Красная пыль
- -
- 100%
- +
– Запрошено разрешение на посадку. Одноместный Симплекс городской службы перевозки пассажиров TX-012.
– С какой стати? – буркнул Раш, уже ступая по обширному настилу, с расставленными по периметру цветами. – Я сегодня не принимаю посетителей… черт, все-таки… – на темных толстых листьях нескольких растений виднелись белые мокнущие пятна – орхидеи в итоге погибли почти все.
– Запрошено повторное разрешение на посадку, – вновь проскрипел ему в ухо связист. – Одноместный Симпл…
– Я понял, что это тот же самый, хватит повторять! – раздраженно рявкнул Глава, выбрасывая за перила еще три горшка с какими-то сложными папоротниками. – Цель визита?
– Секунду. Обработка полученных от пассажира данных, перестановка слов, перевод в соответствии с правилами официальной деловой речи. Цель визита: «Подтвердить или опровергнуть наличие у особы, наделенной высшей исполнительной властью, особо опасного психического заболевания, сопровождаемого действиями, противоречащими законам логики и здравого смысла, и ведущими к…»
– Стоп! Достаточно! Стоп! – замахал руками изумленный Раш. – Разрешить посадку!
Из крошечного серебристого Симплекса выпрыгнула босоногая злая Арманда в развевающемся цветастом платье и завитой мелким бесом копне на голове.
«Видимо, очередной фест… несанкционированный», – тоскливо предположил Раш, наблюдая за ее приближением – огненный стог как раз следовал между мандариновыми деревьями, периодически подпрыгивая и выплевывая ругательства – нагретая дневной жарой почва еще не успела остынуть и обжигала посетительнице босые ноги.
Арманда, шипя, добежала до настила террасы, запрыгнула на него, вздохнула с облегчением и уставилась на Главу Полиса исподлобья.
Правая сторона ее веснушчатого лица и шеи была занята затейливым, тончайше выполненным рисунком черной тушью: шестеренки, пружинки, рычажки какого-то сложного механизма, как будто заключенного внутри тела, но чуть приоткрытого по особому случаю.
Рисунок плавно стекал на плечо, а с ключиц падал прямо в обширный вырез…
– Ты идиот?! – прорычала разрисованная шестеренками грудь, и Раш наконец отвлекся от разглядывания, а Арманда продолжила. – Совсем рехнулся?! Ты что творишь?!
– Чертовы Экгеры, – пробормотал себе под нос Глава Полиса и насмешливо обратился к нехорошо сопящей гостье. – Выбирай выражения!
– Ах, да! Простите, многоуважаемый аристократ с сорока пятью именами и фамилиями. Куда уж мне, безродной хилой сучке с дурными мозгами и плохим выговором! – рыжая пигалица совершенно карикатурно отвесила поклон, мазнув по Рашу своей невероятной пружинящей шевелюрой. – Я уже ухожу, но позвольте мне еще один ма-а-аленький, банальнейший вопросик, сделайте милость!
– Валяй, – разрешил он и немного отошел в сторону, но Арманда тут же подскочила ближе.
– Вопросик простой, ты справишься. А если… – она подобралась совсем вплотную, почти прижимая к перилам, и схватила его цепкой ручкой за сорочку. – Если мне вдруг очень понравится цвет твоей крови, а?! Ты вскроешь себе парочку вен?
– Да, – быстро, серьезно и не раздумывая ответил Раш.
* * *Спящая Арманда была прикрыта больше своими длинными, уже опавшими кудрями, чем простынкой. Солнечный луч осторожно коснулся ее пушистого рыжего затылка, и в комнате словно пролетела сияющая Огневица.
Раш поставил кружку на комод и подошел ближе, продолжая рассматривать ее и любоваться.
– Ох! – в уже просыпающейся рыжей голове видимо промелькнули какие-то беспокойные мысли, и Арманда резко села на постели, подхватывая одеяло и заворачиваясь в него по маковку. – Ох! – стыдливо повторила она уже из укрытия.
