможность понаблюдать за ней и вспомнить все причины, по которым он ненавидел эту женщину, а потом восстановить самообладание.

Выгнав ее из своего римского офиса, он сказал себе, что так будет лучше. Он не желал видеть ее снова, и ничто не могло изменить его решения. Но здесь, на кухне шикарного ресторана Манхэттена, Гейб понял, что он лгал себе.

Он хотел видеться с ней снова и снова. Он жадно разглядывал ее, зная, что поддался минутной слабости.

«Брайт спарк инкорпорейтид» была для него не просто компанией. Это была его жизнь и жизнь Ноя. Она спасла их обоих, когда им требовалось начать жизнь заново.

А Эбигейл хотела уничтожить их бизнес. Она пришла к Гейбу намеренно, чтобы украсть секреты «Калипсо». Это было преступление, за которое ей нет прощения.

– Реми? – медленно и достаточно громко произнес Гейб, чтобы его услышала Эбигейл. Она резко повернула голову, и в ее зеленых глазах отразился шок. Она уперлась руками в стол. – Среди вас работает предатель.

Реми нахмурился, следя за взглядом Гейба.

– Предатель?

– Да. – Гейб подошел ближе к Эбигейл. Она слегка дрожала и выглядела явно напуганной. Выражение лица Гейба оставалось прохладным и пренебрежительным и даже отчужденным. Никто бы не догадался, какие страсти бушуют у него в душе.

– О чем ты говоришь?

– Эта женщина, – тихо сказал Гейб, – не та, за которую себя выдает. – Он перевел взгляд с ее головы на живот; она стояла за большой скамьей. – Она лгунья и обманщица. Она, без сомнения, работает здесь, чтобы выведать секреты твоих клиентов. Если тебе дорога твоя репутация, ты ее уволишь.

Реми встал рядом с Гейбом, смотря на него в замешательстве.

– Эбби проработала здесь больше месяца.

– Эбби… – Гейб насмешливо поднял бровь. Ему она тоже назвалась этим именем. Оно было гораздо милее имени Эбигейл Ховард – наследницы миллиардов. – По-моему, Эбби тебя использует.

Она сглотнула, и Гейб усмехнулся.

– Это неправда, клянусь, – сказала она и поднесла к виску дрожащие пальцы.

Гейб прищурился. Она выглядела уставшей.

– О, ты клянешься? – протянул он, кладя ладони на скамью. – Неужели ты умеешь говорить правду?

Его слова сочились сарказмом.

– Пожалуйста, не надо, – произнесла она с таким отчаянием, что Гейб едва ей не поверил.

– Ты в курсе, что эта женщина миллиардерша, Реми? И она работает у тебя на кухне.

Реми не скрывал удивления.

– Я думаю, ты ошибся насчет Эбби, – сказал он, качая головой, и поправил шариковую ручку за ухом.

Гейб отрывисто хохотнул:

– Я лучше остальных знаю, на что она способна. И я уверяю тебя, ты не захочешь, чтобы она крутилась около твоих клиентов.

– Эбби? – Реми широко развел руками. – Что происходит?

Она открыла рот, потом быстро сомкнула губы.

– Ты знакома с мистером Арантини? – спросил Реми.

Она посмотрела на Гейба, и он тут же вспомнил, как она сидела на нем верхом и пялилась на него; желание охватило его, как лесной пожар. Он не хотел думать о том, какой она была в его постели. Ему следует помнить только о том, как все закончилось, когда она фотографировала совершенно секретные разработки «Калипсо», думая, что Гейб принимает душ.

Стиснув зубы, он наклонился в ее сторону.

– Расскажи ему, как мы познакомились, Эбигейл, – холодно улыбаясь, предложил он.

Она моргнула и закрыла глаза.

– Это не имеет значения, – пробормотала она себе под нос. – Это старая история.

– Как бы не так, – тихо произнес Гейб. – Сейчас ты на кухне моего друга, и, зная тебя, я уверен, что ты здесь неспроста.

– Мне нужна работа, – сказала она, качая головой. – Это все.

– Ага. – Гейб резко и безрадостно рассмеялся. – Стало трудно управлять трастовыми фондами?

