- -
- 100%
- +
– Так, Дживс, я на выход, – решился я.
– Извиняюсь, сэр, ЧТО?!!
– Слушай сюда. То есть читай сюда, – поправился я. – Разгрузка этого добра, – потыкал я в открытые склады, – заёмйт час. Так?
– Чуть меньше, сэр.
– Похрен, я – в кессон. Если дайкозлина пробъёт дверь, а она сможет – тут всему пиздец. А вот клешню она не выдержит.
– Сэр, это бредовое самобийство. Я к вам, сэр.
– СТОЯТЬ! Дживс, блин! Если ты, паразит такой, метнёшься сюда – наше партнёрство закончено. Окончательно и бесповоротно, ты понял меня?
– Я понял вас, сэр. Но это совершенно неразумное поведение, сэр. Вспомните о супругах, сэр.
– О своей помни и на себя посмотри. Дальше. Вместо того, чтобы кормить дайказлов собой, считай, Дживс. Нужны параметры для разгонников, для работы в этой воде. Я иду в кессон. Надеюсь ты не налажал со схемой, там кессон?
– Кессон, сэр.
– Зашибись. Иду и жду. Если дайказлина просто нас шатает – похрен. Жду разгрузки и сваливаю. Пусть дальше пустой склад шатает. Но, если она пробивается сквозь ворота – я её чикаю, – поклацал я клешнёй, – Не давая пробить вторую дверь. Давление Краб выдержит, ну а плоть НЕХа и клешне, и разгоннику поддастся.
– Сэр, предположим, что вы справитесь, хотя не представляю как.
– Дживс, там десять метров. Казлина может быть в сто, дыести, хоть километровой. Внутрь влезет маленький кусочек, который я почикаю.
– Допустим, хотя эфир, сэр.
– Что – эфир? Сам говорил, инстинктивное действие, блин. И нас она ШАТАЕТ, Дживс. С той колдунской мощью, что на это надо, она может сделать… да всё что угодно, ВНУТРИ. Но не делает, значит тупит, усиливая свои физические параметры. Но как бы не усиливалась – клешня мощнее.
– Так, хорошо, сэр. Предположим, вы почикали хрень, не пустили её. Склад перегружен. А что дальше, сэр? Прикажете вас оставить внизу, сэ-э-э-э-э-э-эр?!!
– Не сэркай и не ори, Дживс. Я просто открываю кесон и подхватываешь меня телепортером. Да, вода. Но выдернуть клетку она не помешает.
– Выдернуть – нет, сэр. Но это безумная авантюра!
– Это нормальная авантюра! Притом, что дайказлина может вообще не пробится! Всё, думай о своём поведении, Дживс. Последние дни мне ОЧЕНЬ не нравится дичь, что ты творишь. Вот и подумай, блин. И всё, я пошёл…
– Параметры для разгонников, сэр.
– Блин, вот сам тупить с тобой стал. Когда будут?
– Уже, сэр. Вводите данные.
После чего стал я вводить в бортовой вычислитель данные. После одного, чтоб его, подводного приключения, разгонные катушки получили возможность регулировки не только в плане мощности, но и конфигурации поля. А то меня очень уж расстроил пшик из ствола по хамски жующей Краба гадской коркодилине.
А после, всё таки, пошёл я в кессон. И он был, согласно схеме склада, скинутой мне Дживсом. Правда в тощем была только схема склада, а не его содержимое, что, впрочем, похер – всё выгребаем, а потом разберёмся.
Схему “закрытия дверей” эфиряка тоже не зажал, так что я встал в кессоне, раскрабившись между стенками. С некоторым опасением смотря на конец двадцатиметрового коридора, за дверью в конце которого булькала Бездна.
Впрочем, дверь не ломалось и вообще. А Дживс поднимал мне настроение.
– Учебники и наставления, сэр. Общетеоретические, сэр, это изумительно!
– Да, неплохо. И всё? – заинтересовался я, только поморщившись на сотрясение.