– Поздно, я уже все видел, – улыбнулся Раш, присаживаясь на кровать рядом со страдалицей. – Ты очень красивая. Очень. Вылезай, хватит прятаться.
– Я… я обычно так не делаю, правда! – убежденно заявила она из-под одеяла. – Не набрасываюсь, не лезу целоваться, не занимаюсь сумасшедшим сексом всю ночь напролет, и… вообще, знаешь, я сплошное «не».
– Не общаешься, не разговариваешь, не просишь помощи, не смотришь в мою сторону, да-а-а, – Глава Полиса перечислил все ее оплошности, подтверждая. – Сплошное «не», все верно.
Арманда отбросила одеяло и посмотрела на него грозно:
– Я не хочу, чтобы ты думал после, будто я… не думай, что…
– Успокойся уже! – улыбнулся Раш. – Не думаю. Рядом с тобой я вообще ни о чем не думаю. Не могу думать. Так и хожу полным идиотом, – он подобрал с пола сброшенную ночью подушку и улегся на бок, поближе к притихшей Арманде.
От нее хорошо пахло – диким цветущим лугом, солнечным лесом, теплыми летними сумерками. Она вся была какой-то сводящей с ума дурман-травой. Сопротивляться ей было бесполезно и даже смешно.
Арманда потянула с него через голову легкую рубашку и Раш приподнялся, помогая ей снимать. Закрыв глаза, он почувствовал, как его персональная Огневица обвела пальцами синие росчерки, так зло и болезненно полоснувшие его по ребрам во время последней процедуры, и перевернулся на живот, подставляя под ее руки спину и затылок.
Коммуникатор защелкал, требуя внимания, но Раш даже не шелохнулся. Арманда, потянувшись, сдернула алеющие тонкие нити со спинки кровати и аккуратно пристроила их разнежившемуся Главе Полиса в ухо и на скулу. Подумав немного, она еще раз огладила ему спину и улеглась сверху, прижимаясь всем телом.
– Да, я… я слушаю, – хрипло пробормотал Раш и, извернувшись, попытался прихватить рыжую нахалку за бедро, но та шлепнула его по руке, чтобы не отвлекался. – Я слушаю! Чтоб вас там всех!..
– Рыжуля пропала! – торопливо прогремел ему в ухо Рэй. – Я не могу ее найти! В оранжереях никого, в мастерских тоже! Куда она могла? Бля, я охреневаю тут! Лорна мне уже все мозги проеб…
– Применил запрещенные методы, а, Экгер? Выдал мой ма-а-аленький секретик? – нежно пропел ему Раш, припоминая их недавнюю ссору. – Вот теперь и расхлебывай. Ищи ее, где хочешь. Жду твоего доклада в течение часа.
– Заканчивай издеваться, – горячо прошептала ему в свободное ухо Арманда и чувствительно прихватила зубами за исполосованный синими метками загривок.
– Все нормально, она у меня, отбой! – скороговоркой выпалил Раш, не дожидаясь ответа, отбросил потемневшие тонкие нити обратно на спинку кровати, развернулся, повалил Арманду с себя на постель и тут же схватил ее в объятия, тяжело дыша.
– Никогда! – яростно прошептала та ему глаза. – Никогда больше не делай этого! – сильно, почти царапая, она провела пальцами по синим полоскам у него на спине, словно желая немедленно стереть их. – Ты понял?! Никогда! Обещай!
– Обещаю, – выдохнул Раш, жадно целуя подставленную разрисованную шею. – Только, знаешь… надо бы проследить за мной, мало ли, а вдруг у меня уже привычка выработалась… – он обвел языком узоры на ее плече и ключице.
– Уговори-и-ил… я остаюсь… ненадолго…
Раш немедленно уставился на Арманду остро и тяжело, а та лишь улыбнулась весело и захихикала:
– Что, ваше сиятельство, шутка не удалась? «Заканчивай издеваться», да? Ладно, многоуважаемый Глава, останусь пока не выгонишь, обещаю. Что? Что я такого смешного сказала?..
