Рик Саттор. Мальчик из другой эпохи
- -
- 100%
- +
– Что будете делать, когда вернетесь на Землю? – полюбопытствовал Романов.
– Возьму отпуск, будем гулять по империи, изучать язык, привыкать к новой жизни, – ответил Саттор. – Рик в том возрасте, когда сознание открыто для новой информации, просто надо давать ему ее порционно. Справимся. Потом, когда он будет готов, отправлю его в кадетский корпус.
– В кадетский корпус? – удивился Алекс. – Почему туда?
– Я по земле хожу меньше, чем по палубе своего линкора. Большую часть года провожу в космосе – с кем я оставлю мальчика? А там у него будет общение со сверстниками. Заведет друзей, получит образование, профессию. Хочу отправить его к Лосеву в Третью Космическую Академию. Там и кадетский корпус, и академия следом. Выйдет оттуда офицером Его Величества. Да и места там хорошие, и мой дом тоже недалеко. Мальчику должно понравиться. Ну, хватит. – Саттор несильно ударил ладонью по столу. – Довольно лирики, переходим к делу. Рассказывай теперь ты.
Раздался вежливый стук в дверь. Романов разрешил войти, и в каюте появился робот-адъютант. Он подошел к столу, остановился рядом с Риком, и мальчик, тихо пискнув, словно мышонок, слетел со стула. Он метнулся к Саттору, сам забрался к полковнику на колени и вцепился пальцами в край стола. Мужчины переглянулись. Алекс, хмыкнув, велел роботу:
– Оставь поднос и можешь быть свободен. Если понадобишься, я тебя вызову.
– Слушаюсь, коммандер, – бесцветно отозвался адъютант и снова покинул каюту.
Подполковник сам выставил перед Риком чашку с горячим чаем, тарелку, где были красиво разложены печенье и шоколадные конфеты.
– Не скромничай, парень, – подмигнул коммандер Романов и вернулся на свое место. Затем перевел взгляд на Саттора. – Георг, не возражаешь, если мне скопируют твою программу-переводчик? Хочется понимать, о чем говорит Рик.
Полковник пожал плечами. Он слегка отклонил мальчика, чтобы тот обратил на него внимание:
– Рик, Алекс тоже хочет разговаривать с тобой. Я ненадолго отдам ему свой наушник, чтобы умники с базы сделали ему такой же. Твой переводчик остается с тобой, тебе его снимать больше не надо.
– Хорошо, – кивнул младший Саттор и несмело потянулся к конфетам. Он уже дотронулся до красивой шуршащей обертки, но вдруг испугался и отдернул руку, бросив вороватый взгляд на второго коммандера.
Романов снова улыбнулся, перегнулся через стол и подвинул тарелку ближе к мальчику.
– Это всё для тебя, Рик, – сказал мужчина.
– Бери смело, – произнес Георг. Мальчик, получив одобрение, расслабился и сгреб с тарелки сразу две конфеты.
Рик уже ел похожее лакомство на линкоре – правда, всего один раз, но Грорг обещал, что на Земле у него будет много сладостей.
– Мы слишком давно в космосе, малыш, потому на борту осталось, в основном, только самое необходимое для питания экипажа, – пояснил полковник.
И сейчас мальчик с удовольствием засунул в рот свою добычу, издав удовлетворенный вздох. Но стук в дверь каюты, а после мерный звук шагов вынудили его обернуться. Рик округлил глаза и отчаянно закашлялся. Повинуясь бесшумному зову подполковника, вернулся его адъютант.
– Отнеси это к лингвистам, пусть скопируют программу и подготовят для меня переводчик, – приказал второй коммандер. – Как будет готово, принеси оба наушника.
Рик, всё еще продолжая покашливать, опустил взгляд себе на руки и не поднимал его, пока адъютант не ушел выполнять приказание. Напряжение мальчика было слишком явным, чтобы не заметить его.
