Миллион лет после нашей эры. Космическая легенда

Родители

Если бы не странное небо, можно было подумать, что это очередное испытание, и оно, как прежде, закончится встречей с родными. Неожиданное происшествие напомнило о родителях.

Алекс устал смотреть, как старшие ребята колдуют над домом, и решил побегать. Он зацепился за корень, упал и машинально вскрикнул: «Ой, мама».

– Да, сыночек, – услышал малыш в ответ родной голос. – Что случилось, дорогой?

– Мама говорит со мной! Правда! – закричал Алекс. Он подбежал к Зузу. – Попробуй ты.

– Что попробуй?

– Позови родителей!

– Мама, мамочка! – крикнула Зузу.

В ответ она услышала:

– Ну, что ты, успокойся, дорогая.

– Ты где? Ты меня слышишь? Папа!

Голоса родителей услышали все. Андрис не сразу, но все же решился сказать:

– Отец, это я.

– Да, сын.

– Разрешите доложить, у нас все нормально. Мы где-то в субтропиках… Я могу обращаться к тебе?

– Обязательно.

Родительские голоса пробуждали надежду, что ребята не одни, родители знают о том, что происходит с ними. Папы и мамы охотно отвечали на любые вопросы, но конкретных сведений про место их пребывания дать не могли.

Настин отец, большой начальник в научном институте, дома слушался жену – хрупкую женщину с покладистым характером. В сложные минуты именно ее слово было решающим. Однако про два солнца мог объяснить именно ученый отец. Он сказал, что такое случается, когда звезда с большей массой притягивает к себе другую звезду. Двойной звездой, например, является яркий Сириус.

– У нас тут тоже два солнца.

– Вполне возможно. Это нужно изучить. Самое главное – есть условия для жизни, это обнадеживает.

Нужно было обустраиваться.

Андрис сначала хотел строить дом из того, что было вокруг, им не привыкать, но Аргон и Мишель решили использовать технические возможности корабля. Перед вылетом Дедуля, объясняя устройство звездолета, особое внимание обратил на то, что в нем заложены скорее возможности, чем готовые решения. Трудно предсказать, в каких условиях они окажутся. Поэтому без самостоятельных решений и подсказок было не обойтись. Аргон не ожидал, что его родители способны на основательные консультации. Да, отец был строителем. После рождения сына, а затем сестренок-двойняшек, он сам сделал пристрой к их земному дому, где кроме них жили бабушка с дедушкой и даже прабабушка. Но отец имел дело с земными строительными материалами, которые не возьмешь с собой и не сделаешь без специальной техники. Мама вообще экономист. Такое впечатление, что вместе с ними на помощь Аргону собрался большой земной совет.

Верх корабля оказалось возможным превратить в надежную крышу. Стены создавались электромагнитным полем, способным защитить от любой непогоды. Капсулы служили кроватями с регулируемым тепловым режимом, автономным светом. Их можно было использовать и как диваны, перемещать в любое место. Трансформация электронных стен оказалась увлекательным развлечением: хочешь – вот тебе старинный замок, или даже пасть кита, или панорамный кинотеатр. Когда дом был готов, Искра и Ю Цзи захотели украсить его снаружи вьющимися растениями, благо их было в изобилии.

В первую ночь стены превратили в весенний сад с распускающимися листиками и цветами. Это напоминало о родных пейзажах Дом сделали вовремя, только закончили – зарядил продолжительный ливень.

Возникла проблема, чем заняться. Оксана приобщила Зузу к воспитанию кукол, похожих на внеземных жителей, с живой мимикой. Если необычных учеников хвалишь, их лица расцветают в улыбке, ругаешь – готовы заплакать. Таких внимательных и чутких учеников не было ни у одного педагога на свете. Это был результат обожания Оксаны Аргоном, который до отлета при каждой встрече дарил ей новых учеников и учениц. Зузу, с темными волосами на пробор, выглядела как старшая сестра куклам и охотно наставляла их земным правилам. Специальный урок Оксана посвятила тому, как не грустить одним без родителей. Алекс, посмотрев на игру девочек, сказал, что тоже готов пойти в ученики, уверяя, что будет не менее послушным, чем кукольные воспитанники. Это было бы сродни подвигу, потому что он не мог усидеть спокойно, как будто находился в нескольких местах сразу. «Как электрон в атоме», – пояснил Мишель.

Мальчики, раздевшись до плавок и трусов, чтобы не промокнуть, бегали к ручью за водой. Для еды пока пришлось использовать биомассу в тюбиках, хотя Искра в редкие просветы делала набеги в поисках съедобных растений и плодов. Еще, взяв в помощницы Ю Цзи, она начала выращивать рассаду пшеницы, риса и гречихи, обнаруженные в земном запасе. Мишель занялся продумыванием техники, которую возможно построить своими силами. Полушутя он признался, что чувствует себя без взрослых как его кумир Леонардо да Винчи. Ученый эпохи Возрождения с опережением на сто-двести лет изобрел летательные аппараты, парашют, самодвижущуюся повозку, подводную лодку, скафандр, роботов, танк, что-то вроде пулемета из мушкетов. Им с Аргоном придется проявить не меньше изобретательности и смекалки, потому что земную технику здесь не скопируешь.