* * *Солнце врывалось в просторную комнату, сходя с ума от многочисленных блестящих безделушек, зеркальных поверхностей и гладких тканей. Разлетелось зайчиками, белыми пятнами, ослепительными лучиками.
Широкая кровать была прикрыта двумя наброшенными друг на друга яркими покрывалами.
Лорна в который раз рассмотрела вышитые на верхнем желтые резные листья, перевернулась на спину и лениво потянулась – тонкий шелк просторного длинного платья прохладно скользнул по телу.
Руки взметнулись, касаясь запястьями – изобразили порхающую птичку… Взмах крыльев, легкое трепетание, словно танец.
Искусно прорисованные черным узоры тянулись от предплечья до кончиков пальцев, соперничая с просвечивающими тонкими венками. Завитки, переплетения, изящные цветочные ветки, вкрапления точек и капелек. Все соединялось в единое изображение, гармоничное и завораживающее.
На поднятые руки широкой полосой ложился горячий солнечный свет, делая линии рисунков еще более контрастными и словно страстно целуя подставленные ладони.
Было жарко, но не душно. Много воздуха, наполненного творящимся за окнами живым, почти дурманящим хаосом. Людской гомон, звон посуды, тонкий свист и мурчание садящихся и отбывающих Симплексов. Мир ярких красок, подчас оглушающих звуков и насыщенных запахов. Даже местная музыка, казалось, вплеталась в этот вездесущий аромат Верхнего Полиса – знойный, терпкий, очень чувственный.
Лорна улыбнулась, закрывая глаза. Дышала медленно и тихо.
Где-то недалеко стукнула дверь. Система безопасности, посвистывая, просканировала вошедшего и отключилась – Рэй.
Лорна, даже не выглядывая, только по звукам восстановила последовательность его действий. Тихий шорох – бросил принесенные свертки на ближайший стул. Пощелкивание – это коммуникатор передавал ему какую-то нужную информацию. Шаги, вздох – дошел до спальни и увидел ее, как будто спящую. Смешок – снова оценил испещренные цветами тонкие руки.
Кровать просела. Теплая ладонь накрыла разрисованную по кругу все теми же черными узорами щиколотку, поглаживая.
– Вижу ведь, что не спишь, – Рэй устроился рядом.
– Нашел ее? – Госпожа Экгер подняла ногу, разглядывая тонкие узоры на голени и выше.
– Ага, Арманда действительно сразу рванула к нему, – пожал плечами Эксперт, прихватывая оголившееся бедро жены.
– Да! – Лорна победно вскинула вверх кулаки.
– Довольна? – иронично поинтересовался Рэй, устало откидываясь на кровать. – Больше не будешь сталкивать их лбами? Я сразу понял, что это ты подала Арманде идею этих Фестов вне города. Она раньше только в Полисе мутила, а как только с тобой связалась… тада-а-ам! Поехали туда, сунули любопытные носы сюда, вызволяй вас потом! Каньон для Ветреного Феста она никогда бы сама не обнаружила. Восходящие потоки воздуха и сильные сквозняки там идеальны для запуска ее воздушных змеев.
– Я задала параметры поиска Черному, – промурлыкала Лорна. – Он три недели облетал все окружающие холмы, горы и равнины – искал. Я рассмотрела четыре найденных им варианта и выбрала тот самый, представляющий угрозу из-за осыпающихся склонов.
– Ты понимаешь, что подвергала ее опасности? – Рэй фыркнул, нависая над безмятежной женой. – А если бы она полезла туда? Устроила бы там шалман, не сообщив администрации, тайно?
– Она так и собиралась сделать, – пожала плечами Лорна. – Но я отправила зондом коро-о-отенькую анонимную записочку Рашу, с требованием проверить намечающееся на лоне природы мероприятие. И потом еще дважды провернула ту же комбинацию, снова и снова заставляя их ссориться… то есть, общаться.
