Цветная шизофрения

Глава 10

Без трёх минут пять в дверь Алисы позвонили. Девушка быстрым шагом прошла к двери и отворила ее. На пороге стоял Максим Квитка – тридцатидвухлетний парень с карими, почти чёрными глазами, внимательно смотревшими из-под тонких очков в прямоугольной оправе. Ростом он превосходил Алису на две головы и всегда глядел на неё сверху вниз, почти с сожалением о её низком росте. Но сейчас в его глазах плескались лишь озабоченность и тревога.

Пропустив друга в квартиру, Алиса закрыла дверь и прошла на кухню. Одета она была совсем по-домашнему: широкие штаны, скрывавшие стройность её ног и туника с короткими рукавами, с выступающим спереди и сзади краем.

Максим никогда не понимал, как туника – одежда древних римлян, что шилась из мешковины и скрывавшая талию и структуру тела, имела отношение к современной женской одежде по виду напоминавшей платье? Мода, чтоб её…

– Привет. Что случилось? На тебе лица нет, – Максим скинул куртку и прошел на кухню вслед за хозяйкой.

– Привет. Да так, кое-что случилось на работе, – отмахнулась девушка. – Твой кофе.

– О, кофе – это прекрасно! – Максим взял чашу с напитком и сделал осторожный глоток. Жидкость, крепкая и горячая, потекла по пищеводу, наполняя организм энергией.

Отставив чашку на стол, Максим поправил очки и уселся за стол, жестом предложив Алисе последовать его примеру.

– Присядь и расскажи спокойно, что произошло? – Молодой человек внимательно смотрел на девушку. Взяв чашку с чаем, Корснева уселась напротив Максима и, сделав глоток, начала рассказ.

Когда она закончила, Максим снял очки и, повертев их в руке, снова водрузил на нос. Сделав последний глоток кофе, он нарушил повисшую тишину.

– Понимаешь, в чем дело – я не хочу показаться скептиком, однако всё, что ты рассказала, выглядит, мягко говоря, не очень.

– Только не говори мне, что я все выдумала, или мне померещилось, – Алиса сделала жест, отметающий такие варианты напрочь, и взяла свою чашку обеими ладонями. – Я видела ту старуху, понимаешь, Макс? Так же хорошо, как сейчас вижу тебя. И я чувствовала этот запах. Запах медикаментов – от больничной палаты, и капельниц, и обработанной спиртом кожи перед уколом. И был другой запах. Такой есть лишь у пожилых, практически умирающих людей. Запах старости, можно сказать. Запах смерти.

– Ну, хорошо, а куда эта старуха тогда пропала? Ведь тебя не было всего пару минут, за это время никто не успел бы вывезти её и убрать палату, да так, чтобы даже запаха не осталось. Ты не думала об этом? – Максим достал электронную сигарету, стилизованную под трубку, и закурил, выпуская клубы пара в потолок.

– Ты купил новую игрушку? – хмыкнула Корснева. – Тебе не идёт.

– Почему? – склонил голову на бок Максим.

– Для образа Шерлока Холмса тебе нужно сначала избавиться от очков, а потом напялить шапку-козырёк и плащ-дождевик, – девушка рассмеялась, однако молодой человек заметил, как побелели кончики её пальцев, держащих чашку. Алиса старалась хоть таким образом успокоиться. Прокрученные воспоминания снова разнервировали девушку.

– Юморишь – это хорошо. Однако продолжим, – Максим выпустил пять толстых колец пара. – Смотри. Возьмем за факт, что ты действительно видела и чувствовала всё, о чём ты говоришь. Тогда возникает следующий вопрос – почему этого не видел и не чувствовал ваш заведующий, и почему, когда вы вернулись, ты тоже ничего этого не видела?

– Не знаю, – передёрнула плечами Алиса. – Еще кофе?

– Чтоб я потом ночью глазами хлопал и не мог уснуть, как старина Ральф Робертс? Ладно, черт с ним – наливай!

Когда кофе был заварен и пары аромата поднимались завитушками к потолку, Алиса продолжила мысль:

– Понимаешь, есть ещё одна странность. Ну, мне показалось это странным.

– Что именно? – Максим выключил трубку и положил её на стол.