– Нет, сэр. Но набор готовых схем довольно странен. Я бы сказал – милитаристичен, сэр.
– Догадываюсь почему, Дживс. Но об этом потом поговорим. Ретрансляторы есть?
– Есть, сэр. Около десяти тысяч, сэр, по предворительной оценке.
– Зашибись, – порадовался я. – А как они сюда влезли-то?
– Ретранслятор – небольшой прибор, сэр. Его предназначение – передача сигнала через гиперпространство к другому ретранслятору Электромагнитного, сэр. И размеры его семь на восемь сантиметров, сэр.
– Хм, совсем маленькая фигулина. А сколько пользы! – оценил я.
И продолжил ждать. И вот, когда до выгрузки всего склада оставалось всего четверть часа, всё взяло, и стало как всегда. Причём без каких-то предварительных ласк, блин!
То есть, стою я раскрабленный в кессоне. Сзади, в пяти метрах, закрытая заслонка. Впереди, в тринадцати – другая закрытая заслонка. Потолок белым светом светится, матовый серый металл стен, всё как в лучших тригинских домах.
И вдруг я вижу перед собой (вот не было – и вот оно!) поганое такое, противное, розово-коричневое здоровое мокрое и даже на вид скликое щупало. Торчит оно, значит, из передней заслонки, обтекает. Кончиком буквально метра до Краба не достав.
– Пиздец, – вслух я откоментировал я увиденное, потому что это он самый и был.
Но щупало мне на это не ответило. По нему пробежали волны, в месте его пробоя заслонки побрызгало водой и на меня уставился глаз. На щупале появился. Не менее гадкий, противный и поганый, чем само щупало. Причём бесяще человеческий, не смотря на свою несомненную поганость: бело-жёлтый белок, коричнево-розовая пёстрая радужка, и чёрный, круглый зрачёк.
И пырится на меня, подло, с явно нехорошими намерениями, пакость такая. И вообще бесит, противностью, неуместностью и вообще. Так что после долгого (целых полторы секунды, между прочим!) взял я, да и тыкнул в этот противный буркал раскрытой клешнёй. И сомкнул её.
– Давление, сэр!
– Знаю, Дживс, – относительно спокойно ответил я, раскрабленый по стенке, прижатый к ней магнитными зацепами.
Нет, немного меня снесло потоком, бъющим в оставленную после отдёрнувшегося щупала дыру, но метра на полтора, не более. А кессон заполнился водой, погрузившись в коричневый полумрак.
Впрочем, заполнился кессон быстро, так что раскрабился я в старой позе, поводя разгонниками и раскрытой клешнёй. И не хрена, не хрена, а вот как появился в дыре кусок плоти, просочился и стал створку шатать. Она гнулась и шаталась, а я недоумевал.
Дело в том, что после явления щупала, я думал мне натуральный пиздец, что и озвуччил. Я ЕГО НЕ ВИДЕЛ! Оно просто появилось, чтоб его. И был в твёродой уверенности, что дайказлина с такими скоростными характеристиками меня сейчас в секунду схарчит и не подавится.
А она сильная, быстрая, смотрел я на выламываемую крышку, но никак не мановениие ока.
– Давление, сэр, – пояснил Дживс на моё недоумение. – Появление куска плоти – это не скорость хрени. Она быстрая, но не настолько, сэр, как вы точно подметили. Но проделав дыру…
– Её просто затянуло со страшной силой, – дошло до меня. – И дайкозлина болящий кусок пыталась втянуть, а не атаковала, – хмыкнул я.
– Примерно так кажется и мне, сэр.
– Ну и зашибись, – несколько расслабился я, с интересом наблюдая как козлина курочит вход.
Через пару минут раскурочила, щупало втянула. А после к дыре приблилизилась стена противной плоти. Разродившаяся не менее, а более противным буркалом. Потому что было это буркало в относительно мутной воде, да ещё гораздо больше первого. Повращалось в глазнице плоти и уставилось на мою крабскую персону.
