Рик Саттор. Во славу Империи

Глава 9

Вечер опустился на Демос. Небо, недавно еще ярко-голубое, стало насыщенным синим, но не везде. На востоке синь потемнела, всё более переходя в чернильный цвет, предвещая скорое наступление тьмы. А вот на западе царствовал малиновый цвет, где-то далеко-далеко растянувшийся в тонкую розовую дымку, через которую еще были видны блики золота. Невероятная по красоте картина.

– Очуметь, – произнес себе под нос майор Саттор, глядевший на безумие красок из кабины маленького самолета-спасателя вроде «Синички», на которой курсантов обучали подниматься в воздух.

Когда Рик сел в этот самолетик, он испытал нечто сродни щемящей нежности, вдруг вспомнив далекие годы своего обучения. Тогда, впервые оказавшись в кресле пилота, готовый поднять машину с аэродрома, он чувствовал священный трепет. Он и сейчас помнил, как несмело коснулся панели управления кончиками пальцев, знакомясь с учебным аппаратом. Как перехватило дыхание, когда прозвучала команда: «Курсант Саттор, на взлет». Наверное, хуже, чем в тот первый раз, Рик никогда не взлетал – волнение сказалось больше неопытности. Сам маневр был отработан на симуляторе до автоматизма, а вот внутренний мандраж подвел. Брато потом покровительственно хлопал друга по плечу: «Еще всё получится, сынок». Егор тот первый раз отлетал лучше.

Рик усмехнулся, вспоминая самодовольную физиономию закадычного дружка, и заложил над гарнизоном еще один круг, желая насладиться видом заката. А затем пошел на посадку. На астродроме его ждал Колаш. Он вернулся раньше Рика.

– Какого черта ты там вальсируешь? – спросил Макс, как только майор отошел от самолета, оставив его на попечение техников.

– Красиво, – ответил Рик, бросив взгляд на небо.

Он открыто улыбнулся, и капитан покачал головой:

– Романтик, мать твою. Как слетал?

– Давай у Чоу, чтобы сто раз не рассказывать, – сказал Саттор. – Я же терплю, и ты терпи. Боги любят стойких.

– Где только нашел этих привередливых богов? – проворчал Макс.

– Нормальные боги, – пожал плечом Рик. – Обычные такие. Божественные.

– Н-да-а, – протянул Колаш и покрутил пальцем у виска.

Саттор усмехнулся, но ничего не ответил. Он ощущал умиротворение. Суточная осада полковника увенчалась, наконец, успехом: он дал добро на вылет. В отличие от беспилотника, люди отправились не по заведомо определенному курсу. Колаш летал над северным полушарием, Саттор – над южным. Это была разведка, и данные, полученные в результате нее, еще предстояло просмотреть. И все-таки это уже был результат. Дело сдвинулось с мертвой точки.

И всё благодаря одичалым. Поездка не была бессмысленной. Именно те крохи информации, что дал землянам Аг Трэо, заставили Чоу высунуть нос из норы. Шакалы бродили по Демосу, они подошли даже к гарнизону с той стороны, с которой их не ждали, а это уже заставляло тревожиться всерьез. Больше полковник не мог отмахиваться от слов Саттора и ждать развития событий, прячась за силовым барьером. Пора было начинать действовать.

– Ну, хоть увидел что-нибудь интересное? – не выдержал Колаш, когда они еще только подходили к зданию Штаба.

– Ни черта не увидел. Нужно смотреть данные, – все-таки ответил Рик. – А ты?

– Может, что-то увидел, – произнес Макс, напустив на себя таинственности.

Майор остановился и развернулся к приятелю:

– И?

– Боги любят стойких, – отомстил Саттору капитан и вошел в дверь. – Я терпел, теперь ты потерпи.

– Злопамятный гаденыш, – усмехнулся Рик и поспешил за Колашем.

Бернарда Чоу не оказалось на месте. Капитан Гогуа важно оповестил, что полковник отбыл по срочному делу. Рик поджал губы, Макс коротко вздохнул и покосился на Саттора, для которого момент откровений Колаша откладывался на некоторое время.

– Придется набраться терпения, – не без ехидства заметил капитан.

– На нас напали? – невозмутимо спросил майор адъютанта.

– Нет, – ответил Гогуа, глядя на Саттора с легким изумлением.

