Двое из ста двадцати

В его голосе отчетливо звучала усталость и несвойственное ему смирение. Смущенный этим, Нолт понял, что окончательно запутался. С одной стороны он понимал, что отец не посоветует ему плохого и, может, он знает лучше? Но с другой стороны что-то претило ему в карьере военного, что-то сопротивлялось, что-то, чего он сам не мог понять и не знал, что скажет отцу в следующий раз. Но с отцом они больше не встретились – он пропал.

Со своим подразделением отец отправился в дальний сектор Малого скопления, располагавшегося между Союзом и Облаком Смерти. В секторе раньше гнездились остатки Вестгорнов, бывших союзников Норланов, контрабандисты и прочие отбросы. Не так давно сектор был полностью зачищен и оснащен пространственными радарами дальнего обнаружения на случай, если кто-то снова решит там обосноваться. Часть радаров еще не была откалибрована и могла лишь детектировать движение объектов заданных размеров, но не могла определить их природу.

Однажды с радаров поступил сигнал, что в секторе появились неопознанные объекты. Отца и его людей, в свое время ликвидировавших там базу Вестгорнов, а значит знавших этот сектор как свои пять пальцев, отправили на разведку. Когда они прибыли на место, стало ясно, что тревога была ложная. В секторе оказался лишь не отмеченный на картах рой астероидов. На всякий случай обследовав близлежащие системы и ничего не обнаружив, отряд сообщил, что возвращается на базу. Больше вестей от них не поступало. Когда вышли все мыслимые и немыслимые сроки возвращения, поисковые партии прочесали все сектора Большого и Малого скопления, но не нашли ничего. В секторе, где находились отец и его отряд, были найдены только следы работы внутрисистемных двигателей. Анализ показал, что это выхлоп двигателей именно «Звездных Рыцарей». Значит, они действительно побывали здесь, но ничего, что могло бы заставить исчезнуть без следа элитный отряд, так и не нашли. В злополучном секторе был создан постоянный гарнизон, организовано регулярное патрулирование, увеличено количество радаров, которые теперь работали исправно, но за все прошедшие годы больше ничего необычного там не случилось. Гражданские корабли теперь спокойно летали в этой области без сопровождения, и вскоре начала свои разработки компания «Кистоун Минералз».

Прошел не один год, и Нолт уже давно закончил Академию, став полноправным членом 15-го звена четвертого Пера Левого Крыла. Он выполнил волю отца, став военным пилотом. Но даже сейчас Нолта иногда охватывало сомнение. Поступил бы он так, если бы отец был рядом? Выполнил бы его волю, не будь она последней? Был ли это его выбор?

*                  *                  *

Вот уж ночь воспоминаний! Нолт хмыкнул и перевернулся на другой бок. Для разнообразия надо попробовать заснуть. Итак, стандартный боеприпас «Прометея» состоит из…

В этот момент мерзко заверещал сигнал подъема. Нолт приподнял голову и посмотрел на часы, надеясь, что он все-таки заснул и это всего лишь сон, но нет – они показывали 5:00, а это означало, что пора вставать. Откинув одеяло и потянувшись, Нолт спрыгнул на пол. Джек Фэрроу, спавший на нижней койке, уже застегивал свой комбинезон. Усмехнувшись, Нолт покачал головой, открыл ящик под койкой и достал свой костюм. Еще в Академии, Джек поражал всех своей скоростью одевания. Неважно, была ли учебная, боевая тревога, когда все только вскакивали с коек, Джек уже бежал к выходу. В обычные дни, он, одевшись, терпеливо ждал Нолта. Четыре с половиной секунды – таков был рекорд Джека. Нолт помнил, что ребята поначалу не верили ему, думая, что Джек спит не раздеваясь. Но он с улыбкой вручил им секундомер и предложил проверить на деле. На их глазах Джек разделся и лег, и, по сигналу, через несколько мгновений был готов.