– А с чего это ты решила, что имеешь право вмешиваться в их отношения? – слегка раздраженно поинтересовался у нее соучастник преступления. – Зачем ты вообще все это затеяла? Почему решила свести их? А если ты ошиблась, неправильно поняла?
– Хм, так я и знала, – улыбнулась Лорна, хитро поглядывая на мужа. – Я знала, что ты потребуешь каких-нибудь, эм-м-м, вещественных доказательств правильности произведенных мною действий.
Она соскочила с кровати, подбежала к комоду, шумно порылась в верхнем ящике, добыла небольшое голубоватое Стекло и снова подсела к заинтересованному Рэю, толкнув его локтем в бок:
– Смотри, – Госпожа Экгер тыкнула ожившую пластину пальцами – на экране появился тонкий, почти прозрачный набросок: портрет задумчивого Раша вполоборота. Рисунок был выполнен очень искусно, ярко-синим цветом на белом фоне. – Это я у нее в мастерской тайком сделала отпечаток. Она прячет его, но не очень тщательно, я увидела.
– Черт побери, – пробормотал Рэй, рассматривая эскиз. – Это же та долбанная синька!
– Вот именно! – подтвердила очень довольная собой Лорна. – Он на синтез ходит, как на работу, присылая ей потом тайком эту краску, а она ею же его портреты рисует вместо того, чтоб поговорить. Мда-а-а, ты был абсолютно прав. Польза живого общения, и все такое… Ну, что, я прошла первую твою контрольную точку, Господин экзаменатор? Я молодец, а? Продолжим?..
Второй этап. Десять лет
Глава 1. Трудности воспитания
Вторая контрольная точка. Десять лет со дня заключения брачного Стилла между Лорной и Экспертом Экгером…
Рэй поднялся с дивана и улыбнулся, наблюдая за женой – Лорна кружилась по гостиной, раскинув руки.
При каждом движении на ее запястьях мелко позвякивали многочисленные широкие браслеты, капризное белое платье опутывало ноги широкой юбкой, требуя постоянного внимания, но Госпожа Экгер укрощала его играючи:
– Нравится? – она приподняла бровь и кокетливо глянула на Эксперта. – Это для Ветреного Феста на побережье. На этот раз он будет просто грандиозным! Все уже готово. В Центр как раз привезли две группы новеньких. О-о-о, ты бы видел, в каком восторге были эти дети от наших воздушных змеев! Арманда просто превзошла себя. Вторая часть Феста пройдет уже после заката. В небе будут парить полупрозрачные бабочки с шелковыми крыльями и мерцающие огнями дроны, а из океана поднимутся светящиеся зонды, цепочками. И музыка, музыка, много прекрасной музыки!
– Что, все продолжаешь осуществлять свою диверсию, да? – усмехнулся Рэйлеон, подавая ей высокий стакан с любимым напитком. – Хочешь окончательно извести купольное воспитание? Взрастить свободолюбивое поколение, которое потом всем нам, старичкам, накатит?
– Думаешь, моя цель только в этом? – прищурилась Госпожа Экгер, ловко выуживая из прохладного морса темные ягоды и облизывая пальцы после.
– Просвети меня, дорогая, а то я уже подзабыл, как широко ты умеешь мыслить, – попросил супругу Рэй, вновь угнездившись на обширном диване. – Хм, что у нас там – контрольная точка «Десять лет»?
Лорна кивнула и подхватила со столика свое голубоватое Стекло.