– Вот вызываешь ты у меня, НЕХ, острую эмоциональную неприязнь, – произнёс я, стреляя из разгонника в буркал.
И получил ряд информации. Первое: разгонник прекрасно работал, но очень… в общем, возникало ощущение, что у меня на гибких манипуляторах не электромагнитный разгонник, а гаубица монструозных размеров. Дичайшая отдача – манипулятор наведения не оторвало, конечно, но откинула назад. И ПРОТАЩИЛО раскрабленного Краба на ним, на пару тройку сантиметров.
Второе: дайкозлина уязвима не только “случайно всунутым” в область низкого давления куском плоти, но и вообще. И очень твари не нравится, когда её уязвляют – рёв был жуткий, именно по воде, аж в ложементе почувствовался.
Ну и в дырке чернота – отдёрнулась. Появилась надежда, что обиделась и свалила нахрен, но через несколько секунд померла: в кессон проталкивалось лаково-чёрное щупало.
– Меняет структуру защиты, сэр.
– Догадываюсь, – процедил я.
Выстрел по чёрной пакости её деформировал, откинул, по сути превратил в смятую подушку… и лом упал на пол кессона, а чёрная пакость стала вновь принимать форму щупала.
Потянулось оно, гадкое, противное и здоровенное, вглубь кессона. Но против клешни карающей не сдюжило, было откушено нахрен. Кончик скорбно стал опускаться на пол, остальная часть втянулась.
А я скорбно взирал на зазубренную клешню.
– Это пиздец, Дживс. Полевое усиление, прочность лезвий клешни – невозможна! Нет веществ столь прочных!
– Это эфир, сэр.
– Блин, да, эфир, – отошёл от ступора я. – Но мне это не нравится, партнёр. У меня клешня сточится раньше… сколько времени-то осталось?
– Восемь минут, сэр, я выведу таймер.
– Выводи. И схемы есть?
– Есть, сэр. И вы помните, сэр.
– Вообще – помню. По металлу сработают?
– Почему нет, сэр.
И началася даже не бой, а не пойми что. То есть, щупало прёт в кессон, нахрен – непонятно. Но не очень интересно. Я в него тыкаю клешнёй, откусываю клешнёй с колдунским воздействием. Рёв, чернота в проёме. И, через полминуты прёт новое (или то же, но похер) щупало, не черное а синее, блин. Скусывается, рёв, чернота.
То есть, опасности, реальной не было. Но страху я, признаться, натерпелся в самом начале. И за четыре минуты до обнуления таймера начал я готовится к колдунству. Не на клешню, а на стены кессона.
Потому что то, что дайкозлина тупая – не отменяет того, что если бы этой заколдованной плоти в кессон влезало побольше, то мне могло бы быть довольно кисло. Соответственно, давать казлине место, где она плоть может накопить, пока я в нём, я не хотел.
Ну и вообще, булькать в воде до клетки телепортера – занятие дурацкое.
И вот, колдунство я подготовил, таймер дошёл до нуля, а я жду.
– Сэр, содержимое склада на Кистене.
– В курсе, Дживс, – буркнул я, вглядываясь в черноту выломанного входа. – И где ты, блин?
– Сэр, я надеюсь, вы не собираетесь вызывать хрень на “честный бой”?
– Это даже не смешно, Дживс. Нихрена не понимаю, почему не атакует, – честно сказал я.
– Я тоже, сэр. Не желаете продолжить этот увлекательный диалог на Кистене, сэ-э-э-эр?
– Желаю, – отмыслетекстил я, активируя заготовленную схему.
И стены кессона сомкнулись передо мной. Зачарованные на непробиваемость. Что, к моему удивлению, оказалось лишним – никто в них не стучал и противным, дайказлиным голосёнком Краба не требовал.
Ну и к лучшему, заключил я. Открыл внутренний люк кессона, чуть не смылся водой, но удержался. И спокойно, как нармальный Краб дохлюпал по залитому водой полу до телепортера.
