Изгнанница. Путь к свободе

Глава 6. Лес

Спалось мне ночью очень плохо. По крайней мере, в первую ее часть. И хотя я быстро отключилась – давало о себе знать физическое и нервное перенапряжение, – но беспокойные сны не давали покоя, и я постоянно просыпалась и вздрагивала. Один раз, похоже, кричала, потому что меня разбудил Ник и, не обращая внимания на мои очередные потуги отстраниться – хотя мы и спали под одним одеялом – крепко прижал к себе и прошептал на ухо:

– Не бойся, спи. Рядом со мной тебе ничего не угрожает.

Уж не знаю почему, но после этих слов я и правда расслабилась и смогла спокойно уснуть до самого утра, пригревшись в руках парня.

«Следуй за зеленоглазым, не бойся», – звучали во сне бабушкины слова…

А вот утром проснулась уже одна. Ника рядом не было, как и его одежды на веревке. Это я смогла увидеть в рассеянном утреннем свете, шедшем из окошка под потолком. Видимо, парень предусмотрительно убрал от него дощечку. И от осознания своего одиночества у меня все внутри похолодело. Вот так и взбодрилась: сразу и очень резко. Подскочила с лежака, на который он с вечера натаскал для тепла лапник, и принялась надевать свою высохшую за ночь одежду. В голове крутилась мысль, что я еще смогу догнать Ника и напроситься к нему в попутчики. Иначе… что делать в лесу и куда идти – я не представляла.

Одевшись, огляделась внимательнее и заметила прислоненный к стенке рюкзак парня. Из меня словно весь воздух выпустили, и я бухнулась обратно на лежанку – не ушел…

Некоторое время я сидела и просто приходила в себя после встряски. А потом натянула поверх своей одежды еще и его майку. Костер потух, и в землянке стало холодно – весна только-только началась, а в лесу, как оказалось, по утрам гораздо холоднее, чем в городе. А потом я еще и в одеяло укуталась, решив никуда не идти и ждать парня – не хватало еще с ним разминуться. И вообще, решила, буду делать все, чтобы не создавать ему проблем. Может, тогда он и правда выведет меня к какому-нибудь поселению, о котором говорил вчера?

Я даже не догадывалась, что за пределами Ковчега после катастрофы мог кто-то выжить и остаться человеком. Вирус, унесший миллиарды жизней, изменил этот мир до неузнаваемости. Те, кому посчастливилось выжить, мутировали в страшных чудовищ. Лишь у очень немногих оказался иммунитет к вирусу, и именно их собрали в Ковчеге отцы-основатели. Ходят слухи, что таких Ковчегов несколько, но это лишь слухи. Даже сейчас мы не зря каждый год проходим церемонию Выбора, проверяя себя на мутаген, а потом еще и делаем инъекции, которые убирают даже гипотетическую возможность его развития в крови.

Тут я запнулась в своих рассуждениях. Но у меня ведь его обнаружили. Так неужели я в любой момент могу стать чудовищем и растерзать Ника?

Нет, не может этого быть! Как человек… как я могу в один момент стать чудовищем?! Хотя нам рассказывали, что сначала человек сходит с ума, а потом уже начинает меняться физически. Но я не чувствовала ничего такого! И все же мутаген у меня нашли…

По телу побежали мурашки, и я зябко передернулась, с силой проведя ладонями по предплечьям, стараясь унять нервную дрожь.

– Уже проснулась? – скрипнув дверью, в землянке появился Ник. – Нужно уходить. Я как мог скрыл наши вчерашние следы, но мало ли.

– Скорее всего, по нашему следу пустят еще и дроны.

– Да, могут, – ничуть не удивившись, согласился он. – Поэтому мы будем очень внимательны. – И, порывшись в рюкзаке, нашел черную резинку. – На вот, собери волосы.

– Спасибо, – удивленно протянула я и посмотрела на его короткие волосы. – Чье это?

Ник бросил на меня быстры взгляд:

– Неважно. Пошли, – и закинул на спину рюкзак. – Одеяло пока накинь на плечи. На улице холодно.

Спорить я не стала, как и расспрашивать о происхождении резинки, а быстро заплела косу и проследовала за ним.

На улице и правда было прохладно, и я зябко передернула плечами, поправив одеяло.

Через метров сто он попросил меня немного подождать, а сам вернулся назад. Не знаю, что он там делал, возможно, снова заметал следы, но для меня было главным, что он за мной вернулся и повел дальше.

Утешало, что засечь нас в лесу дроном не так-то просто, если мы постоянно будем находиться под сенью деревьев и не выходить на открытые места. Пожалуй, нам сильно повезло с ранней весной, иначе это было бы еще сложнее.

– Ты отведешь меня к людям? – все же не выдержала я через некоторое время.

– Да.

– А их много? Людей.