– Пожалуйста… – Она взглянула на Реми. – Я знаю этого человека… – Она посмотрела на Гейба и нахмурилась. Потрясающая актриса! Гейб почти поверил, что она действительно раскаивается и смущается. Но он ошибся в ней однажды, и этого не повторится. – Давным-давно. Но это никак не связано с моей нынешней работой. Я пришла сюда, потому что хотела у вас работать. И ведь я хорошо справляюсь со своими обязанностями.

Реми наклонил голову набок.

– Да, – признал он. – Но я доверяю мистеру Арантини. Мы давно знакомы. Если он говорит, что мне надо тебя уволить, значит, я не могу тебе доверять.

Эбби замерла, на ее лице читалось неверие.

– Вы можете мне доверять.

– Точно так же, как голодному питбулю у задней двери дома, – встрял Гейб.

– Месье Валирон, клянусь, я здесь только потому, что мне нужна работа.

– Нужна работа? Еще одна ложь, – сказал Гейб.

– Ты не знаешь, о чем говоришь. – Она злобно посмотрела на Гейба.

– Ты забываешь, насколько хорошо я знаю, о чем говорю, – тихо произнес он. – Тебе просто повезло, что я не обратился в полицию.

Она прерывисто вздохнула.

– Мистер Арантини, – резко сказала она, – я уже почти не помню, как мы с вами познакомились. – Она моргнула, и он решил, что она сдерживает слезы.

Даже той ночью, когда Гейб обвинил ее в преступлении, она была потрясена и опустошена, но не плакала. Она выслушала его обвинения и призналась, что отец попросил ее сойтись с Гейбом и выяснить все возможное о «Калипсо». А потом она извинилась и ушла.

– Я не прошу у вас прощения за то, что случилось между нами.

– Отлично. – Гейбу захотелось выпить чего-нибудь покрепче.

– Но, пожалуйста, не лишайте меня работы. – Она повернулась к Реми. – Я не лгу вам, месье. Мне нужна эта работа. Я не планирую вам вредить.

Реми нахмурился:

– Я хочу верить тебе, Эбби.

Гейб медленно повернулся к своему другу, выражение его лица стало холодным и неэмоциональным.

– Ты пострадаешь, если поверишь этой женщине.

Эбби оцепенела. Это никак не было связано со снегом, падающим на Нью-Йорк и превращающим его в прекрасную зимнюю страну чудес. И с тем, как быстро она покинула ресторан и забыла взять пальто и чаевые.

Она тихо выругалась и опустила голову, по ее щекам текли слезы. Кто знал, что Гейб Арантини войдет на кухню ресторана, в котором она работала? Он дружит с ее боссом, поэтому она осталась без работы.

Разрыдавшись, она шагнула в переулок и прижалась к стене, чтобы не упасть.

Она не предполагала, что увидит его снова.

Всхлипнув, она прикусила губу. Он ненавидит ее.

Она всегда это знала, но при виде его холодного гнева она испытала страх и сомнение по поводу того, что ей делать дальше.

Когда он приехал в Нью-Йорк? Давно ли он здесь? Вспоминал ли он о ней?

Она должна увидеться с ним снова. Но как? Она много раз звонила ему, но каждый ее звонок отклонялся. Она даже прилетела в Рим, но два здоровенных охранника Гейба выгнали ее из здания.

И что теперь?

Речь не о том, чего хочет она или Гейб.

Она должна думать об их ребенке, Рафе, и о том, чего он заслуживает.

У нее сдавило грудь при мысли об их крошечной квартире, плачевном финансовом состоянии и своей сверхурочной работе. Она мало виделась с сыном и часто просила соседку снизу побыть с ним ночью. Такого быть не должно. Раф заслуживает лучшего.

Ради Рафа Эбигейл должна найти способ увидеться с Гейбом и сказать ему правду.

И на этот раз он ее все-таки выслушает.

Глава 2

– К вам пришла мисс Ховард, сэр, – сказала секретарша Бенита через интерком.

Гейб был потрясен до глубины души. Она пришла к нему в офис? Сколько раз ей говорить о том, чтобы она держалась от него подальше?

Он поднял трубку интеркома:

– Вы сказали?…

– Мисс Ховард.

Он крепче сжал рукой трубку и посмотрел прямо перед собой. Стоял серый день. Над Манхэттеном было мрачное небо, хотя город гудел от предрождественской лихорадки.

Он едва не приказал секретарше вызвать полицию, но потом вспомнил, как два дня назад глаза Эбигейл были мокрыми от слез, а губы дрожали. Такое ощущение, что ей действительно нужна низкооплачиваемая работа.