– С добрым утром, Нолт! – Джек подпрыгивал на месте, изгибался, взмахивал руками. Это походило на утреннюю зарядку, хотя вряд ли она была нужна – ежедневные, продуманные до мелочей нагрузки не давали заржаветь ни одному солдату Легиона, так что упражнения Джека были скорее чем-то вроде ритуала. – Ведь это прекрасное пробуждение, не правда ли?

– Да уж! – отозвался Нолт, зевая во весь рот. – Прекраснее некуда!

– Не зевать, ребята! – гаркнул динамик на стене. – Сбор в центральном зале. И поживее, у нас мало времени!

Нолт судорожно сжал челюсти, подавляя зевок. Глядя на него, Джек расхохотался:

– А старик-то не промах! Считай, что выговор заработал!

Нолт с подозрением оглядел потолок, словно ожидая увидеть там камеры, и погрозил кулаком Джеку, от чего тот развеселился еще пуще.

Вместе с остальными пилотами они покинули дорминторий для младшего командного состава и двинулись по широкому коридору. Не обращая внимания на дружеские подколки Джека, Нолт коснулся рукой потускневшей стенной панели. На ладони осталась черно-серая пыль. Похоже, базу и впрямь расконсервировали недавно, раз не успели закончить уборку. Коридор повернул направо, и сразу за поворотом Нолт увидел уборочного бота. Неуклюже двигая своим приземистым, чемоданообразным корпусом, бот елозил вокруг большого застарелого пятна темного цвета, тщетно пытаясь его оттереть. Судя по радужному блеску, когда-то здесь пролили смазку.

Бот был очень старый. Краска с боков и по углам совсем облупилась, он двигался старческими, натужными рывками, еле вращались щетки, а моющий раствор брызгал куда угодно, но только не на пятно. На верхней крышке, единственной яркой деталью на монотонно-серой поверхности, сияли красные буквы «М. Е. С». Эту марку уборщиков Нолт знал – похожий, только серебристого цвета, бот стоял в дедовом ангаре. «Master Eco Cleaner» перестали выпускать полтораста лет назад, и Нолт впервые видел его работающим. Проходя мимо, он не удержался и постучал пальцем по крышке, услышав басовито-гулкий, с легким дребезжанием, звук корпуса, разболтавшегося от постоянных вибраций. Нолту всегда нравились эти маленькие трудяги, невоспетые герои, каждый день наводящие чистоту в жилищах людей.

За следующим поворотом был вход в центральный зал. Пройдя через широкий дверной проем, Джек и Нолт оказались в левой части большого зала, амфитеатром спускавшегося к полукругу со столом и нависающим сверху громадным экраном. В зал постепенно стекались пилоты истребителей, десантных кораблей и командиры истребительных и десантных групп. Царящий в зале шум, какой обычно бывает при большом скоплении людей, мгновенно смолк, как только в центр зала вышел человек. Вопреки ожиданиям, это был не горластый и вспыльчивый генерал Парсонс, назначенный главой базы. Это был Командующий КС Легиона, адмирал Эндрю Липгарт собственной персоной. У него был колючий, пронизывающий насквозь взгляд и абсолютно лысый череп, сейчас довольно эффектно подсвеченный голубоватым отсветом большого экрана. Нолт служил в Легионе уже пятый год, но по-прежнему мало знал о Командующем. На вид ему было лет восемьдесят-девяносто, но точный возраст никто не знал: говорили, что к началу Ахернарской кампании он уже был немолод. Ходили слухи, что Командующий происходит из рода потомственных военных и приходится не то внуком, не то правнуком герою Великой Войны, адмиралу Чарльзу Липгарту. Как бы то ни было, Эндрю Липгарт не оказался в Генеральном Штабе, который уже много лет состоял из отпрысков прославленных родов военных. Вместо этого, он с головой окунулся в горнило Ахернара, не раз сам вел солдат в бой, был много раз ранен. Из-за бесчисленных процедур регенерации, он в конце-концов лишился волос, но не скрывал этого, правда неожиданно густые и кустистые брови скорее всего были ненастоящими. Учитывая огромный боевой опыт, этот человек по праву занимал должность Командующего.