Парень даже обернулся, чтобы на меня посмотреть:

– Достаточно.

– А как же мутанты?

Он остановился и тяжело вздохнул:

– Мэй, давай договоримся так: когда мы остановимся на отдых, я расскажу что к чему, а сейчас нам нужно двигаться как можно быстрее и тише и не отвлекаться. Ваши охотники слишком опасны, чтобы их недооценивать.

Я кивнула, и в этот момент мы услышали над головами чуть слышный гул.

– Дрон, – прошептала я одними губами, испытывая настоящий ужас и собираясь сорваться на бег.

Ник это явно понял и, быстро шагнув ко мне, прижал к себе и увлек к ближайшему стволу дерева.

– Все хорошо. За листвой он нас не заметит. Слышишь? – Его голос не сразу пробился в мое сознание, и я заторможено кивнула. – Вот. Умница. Приходи в себя.

Все это время я смотрела в его уверенные глаза и чувствовала, как меня отпускает.

– Прости, – наконец, прошептала я и уткнулась лбом в его грудь.

– Ничего. Пошли. Он уже улетел.

Еще с час мы бодро двигались по лесу, и я уже почти поверила, что мы так просто доберемся хотя бы до обещанного места привала, когда Ник настороженно замер и жестом приказал замереть.

Ничего не происходило, и я, не выдержав, тихо позвала:

– Ник?

Но он даже не обернулся, напрягшись еще больше. И я поняла почему – метрах в десяти от нас из листвы почти бесшумно показалось нечто. Больше всего оно походило на одно из чудовищ, которые притаскивали в город на всеобщее обозрение охотники. Вот только это было раза в полтора больше.

И я с кристальной ясностью поняла: нам от него не убежать.

Монстр, чем-то отдаленно напоминавший волка – по крайней мере, на него походила его морда с оскаленной пастью, из которой капала вязкая тягучая слюна, – наводил такой ужас, что ноги приросли к месту. В остальном, правда, монстр отличался от волка, так как двигался на задних лапах и прижимал к груди лапы поменьше. Но обманчивое впечатление их слабости портили острые длинные когти, похожие на ножи. Само тело казалось скрученным из тугих жгутов неестественно раздутых мышц.

По-моему, я даже перестала дышать, чтобы не спровоцировать его на атаку.

Но монстр принюхался и, словно почувствовав мой дикий страх, посмотрел прямо мне в глаза и бросился вперед, в один прыжок сокращая разделявшее нас расстояние.

Наверное, не будь я так напугана, зажмурилась бы, закричала, бросилась наутек, но я застыла на месте, не в силах отвести взгляда от приближавшейся смерти.

Но когда в чудовище из рук Ника рванул столб пламени, я отмерла, и мой крик смешался с утробным воем обожженного зверя. Он рухнул прямо перед нами и начал кататься по земле, с рыком пытаясь сбить с себя пламя.

Как я не сорвалась на бег и не унеслась в неизвестном направлении – не знаю. Наверное, какой-то частью сознания все никак не могла поверить в реальность происходящего.

Ник еще какое-то время поливал монстра огнем, но потом устало опустил руки и покачнулся. Я поддержала парня и потянула его прочь от продолжавшего с воем кататься по земле хищника.

– Сейчас, – тихо сказал Ник, достал из кармана штанов кусочек рафинада и с хрустом начал его жевать. – Нужно закончить дело, – притормозил он меня и, стянув со спины рюкзак, достал топорик.

– Ч-что? – не поняла я его намерений.

– Нужно добить зверя, иначе он придет в себя и продолжит погоню. У норлоков слишком хорошая регенерация, и они ужасно мстительны.

– Н-не надо! – попыталась я удержать парня, но получила злой хлесткий взгляд и, всхлипнув, отступила.

Снова стало дико страшно. Даже страшнее, чем когда я увидела этого норлока. Но Ник подскочил к мутанту и, увернувшись от его острых когтей, несколькими точными ударами отделил голову хищника от тела, сноровисто вскрыл ему живот и, достав из другого кармана штанов пакетики, начал что-то в них складывать. От этого зрелища меня чуть не вырвало. Никогда прежде не видела ни как разделывают, ни тем более как потрошат животных, а тут…

Не выдержала и все же опорожнила скудное содержимое желудка. И, пока парень не закончил, старалась не смотреть в его сторону. Прислонилась лбом к дереву и прикрыла глаза, пытаясь убедить себя в том, что ничего страшного не произошло и не происходит. Просто я еще не знаю реалий своей новой жизни и ничего в ней не понимаю.

– Мэй, – наконец, позвал меня Ник, и я с опаской обернулась. Он уже стоял около своего рюкзака. – Достань воду и полей мне на руки, – попросил.