– Н-да, – проговорил Саттор, осторожно обтирая рот приемного сына салфеткой, – кажется, к роботам нам придется долго привыкать. Начнем с простейших.
– Я не хочу привыкать, – испуганно воскликнул мальчик, но Грорг указал на свое ухо, где уже не было наушника, и Рик нервно заерзал.
– Малыш, я рядом и никому не позволю тебя обидеть, – мягко произнес Саттор. – Разберись с этой кучей сладостей, покажи ей, кто тут настоящий мужик с бездонным брюхом, а мы пока поговорим с Алексом.
– Робот больше сюда не зайдет, – поддержал Романов. – Когда он принесет наушники, я сам к нему выйду. Согласен?
Мальчик кивнул, еще какое-то время сидел, боязливо оборачиваясь к двери, но негромкое звучание мужских голосов подействовало на него успокаивающе, и вскоре Рик, протяжно вздохнув, взялся за нелегкое дело уничтожения сладостей. Коммандеры едва заметно улыбнулись и продолжили беседу.
– Значит, они все-таки решились напасть, – усмехнулся полковник.
– Да, – кивнул Романов. – Яйцеголовые спать спокойно не могут, пока Талея находится под властью ящеров. Гальарцы и панги рвут несчастную планетку на части, уже не зная, что еще выдумать, чтобы присвоить себе Талею, и только талеяне остаются жертвами этой бесконечной свары. Однажды аборигены взбунтуются, и тогда начнется мясорубка.
– Но пока терпят, – отметил Саттор.
– Пока да. В их интересах иметь щит, и они выбрали ящеров. Эти хотя бы не имеют таких аппетитов, как Гальар. Сейчас у них идут очередные переговоры. Мы здесь, как гаранты мира. В общем-то, просто торчим над планетой, и вся работа. Не понимаю, зачем жаба Янсон пригнал вас сюда.
– Чтобы не скучали, – усмехнулся Георг. – Заботливый… гнида. Какой будет наша задача?
– Висеть вместе с нами над планетой, пока яйцеголовые не уберутся восвояси, – ответил Романов. – На стороне пангов выступил Стронн. У Гальара посредников нет. Мы – нейтральная сторона. Что-то вроде миротворцев с пушками. Если начнется заварушка, должны прекратить атаку нападающей стороны. Это официально. Неофициально – начистить хлебало гальарцам. Нас призвал Стронн, Стронн на стороне пангов, и мы, следовательно, тоже.
– Но негласно, – кивнул Саттор. – Мы вписываемся в план боевых действий, или пришлось перерабатывать схему?
– Я не буду задействовать вас, – ответил подполковник. – Панги, Стронн и мои силы – этого вполне достаточно против армады с Гальара. Вы уже достаточно повоевали за эти месяцы – отдыхайте.
– Значит, наша задача – ждать приказа, – уточнил полковник.
– Да. В случае необходимости я подключу вас, но вряд ли даже наглости яйцеголовых хватит на нападение. Они и на переговоры-то пошли, потому что их прижали. На Талее сейчас находится наш представитель, как независимая сторона. Если гальарцы начнут боевые действия, они бросят вызов и Стронну, и Гее. А у них не настолько много союзников, чтобы навлекать на себя гнев Альянса. Это все-таки уже не колония на окраинной планетке – это союз семи галактик. Так что всё пройдет спокойно.
– Да, я тоже так думаю, – согласно кивнул Саттор. – Гальарцы хапуги, но не идиоты.
Полковник перевел взгляд на мальчика, допивавшего чай. Рик поставил чашку на блюдце, вытер губы тыльной стороной ладони и сыто вздохнул.
– Рикьярд с поставленной задачей справился, – негромко рассмеялся Алекс, проследивший направление взгляда коммандера.
В это мгновение раздался стук в дверь, и благодушное выражение слетело с лица Рика. Он прижался спиной к груди полковника и зажмурился. Но адъютант не появился. Романов, как и обещал, сам направился к двери, забрал наушники и вернулся назад, уже успев надеть на ухо переводчик. После передал Саттору его наушник, уселся на прежнее место и снова подмигнул Рику.