– Я пыталась найти хоть какую-то информацию об этом Центре в интернете. Но ничего, кроме описания и исторических данных на официальном сайте «Очищения» я не нашла. Ты понимаешь, Макс, ничего! В наше время информационных технологий, когда любой чих более-менее известного человека или предприятия уже через минуту запощен в интернет на все сайты и форумы. А здесь ничего и нигде. Ни на медицинских сайтах, ни в прессе. Ни-че-го.

– А вот это действительно странно. Погоди, ты упоминала, что эта старуха тебе что-то успела сказать?

– Да. Она сказала «Алиса, вспомни». Но я уверена, что она произнесла это не на нашем языке, а, скорее всего, на английском.

– Ты в совершенстве выучила английский за то время, пока мы не виделись? – удивился Максим.

– Нет. Просто мне показалось, что её губы произнесли эту фразу именно английской артикуляцией. Это как когда ты смотришь фильм в дубляже и понимаешь, что вроде всё переведено отлично, но в отдельном моменте замечаешь, что тональность голоса подобрана плохо и слова перевода сказаны с расхождением в пару секунд. Из-за этого создается впечатление, что ты слышишь звук с переводом, но одновременно читаешь по губам актера эту же фразу в оригинале. В общем, странное ощущение, – Алиса мотнула головой, словно сбрасывая наваждение.

– Я понимаю, о чем ты говоришь, – кивнул Максим. – Словно бы человек и сказал, но звук слышится внутри твоей головы. Такое обычно происходит, когда слушаешь громкую музыку в хороших наушниках. Звук звучит, как будто внутри головы, отсекая проникновение в уши любых шумов извне.

– Да, что-то вроде того, – кивнула Алиса.

– Так ты говоришь, об «Очищении» нет ничего? – переспросил Максим, доставая телефон и запуская браузер.

– Ну как… Есть страница в Википедии, где указано место расположения, дата основания и количество койко-мест с фотографией Центра. И на сайте города та же информация, с телефонами и е-мейлом. Но этого слишком мало в наше информационное время. Более глубокой информации нет нигде.

– Вот, а говоришь – никакой информации. Ай-ай-ай! – Максим погрозил подруге пальцем. – Обманываешь.

– Да ну тебя! Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Не может такого быть.

– Да ладно, не кипятись… Действительно, упоминание на сайте города, страница Википедии и сайт самого «Очищения». Больше ничего. Хм. Может, не успели разнести молву?

– Да, конечно! За более, чем пятилетнюю работу Центра не успели разнести молву? Ты серьёзно?

– Ладно, оставим этот момент, во всяком случае – пока. Если рассматривать твой случай, как реалистичный, – Максим поднял руки, предвосхищая возмущения Алисы и продолжил. – Получается, что мы отбрасываем галлюцинации и видения. Тогда возникает сразу несколько вопросов.

– Зачем оно мне надо? – буркнула девушка.

– Нет. Первый – кто эта старуха? Второй – что, по её мнению, ты должна вспомнить? И третий – почему именно ты? Итак, Алиса Корснева, что вы можете сказать в своё оправдание? – Максим склонил голову и посмотрел на девушку поверх очков.

– Три «ха-ха»! Кто она? Вот, хоть убей, не знаю, однако она показалась мне очень знакомой. Как будто я давным-давно знаю эту пожилую женщину. Что я должна вспомнить? Без понятия, но эта фраза еще несколько раз простреливала у меня в голове уже после произошедшего. Почему я? Ты знаешь, тут я ничего не скажу… Вряд ли потому, что какая-то завистливая баба в селе, где жила моя прапрабабка, считала её прабабку ведьмой. Ты сам знаешь, как вешаются такие ярлыки. Женщина красивая и пользуется спросом у мужского пола – ведьма! Она может грамотно вести хозяйство и у неё все в руках спорится – ведьма! Так что, этот факт моего генеалогического древа не будем брать в расчет.

– Ладно, этот факт пропустим, но не будем его полностью исключать. Интересно, почему эта женщина показалась тебе знакомой? Она на кого-то похожа? На того, кого ты знаешь?

– Вот так сходу я тебе сейчас не скажу, – Алиса пожала плечами. – Но ощущения родственности были очень сильные.

– Значит, скорее всего, это твой дальний предок по материнской линии. Я где-то читал, что такие видения передаются только линейно по нисходящей: от отца к сыну, или от матери к дочери. Ну, или от прадеда внуку, ты поняла.

– Да, это не лишено смысла.

– Продолжим. – Максим снова включил трубку и затянулся. Алиса его перебила, встав из-за стола:

– Погоди, я возьму ноутбук, может понадобиться поиск информации. Я сейчас.