– Так, докладываю по форме, уважаемый Эксперт, – она примостилась рядом, поправила в волосах сложную композицию с белыми перьями и начала. – Большая часть жителей Содружества появляются на свет искусственным путем. Заказчик указывает все необходимые параметры будущего, эм-м-м, товара: пол и внешность, например, легко состряпать нужные, а вот Свет – другое дело. Генетики Нижнего Полиса могут лишь попытаться воссоздать определенные характеристики, но Свет непредсказуем – его развитие и будущие качества не поддаются каким-либо прогнозам. Причем, в полной мере Свет раскрывается только спустя месяц-два после рождения. Сразу после инкубатора ребенок отправляется на первичные обследования, а после специалисты предъявляют результаты заказчику. У него есть три дня на размышления – либо он подписывает Стилл Опекуна и берет на себя всю ответственность за этого ребенка, включая расходы до достижения им возраста продажи, либо платит необременительную неустойку и пишет отказ. Тогда ребенок немедленно переходит в собственность Полиса, и заказчик никогда не сможет более претендовать… ну, понятно.
– Стоп-стоп, сразу каверзный вопросик по ходу, – Эксперт отвлекся и осторожно тронул блестящие каффы на ухе жены. – Забавные штуки… Хм, но вся эта угадайка не прокатит, если ребенок в инкубаторе получится Чистым, ведь так?
– Не получится, – Лорна пожала плечами. – Чистые граждане рождаются только естественным путем, и если хотя бы один из родителей – Чистый, никак иначе. По-крайней мере, за всю историю Содружества…
– Ни одного случая не было, да-да, отсутствие Света – это тоже случайное, но более или менее прогнозируемое явление, – покивал Рэй и с беспокойством покусал губы. – Хм, что-то я никак не могу успокоиться… ты уверена, что наших охламонов можно было оставить одних там, у Арманды? Они наверняка уже разнесли половину Центра и передрались с новенькими, о которых ты говорила, наверняка!
– Нечего отлынивать, пусть займутся чем-то полезным, наконец! – фыркнула Лорна, резво подскочив с дивана. – Да-а-а. Это как раз очень тонкий момент, дорогой… Совместное обучение детей. Всех детей.
Она быстро обошла просторную светлую гостиную, щелчками активируя Экраны на всех стенах по ее периметру.
Пространство немедленно заполнилось сумасшедшим гомоном: смехом, нытьем и, музыкой, песнями, декламацией стихов, тонкими детскими голосами, будто в комнату, откуда ни возьмись, ворвалась огромная целая ватага разнокалиберной ребятни, задумавшая немедленно подправить скучный интерьер помещения.
Лорна махнула рукой, погасив Экраны, и обернулась к Рэю, продолжая разговор:
– Вся система купли-продажи основана на этом жестоком порядке: одна группа людей, рожденных в семьях, умеет существовать только в режиме продавцов, заказчиков, хозяев и потребителей. Естественно, такое положение устраивает их полностью, ничего менять они не собираются. Другая часть людей – извечный товар, выращенный в инкубаторе, с детства запертый по Куполам и отдельным каморкам, где из них пытаются вытащить если не Свет, то хотя бы какой-нибудь талант, обучить чему-то. Я хочу, чтоб эта конструкция покачнулась, потеряв опору. А это – равнодушие, презрение, страх. Я хочу познакомить эти две группы еще детьми, продемонстрировать друг другу в максимальном приближении.
– Чтобы одни начинали гнобить других прямо от горшка? – иронично поинтересовался Рэй, поглядывая на валяющийся рядом коммуникатор.
Он полдня ждал сообщения из Центра с категоричным требованием забрать буйных восьмилетних близнецов обратно домой, и более никогда, ни при каких обстоятельствах… но хрупкий связист почему-то молчал.
– Гнобить, – Лорна как будто попробовала неприятное слово на вкус и поморщилась. – Нет. Воспитанникам некогда этим заниматься. План занятий и режим расписаны почти поминутно. Кстати, за любое проявление нетерпимости следует временное исключение из Центра. Как и за отсутствие дисциплины или срыв программы.
– Тогда наших должны были исключить уже раз пять за сегодняшний день, – нахмурился Рэйлеон. – Надеюсь, вы там Пылью или еще каким транком это орущее детское месиво не присыпаете для покорности?