– Скажи что-нибудь, – попросил он.
– Он ушел? – спросил мальчик, так и не открыв глаз.
– Ушел, – ответил подполковник. – Эдвард без позволения не войдет, не волнуйся.
– Честно? – уточнил Рик, приоткрыв один глаз.
– Чтоб я сдох, – заверил Романов и рассмеялся.
Саттор усмехнулся, наблюдая за приемным сыном и старым знакомым. Затем вновь заговорил с подполковником:
– Алекс, позволишь посмотреть на твой план боевых действий? Это не недоверие…
– Мне было бы интересно услышать твое мнение, – улыбнулся Романов и снова взглянул на мальчика: – Рик, хочешь посмотреть на Гею?
– Грорг уже показывал мне живые картинки, – важно ответил младший Саттор.
– То, что есть у меня, ты еще не видел, – заверил Алекс. – Пересядь на свой стул, и я кое-что покажу тебе.
– Нужно взглянуть: возможно, у Алекса есть что-то очень интересное, – произнес Георг. – Мы будем сидеть здесь, и Эдвард в каюту не войдет.
– Обещаешь? – обернулся на него мальчик, доверчиво посмотрев на Саттора.
– Клянусь, – серьезно ответил тот.
– Хорошо, – кивнул Рик и позволил снять себя с колен коммандера. Затем перебрался на стул, на котором сидел прежде и велел подполковнику: – Показывай.
– Слушаюсь! – козырнул Романов, уже поднявшийся со стула. Его глаза весело блеснули.
Подполковник отошел куда-то за спину Рика, но быстро вернулся, неся в руке уже знакомый младшему Саттору коммуникатор. Алекс поставил его на стол, активировал визуал и, вернувшись на свое место, возобновил разговор с Георгом. Мальчик покосился на них, но быстро потерял интерес к скучной беседе двух мужчин, рассматривавших совсем другое изображение. Рик вернулся к «живым картинкам».
Он увидел деревья. Они росли прямо посреди каюты, и казалось, что можно встать со стула, сделать несколько шагов, и ты окажешься в осеннем лесу. Ковер из желтых листьев уже покрывал землю, но трава еще не пожухла и выглядывала из слоя осеннего золота упрямыми зелеными перышками. Сквозь макушки деревьев можно было рассмотреть голубое небо и облака, неспешно ползущие друг за другом. Ветер шуршал листвой, еще росшей на могучих сучьях, срывал отдельные листья, и они летели к земле, прямо к маленькой девочке, кружившейся посреди осеннего дня, навсегда оставшегося в памяти коммуникатора Алекса Романова.
Девочка была значительно младше Рика. Ее рыжеватые волосы были собраны в хвостики, и они летели вслед за своей хозяйкой. Девочка всё кружилась и кружилась, раскинув руки и подняв личико к небу. Наконец, ее ножки запутались, и она со смехом упала на землю.
– Ильса! – воскликнул голос невидимой женщины.
– Мне не больно, мамочка! – закричала в ответ девочка. Поднялась на ноги, зацепив опавшие листья, и подкинула их вверх, снова задорно рассмеявшись.
– Ильса, – позвала невидимая женщина, – смотри.
Девочка остановилась, взглянула в сторону и подпрыгнула на месте, завопив:
– Папа! Папочка!
Словно из воздуха появился Алекс Романов, одетый в одежду, совсем не похожую на его форму. Он присел, протянул к дочери руки, и она, сорвавшись с места, с визгом бросилась к отцу. Он поймал девочку, поднял на руки и звонко поцеловал в щеку. Дочь снова раскинула руки и выкрикнула:
– Хорошо!