Конечно, она снова лжет. Что она затеяла? Она хотела обидеть Реми?

Гейб должен был все выяснить ради своего друга. Но не здесь. Его офис завален документами, которые могут заинтересовать Эбигейл.

– Скажите ей, что я занят. Если хочет, пусть ждет.

Он занимался делами до конца дня. Было почти шесть часов, когда Бенита снова ему позвонила:

– Я все сделала, мистер Арантини. Вам еще что-нибудь нужно?

– Нет, Бенита.

– Мисс Ховард все еще здесь.

Он мрачно поджал губы.

– Передайте ей: я знаю, что она ждет.

Он взял последний отчет о производстве «Калипсо» и изо всех сил постарался сосредоточиться. Эбигейл торчит в его офисе уже пять часов.

Тяжело вздохнув, он встал, снял пиджак со спинки кресла и надел его, а потом открыл дверь между своим кабинетом и приемной.

Комната ярко освещалась, но небо за спиной Эбигейл было абсолютно черным, тяжелым и зловещим. Несмотря на то что до Рождества оставался целый месяц, в углу стояла большая елка, сверкающая огоньками. При их свете лицо Эбигейл казалось ангельским. Очевидно, это оптическая иллюзия. В этой женщине нет ничего ангельского.

Она посмотрела на него, и он проигнорировал мгновенную вспышку вожделения. Его привлекают в женщине интеллект, верность, сила воли и честность. Ничего этого у нее нет. Хотя она очень сообразительна.

– Чего тебе? – намеренно грубо спросил он.

Она казалась удивленной его тоном.

– Я не думала, что ты меня примешь, – сказала она. – Я решила, что ты ушел.

– Поначалу я хотел вышвырнуть тебя отсюда, – произнес он. – Ты в курсе, что это не составит мне труда. – Он заметил, как покраснели ее щеки; она с вызовом вздернула подбородок. – Но потом мне пришло в голову выяснить, что ты планируешь.

– Планирование?

– Ну, у тебя должна быть причина, чтобы работать на кухне моего друга.

Она покачала головой:

– Гейб…

– Я предпочитаю, чтобы ты называла меня мистером Арантини, – мрачно заявил он. – Это лучше подходит к тому, что я думаю о тебе и как мало хочу знать о тебе.

Она сглотнула, и он обратил внимание на то, как она оделась для встречи с ним. Она не старалась произвести впечатление. Снова джинсы, которые он уже видел, и черный свитер с небольшой вышивкой бисером вокруг горловины. Она надела черные балетки с потертыми носами.

Ее глаза сверкнули.

– Гейб, – повторила она с такой настойчивостью, что ему было трудно ею не восхищаться. Немногие решились бы бросить ему вызов. – В ту ночь, когда мы встретились, я была…

– Стоп. – Он властно поднял руку. – Я не хочу обсуждать прошлое. Мне плевать на тебя. Мне плевать на твоего отца. Меня не волнует та ночь. Ты преподала мне урок, который я никогда не забуду. С тобой я забыл обо всем впервые в жизни. Но ты напомнила мне, почему я должен быть осторожен. – Он небрежно повел плечами. – Теперь я хочу, чтобы ты навсегда ушла из моей жизни.

– Послушай меня, – сказала она.

– Нет! – рявкнул он. – Каждое слово, слетающее с твоих губ, лживо.

Она поджала губы, и он вспомнил ощущения, которые испытывал, когда покусывал ее полную нижнюю губу. В нем снова вспыхнуло желание.

Что с ним не так?

Наверное, это из-за долгого воздержания.

– Ты продала мне свое тело и девственность в обмен на секреты фирмы. Ты не лучше, чем…

Он не договорил, но смысл его слов был понятен.

– Я хотела тебя, Гейб, и ты хотел меня. «Калипсо» здесь ни при чем. – Она моргнула, и он опять возбудился.

Заставив себя отвести взгляд от Эбигейл, он уперся руками в бедра.

– Я уже не хочу тебя, – соврал он.

– Я знаю это, – сказала она.

– И что ты затеяла, Эбигейл? Зачем тебе работать на Реми?

– Мне нужна работа.

– Да-да. – Он закатил глаза. – По-твоему, я настолько глуп, чтобы снова поверить тебе?

Она выглядела ошеломленной.