– Ты же все проинспектировал и сам видел – нет! Зачем? – хмыкнула Госпожа Экгер, наливая себе еще воды и закидывая в стакан свежие ягоды. – Им интересно и весело, там огромная территория, по которой можно перемещаться свободно. Есть специальные экраны – дети сами составляют себе расписание на день заранее, выбирая ту или иную игровую группу или времяпрепровождение. Но если уж выбрал – изволь вести себя подобающим образом и не бузить. Шустрые активисты обычно объединяются в то самое месиво, о котором ты упоминал. Мечтатели сидят в Оранжереях, гуляют, учатся чему-то. Список занятий очень обширный. Но главное, что после Центра Творчества, когда наши воспитанники отправляются в Академию, они совершенно по-другому относятся друг к другу. Есть, конечно, и те дети, что остаются в собственности перекупщиков и Заказчиков, изолированными. Но! Программа раскрытия таланта в Центре уникальна и очень эффективна, поэтому в скором времени, я уверена, нам начнут отдавать и этих детей.
– Слушай, а почему это ты решила, что все наши высокородные семьи доверят тебе своих малявок? – язвительно покосился на жену Рэй. – Думаешь, Господа вот так возьмут и бросят обожаемых чад в общую кучу к «какому-то сброду из инкубатора»? Это цитата, кстати.
– Не захотят и не нужно. Я никого силком не тащу, – Лорна снова уселась на диван, расслаблено откидываясь на спинку и прикрывая глаза. – Даже приглашений не рассылаю, представь себе. Я, Арманда и компания, м-м-м, ты ведь в курсе, что персонала там уже за сотню? Так вот, мы просто с удовольствием занимаемся своим делом. У нас круто, а временами и просто захватывающе. Как результат – к этому моменту в Центре ошивается уже большая часть высокородных деток, некоторые тайно от родителей. Недавно даже внук Первого Советника причалил, угнав дедов Симплекс – бойкий мальчик. Семейство Первого после этого поседело полным составом, все теперь одной серенькой масти. Кстати, по сравнению с одиночными Футлярами и Куполами, так называемое «коллективное» воспитание обходится гора-а-аздо дешевле. Раш сначала сопротивлялся и бурчал, что все это хлопотно, но сила убеждения Арманды и мощь ее голосовых связок…
– О, не напоминай! – после недавней перепалки с рыжей пигалицей у Рэя до сих пор звенело в голове. – Посмотрим, во что выльется этот твой воспитательный эксперимент. Я снова определю контрольные точки для анализа и буду страшно занудствовать, имей в виду. Еще что-нибудь желаешь мне рассказать о своей бурной деятельности? Нет? То есть, ты шастала по особым закрытым территориям бесцельно, гуляла? Ты хорошо подумала? Я тебя разъясню, дорогуша, будь уверена. Ты мне мозги детишками-платьишками-перышками не запудришь. Хотя… это чуть позже, а пока… щупать эти штуковины у тебя на голове можно? Так, иди сюда.
Приподнявшись, Эксперт подтянул жену поближе к себе, прошелся ладонями по нежной шее и плечам, тронул белые перья в сложной прическе.
Лорна промурлыкала что-то себе под нос, прихватила длинный подол и быстро перебралась к Рэю на колени, наблюдая, как он неторопливо, одну за другой, раскрывает застежки на лифе ее платья…
Раздался сухой громкий щелчок и подскочившая чета, задыхаясь, синхронно уставилась сначала на коммуникатор – зеленый, а после – на помаргивающий, светящийся центральный Экран. Рэй и Лорна несколько мгновений, как завороженные, просматривали мелькающие картинки и сводку данных, а после, хором выкрикнув одно и то же ругательство, ринулись к двери.