Отец рассмеялся, глядя на нее, а прямо перед Риком появилась женщина, невидимая до этого. Он даже обернулся, чтобы посмотреть себе за спину, но там была всё та же каюта и никакого леса. Мальчик снова посмотрел на изображение. У женщины были такие же рыжеватые волосы, как у дочери, но глаза голубые, как небо над их головами. Изображение счастливой семьи стало ближе, и Рик увидел, что у Ильсы глаза зеленые, как у подполковника. Алекс опустил дочь на землю, сжал ее ладошку, другой рукой обнял женщину за плечи. Все трое направились в сторону деревьев, и… лес исчез.
– Какая большая уже, – услышал Рик и обернулся к Саттору.
Он смотрел туда, где только что был лес и семья, счастье которой угадывалось даже через запись.
– Три года, – улыбнулся Алекс, закрыв коммуникатор. – Смешная девчонка.
– Иль-са, – произнес Рик.
– Да, Ильса, – хмыкнул Романов, затем посмотрел на Саттора: – И что скажешь?
– Мне нравится твоя схема, – ответил Георг, поднимаясь со стула. – Мы возвращаемся на линкор.
– Я провожу вас, – подполковник поднялся следом. – Только подождите немного: уберу роботов с этого уровня.
– Отличная идея, – одобрил Саттор.
Обратно Рик шел на своих двоих, держа полковника за руку и с опаской вглядываясь в лица встречных людей, но это действительно были всего лишь люди. «Мертвецы» исчезли. У стыковочного шлюза мужчины пожали друг другу руки, перебросились напоследок несколькими фразами, и Георг поднял мальчика на руки. Он уже сделал несколько шагов, но коммандер вдруг обернулся:
– Алекс, можно попросить тебя об одолжении?
– Конечно, – с готовностью кивнул тот.
– Пришли на линкор еще сладостей – мальчишке они пришлись по вкусу, а у меня на борту шаром покати.
– Непременно, – пообещал Романов. После помахал мальчику: – Рад был познакомиться с тобой, Рикьярд.
– Я – Рик, – проворчал мальчик, подумал и добавил: – А боботы страшные.
Глава 3
Ему снился сон. Странный, причудливый. Осенний лес, залитый солнечными лучами, сверкал золотыми листьями, переливался небесной лазурью. Деревья шептались, и если вслушаться, то можно было разобрать в тихом шелесте слова песни. Листья срывались с веток и падали, кружась в такт чарующему пению. Они плавно опускались на землю, укрывали ее золотым покровом. А посреди этой сказочной красоты кружилась, раскинув руки в стороны, женщина в длинном темно-сером платье. Она подняла лицо к небу, и на губах ее застыла счастливая улыбка.
– Мама, – позвал Рик. – Мама.
Женщина рассмеялась, весело и озорно. Она присела на корточки и протянула к мальчику руки. За ее спиной послышалось шуршание шагов по ковру из листвы. Рик увидел отца. Рядом с ним шагал старший брат, он нес их сестренку, почему-то очень похожую на девочку со странным именем – Ильса. Отец и брат с сестрой на руках подошли к матери, всё еще звавшей Рика, и посмотрели на него.
И вдруг жуткий гул разорвал умиротворение сказочного леса. Деревья затрещали и повалились, словно их ломал великан. Небо померкло, и золото листвы почернело, скукожилось и осыпалось прямо на глазах. Семья Рика по-прежнему смотрела на него, словно они не слышали гула и треска, словно не замечали, что листья превратились в черный снег.
– Мама! – закричал мальчик, когда из-за их спин показался огромный робот.
Глаза его пылали жутким пламенем, но лицо оставалось неподвижным, мертвым. Робот опустил взгляд на четырех человек, и огонь из глаз обрушился вниз, в одно мгновение охватив и лес, и землю, и семью Рика…
– Нет!!!