– Трогай, Дживс, – крабственно распорядился я из клетки.
– Как скажете, сэ-э-э-э-эр, – дживсовски сэ-э-эркнул эфиряка.
Глава 5
Уже в Кистене я несколько обмяк в ложементе – на меня навалился уже подзабытый отходняк. Хер знает, то ли от расплющивания рыбачьим реактором, то ли слишком перепсиховал. В принципе, для психов сегодня причин хватало.
– Сэр, поздравляю, – уже связью озвучил Дживс. – Сам изумлён – наша добыча превзошла все мои ожидания…
– И зашибись, Дживс, – расслабленно протянул я, но встряхнулся. – Так, партнёр – добыча хорошо. Но меня вырубает, устал. Я вырублюсь, подними меня часа через четыре. НО! Дживс, вали от этой планеты! Срочно, вроде в гипер мы войдём без проблем?
– Да, выход в гипер проблемы не составит. Но я не вполне понимаю, сэр…
– Не нравится мне эта планета, Дживс. Просто сделай, прошу тебя. И… всё, отрубаюсь, – в полудрёме проборматал я.
– Сделаю, сэр, – растерянно выдал эфиряка.
Или мне это приснилось, хер знает. Но через четыре часа поднятый эфирякой я вместе с Кистенём был уже в гипере, по маршруту к Центральной.
– Так, партнёр, – нахмурился я, вспомнив всё. – Прошу, очень внимательно вспомни СВОЁ поведение в системе Бездны. Мысли, действия, идеи. Проанализируй очень внимательно, а потом скажи мне, что думаешь.
– Сэр… Хорошо, сэр, сделаю, – нахмурился Дживс, закрывая глаза.
И простоял так минут пять. И рожа его, когда он открыл глаза, нихера не порадовала.
– Эфирное воздействие, сэр. Почти незаметное… чертовщина, я его воспринимаю за свои мысли, сэр!
– Воспринимаешь?!
– Да, сэр. Вынужден констатировать, оно продолжается.
– КАК?!
– Не знаю, сэр. Возможно остаточные эффекты, с которыми я вполне могу справится. Раньше же… я просто не понимал, что меня толкает на необдуманные поступки, сэр. Они казались правильными и логичными. Вас, кстати, также сэр.
– Погоди. Ну, в принципе, воевать дайказлов в кессоне, конечно… Блин, бред, я жизнью рисковал из-за железяк, которых дохера!
– Именно, сэр.
– И, говоришь, мы подхватили вирус героизма и идиотии?
– Не думаю, что вирус, сэр. Хотя не понимаю… окружающий эфир продолжает нести этот эффект. Не мы его источник, сэр. А вот что – я не знаю, сэр.
– Кистень?
– Нет, сэр. Точно не Кистень, такого рода изменения протоколируются бортовым компьютером. Он, как понятно, не может оперировать эфиром, но эфирные изменения в рамках своего корпуса протоколирует.
– А артефакты… хотя бред, они ещё были в стазисе, когда ты начал тупить.
– Да, сэр. Предлагаю подождать – данное воздействие, если его осознавать, не опасно. И, я рассчитываю, сойдёт на нет. Просто будем ждать и приглядывать друг за другом, сэр.
– Ладно, давай попробуем, Дживс. И слушай, кажется я окончательно понял, что за чертовщина творится в Бездне.
– Любопытно, сэр.
– Смотри, вот ты не особо агрессивен.
– Но и не пацифист, как вы упорно пытаетесь меня назвать, сэ-э-эр!
– Не пацифист, не пацифист, ладно не буду обзываться. Так обзываться, – уточнил честный я. – Ладно, я о чём: ты, партнёр, как я понимаю на момент исчезновения тригинцев был… да нянькой, по большому счёту. Причём для девочки скорее всего, так?
– С определённой точки зрения – так, сэр.