Девушка вышла из кухни и направилась в спальню. Внезапно Максим услышал сдавленный стон и звук падающего тела. Парень, чуть не опрокинув стол, ринулся в комнату.

Глава 11

Алиса, вспомни.

Алиса Корснева открыла глаза и попыталась осмотреться. Попыталась – потому что не смогла пошевелить ни головой, ни шеей. Ни один мускул на её теле не повиновался. Слушались только глаза. Насколько могла, девушка скосила взгляд в сторону, потом в другую, чтобы понять, где она находится и что с ней вообще происходит.

Алиса, вспомни.

Голос прокатился в голове, словно волны прибоя, из одного полушария мозга в другое.

Комната, в которой находилась Алиса, выглядела, мягко говоря, не очень. Слева от кровати, в двух метрах, было расположено окно, занавешенное порванной в нескольких местах желтой клеёнкой. Такую подкладывали маленьким детям, страдающим энурезом, в основном- в больницах. Скудные лучи полной луны тугими сгустками проникали в комнату, высвечивая отдельные участки и наполняя пространство призрачным, неживым светом.

Возле окна стояла потертая временем тумба из грубо сбитых досок. Единственное её отличие от обычного табурета было в наличии дверцы. Справа располагался стол, застеленный белой простынёй. Присмотревшись внимательнее, девушка округлила глаза от вползающего в её сознание ужаса.

На простыне виднелись въевшиеся в ткань потеки красного цвета. На столе явно лежало что-то кровоточащее, а остатки крови стекали по материи вниз, застывая длинными красными полосами. Словно существо из детских кошмаров вытягивало свою тонкую руку с крючковатыми, длинными пальцами.

Ощутив своим неподвижным телом холод, расползающийся от позвоночника по всему телу, Алиса выхватила взглядом почти полностью проржавевший штатив для капельницы. От него вниз, прямо на грязный пыльный пол, змеились трубки.

Внезапно раздался скрип. Тихий, еле различимый, но оттого более жуткий. Взгляд девушки мгновенно прыгнул в сторону, откуда раздался звук. Прямо за ее ногами, в конце комнаты была дверь. Облупившаяся краска, словно струпья, местами опала, а местами вздыбилась. Сейчас нельзя было с уверенностью сказать, какого цвета изначально была дверь – то ли белого, то ли бежевого, то ли желтого.

И эта дверь была приоткрыта. Холодная рука ужаса сдавила горло, и Алиса не смогла даже закричать. Она могла только смотреть на приоткрытую дверь и ощущать, ощущать всем своим нутром, что за дверью кто-то стоит. Кто-то, от чьего присутствия возникает животный страх, первобытный ужас, сковывающий до паралича.

Так прошла минута, но Алисе показалось, что прошла вечность. Она, не моргая, смотрела в сторону двери, ожидая, что вот-вот она с жутким скрипом распахнется, и на неё набросится безумный доктор в окровавленном халате, со скальпелем в руке.

Одна минута. Словно вечность.

Алиса, вспомни.

Две минуты.

Алиса больше не могла не моргать. В горле рвал связки крик, но она не могла выдавить из себя ни звука. И вот глаза моргнули веки сомкнулись. Этой доли секунды оказалось достаточно, чтобы до ушей девушки донесся такой же еле слышный скрип. Когда глаза снова открылись, она увидела в дверях фигуру.

Им оказался мужчина среднего роста. На голову был надет медицинский колпак, глаза синего цвета радостно блестели. Маски, которую надевали врачи на лицо, не было, потому Корснева заметила пышные усы, обрамляющие лицо доктора. Халат, к удивлению испуганной Алисы, был относительно чистым – никаких кровавых потеков, или чего-то похожего. Да и в руках доктор ничего не держал.

У него на халате есть карманы, не забывай!

Мысль, словно молния, пронзила разум. Карманы! Ну конечно! Вот там он и прячет свое смертоносное орудие. Скальпель как раз помещается в карман медицинского халата. Алиса знала это определенно точно. Внезапно незваный гость заговорил.

– Здравствуй, Элис! Как наши дела? Пришло время процедур.

Ужас, сковавший её тело, наконец, нашел выход. Растущий с каждой секундой, словно снежный ком, вопль вырвался из горла Алисы и прорезал тишину комнаты.