Он порывисто сел на койке и распахнул глаза. Лицо мальчика было мокрым от слез, тело влажным от неприятного липкого пота. Рик всхлипнул:
– Мама…
Но никто не отозвался. Постепенно сознание мальчика прояснилось, он огляделся. Грорга, который всегда приходил, когда Рику снились страшные сны, в каюте не было. Младший Саттор вытер слезы, откинул одеяло и спрыгнул с койки. Босые ступни шлепнули по прохладному полу.
– Грорг, – на всякий случай позвал мальчик, но ответа по-прежнему не последовало. Он был один.
Осадок от сна всё еще тревожил Рика. Он зябко поежился, переступив с ноги на ногу. Затем тряхнул головой, поджал губы и решительно пошлепал в душевую. Сам активировал подачу воды, как это делал Грорг, умылся и направился к своей одежде. На столе стоял поднос с завтраком и тарелочкой с конфетами, которые прислал Алекс Романов, но Рик прошел мимо, деловито накинув на плечи лямки от штанов. Один бахил сполз, и мальчик, ворча, подтянул его, закрепил заново, а затем удовлетворенно вздохнул. Дальше путь маленького воина лежал к выходу из каюты. Мальчик уже дошел до двери, однако все-таки вернулся к столу, стянул одну конфету. Сунул ее в рот и снова вернулся к двери. Некоторое время сопел, рассматривая панель, управлявшую дверью, подпрыгнул, шлепнул по ней и довольно осклабился, глядя на то, как выход в коридор открылся.
Рик почти вышел из каюты, но вновь вернулся, сунул в карман еще две конфеты и побежал к двери, уже закрывшей выход наполовину. Проскользнул в коридор, пошмыгал носом и уверенно направился в сторону рубки. Этот путь мальчик выучил на отлично. Неожиданно послышался быстрый топот ног. Рик обернулся, чтобы посмотреть, кто бежит за ним, и узнал Андреаса Ли.
– Рик? Что ты тут делаешь? – спросил первый помощник, остановившись рядом с ребенком.
– Ищу Грорга, – ответил тот.
Майор оглянулся на дверь командирской каюты, чертыхнулся и взял Рика за руку.
– Шевели ногами, парень, – велел Андреас, снова ускоряя шаг.
– Почему мы бежим? – спросил мальчик, быстро перебирая ногами.
– Чертовы гальарцы, – буркнул Ли, больше ничего не объясняя.
– А где Грорг?
– В рубке.
Больше вопросов Рик не задавал. Когда они добежали до рубки управления, Андреас пропустил вперед мальчика, и тот сразу бросился к коммандеру, застывшему перед визуалом. Рик остановился, не добежав пару шагов, и уставился изумленным взглядом широко раскрытых глаз на черноту, в которой застыли космические корабли. Они были разные. Большие повисли в отдалении, но перед ними в несколько рядов выстроились корабли поменьше. Хищные силуэты нацелились на коммандера и замершего за ним мальчика. Рик судорожно вздохнул и несмело приблизился к Саттору.
– Флот Траора, – произнес Георг. – Какого черта они приперлись сюда? – Он повел рукой в сторону, и армада сместилась влево. Саттор потянул на себя черноту, и масштаб увеличился еще больше, открыв другие корабли. – Агатай-чи. Какого черта происходит?
– Коммандер, подполковник Романов на связи, – доложила девушка-связистка, заступившая сегодня на вахту.
Саттор развернулся и едва не споткнулся о мальчика, стоявшего рядом.
– Рик! – воскликнул полковник, так и не заметивший появления приемного сына. – Ты откуда тут?
– Я привел, – отозвался Ли. – Шел в рубку.
– Ты сумел открыть дверь? – улыбнулся Георг, провел рукой по взъерошенным волосам Рика, подмигнул ему и подошел к связистке. – Я слушаю вас, господин подполковник.