– Вот. Смотрим дальше – ты не агрессивен изначально. Понятно, что торчал в этой пустыне и прочее. Но базово – не агрессивен, тебя не воякой создавали инженеры.
– Не могу возразить вам, сэр. Но не вполне понимаю, к чему вы?
– А к тому, что Тригин нихера не был мирной цивилизацией, Дживс! И не надо мне про данные, – прервал я взмахом клешни попытки Дживса заговорить. – Ты читал учебники для детей, партнёр. И литературу там всякую, не удивлюсь, что любовные романы или ещё что-то… В общем, смотри: я исхожу из структуры. То же Управление Чрезвычайных Ситуаций. Протоколы, о которых ты говоришь.
– Это рационально организационно, сэр.
– Для военнизированной организации, Дживс. И нет, я не утверждаю, что Тригин был большой казармой. Понятно, что нет. Но инструменты и организации военного времени в нём были, партнёр!
– Сложно с этим спорить, сэр. И возразить вам я обоснованно не смогу, признаю.
– Угу. Смотрим дальше – кстати, основная причина, почему я считаю Тригин совсем не пацифистами. Ксеносы, Дживс. Сколько их было?
– Пять межпланетных цивилизаций точно. Остальное… не уверен, сэр.
– Ну тут понятно, литература. И не осталось ни одного вида. Я не в укор – там могли быть те ещё сволочи. Я к тому, что инструменты ксеноцида были и использовались.
– Бездна – военная база? Это вы хотите мне сказать, сэр?
– Угу. И дайказлы эти – биологическое оружие для работы на океанических планетах. Лаборатория, база и арсенал.
– Это… несколько не укладывается в мои представления, сэр. Но конструктивных возражения я не нахожу. И специфика обнаруженной библиотеки указывает на вашу правоту. И, если подумать, то эфирное воздействие…
– Лекарство от страха, партнёр, – невесело ухмыльнулся я. – Причём неважно, для кого – для своих, чтоб иметь армию героев, чтоб их. Или для чужих – чтобы разбились об оборонительные порядки. Тут мы пока не знаем, но вот что одно из двух – точно.
– Если не и то, и то, сэр, – задумчиво протянул Дживс. – Вопрос интенсивности воздействия.
– Или так, – не стал спорить я. – В общем, появилась у меня такая идея, поделился с тобой. Нужно оно тебе или нет – сам думай.
– Скорее нужно, сэр. И подумаю…
– Стоять, блин! – возмутился я. – Ты куда намылился?!
– Думать, сэ-э-эр.
– Потом подумаешь! Вообще бардак. Трофеи пошли разбирать, мыслитель!
– А я думал, сэ-э-эр, что вы и не вспомните…
– Да щаззз! Всё, накрабленое непосильным трудом! Кстати, сколько тощих?
– Четыре сотни, сэр.
– А для работы на Инее… – задумался я.
– Сто тридцать шесть роботов, сэр. Для автономного, не требующего вашего вмешательства производства.
– Хорошо-то как, Дживс, – расплылся я в счастливой лыбе. – Хоть делами займусь, а то не Лорд Краб, а крабский конвейер какой-то был.
Минуту я предавался всяческим сладостно-лентяйским мечтам. Но взял себя в клешни, и потопал с Дживсом разбираться с добром.
Вообще, в плане “на пощупать”, выходило не так чтоб и много. Три эфирных принтера материи: штуки полезнейшие, но это “эксклюзив”, а не потоковое производство. Хотя Клешню, да и Криль можно сделать прочнее, быстрее, убойнее, факт.
Ретрансляторы, индивидуальное малое портальное кольцо. Парное, между прочим. То есть телепортер, только с воротами и… не имеющий пределов по дальности. Вообще, уж в нашей галактике точно.
Правда в него и малый Дос не влезет – чисто людям туда-сюда скакать, с кладью, а точнее, судя по направленности склада, со снарягой. Причём, как я понял, энергии эта “игрушка” жрала не меньше, а побольше стационарного портального кольца.