На дрожащих ногах я подошла, выудила бутылку и помогла смыть кровь. От внезапно вспыхнувшей мысли мои руки затряслись так, что я чуть не уронила бутылку и не разлила всю воду. Благо Ник во время ее перехватил.

– В чем дело? – нахмурился он. – Я понимаю, что было страшно, но нужно брать себя в руки. Некогда раскисать.

– Ник, – я сглотнула. – А он… оно было когда-то человеком?

– Что? – даже застыл он на секунду. – Как такой бред мог вообще прийти в твою голову?

– Но как же? – растерялась я. – Нам показывали таких и говорили, что это люди, которых изменил мутаген.

– Это? – он даже ткнул пальцем в сторону поверженного монстра. – Это и правда мутант, только его предки мутировали под действием радиации из обычного волка.

– Радиации?

– Ну, наш док утверждает, что тут не обошлось и без человеческого вмешательства в геном животных, но это уже мало кого интересует.

– Почему?

– Потому что как бы они когда-то ни появились, для нас это уже не имеет никакого значения.

– Почему? – отчего-то мне казалось, что знать такие вещи крайне важно.

Одно то, что норлок не человек, уже сняло у меня с души огромный камень – я в такого точно не превращусь, – потому мне были крайне важны любые детали.

– Слушай, давай уже отсюда уходить, а то мы так нашумели, что нас, наверное, было слышно и в твоем Ковчеге, – быстренько рассовав по кармашкам рюкзака пакетики с отвратительным содержимым, он надел рюкзак и пошел вперед.

– И все же, – меня все еще трясло, но я изо всех сил старалась держаться и дала волю любопытству.

– Мэй, а тебе не все равно, какой монстр тебя схарчит: которого создали люди или радиация?

– Но ведь если его создали люди, они могут это повторить!

– Не могут, – хмыкнул парень.

– И откуда такая уверенность?

– Если бы после катастрофы кто-то мог создавать таких монстров, уже бы давно создал и поставил их себе на службу.

– На службу?

– А иначе зачем их вообще выводить?

В словах парня был резон.

– Так, может, кто-то и поставил.

Он ненадолго задумался:

– Нет, вряд ли. Об этом все равно стало бы известно. Ходоки разнесли бы инфу.

– А зачем ты монстра… – я показала рукой неопределенный жест.

– Распотрошил?

– Да, – я сглотнула подкативший к горлу ком.

– Его внутренние органы очень ценятся в медицине и алхимии и за них в любом поселении можно получить хорошие деньги.

– Деньги? Вы пользуетесь деньгами? – удивилась я. – Я где-то читала, что люди раньше для расчётов использовали деньги, но не думала, что они еще где-то сохранились.

Хотя я ведь еще вчера даже не догадывалась, что за пределами Ковчега вообще живут люди.

– А чем же вы тогда друг с другом расплачиваетесь? – не меньше меня удивился парень.

– У нас на счету копятся баллы социальной активности. Ими мы и распоряжаемся.

– И как проверить, сколько у тебя этих баллов?

– Для этого достаточно любого коммуникатора или информационного стенда. Мы подносим к нему штихкод и все узнаем и можем проводить любые манипуляции. – Я даже постучала по месту на предплечье, где у меня набита татуировка.

– Так вот зачем у вас эти татухи. – Парень что-то знал о Ковчеге и живущих в них людях, но явно только какие-то крохи. – Н-ну-ну… – хмыкнул и покачал головой он.

– Что? – не поняла я его скепсиса.

– Ну и что сейчас ты будешь делать со своими баллами?

– Ничего, – буркнула я в ответ. – Меня уже нет в системе, как и моих баллов.

– Как у вас там все легко: есть в системе – нет в системе. Вкл-выкл. – Я не совсем поняла, что хотел сказать Ник, но расспросить его об этом не вышло. – Ладно. Что-то мы с тобой разболтались. Идем тихо. Старайся за мной успевать. Если почувствуешь, что выдохлась – скажи. А теперь вперед! – и ускорился так, что мне стало не до разговоров.

И все же в голове билась одна мысль, которую я побоялась озвучивать: как вышло, что у Ника из рук шел огонь? Я, конечно, допускаю, что от всего происходящего у меня могла съехать крыша, но это не объяснило бы смерти монстра, а никакого оружия в руках парня, кроме топора, я до сих пор не видела.

Так и не найдя более или менее внятного объяснения, решила, что спрошу об этом на привале, и очень надеялась, что Ник мне ответит.

В Ковчеге с вопросами все было просто: если что-то было непонятно, ты шел к куратору, который все тебе разъяснял. Только все знали, что злоупотреблять такими вопросами не стоит – почему-то самые любопытные и активные при распределении слишком часто попадали в самые неблагополучные сектора, а там уже задавать вопросы было чревато снятием балов социальной активности. Конечно, открыто об этом не говорили, но людям хватало своих наблюдений.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.