– Коммандер, – голос Романова был сух и официален, – ситуация изменилась. Гальар вошел в состав Союза независимых планет, организованный Траором. Союзные силы выступили против Альянса, об этом гальарцы объявили сегодня утром на переговорах. Представитель Геи уже прибыл на борт «Славы императора». Сейчас союзники ждут окончательного решения пангов. Если ответ будет отрицательным, начнется атака. Стронн активизирует свои силы, панги уже связались с родной планетой. До подхода вспомогательных сил Альянса мы выступаем в качестве щита. Первый удар будет по нам, Георг, – тон Алекса смягчился. – Основная ударная волна наших истребителей пойдет на Траорский флот. Выведем их из боя – Агатай-чи отойдут. Гальар один сражаться не будет. Ты опытный командир, и команда на «Свирепом» прошла не одно сражение – я не буду привязывать вас к общей атаке. Наименьшее распределение союзных сил на левом фланге. Я отдаю его тебе на растерзание. Действуйте по своему усмотрению, коммандер, но держите меня в курсе событий, – подполковник вернул в голос прежнюю отстраненность.
– Вас понял, коммандер, – ответил Саттор.
– Будьте наготове. Сигнал к атаке – команда «Старт».
– Вас понял, – повторил полковник. Связь со станцией прервалась. Саттор задумчиво потер подбородок и произнес больше для себя: – Значит, Талея была всего лишь предлогом, и переговоры оказались нужны лишь для того, чтобы союзники успели подойти.
– Угу, – промычал Ли. – Мы прикрываем пангов, Союз – гальарцев, а повод для боевых действий состряпать несложно – притеснение союзной планеты.
– Угу, – теперь промычал Саттор и встряхнулся: – К барьеру. Связь с подразделениями.
Рик стоял, раскрыв рот, и следил за своим Гроргом, вдруг ставшим таким, что невольно хотелось склониться перед ним, совсем как перед хозяином земель, на которых располагалась его деревня. Коммандер стоял, заложив руки за спину, и всматривался в разворачивающийся перед ним экран, на котором, словно соты в улье, зажигались окошки. Мальчик шмыгнул носом, разглядывая ровные шеренги, спешно построившиеся, как только активировалась связь с рубкой.
– Слава Гее и ее императору, – произнес Саттор.
– Слава! – одновременно гаркнул личный состав, приложив правую руку к сердцу.
Коммандер оглядел строгим взглядом подразделения и заговорил:
– Союз независимых планет выступил против сил Альянса. Мы с вами должны сдержать натиск до подхода наших союзников. И пусть мы находимся в космосе, но за нами Талея и ее жители, непричастные к бойне, которую собирается устроить объединенный флот противника. Мы обязаны отбить атаку, потому что это только начало войны, и дальше Союз независимых планет пойдет на наши галактики. Их больше, но нам не привыкать драть задницы превосходящим нас силам – справимся и в этот раз. Я верю в вас, сыны и дочери Геи! А теперь от любовных признаний к делу. Развернуть демонстрационные экраны. – Саттор подождал несколько секунд и продолжил: – Перед вами наш сектор атаки. Подразделения К-1 и К-2, выступаете первой волной.
– Есть, – ответ прозвучал ровно.
– Ой, – Рик узнал «боботов» и юркнул за коммандера, но выглянул из-за него и продолжал рассматривать шеренги военных.
Полковник продолжал ставить боевую задачу. Подразделения слушали, отзываясь одним-единственным словом: «Есть».
– По местам! – чеканно произнес Саттор. – Готовность один.
– Есть! – слаженно произнесли пилоты, корабельные артиллеристы, техническая служба, медицинская, роботы.
И всё пришло в движение. Пилоты бросились к своим машинам, и соты исчезли, но понеслись доклады по местной связи:
– К-1 к вылету готовы.
– К-2 к вылету готовы.
– «Фениксы» к вылету готовы.
– «Тени» к вылету готовы.
– «Самураи» к вылету готовы.
– Технический отсек, – вызвал коммандер. – Не слышу доклада.
– Технический отсек докладывает. Все системы в рабочем состоянии и готовы к боевым действиям.
– Доклад принят.