Дело в том, что… всё движется, вообще всё. То есть, скажем так, ставлю я, положим, кольцо телепортера на Инее.
А второе на Кистене в Центральной. И если бы не запредельное по сложности (и прожорливое, как сволочь) эфирно-физическое воздействие и на проходящего, и на пространство рядом с кольцом, то из кольца путешественник вылетит на скорости в десяток-другой тысяч километров в час. Причём это скорее преуменьшение. Разные скорости, направление, инерция… ну, в общем ясно.
И, без эфира, на чистой физике такое телепортирование… да просто невозможно. Слишком большая энергия, слишком много факторов. То есть может и можно, но даже клетка телепортатора с кране небольшими относительными скоростями в точке финиша жрёт энергии как немаленький город. Город в день, а тратится на мгновение телепортации.
Вообще – охренительная вещь, которую я сныкаю на Кистене или Инее, и забуду. Потому что нахрен она не нужна, в обозримом будущем. Ну и ретрансляторы, как приложение к этому кольцу, которые займут своё место в спутниках наблюдения и боевых платформах Инея.
Медицинский тригинский центр: полноцнный, на четыре места, в собранном виде. Вот эта штука важная, нужная, полезная. И её тощие тут же поскакали ставить вместо старого.
И, как понятно, тощие. И всё. Никаких звиздецов смерти, и даже Досов (на который тригинцы бы посмотрели, как на боевой шагоход). Даже байков не было (а я, признаться, зуб точил).
А вот с информацией было более чем хорошо. Несколько убавивший в восторгах Дживс сообщил, что учебники были не “начальной школы и яслей” что было у него изначально, а средней школы и СПТУ, скажем так. Правда как наборы колдунских схем, так и общая направленность указывала, что это ПУ – младшего командного состава.
Но, в любом случае, очень и очень вкусно. Кстати, много было эфирной биологии. Боевой эфирной биологии, всякие конструкты на основе организмов, боевые притом. Что мою теорию об Арсенале делало фактическим фактом.
В любом случае, возвращались с поднятым настроениеем. Хотя, конечно, и меня и эфиряку “героизация ума” напрягадла. Не раз и не два я ловил на себе его оценивающий взгляд, да и он мой ловил. Кивали друг другу значительно, и продолжали зыркать. Что, к слову, правильно делали.
Провели спарринг – и через полчаса я это надругательство прервал. Не спарринг, а балет, чтоб его.
– Неприятно, блин, – отметил я. – Героизм – вещь херовая, от неё помирают. Без толку, притом. Но трусость вещь не менее херовая, партнёр. И помирают от неё не реже, а что самое поганое – не только сами.
– Довольно точное определение, сэр. Но должен отметить, что мы не трусим. А проявляем разумную осторожность, в условиях внешнего воздействия невыясненной этиологии.
– Ну охренеть теперь, какие мы разумно-осторожные, – поликовал я. – Дживс, я, понимаешь ли, капитан наёмников. И мне, как бы это без мата-то, надо быть ГОРАЗДО менее осторожным. Хоть и разумным.
– Я это понимаю, сэр. Но предлагаю подождать, хотя бы время перелёта. И есть у меня ощущения, хотя я не уверен… В общем, сэр, возможно что источник данного “излучения героизации”, как вы изящно назвали…
– Обозвал.
– Да, обозвали явление – удастся локализовать и избавиться от него.
– Хорошо бы, Дживс. Точно не вирус какой? А то, блин, наших позаражаем, убъются же бессмысленно, – озвучил я свои опасения.
– Практически гарантированно, на девяносто девять процентов – не вирус. И семьдесят процентов – привязан к материи, сэр.
– Хорошо, если так. Тогда ищи, партнёр.
– Ищу, сэр.
В общем, в Центральной мы вышли на связь с Инеем, пообщались с девчонками. У меня, признаться, от сердца отлегло – вот понимаю, что психология, причём глупая, но неспокойно было.