– Итак, ребята, работенка вам предстоит несложная, – начал он. – Вестгорны появились на этой планете недавно, но успели устроиться основательно. К сожалению, во время Великой Войны многие данные были утрачены, и мы знаем только, что они заняли одну из прежних баз Легиона, но доскональной информации о ее оснащении у нас нет. База расположена на побережье и, надо сказать, очень удачно для врага. С одной стороны она прикрыта скальным массивом, с другой – мощными заградительными орудиями. Набор, согласно разведке, стандартный, характерный для «планетарок» того времени – шестнадцать плазмометов, с десяток излучателей и не менее двух буст-гаубиц. Истребителей немного, около двух десятков единиц; скорее всего это наши же «Бродяги», возможно несколько тяжелых «Демолюшнов» – их уже не выпускают лет восемьдесят, так что вряд ли они в хорошем состоянии.

– Но, – Липгарт поднял руку, сдерживая смех в зале. – Не вздумайте расслабляться! Вестгорны – прирожденные воины, в их руках любое, даже самое безобидное устройство может стать машиной смерти, не говоря уже о военной технике, пусть и старой.

– Также мы отработаем действия десанта, – Липгарт посмотрел на сидящих в зале пилотов десантных кораблей, среди которых были Нолт и Джек. – Вместе с истребителями к базе Вестгорнов отправится и десантная группа. Высадка десанта не планируется, вы просто отработаете действия и опробуете новую технику в боевых условиях. Отсеки будут заполнены габаритным грузом, имитирующим десантную группу. Нам необходимо узнать, как поведут себя новые корабли под полной загрузкой и в боевых условиях.

– Часть истребителей, – Липгарт взглянул на других пилотов, – будет прикрывать десант, другая будет основной ударной силой. Сначала противнику будет предложено сдаться, так что без приказа огонь не открывать!

Это что-то новенькое! Нолт и Джек удивленно переглянулись. Никогда еще на их памяти преступникам, контрабандистам, террористам, особенно Вестгорнам не предлагали сложить оружие. Их всегда уничтожали, как бешеных животных, не щадя даже собственные, захваченные врагом объекты.

– Повторяю! – Липгарт повысил голос. – Без приказа ни в коем случае огонь не открывать! На этом все. Вылет в 7:30. Вопросы есть?

Липгарт окинул зал взглядом и намеревался еще что-то добавить, как из второго ряда донеслось: «При таком расположении объекта одной штурмовой группы будет недостаточно. Вести ее туда без десанта просто бессмысленно».

По залу прокатился шелест голосов. Спорить со своим командиром – последнее дело, а уж с самим Командующим… Эндрю Липгарт нахмурился и медленно повернулся в сторону говорившего, выставив вперед свой массивный подбородок, словно намереваясь стукнуть им наглеца по темечку. Его пронизывающий взгляд остановился на Джоне Планкере, молодом лейтенанте, командире звена десантных машин, небрежно сидящем в кресле. Неспешным движением руки, от которого у Нолта все сжалось внутри, Липгарт считал информацию с жетона Планкера. В полной тишине, он, не торопясь, поднес ладонь к глазам и стал просматривать досье пилота. Планкер сидел совершенно спокойно, словно бы ничего не произошло, вместо него в кресле ерзал Нолт. Он знал Джона, как талантливого пилота и отличного командира. Джон был уравновешенным, никогда не шел на конфликт и никогда бы не позволил себе обсуждать приказы старших по званию. Наконец, после томительной минуты, Липгарт опустил руку и посмотрел на Джона.

– Что это значит, боец? – спросил он. – Тебе не нравится мой план?