Рик слушал все эти странные слова, и они казались ему заклинаниями. А еще вдруг стало страшно, потому что мальчик осознал, что сказал Грорг. «Война» – страшное и невероятно притягательное слово для воина. Когда-то отец говорил им с братом, что для воина нет больше доблести, чем поднять свой меч на врага. А еще говорил, что война может обогатить, и воины возвращаются домой с дорогими дарами. Рик тогда мечтал, чтобы началась война, и он смог принести матери бусы из красного камня, какие ей понравились на ярмарке. Но сейчас не было ни матери, ни бус, ни даже его родной планеты. И тогда мальчик вспомнил другие слова отца: «Умереть в сражении – благодать. Боги встречают погибших воинов с почетом и великой милостью». Младший Саттор утер нос тыльной стороной ладони и приосанился.
– Боги будут с нами, – важно сказал он.
– Отлично сказано, Рик, – отозвался майор Ли. – С нами Вселенная и все ее боги.
– Мы обречены на победу, – хмыкнул весельчак Петр, сегодня снова сидевший на месте второго пилота.
– Закрыли рты! – гаркнул Саттор. – Как суждено, так и будет. Не будем раньше времени праздновать, это может отпугнуть удачу. Но ты прав, сынок, боги просто обязаны быть с нами, потому что не мы развязываем бойню.
В рубке воцарилось недолгое молчание, и в эту тишину ворвался голос Романова:
– Всем кораблям команда «Старт».
– «Свирепый» команду принял, – тут же произнесла связистка, и коммандер потер ладони:
– Экипажу «Свирепого» команда «Старт». Во славу нашей планеты! К-1 к выполнению боевой задачи приступить.
– Есть, – ответил безэмоциональный голос.
– Понеслось, – сказал Ли за спиной Рика. – Ни пуха.
– К черту, – не оглядываясь, бросил Саттор, и вновь понеслись его команды: – Развернуть визуал сектора атаки. Сражение при Талее началось.
Рик, повертев головой и не найдя ничего более интересного, достал из кармана одну из прихваченных конфет и вернулся к черному окну космоса, за которым вновь появились чужие корабли – маленькие, с вытянутыми назад острыми крыльями. Они пришли в движение и теперь мчались на линкор. Один из кораблей приблизился настолько, что мальчику показалось: он сейчас залетит прямо в рубку. Рик зажмурился и вскрикнул, когда чьи-то руки подхватили его.
– Это всего лишь я, сынок, – голос Георга Саттора мгновенно успокоил ребенка. Коммандер усадил мальчика на свое кресло и привычно встрепал волосы. – Посиди пока здесь, малыш. Не страшно?
– Он сейчас залетит к нам? – спросил Рик, указывая пальцем на чужой корабль.
Полковник улыбнулся:
– Нет, сынок, он далеко от нас – это просто кажется, что близко. Сейчас я изменю масштаб, и мы сможем увидеть наших парней. Если будет страшно, скажи, и тебя проводят в каюту. Всё, малыш, у меня больше нет времени.
Саттор еще раз улыбнулся Рику и вернулся к визуалу, коротко бросив:
– Активировать сенсор.
– Сенсор активирован, коммандер.
Полковник раскинул руки, словно дирижер, визуализация отозвалась слабым всполохом, и изображение, послушное ладоням Саттора, стремительно отдалилось, унося с собой и корабли Траора.
– Ух, – восторженно выдохнул Рик, сунул руку в карман за второй конфетой, но подумал, что это последняя, и, вздохнув с сожалением, сложил ладони на коленях, продолжая следить за коммандером.
Тот вытянул правую руку вперед, еще больше отдаляя корабли противника. Левая ладонь сделала короткое движение вверх, и черную пустоту заполнило изображение других кораблей, узких и вытянутых, словно наконечники стрел. По их корпусу пробегали дорожкой опознавательные огоньки, и в блеклом свете Рик увидел герб Геи, который ему как-то показывал Грорг.