Всё пространство помещения подернулось пеленой, и расслоилось на множественные горизонтальные полосы, словно кто-то быстро разрезал ножницами ненавистную картину. Быстро-быстро, одна полоса, вторая, пятая, седьмая… последнее, что увидела Алиса – как вспоротая реальность комнаты взорвалась осколками, разлетевшись в разные стороны.

И тут на Корсневу ринулась темнота.

Алиса, вспомни!

Глава 12

– Алиса, очнись! – Максим тряс девушку, пытаясь привести её в чувство.

Через несколько минут Корснева открыла глаза и мутным, словно ничего не понимающим, взглядомпосмотрела на друга.

– С тобой всё в порядке? – поддерживая её голову, поинтересовался Максим.

– А? Вроде бы да, только голова болит. Сильно, – поморщилась Алиса. Притронувшись ко лбу, вскрикнула и одернула руку. – Ай! Больно.

– Ха! Естественно больно. Ты, видимо, когда упала – головой о столешницу долбанулась. Погоди часик – и тебе будут завидовать все единороги из мифической страны Фреолии!

– Да ну тебя! Тебе лишь бы ржать над травмировавшимся человеком. Плохая ты Квитка, плохая, – надула губы Алиса, поднимаясь с пола.

– Зато красивая, – усмехнулся Максим и поправил очки. – Ладно, хватит уже. Расскажи, что случилось?

– Откуда я знаю? В голове, словно бомба разорвалась, потом всё закружилось, и свет выключился. Потом ты меня трясешь, и жутко болит голова.

– А видения, призраки, или что-то такое – было? – допытывался Максим, пытаясь через глаза Алисы заглянуть в её сознание.

– Видения? – переспросила девушка и застонала: в голове молнией пронеслись все события. И тихий, словно прибой, накатывающий голос.

Алиса, вспомни.

– Значит, что-то всё же было. Идем, расскажешь.

Неторопливо пройдя на кухню, Корснева достала из морозилки кусок льда и, завернув в марлю, приложила ко лбу. Протяжный стон сорвался с её губ, и девушка медленно растеклась по стулу. Когда боль немного утихла, Алиса рассказала всё, что видела в момент отключки.

– Та-а-ак… Значит, доктор? А какие-то опознавательные знаки? Ну, например, штампы на белье кровати, подушке, скатерти на столе и тому подобное? В медицинских заведениях на все такие вещи ставится клеймо.

– Ты слышишь, о чём я тебе говорю – нет? Я могла шевелить только глазами, ничем больше.

– Ну, вдруг в поле твоего зрения попало что-то, на чем была такая печать?… Мы не можем начать поиск информации, не зная, что именно искать.

– Это понятно, но ничего такого, – пожала плечами Алиса. Убрав лёд, она прикоснулась пальцами к ушибленному месту и, скривившись от боли, снова приложила компресс.

– Эх, жаль. Ну, может в следующий раз…

– Да пошел ты со своим следующим разом! – рыкнула Корснева. – А если это случится, когда я буду на работе? Представляешь, навернуться посреди коридора, или в палате у больного? По-моему, чем меньше таких припадков будет случаться – тем лучше.

– Так то оно так. Но нам кровь из носу нужна любая информация, которую мы можем использовать в качестве зацепки, чтобы понять, что это такое, и почему это преследует именно тебя. По-моему, ты именно за этим меня позвала сегодня – разобраться. Не соблазнять же, в самом деле, – Квитка снял очки и, протерев их, снова вернул на место.

– Я смотрю, ты никак не можешь дождаться, да? – Рассмеялась девушка. – Потерпи, еще немного осталось.

– И дёрнул меня чёрт тогда это сказать, – пробурчал Максим, вспоминая их давний диалог.

– Сам виноват, никто тебя за язык не тянул, – слово в слово повторила Алиса и так же звонко рассмеялась.

Тогда они сидели в кафе, пили вино, и Максим, накрыв своей ладонью руку Алисы, заглянул ей в глаза. Этот взгляд длился секунду, но парню показалось тогда, что прошла целая жизнь. Он предложил девушке отношения. Алиса, как и сейчас, рассмеялась и сказала, что ей нужно подумать. А он, идиот чёртов, возьми и ляпни, – знаю я вас, девушек, обещанного три года ждут и всё такое. Отсмеявшись, Алиса приняла это как руководство к действию. Жди мой ответ через три года. С тех пор прошло больше двух с половиной лет.