– Я не смогу сказать тебе, зачем я пришла сюда, пока ты смотришь на меня так, словно хочешь задушить.

Он едва не рассмеялся:

– Я не хочу тебя душить. Я вообще не желаю к тебе прикасаться. Я не хочу тебя видеть. Я бы предпочел думать, что тебя не существует.

Она медленно выдохнула:

– Ты меня ненавидишь.

– Да.

– Ладно. – Она облизнула нижнюю губу. – Я поняла. Я даже рада этому.

– Ты не подозревала, что я тебя ненавижу?

Она покачала головой и медленно прошлась по комнате. И засунула руки в карманы, глядя на сверкающие двери лифта.

Гейб терял терпение. Он не понимал, то ли торопится избавиться от Эбигейл, то ли хочет поскорее узнать, что она намерена ему сказать. Он игнорировал ее в течение года, но теперь у него внезапно проснулось отчаянное желание услышать, почему она к нему приехала.

Его влечет к ней. Он должен быть осторожнее, потому что общение с Эбигейл похоже на прогулку по лезвию ножа.

– Ну? – произнес он. – В чем дело? Почему ты здесь? Что ты хочешь на этот раз?

Она ответила немного язвительно:

– Ну, я бы хотела вернуть себе работу.

– Когда рак на горе свистнет, – сказал он. – Тебе еще повезло, что я не рассказал Реми всю грязную историю о том, как мы с тобой познакомились.

– Это имело бы значение? В любом случае он меня уволил. – Она прищурилась. – Ты доволен?

Он задумался, сурово глядя на нее:

– Да.

Она зажмурилась, подняла голову к потолку и вздохнула, чтобы успокоиться.

– Ты мерзавец.

– Мне об этом уже говорили.

Он снова посмотрел на нее сверху вниз. Она была стройной. Очень стройной. Ее фигура была женственной, когда они впервые встретились. Сейчас Эбигейл почти тощая.

– Почему это так важно? – спросил он. – Мы оба знаем, что тебе не надо работать, хотя бедняга Реми оказался достаточно глуп, чтобы тебе поверить. Так в чем же дело?

– Ты ошибаешься.

– Редко.

– Мне нужна эта работа. Мне нужны деньги.

– А компания твоего отца? – нахмурившись, спросил он. – Она обанкротилась?

– Нет. – Эбигейл покачала головой. – По-моему, она процветает. Но я не знаю точно. Я давно с ним не разговаривала.

– Да? Почему же?

Она сглотнула, взвешивая слова, а потом произнесла дрожащим голосом:

– Он выгнал меня. – Она в ярости уставилась на Гейба.

– Он… выгнал тебя? – Гейба было трудно чем-то удивить, но сейчас он удивился. – Твой отец?

– Да.

Почему он так шокирован? Он знал достаточно жестоких отцов, которые манипулируют своими детьми.

– Из-за меня?

Она кивнула.

Гейб тихо, но грубо выругался:

– Твой отец выгнал тебя, потому что ты не достала проект «Калипсо»?

– Нет. – Она покачала головой и побледнела. – Не совсем.

Гейб ждал продолжения.

– Я имею в виду, он был в ярости в то утро из-за того, что я вернулась с пустыми руками. Его ярость граничила с отчаянием. Он не плохой человек, просто…

– Почему ты думаешь, что я хочу говорить о твоем отце? – холодно прервал ее Гейб.

– Тебе надо понять.

– Я ничего не должен понимать. Я не знаю, почему ты здесь. Я не знаю, почему не выгнал тебя из здания. Ты мне надоела. Разговор окончен.

– Подожди. – Она облизнула нижнюю губу и подняла руку к волосам. – Я пытаюсь объяснить. В ту ночь все было не так, как ты думаешь. Я познакомилась с тобой из-за «Калипсо», но с той минуты, как мы встретились, я хотела только тебя.

– Но ты все равно фотографировала разработки. Ты хотела убить двух зайцев? Провести ночь со мной и спасти компанию своего отца?

Она приуныла.

– Я просто сделала то, о чем он меня просил.

– Он попросил тебя нарушить закон!

– Я знаю! – с отвращением прорычала она. – Жаль, что мне не отменить некоторые события той ночи.

– Ага, – произнес он с угрожающей мягкостью. – Здесь мы расходимся. Потому что я хочу, чтобы той ночи вообще никогда не было. И не было того, что между нами случилось. Я сожалею о том, что узнал тебя.