– Никак нет, сэр – Планкер был само спокойствие. – Просто мне кажется, что наших сил будет недостаточно для того, чтобы вывести из строя базу.

– Недостаточно? – Липгарт, казалось, был искренне удивлен. – Вы будете на военной технике, оснащенной новейшим оборудованием, против техники безнадежно устаревшей, против толком необученных солдат, неужели тебе этого мало?

– Мы не знаем точного количества единиц техники противника, а при таком расположении базы…

– Я не понял, Планкер, ты обсуждаешь приказы? – перебил его Липгарт. – Или пока сидел здесь, разработал план лучше?

По рядам пробежал сдержанный смех и, смутившись, Планкер не нашелся, что ответить.

– Запомните, джентльмены. Уничтожение сырьевых баз противника – залог победы в любой войне.

Джек хмыкнул, Нолт улыбнулся уголком рта. Это было любимое выражение Командующего.

– Эта операция разработана лично мной, если ты, Планкер или кто-нибудь еще сомневается в компетентности автора. В любом случае, после операции ты поведаешь свои умные мысли генералу Парсонсу. У меня все. Все свободны – веско произнес Липгарт и величественно удалился, задрав гладко выбритый подбородок, похожий на носовой обтекатель «Бродяги».

Пилоты тоже начали покидать зал. Нолт застыл в кресле, напряженно думая. Что это, черт возьми, значит? Почему здесь Липгарт? Какая муха укусила Джона, что он осмелился спорить с Командующим? Джек мягко похлопал его по плечу, и Нолт в задумчивости последовал за ним. Они с Джеком встали у дверей, пропуская пилотов истребителей. Мимо прошел Джон, и Нолт взглянул на него. На лице Планкера не было и тени сожаления от сказанного, только безмерная усталость и глухая тоска, скорее подходящая старику-ветерану, а не молодому пилоту.

– Да-а, выдал Джонни сегодня… – Джек словно читал мысли Нолта. – Чую, пахнет серьезным взысканием. Что на него нашло, как думаешь?

Нолт неопределенно пожал плечами, хотя уже начинал догадываться. Но мысль ускользала от внутреннего взора, будто неисправный прицел, никак не желающий наводиться на цель.

– Нолт! Ноооолт!

Он недоуменно взглянул на Джека.

– Вернись в реальный мир! – весело посоветовал ему друг. – А то у тебя вид закоренелого виртуальщика. Уже и про завтрак забыл?

Нолт принужденно улыбнулся и повернул назад. Из столовой как раз выходили крепкие ребята. Двигаясь почти что строевым шагом, они проходили мимо, не глядя по сторонам. Они показались Нолту смутно знакомыми. Все как один крепкие, все ростом 190 см. Едва взглянув на их нашивки, Нолт моментально узнал их. «Опустошающие Дьяволы»! Ни у кого в Легионе не было такой эмблемы: скрещенные буквы «D», между ними проглядывает красное, ухмыляющееся лицо, а ниже надпись: «Devastating Devils». Этих ребят Нолт знал неплохо, точнее их командиров. Прислонившись к стене, они с Джеком стали ждать. Позади, замыкая строй «Дьяволов», шли двое. Увидев их, Нолт не смог удержаться от улыбки. Медведи всегда забавляли и удивляли его своей схожестью и несхожестью одновременно. Впереди шагал высокий, под два метра, парень с очень светлыми, почти белыми волосами. Изрядная мускулатура бугрилась под летным костюмом, отзываясь на каждый шаг – Паси Амикайнена не зря прозвали Белым Медведем. Следом шел Дуглас Брайс по прозвищу Гризли, здоровенный, черный, ничуть не уступавший Паси по габаритам. Раскрыв правую ладонь, он увлеченно шевелил над ней пальцем, с головой уйдя в свой «смарт». Нолт окликнул их, и вскоре четверо друзей обменивались рукопожатиями.

– Не ожидал увидеть вас здесь, ребятки, – проговорил Нолт, с улыбкой разглядывая Медведей. – Операция же – чистая «воздушка». Все равно вас выдернули?