– На объекте происшествие?

– Нет.

– Несчастный случай в гарнизоне?

– Нет, господин майор.

– Отлично, – кивнул сам себе Рик и активировал сендер.

Ответа не последовало. Саттор повторил вызов еще дважды, и на третий услышал раздраженный голос полковника:

– Что?!

– Господин полковник, мы с капитаном Колашем выполнили приказание и ждем вас для доклада, – сухо произнес майор. – Дело не терпит отлагательств.

– Скоро буду.

– Хорошо, через три минуты повторю вызов.

– Изыди! – рявкнул Чоу.

– Ждем, – ответил Саттор, и сендер замолчал.

Майор взглянул на часы – время пошло. Ровно через три минуты он снова отправил вызов. Полковник откликнулся со стороны лестницы:

– Я здесь!

Был он зол и взмылен. Лицо Бернарда раскраснелось, ко лбу, покрытому испариной, прилипла сосульками челка. Судя по всему, он был совсем рядом и вспотел не от бега. Полковник бросил сердитый взгляд на Саттора, взлохматил волосы, став похожим на взъерошенного воробья в боевом настроении, и ворвался в дверь приемной, возле которой стояли офицеры.

– Надеюсь, сведения действительно важные, – бросил на ходу Чоу. – Иначе у меня возникнет вопрос о соблюдении субординации.

– Если скажете, в чем я ее нарушил, то готов понести наказание, – прохладно ответил майор и шагнул вслед за своим командиром.

– Бесишь, – буркнул Бернард и, войдя в свой кабинет, плюхнулся в кресло. – Слушаю.

Саттор и Колаш расположились напротив. Рик поднял взгляд на Макса, и тот, едва заметно хмыкнув, заговорил, сразу перейдя к делу. Он активировал свой коммуникатор, куда уже были загружены данные поисковой бортовой системы самолета. Рик тоже сохранил данные, но сам их просмотрел только мельком, оставив для подробного изучения на земле, а вот Колаш подготовился. Значит, было о чем говорить.

– Западная гряда, – заговорил капитан, запустив визуал полета над грядой. – Я пролетел над ней трижды, потому что…

Макс щелкнул пальцами, будто фокусник, и картинка остановилась на одиноком мужчине в комбинезоне, в каких ходили наемники. Он замер на каменном выступе, глядя в небо. Колаш снова щелкнул пальцами, и визуал возобновил воспроизведение. Наемник соскользнул с выступа и исчез среди нагромождения камней.

– Меня увидел, негодяй, – усмехнулся капитан и добавил с нескрываемым самодовольством: – Но я его тоже увидел. После возвращался еще дважды, но никаких признаков движения уже не обнаружил. Однако вот что выдал анализатор, обработав данные поисковой сети. Следы пребывания человека ярко выражены, но главное, там полно щелей, где можно скрыться.

– Всего семьсот километров от нас, – мрачновато заметил Саттор.

– Черт, – выругался полковник, в этот раз не относя этот эпитет к майору. – Я же просил спецвойска!

– И куда бы вы их направили, господин полковник? – с уже нескрываемым раздражением спросил Рик. – На Плато мотыльков или к Западной гряде? А может, еще куда?

– Господин майор… – холодно начал Чоу, но Саттор перебил:

– Прошу прощения, господин полковник, это нервы. А у вас нет ощущения, что нас обложили? Мы уже знаем два местоположения лагерей Шакалов, а еще остается космос, откуда может прийти подмога. Туда спецвойска не дотянутся.

– Наверное, лагерь на Западной гряде и видели охотники одичалых, – пытаясь разрядить обстановку, заговорил Макс. – Как раз где-то тридцать дней туда и обратно наберется. Плюс остановки. По крайней мере, с этой стороны встает их Тарсас.

– Да, – отведя тяжелый взгляд от Саттора, произнес Чоу, – похоже на то. Но, возможно, там всего несколько человек…

– Нужна более подробная разведка, – сказал Рик. – На земле, не только с воздуха. У нас есть роботы. Можно перепрограммировать их, и тогда они пройдут по заданному маршруту. Мы можем рискнуть роботами?