– Леонардо ты наш, – ласково сказала Искра, погладив локоны Мишеля.

Ее слова встретили одобрительным смехом. С этих пор Мишеля не называли иначе.

Когда нечем было заняться, смотрели фильмы, обнаруженные в памяти компьютера. И рассказывали истории, как когда-то у таежного костра.

– Я была маленькой, а мой братик Стася еще меньше, —вспомнила Искра. – Однажды мы остались одни дома. Стася стал строгать ножом палку, чтобы сделать из нее стрелу, порезался, густая кровь потекла из пальца. Думаете, что было дальше?

– Ты как следует перевязала рану, – предположил Леонардо.

– Вовсе нет, – засмеялась. Искра, и, застеснявшись, прикрыла рот ладошкой. – У меня в глазах потемнела, я на мгновение потеряла сознание от вида крови. Просто грохнулась на пол. Когда пришла в себя, братик все стоял, и кровь продолжала литься из пальца. Я тогда еще не знала, что надо делать. Взгляд упал на растение на подоконнике под названием алоэ. Мама говорила, что оно лечит раны. Я отломила кусочек, содрала с него кожицу, выступила липкая зеленая жидкость. Я приложила растение к ране. Кровь остановилась. У Стаси прошел страх, и он заплакал, Я вместе с ним. Когда мама пришла и узнала, что случилось, она плакала и смеялась одновременно. Оказывается, так бывает от переживаний. Потом мама взялась за мое обучение, что надо делать в опасных ситуациях.

Искра промолчала о том, что с тех пор ей хотелось всех лечить и знать про свойства целебных растений. Не всегда под рукой бывают лекарства.

Настя вспомнила, как переживала истории из прошлого, словно они ее близко касаются, происходят с ней сейчас.

– Я читала про детство спартанцев, и мне хотелось стать мальчиком, чтобы как они пройти испытание лишениями. Часто вспоминают про маленького спартанца, с которым беседовал взрослый, когда у него под рубахой был лисенок. Он не показывал боли, хотя зверек выедал у него внутренности. Страшно, правда? Может это и легенда, но историки хотели подчеркнуть необыкновенную стойкость спартанцев, которая делала их непобедимыми воинами. Я не знала, как испытать себя. Натолкнулась на историю о Муции Сцеволе, римлянине, доказавшем силу воли и преданность, сунув руку в огонь. Вот и я зажгла свечу, поставила ладонь над пламенем и держала. Кожа вздулась, и я не знала, как избавиться от боли.

– Надо было смазать облепиховым маслом, – машинально сказала Искра, которая морщилась от ощущения чужих переживаний.

– Я не знала, и смазала сливочным маслом, – улыбнулась Настя.

– Вот это да! – откликнулся Алекс. – Надо попробовать.

– Я тебе попробую, – строго сказала Оксана. Она чувствовала ответственность за маленьких, особенно неугомонного Алекса.

Настя ничего не рассказала о своих исторических испытаниях родителям, но мама догадалась, обнаружив ожог. Она внимательно посмотрела на дочь, будто видела ее впервые.

– Джордана Бруно и Жанну де Арк сожгли на костре. Ты тоже хочешь испытать это?

– Не знаю, – растерялась Настя.

– История существует для того, чтобы учиться на чужом опыте, избегать ошибок, вступать в диалог с умными людьми прошлого, даже если их отделяют тысячелетия. Разве этого мало?

Торн понимал, что неудобно все время отмалчиваться. Во время рассказов девочек он перебирал в памяти события своей жизни, в поисках забавного. Остановился на истории про первые рисунки. В тот день он остановился перед монотонно синей стеной ванной комнаты и понял, что можно сделать ее красивой. На глаза попали толстые цветные фломастеры – то, что надо. Он вдохновенно стал разрисовывать стену линиями разных цветов и очень гордился работой.

– Здорово тебе влетело? – с сочувствием спросил Андрис.

– Нисколько.

На мамином лице, конечно, не было радости, но она похвалила его за старания. Каракули не стали стирать. Только сейчас, вспоминая об этом, Торн в полной мере оценил родительское понимание и терпимость. Если бы его наказали, то, может быть, он бы не рисовал больше. Прошло время, пока он понял красоту того, что его окружает, взял масляные краски. Поверх детских каракулей появились море и маленький двухмачтовый парусник, плывущий издалека.

Воспоминание о маме наполнило Торна теплом. Так бывает, когда приходишь с мороза, и кожа болезненно отогревается. От этого хотелось плакать как маленькому. И от горького предчувствия, что они с мамой больше не встретятся. В детстве, чтобы не так горько было расставаться, он хранил платок с запахом ее духов, а сейчас даже его не было. Он решил, что обязательно напишет балладу о мамином платке. Когда-нибудь.

Дождь прошел так же неожиданно, как и начался. Искра и Ю Цзи посадили рассаду в землю. Зузу помогала им, Алекс вертелся за компанию. Злаки росли удивительно быстро, благодаря климату и органическим добавкам. В последних не было недостатка благодаря биотуалету, который даже ненужный мусор перерабатывал в удобрения.

Алекс неожиданно взбунтовался:

– А разве обязательно в туалет? Проще так…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.