– Не без этого! – проворчал Дуглас. – На днях отпуск обещали, мы думали все, по берлогам, а позавчера, раз – и приказ о переброске. Не успели мы до своих медведиц добраться!

Все рассмеялись.

– Так что вот! – Дуглас продемонстрировал ладонь с плавающим над ней экраном. – Поди, теперь Сташе объясни, что наше путешествие откладывается.

– Кстати, как супружница? – поинтересовался Джек.

– Сердита. Ведь уже и билеты взяли!

– А куда, если не секрет? – все, что касалось путешествий, интересовало Нолта с самого детства.

– Пантарос. Сейчас как раз сезон миграции рыб.

– Ну да-а… – сочувственно протянул Нолт.

Он хорошо помнил поездку туда с родителями. Безбрежный теплый океан, покрывающий всю планету, и множество островов, разбросанных по его глади, размером то с крупный город, то не больше поля для хантербола. Раз в полгода местные морские животные, для простоты прозванные рыбами, хоть и не имели к ним никакого отношения, покидали океан и устремлялись на острова. Выпрыгивая из воды, они раскрывали отросшие к тому времени широкие кожистые крылья и летели к ближайшей земле. На островах рыбы совершали в воздухе брачный танец, а после, отложив яйца, возвращались в океан. Миграция начиналась с наступлением ночи, и рыбы, чтобы не потерять друг друга в темноте, начинали ярко светиться. Голубые, бирюзовые, оранжевые, рубиновые… Каждый косяк отличался хотя бы одним оттенком, и сочетание цветов никогда не повторялось. Было бы обидно пропустить такое зрелище.

– Не расстраивайся, Дуг! – Джек похлопал Брайса по плечу. – Посмотрите еще на рыбешку.

– Мне-то что. У Паси, вон, дела поинтересней были. Эй, Паси! Покажи парням!

– Да ладно, ерунда! – отмахнулся Паси.

– Покажи-покажи! Есть же, чем похвастаться!

– Хорошо, – Амикайнен раскрыл ладонь, и над ней возникло изображение улыбающейся круглолицой девушки с парой младенцев на руках. Один, изумленно округлил глаза, а другой смеется, показывая беззубые десны.

– Ух ты, двойня! – удивился Нолт. – Что ж, поздравляю!

– Вот это крепыши! – Джек склонился над фото. – Медвежата! И как у вас так получилось? – он хитро взглянул на Паси.

Тот в ответ только смущенно порозовел, а остальные вновь рассмеялись. В этот момент Нолту почудилось, буквально на секунду, что в глазах смеющегося Дуга на мгновение, как и у Джона, проглянула глухая тоска, а смех показался преувеличенно веселым. Нолт решительно отмел эти мысли – если уж у тебя мрачное настроение, не стоит проецировать его на других.

– Ну, как брифинг? – спросил Паси, пряча фотографию.

– «Запомните, джентльмены. Уничтожение сырьевых баз противника – залог победы в любой войне!» – состроив серьезную гримасу, процитировал Джек.

– Ну да, ну да, – покивал Паси. – Чего, кстати, сюда сам Липгарт явился, не знаете? Неужто Парсонсу не доверяет?

– Личный контроль? – Нолт пожал плечами. – Проверка? Не знаю. Мало ли что ему в голову взбрело? На то он и Командующий.

– А кстати, заметили, он какой-то странный сегодня? – Паси склонился к ним и понизил голос. – И брифинг сам провел, и речи странные толкал.

– А вы откуда знаете? – удивился Джек. – У вас тоже был брифинг? Так сегодня же без десанта операция!

Дуг, было снова погрузившийся в «cмарт», встрепенулся и бросил быстрый взгляд на Паси, отчего тот смешался и замолк.

– Ладно, ребят, нам идти надо, – Дуг белозубо улыбнулся Джеку и Нолту. – Пока, парни, – он торопливо потянул за локоть Паси.