– Я хотел использовать их, как щит при эвакуации, – ответил полковник. – Роботов у нас не так много…

– Черт возьми, Берни! – воскликнул майор, теряя терпение. – Мы рискуем потерять живых людей! Численность потерь не предсказать. Пора вытащить голову из песка и не надеяться на войска, которые на Демос не пришлют, пока не появится прецедент. Если хочешь заполучить спецов, нам нужно что-то толковое от ученых! Пока империя не увидит ценности для Земли в их работе, это так и останется копанием в грязи чужой планеты. Потому Демос не пополнят боевыми силами – только очередным кораблем для чертовой эвакуации и ее прикрытия. То есть когда случится то, о чем я столько времени толкую, прикрывать наш зад будет некому. Роботы – не воины, их можно вырубить в два счета. Ты знаешь, какими возможностями обладают Шакалы? Я – нет. А ты, Макс, ты знаешь, что припасено у наемников? – Колаш мотнул головой. – Никто не знает! А должны, хотя бы примерно, – выдохнул Саттор и продолжил более спокойно: – Я предлагаю следующее. Нужно начать отправку находок, чтобы расчистить склады. Ученые будут цепляться за свои труды, потому мы не должны оставлять им шанса на сопротивление. Также нужно провести работу на объекте, сократив численность рабочей силы. Наверняка можно убрать часть обслуживающего персонала и специалистов, тогда шансы на успешную эвакуацию возрастают. Меньше народа – меньше времени. Так же поступить с техникой, в которой ученые не нуждаются, но держат про запас. Переживем истерику сейчас – избавимся от паники и бестолковых метаний в будущем. Это что касается «улья», – он на мгновение замолчал, оглядел собеседников, но даже полковник слушал внимательно, не спеша перебить. И Рик продолжил: – Я по-прежнему настаиваю на наземной разведке. И если мы не можем отправить людей, которые этому обучены, то нужно поработать над роботами. Пусть осмотрят местность и расставят детекторы. Информация должна передаваться по ходу движения – так мы избежим возможности потери сведений, если робота уничтожат. Нужно продолжать осмотр планеты с воздуха – это тоже дает нам полезную информацию. Пока ученые роют землю, мы займемся изучением ее поверхности. Так будет проще составить план дальнейших действий. Я бы вообще сейчас убрал к чертям ученых, и пока не расчистим Демос, не пускал бы их обратно.

– Это утопия, – усмехнулся Чоу.

– Согласен. К тому же у них есть законное основание не подчиниться – разрешение на работу и отсутствие приказа о зачистке планеты, – произнес Колаш.

– Но помечтать-то можно, – криво ухмыльнулся Саттор. – Всё, закончили мечтать. Итак, что скажете, господин полковник? Сюрпризы только начали вскрываться. Я настаиваю, что нужно действовать, пока они не обрушились на нас лавиной.

Бернард с минуту сверлил майора пристальным взглядом, покусывая костяшку большого пальца. После коротко вздохнул и ответил:

– Мы начинаем действовать.

– Хвала Вселенной, – вырвалось у Колаша, но он быстро опомнился и буркнул: – Прошу прощения, господин полковник.

Тот не ответил, только покачал головой.

– Итак, господа офицеры, стоит хорошенько обдумать план наших дальнейших действий. Нам по-прежнему не нужна огласка, иначе мы упустим крысу в «улье», если она там, конечно, есть. Мне начинает казаться, что этот вывод был ошибочным. Но это не является основанием, чтобы не произвести действия, предложенные майором Саттором.

Вскоре к ним присоединился заместитель полковника – майор Стефан Вачовски, начальник технической лаборатории – капитан Ши Дан Бао и майор Никита Ничипорук, ответственный за охрану объекта и пропускной режим.

– С куратором поговорю, когда выработаем четкий план действий, – сказал Чоу. – Ну его на хрен. Занудством замучит, так что оставлю его для себя. У меня на него иммунитет.

Никто возражать не стал. Единственный представитель СБГ на Демосе пока казался лишней персоной. Рик с ним тоже успел пообщаться после возвращения из «улья». Капитан Бергер не произвел на Саттора впечатления ни умного, ни волевого человека. Ни рыба ни мясо – иного определения у майора не было. Говорил капитан негромко, монотонно и немного в нос. Взгляд серых глаз подолгу на собеседнике не задерживался, чаще скользил по лицу и бежал куда-то дальше. Пожалуй, таким можно было легко манипулировать, что и делала его жена, счастливо наставляя рога с комендантом гарнизона. Да и не только. Впрочем, встретившись с госпожой Бергер в коридоре Штаба, Саттор был подчеркнуто вежлив и холоден, намеренно не отреагировав на легкий флирт. Больше они с любовницей Чоу не пересекались, как и с ее вялым супругом. Так что его появление на срочном совещании было и вправду лишним.