* * *Округлый белоснежный Симплекс грациозным скатом, летел над переливающейся морской гладью, слегка касаясь острыми крыльями теплой, словно маслянистой поверхности. Управляющая им Лорна, нахмурившись, осматривала горизонт и покрикивала в коммуникатор:
– Спокойно! Спокойно! Я уже на месте, почти у побережья. Никаких видимых препятствий на пути их следования не наблюдается. Пожалуйста, не вмешивайся! Если их Летучий отклонится хотя бы на полградуса…
– Они не снижают скорости, Лорна! Заходят прямо на «ультра». Я отстаю на два рывка, огибаю справа. Мало ей было прошлой выходки, и этот с ней тоже… Инструктор, блядь! Убью обоих, нахер! – Рэй сместил Красный в сторону, рассматривая входящий в атмосферу Летучий. – Серый SL-08! Требую немедленного сброса аварийных строп и экстренного торможения согласно протоколу номер… повторяю! Требую…
– Требование отклонено, Эксперт, – нахально отшил его Летучий болид спокойным молодым голосом. – Траектория, скорость и угол полностью рассчитаны и корректировкам не подлежат.
– Что?! Придушу, гаденыш! – совершенно не по протоколу проорал на общей волне Рэйлеон, врубая дополнительную тягу.
Лорна услышала в эфире монотонный гул этих сумасшедших злых движков и почувствовала, как у нее затряслись поджилки. Пришлось опереться ладонями о горячую панель управления и немного отдышаться, чтобы успокоиться.
Впереди уже показались песчаные отмели, бесстыдно обнаженные дневным отливом. Госпожа Экгер сосчитала до десяти, выпрямилась и осмотрела окрестности, выдохнув своему скату:
– Купол, просканировать третий квадрат. Поиск Серого SL-08, анализ, прогноз, – она до сих пор называла свой белоснежный транспорт привычным именем из прошлой жизни.
– Серый SL-08 обнаружен в третьем квадрате, – немедленно сообщил тот глубоким звучным баритоном. – Скорость – «ультра», осталась неизменной. Угол захода на посадку – рискованный, но приемлемый, остался неизменным. Состав экипажа: Инструктор Ридгер и Курсант Дориэнн Марла Айсель Экгер, остался неизменным. Прогноз приземления, несмотря на данные анализа, благоприятный. Кроме того, согласно статистике, Инструктор Ридгер является одним из лучших пилотов Содружества на текущий момент. Недавно он получил новый квалификационный уровень, и после этой посадки получит еще один, высший.
– Пусть хоть заполучается! – вспылила Лорна, в запале срывая с себя тонкую пелерину и отшвырнув ее куда-то в сторону. – Но без Айсы на борту! Сколько этому… Инструктору?
– Месяц назад исполнилось девятнадцать.
– С ума сойти! Рэй сломает сопляку нос и будет абсолютно прав! В прошлый раз они садились куда менее рискованно, и то… ох, Айса, упрямая Айса! И мальчишку этого подставляет. Только бы сели, только бы сели…
* * *Белая точка на горизонте распалась на две сияющие песчинки, быстро меняющие очертания.
Серый Летучий, сияя огненным следом, выпустил по окружности корпуса еще один частокол ярких тонких гарпунов. Первыми раскрылись прочнейшие перистые паруса в хвосте, вспыхивая многоцветьем. После взметнулись надкрылки, выпуская черно-серые, полосатые гравитационные кольца, вращающиеся, словно огромные зонты на ветру. С сумасшедшей скоростью полосатый вихрь крутанулся вокруг Летучего раз, второй, «съедая» скорость и выравнивая легкий крен.
Красный Симплекс, затянув погоню до последнего, снова просканировал параметры захода на посадку Серого и с клекотом ушел в сторону, более не вмешиваясь в процесс. Несколько раз полыхнул в стороны кипящими турбинами, он снизился, рассек синюю морскую гладь левым бортом и плавно ушел под воду, поднимая волну, быстро приближающуюся к берегу. Сверхбыстрый с ревом выпрыгнул из воды, сияя разлетающимися брызгами и мокрым корпусом, шумно продул все боковые сопла и снова нырнул.