– Пока!

– Счастливо!

Дуг повлек Паси вглубь базы, что-то быстро шепча ему в ухо.

– И это Липгарт у них странный? – озадаченно произнес Нолт, глядя Медведям вслед. – Что вообще происходит?

– Вот уж не знаю, – Джек покачал головой. – Ладно, идем есть.

Даже в столовой Нолт никак не мог избавиться от мрачных мыслей. Встряхнув головой, он отогнал их, подошел к окошку раздачи и, получив порцию завтрака и специальный напиток, сел за стол. Но дурные предчувствия все не покидали его. Задумавшись, Нолт подхватил со стола вилку и принялся вертеть ее в руках. Как всегда это закончилось плохо: вилка, вырвавшись из пальцев, со звоном прокатилась по столу и упала бы на пол, не поймай ее проходящий мимо Джек. Поставив свой поднос и сев рядом, он, прищурившись, посмотрел на Нолта и спросил: «Что ты сегодня как в воду опущенный?». И, не дожидаясь ответа, прибавил: «Наконец-то сегодня обкатаем «Анатиды» в боевой». Нолт рассеяно кивнул и вновь зашарил по столу в поисках какого-нибудь предмета.

– Слушай, – Джек отодвинул нож подальше от Нолта. – Ты сегодня какой-то сам не свой. Неужели тебя так волнует операция? По-моему она уже не первая. Липгарт верно сказал – работенка в этот раз простая – обкатка техники плюс акция устрашения.

Джек ловко нарезал плитку рациона и кусок за куском отправлял ее в рот.

– Все будет о`кей, я уверен. Не сомневайся.

– Да, наверное ты прав, – тихо ответил Нолт.

Он пытался разломить рацион вилкой, но все никак не получалось. Глядя на старания друга, Джек только вздохнул и молча вернул ему нож. Нолт кивнул и набил рот кусками рациона. Оглядевшись, он заметил, что пилоты уже начали покидать столовую. Нолт быстро доел остатки завтрака, запив их специальным напитком. Бесцветная жидкость скользнула внутрь, смывая остатки еды и оставляя горькое послевкусие. Нолт поморщился. Перед боевой операцией всем пилотам выдавали этот коктейль. В Легионе его прозвали «Коктейлем Молотова» в честь старинного рецепта зажигательной смеси. Витамины, стимуляторы, мемоусилители и много чего еще было в этом напитке. Но на вкус он был… в общем, его создатели, видимо, заботились в первую очередь о нужном эффекте, вкусовые же качества тут вообще не брались в расчет.

– Нам пора, – произнес, поднимаясь, Нолт. – Скоро вылет.

Джек, уже давно закончивший трапезу, кивнул и, взяв подносы, они направились к выходу. Поставив поднос в приемную нишу, Нолт уже шагнул в дверной проем, как вдруг получил чувствительный удар в спину, от которого чуть не упал. Оборачиваясь, он услышал противный, но вместе с тем отлично знакомый голос:

– Что Нолти, со страху подгибаются колени?

Как и ожидалось, это был Джеральд Стьюппер, порядочная скотина, и небольшая компания ему подобных. Сейчас они стояли у него за спиной, криво ухмыляясь. Про Стьюппера Нолт знал немного. Приказом Легиона, этот тип год назад был переведен в пилоты десантных кораблей. До этого он водил грузовые суда, и Нолт не очень понимал причину перевода, но приказ есть приказ. К сожалению, Стьюппер попал к Нолту в ученики. Вынужденный подчиняться младшему по возрасту, он сразу же невзлюбил Нолта. С грехом пополам пройдя годичный курс, он стал пилотом десантных кораблей, благодаря если не знаниям, то большому упрямству. И, глядя на Стьюппера, крупного, на голову выше Нолта, с синевато-серым пятном родимого пятна вокруг правого глаза, так похожего на синяк, и сплошь покрытого татуировками, он только диву давался, как такого откровенного бандита взяли в Легион. В подразделениях частных компаний и всевозможных охранных фирмах такие люди – не редкость, но они всего лишь наемники и зачастую имеют темное прошлое. Видимо права была мать – Легион уже не тот, что раньше.