Первым покинул кабинет полковника капитан Ши. Свою задачу он понял и отправился ее выполнять. Вторым ушел заместитель, когда всё, что касалось его, было сказано. Задержался Ничипорук, но и он уже готов был уйти, когда в дверь постучался капитан Гогуа.

– Что там? – устало спросил Чоу.

– Господин полковник, срочное донесение с объекта, – ответил адъютант, и присутствующие дружно подобрались, готовые к самым худшим новостям.

– Соединить! – рявкнул полковник, активируя переговорник.

– Есть, – ответил Гогуа и исчез за дверью.

Чоу некоторое время слушал то, что ему говорили, после его брови поползли вверх, и взгляд остановился на Сатторе.

– Демон, – усмехнулся Бернард, – там по твою душу.

– Не понял, – нахмурился Рик.

– Одичалый… какой-то паренек пришел в «улей» и требует майора с синими глазами. Говорят, рыжий…

– Дарими? – изумился Саттор.

– Его пустили на объект и оставили на КПП.

– Позволите отбыть на объект, господин полковник? – Рик поднялся на ноги и поправил форму.

– Отбывайте, – согласно кивнул Чоу. – Может, что-то важное.

– Есть, – козырнул майор и направился к дверям.

Колаш поднялся следом, но его остановили. Полковник еще не закончил работать с данными, принесенными двумя добровольными разведчиками, и Макс остался, чтобы помочь. Рик, полуобернувшись, попрощался со всеми и поспешил к ангару, где стоял облюбованный им вездеход. Он уже не слышал, как Чоу сам связался с дежурной сменой и приказал выпустить майора.

Саттор покинул гарнизон спустя пятнадцать минут. Он выехал за силовой барьер и направил машину в сторону «улья». Вездеход катил по уже хорошо знакомой дороге, а Рик пытался понять, что пригнало рыжего мальчишку на объект поздним вечером. Но сколько бы ни гадал, так и не смог найти верного варианта. Причиной могло послужить что угодно, но вряд ли это была просьба о помощи поселению. Если бы одичалым грозила беда, посланники пришли бы в гарнизон, да и не требовали «майора с синими глазами».

– Взбалмошный щегол, – проворчал себе под нос Рик, подозревая, что виной появления парнишки стала юношескую дурь. – Ладно, поглядим.

Саттору вдруг пришла на ум самка грызли, или, как называли этого зверя одичалые, – врана. Майор поджал губы, подумав, что зверь мог дать о себе знать, и Дарими прибежал предупредить своего спасителя об опасности. Но в этом предупреждении Рик смысла не видел, потому что подобраться к нему было невозможно, вране – уж точно. У нее не было ни хитроумных приспособлений, ни пушки, ни простого оружия. Да и отозвать его с Демоса могли в любой момент. Так что опасность с этой стороны Саттора не беспокоила.

Майор посмотрел на показания навигатора и понял, что подъезжает к знакомой полянке. Поддаваясь нездоровому любопытству, он остановил машину и повернул голову. Сейчас он не увидел цветов, как не увидел и деревьев на другой стороне полянки. Ночная мгла скрыла от человеческого взора даже их очертания. Рик пересел на пассажирское место, прижал к стеклу ладони ребром, отсекая слабое свечение приборов, и уместил между ними лицо. Однако вновь ничего не увидел, только из тьмы проступили контуры ближайших кустов.

– Интересно, где она? – спросил себя Рик. – Может, бежит за вездеходом?

Он порывисто обернулся. После криво усмехнулся и, вернувшись на водительское место, развернул вездеход. Теперь полянка была залита светом. Саттор видел каждую травинку, каждую чашечку цветка, плотно сомкнувшего лепестки на ночь. И видел противоположный край. А затем он открыл дверцу и выбрался наружу. Далеко не пошел. Майор привалился бедром к машине и устремил задумчивый взгляд за границу света и тьмы. Его мысли снова вернулись к Шакалам и к данным разведки.