– Давай попробуем поискать доктора по твоему описанию. Может, нам повезёт? – предложил Максим, снова извлекая телефон и зарываясь в браузер.

– Попробовать можно, но вряд ли. Ты представляешь, сколько всего докторов? А если объять все годы более-менее цивилизованной медицины – то еще больше. А если еще и по всему миру… Может, лучше не надо, а?

– Не дрейфь, старушка, нам ли быть в печали? – Максим вовсю искал что-то в телефоне и не заметил, как Алиса закатила глаза и покачала головой.

Через два часа Квитка брезгливо швырнул телефон на середину стола и откинулся на спинке стула.

– Джон, твою мать! – Алиса внимательно следила за дальнейшей реакцией друга. Если вначале шла эта фраза, значит, всё плохо.

– Ты представляешь, я нашел около семидесяти тысяч докторов среднего роста с усами. Ты представляешь?! Семьдесят тысяч! И который из них твой, хрен его знает! Тем более что девяносто восемь процентов из них имеют лишь текстовое описание, или упоминание. Без фото! И только около полутора тысяч претендентов с фотографиями.

– Ну, а что ты хотел? – удивилась Алиса. – Фотография стала использоваться, насколько я помню, в середине или конце девятнадцатого века.

Корснева знала об упрямстве, как отличительной черте характера Квитки, но каждый раз поражалась, насколько это упрямство может походить на одержимость. Сидеть без перерыва два часа, методично искать человека, имея на руках только лишь его скудное описание – это достойно уважения. Или сочувствия. Или медикаментозной терапии.

– Может, чай с бутербродами? А то на тебе лица нет.

– Вот поживёшь с вами – научишься есть всякую гадость! – фыркнул Максим. – Ладно, тащи, чего уж там. А то у меня мозги закипят скоро.

Пока девушка готовила перекус, Максим снял очки и помассировал глаза. Напряжение от сосредоточенности в поисках и недавний стресс из-за потерявшей сознания Алисы вызвали его верную ненавистную «подругу» – глазную боль.

Это началось пять лет назад, когда он, попав в автомобильную аварию, получил черепно-мозговую травму. Ничего серьезного, провалялся в больнице несколько дней и всё. Однако, после того случая от перенапряжения у него стали возникать хоть и не сильные, но неприятные боли в глазах.

Словно твои глазные яблоки сжимают в тисках и из-за этого они начинают пульсировать, отбрасывая волны боли во все стороны. Поначалу это жутко раздражало, но через какое-то время Максим ужился с новой особенностью и почти перестал её замечать. Однако сегодня боль была сильнее, чем обычно. Что повлияло на это – парень не знал, а разбираться ещё и в этом, ко всему прочему, никакого желания не было.

Глава 13

Олег Кривопальцев сидел и массировал виски.

«Чёртова девка! Говорил же я Кольчикову не брать её, не понравилась она мне с самого начала. Так нет же, старый дурак, туда же! Побежал за молоденьким телом! А теперь еще и её видения той старухи! Не нравится мне это всё, ох, как не нравится! Не хватало, чтобы она помешала устоявшейся работе Доктора. Он нас в порошок сотрет! В буквальном смысле слова».

Заведующий хирургией открыл ящик стола и, включив кондиционер в режим проветривания, достал пачку сигарет. Длинными тонкими пальцами вытащил одну и закурил. Дым, первый раз за последние полгода попавший в лёгкие, вызвал приступ кашля, но Кривопальцев, откашлявшись, продолжил курить.

«А может, у девки просто галлюцинации? Всё же наш Центр занимает огромную площадь, и рядом, почти в паре шагов расположены три кладбища. Мало ли, что привидится сильно мнительным… Не будем пока говорить Доктору об этом инциденте, не стоит лишний раз его беспокоить. Он сейчас на пороге важного открытия».

Сделав очередную затяжку, Олег затушил окурок в стоявшей в столе пепельнице и с шумом задвинул ящик.

Глава 14

Чашка с только что приготовленным кофе стояла на столе, а от чашки витиеватыми волнами поднимался аромат. Он наполнял кухню насыщенным, вечерним запахом, когда уже нужно готовиться ко сну. Запахом, который словно бог Гипнос закрывал веки и призывал идти спать.

Алиса Корснева и Максим Квитка сидели за столом и разговаривали после ужина Внезапно взгляд Алисы скользнул по стене. Брови девушки взлетели вверх… Висящие часы, оформленные в виде фотографии рассыпанных кофейных зёрен, сообщали, что время уже позднее – почти половина двенадцатого.