То есть, например, в гипере межсекторальном, или в полёте до звёздноё системы в Секторе – всё нормально. То есть, вышел, связался и никаких лишних нервов. Это при том, что время в гипере побольше и в разы бывает нашего безднового сидения.
Но вот невозможность связаться с домом в Бездне – вытрепала все нервы. Это помимо всех прочих прелестей этой замечательной системы. Хотя, с учётом этого поганого “тупящего-героизирующего” воздействия – возможно, что и оно во всём виновато, хер знает.
Но в Центральной узнали, что всё в порядке, пообщались немного, от сердца отлегло, но вот перед прыжком я призадумался.
– Дживс, а давай по быстрому заскочим на эту Центральную?
– Как пожелаете, сэр. Но если вас не затруднит, не могли бы вы обозначить причину? Насколько я понимаю, вы стремитесь на Иней, как и я, сэр.
– Стремлюсь, Дживс. С оговоркой насчёт этой бездной хрени, – понятно помотал я клешнёй над головой, на что Дживс кивнул. – Просто как-то… ну гостинцев захотелось девчонкам привезти. Не знаю, может будет что-то интересное, другой Сектор, как никак. Вот только что-то меня с этой героичностью мудацкой терзают смутные сомнения, а стоит ли высаживаться, – несколько скис я.
– Можно и не стыковаться, сэр. Удалённые заказы, а информацию я соберу вне тела. В таком случае, даже если у меня будет приступ “героизма”, сэр, беды не случится. С нами.
– С другими тоже не огонь, они нам ничего хренового не сделали. Хотя, скорее всего, просто не успели, – мудро отметил я. – Знаю я этих других, те ещё паразиты. В общем, принимается, хорошая идея партнёр.
В общем, подрулили мы к центральной, Дживс поматался по станции, нашёл несколько интересных фигней для Досов (на которые, блин, не было денег – только настроение испортил, сволочь эфирная! Немного, конечно, не всё же).
Ну и девчонкам всяких сувениров поназаказывали, груду. Что напомнило, что моё “нету денег” – это блин вкусно пожрать, стильно одеться, тепло пожить толпе народу. И на не один год, блин. Даже не мажор я стал, призадумался я. А планетарный, хех, лорд Благородного Дома. Вот прям и даже как-то оправданно всё выходит, если совсем уж разобраться.
А Дживс, уже после возвращения, заказав какой-то фигне Коте вдруг нахмурился, да и выдал:
– Сэр, срочно надо проверить! – и покинул духом обмякшее тело.
– Фигня какая-то, – озадаченно озвучил я Дживсовому телу.
Оно тупо пырилось в никуда, лупая бессмысленными глазами. И на мою реплику не отреагировало. Ну ладно, присел, жду, мысли думаю. Как вдруг произашло… ощущение.
Вот хер знает, на самом деле, что произошло. Но вот какое-то сильное нервное напряжение исчезло как-то так. То есть, пока оно было – вроде и всё нормально, есть и есть. А вот как пропало – первая же мысль: “как же охерительно стало, блин!”
И непонятно что за хрень, так что стал я всякие гадости и ужасы придумывать, чтоб не расслабляться. Но толком понапридумывать не успел: Дживс вернулся.
– Ничего не понимаю, сэр, – были его первые слова после вселения в своё посадочное тело.
– Партнёр, открою тебе страшную тайну: я вот тоже нихера не понимаю. Правда в моём случае я нихера не понимаю, потому что ты мне нихера не рассказал.
– Да, благодарю вас, сэ-э-эр, за доверие и небезынтересную информацию.
– Дживс, – кротко улыбнулся я.
– Да, сэр, сейчас попробую сформулировать, – на четверть минуты замер эфиряка, но продолжил раньше, чем получил пинка, который я примерялся этой сволочи отвесить. – Я вам говорил, сэр, что источник воздействия “героизации” не вполне локализуется, но чувствуется.