– Словно круг смыкается, – прошептал Рик и зябко повел плечами, несмотря на духоту и пот, выступивший на лбу. Ночь неожиданно сгустила краски, и тревога усилилась.

А за ней пришли воспоминания, совсем уж далекие и почти стертые обилием последующих событий, закружившие в водовороте новых впечатлений и новой жизни. А те воспоминания, вдруг всплывшие из глубины подсознания, пришли с маленьким дикарем с Танора. Тогда тоже была ночь, черная и непроглядная, и только небольшой костерок разгонял мглу вокруг двух мальчишек, сидевших друг напротив друга. Одним из них был будущий офицер КФ Геи. Второй мальчик был старше, уже юноша, но Рику он казался взрослым мужчиной. Тот парень был старшим пастухом и отвечал за стадо.

Майор потер лоб, пытаясь вспомнить его имя, но оно исчезло из памяти за чередой тысяч других имен. Даже внешность паренька оказалась подернута туманом, а вот тот костерок вдруг встал перед внутренним взором ярким пятном. Наверное, потому что тогда они тоже сидели на поляне, а вокруг них бродили однорогие животные…

– Кризы… – неуверенно произнес Саттор, а затем повторил: – Кризы.

Так вот, пастухи сидели у костра, вокруг бродили кризы, и старший мальчик рассказывал жутковатую байку о тумане, в котором прячутся злые духи – их названия Рик тоже не помнил. Но помнил, как озирался, и ему всё казалось, что к ним подбирается клубами мутная дымка, и что среди деревьев горят желтые глаза потусторонних тварей.

Усмехнувшись, Саттор повернул голову и вдруг гулко сглотнул, потому что там, на кромке, где свет смешивался с темнотой, и вправду сверкнули два глаза. Долю секунды они смотрели на майора, а после исчезли. Рик мотнул головой, избавляясь от наваждения, и вернулся в вездеход.

– Почудилось? – спросил он сам себя, поворачивая машину на прежнее направление. – Наверное.

Саттор порывисто обернулся, и ему показалось, что какая-то тень мелькнула за вездеходом. Передернув плечами, майор прибавил скорость, чтобы наверстать упущенное время, и до объекта уже не отвлекался. Но память всё кружила и кружила вокруг той страшилки, которую рассказал…

– Орхвен, – наконец, вспомнил Рик и усмехнулся.

Все-таки человеческая память – странная штука. Он не мог вспомнить лиц погибших родителей и старшего брата, а при слове «отец» перед внутренним взором вставал только Георг Саттор, но ощущение своего детского страха помнил отчетливо, будто вдруг вернулся в шкуру маленького мальчика.

– Да-а, – протянул майор. – Надо же, вспомнил…

Они редко говорили с генералом о прошлом, почти никогда. Только в последнюю встречу, когда сын навестил отца и его семейство на лошадиной ферме. Сатторы сидели на лугу за фермой, и, кстати, тогда тоже была ночь. Георг некоторое время смотрел на звезды и вдруг произнес:

– Прости.

– За что? – удивился тогда Рик.

– За то, что ты пережил в детстве. За Танор.

Георгу достался недоуменный взгляд сына.

– Не ты направил пиратов на мою родную деревню и не ты приказал убивать дикарей. Хотя даже пиратов упрекнуть сложно. Они боролись за жизнь до последнего. Крестьяне тоже. Просто они оказались самым слабым звеном в этой цепи.

– Ты никогда не упрекал меня в том, что лишился родной семьи? – осторожно спросил генерал.

– Пап, – старший Саттор полуобернулся. Рик смотрел на него, и в лунном свете было заметно, что майор серьезен. Он накрыл плечо отца ладонью. – Ты винишь себя?

– Немного… иногда, – признался Георг.

– В чем?

– В том, что отнял у тебя семью.

– Ты подарил мне семью взамен утраченной, – улыбнулся младший Саттор. – Не ты убил их, но ты забрал осиротевшего мальчишку, изменив его судьбу. Без тебя я бы так и думал, что мир – это тарелка, по краю которой катится солнце. Ты подарил мне целую Вселенную. Даже раздолбая Брато подарил мне именно ты. Нет, пап, тебе не в чем винить себя. А то, что тогда произошло… Не мы выбираем дороги…