– Ого! Максим, ты видел, сколько времени?

– Видел. А что?

– Ничего, констатирую факт. – улыбнулась Алиса.

– Сейчас кофе допью и поеду. Не переживай, я не собираюсь тебя смущать своим обрюзгшим телом на твоём диване.

– Пф! – фыркнула Корснева. – Тоже мне, обрюзгший диванный аналитик нашелся. И ничего ты меня не смутишь. Чего я там не видела? Парень в трусах и носках на диване, ага…

– Я понимаю, после произошедших событий у тебя могло обостриться чувство заботы и нервозность за близких тебе людей, но уверяю тебя – это лишнее, – Максим сделал глоток кофе. – Ну, хочешь – я приеду домой и напишу тебе сообщение? Если тебя это успокоит, конечно.

– Позвонишь. У меня очень нехорошее чувство. Словно появление старухи в палате и последующее видение – это начало череды страшных событий.

– Хорошо, хорошо! Как только приеду домой, наберу. Но видеосвязь включать не буду, сама понимаешь, – в конце фразы Максим рассмеялся.

– Да пошел ты со своими шуточками, и так тошно!

– Да уж, извини, глупо получилось, – практически одним глотком Квитка допил кофе и встал из-за стола. – Ну что, проводи меня до дверей, хозяюшка. Спасибо за хлеб-соль, за гостеприимство.

– Ты невозможен… – выдохнула Алиса, но лёгкая улыбка всё же тронула её губы.

Когда за Максимом захлопнулась дверь, Алиса направилась в ванную. Забравшись в кабинку, девушка включила воду и закрыла глаза.

Из медитации её вывел телефонный звонок. Открыв глаза, Корснева выключила воду и, накинув на мокрое тело полотенце, быстрыми шагами протопала в комнату. Мокрые следы аккуратных женских ног остались на всём пути из ванной в комнату.

Взяв телефон, Алиса выдохнула – это звонил Максим.

– Привет, ну что, порядок?

– Конечно! Спокойной ночи, заботливая ты моя, – Алиса услышала, как Максим усмехнулся и затянулся своей трубкой.

– Хорошо, спасибо, что позвонил. Спокойной ночи.

Глава 15

Свой внезапно свалившийся на голову выходной Корснева провела дома, выспавшись до неприличия. Уничтожив наскоро приготовленный завтрак, девушка включила дэт-метал на всю и попыталась выбросить из головы мысли о недавних событиях.

Через несколько песен это получилось, и Алиса сама не заметила, как вошла в один ритм со звучащей музыкой. Во время жестких соло бас-гитары она стала трясти головой, рассыпая свои рыжие локоны по плечам и груди. Вскоре всё её тело изгибалось посреди комнаты, словно тело гибкой пантеры.

Со стороны могло показаться, что девушка совершает некий магический ритуал. Не хватало лишь начертанной на полу пентаграммы со свечами в лучах и гнусавого, низкого баса, произносящего заклинание.

В целом, день прошел хорошо, Алиса хотя бы смогла немного отвлечься от всего, что случилось с ней за последние дни. Вечером, посмотрев очередной кинофильм, снятый в жанре на рубеже триллера, хоррора, с лёгким налётом мистики, девушка легла в кровать и впервые за несколько дней мгновенно уснула.

Глава 16

Это дежурство снова выпало на ночную смену, и Алиса с чувством необъяснимой тревоги приближалась к зданию «Очищения». Однако когда она заступила на дежурство, тревога исчезла, развеявшись, словно предрассветная дрема. Выполнив ближе к двум ночи бумажную работу, девушка отправилась на обход.

Так как кабинет дежурного врача находился практически в центре коридора, Алиса сперва пошла в ту сторону, где располагалась палата номер «4». Однако ничего такого внутри обнаружено не было – пустота, одинокая кровать да тумба с пультом возле. Улыбнувшись своей мнительности, Корснева вышла и, обойдя все палаты в этой стороне коридора, направилась в другую его часть.

Пройдя треть коридора, Алиса внезапно остановилась. Как будто что-то крикнуло ей: «Стой!». Никаких звуков, ни единого шороха, тишина и пустота вокруг, приправленные медицинскими запахами. И всё же девушка остановилась. Осмотревшись, она продолжила движение по коридору.