Нолт уже хотел сказать в ответ что-нибудь едкое, но его опередил Джек. Подойдя вплотную, он сказал, глядя Стьюпперу в глаза:

– Посмотрим, как будешь вести себя ты, Джерри, когда окажешься под плазменным дождём.

– Посмотрите-ка, а вот и сам великий Джеки, защитник слабых и спаситель мира! – воскликнул Стьюппер в притворном восторге, прижав руки к груди. – Вот они, господа, вот они, наши герои! Вот они, те самые двое из ста двадцати!

Прихвостни Стьюппера угодливо захихикали, а Нолт только скривился. Он терпеть не мог это дурацкое прозвище, приклеившееся к ним после окончания Академии. Учеба в ней была не из легких, и множество курсантов, пусть даже успешно преодолевших вступительное испытание, в течение семи лет постепенно отсеивались. Из полутора тысяч до выпуска обычно добирались едва ли сто-двести человек, только самые умелые и талантливые. Хотя, глядя на компанию Стьюппера, почти полностью состоявшую из внуков и правнуков военных династий, Нолт в этом сильно сомневался.

В тот год дипломы получили всего сто двадцать человек, из них с отличием только два – у Нолта и Джека. И пусть Нолт и был сыном военного, ему не за что было краснеть – все экзамены он сдал сам, без чей-либо помощи. Если бы отец и был рядом, он вряд ли бы стал помогать. Джек напротив, происходил из семьи искусствоведа и учителя музыки, но с детства проявлял склонность к точным наукам и военному делу, что и определило его судьбу. В чем-то Джек даже превосходил Нолта – с его феноменальной памятью и фантастической реакцией никто не мог сравниться. Джеку тоже не нравилось их прозвище, тем более, что его часто использовали как насмешку.

Смерив Стьюппера презрительным взглядом, Джек хотел пройти, но Джеральд преградил ему дорогу.

– Что, уже уходишь? – нагло осведомился он.

– Да, тороплюсь, ведь скоро вылет, если ты не слышал, – спокойно ответил Джек.

– Неужто? – притворно удивился Джеральд и вместе со своей компанией начал теснить Джека и Нолта обратно к дверям столовой.

Остальные пилоты, молча и с интересом стали собираться вокруг. «Еще не хватало, чтобы здесь началась драка!» – промелькнуло в голове у Нолта. Отстранив Джека, он вышел вперед:

– Прибереги свое остроумие для Вестгорнов. Они уж точно оценят твой потрясный юмор.

– Меня на всех хватит! – ухмыльнулся Стьюппер. – А ты что, уже рвешься в бой, Нолти? Не терпится воссоединиться с папочкой?

Это было уже слишком. Стиснув зубы до скрипа, Нолт шагнул к Стьюпперу, тут же забыв, что сам хотел избежать драки. Джек схватил его за локоть:

– Похоже, твое остроумие уже иссякло, Джерри! – ехидно заметил он. – Не пора ли менять фамилию на Стьюпид?1

Стьюппер набычился и сделал шаг к Джеку, но тут раздался знакомый резкий голос: «Что здесь происходит?». Кольцо пилотов раздалось в стороны, пропуская Липгарта. Его плотно сжатые губы, прищуренные глаза и начинающая краснеть лысина яснее ясного говорили о том, что он зол. Из-за спины у Командующего корчил страшные рожи генерал Парсонс. Судя по его жестам, он страстно желал задушить, расплющить, а потом разорвать на мелкие кусочки всех присутствующих. Липгарт буквально просканировал виновных взглядом и, не поворачивая головы, произнес сквозь зубы: